Взрослый

      Эдди Каспбраку уже шестнадцать и вся жизнь у него, вроде как, уже полностью расписана. Он уже видит себя стоящим на вручении диплома в двенадцатом* классе, а вот он уже поступает в колледж*. И в эти планы явно не ввязываются всякие Ричи Тозиеры с их глупыми шутками про его мать.       Эдди Каспраку уже шестнадцать и, кажется, что это его первая зима в Дерри, когда пошел снег. Соня не перестает причитать о том, как важно сейчас носить как можно больше одежды, чтобы не заболеть. И, конечно же, таблетки. Те самые пустышки, от которых астматик хотел, да не получилось, отказался еще три года назад, перед боем с клоуном.       Эдди Каспбраку уже шестнадцать, а он до сих пор бешено боится грязи и микробов. Именно поэтому он ни разу не целовался. Да, поэтому, а не потому что единственным, кого парень согласился бы поцеловать был заносчивым засранцем по имени Ричи Тозиер.

***

      Именно поэтому он сейчас идет рядом с Балаболом до дома пешком, ведь ехать сейчас на велосипеде не представлялось возможным, а школьный автобус был рассадником разных болезней и микробов, которые Каспбрак, отнюдь, подцепить не хотел. — А я ей и отвечаю: Даже твоя мамаша быстрее дала. — Говорит Тозиер, смеясь над очередной своей «смешной» шуткой. Когда от Каспбрака не последовало ровно никакой реакции, Ричи спрашивает. — Эй, Эдс, не беспокойся, я всё еще верен твоей. — Бип-бип, Ричи. — Раздраженно ответил Эдди, неодобрительно глядя на Тозиера. — Я же говорил не называть меня Эдсом.       Что-то во взгляде Балабола мгновенно меняется, заставляя астматика подозрительно посмотреть на друга. — У меня шнурок развзался, Спагетти. Просто иди дальше, я догоню. — Хитро прищурившись, Ричи опускает взгляд, смотря на ботинки. Каспбрак кивает и продолжает путь.       Эдди совсем не ожидает подвоха, поэтому, когда ему в спину прилетает довольно-таки тяжелый снежок, он падает в сугроб, который рядом возвышался над землей. — Ричи, ублюдок, — отряхивая себя от снега, бормочет Каспбрак. Сам Балабол стоит в двух метрах, сгибаясь от хохота, и от осознания этого астматку ничуть не легче. — Чего ржешь, придурок? Может, поможешь мне? — Зло прошипел Эдди, посмотрев на Тозиера. — Нет, Эдс. В снегу ты выглядишь очень мило. — И эти слова заставляют астматика покраснеть, Балабол обходится даже без одной из своих обычных шуток. — Ну ты и кретин, Тозиер. — Качает головой Каспбрак, мысленно дав Ричи подзатыльник. — Так ты всё-таки поможешь мне? — Спагетти, если ты даже сам встать не можешь, то как ты обходишься без своей мамаши, пока она зависает со мной? — Ухмыльнувшись, спрашивает Балабол. Парень неспеша подходит к астматику и подает ему руку.       В ответ, Каспбрак, вместо того, чтобы подняться, дергает Тозиера за предплечье, и тот так же начинает падать. Но что-то идет не так, ведь «мистер Ингалятор» не то, чтобы уж сильно расчитывал силу. Поэтому Ричи и налетает прямо на Эдди, не давая тому встать. — Полегче, Эдс, давай дойдем хотя бы до комнаты. — Откатываясь в бок, говорит Балабол, удивленно смотря на Каспбрака, который начинал отчаяно краснеть.       Астматик ничего не отвечает, роясь по карманам, в надежде найти ингалятор. Когда же наконец предмет оказывается во рту парня, то в горло поступает такая необходимая жидкость, которая, к несчастью, тоже была пустышкой, но все же осталась в виде привычки. — Хватит так шутить, Ричи. — Сразу ощетинивается Эдди на слова Тозиера. Для него это было смущающе неловко, ведь он начал замечать, как ему приятно, когда Балабол смотрит на него или хотя бы просто находится рядом. — Не надо, я всё понимаю. Можешь не беспокоиться, не смотря на мои шутки про твою маму, ты все еще занимаешь место в моем сердце. — Картинно положив руку на сердце, сказал Ричи. «Как же так угораздило, что ты мне понравился?» — хочет спросить Каспбрак, но вместо этого лишь ближе подходит к парню и целует его.

***

      Эдди Каспбрак уже шестнадцать и он до сих пор ненавидит, когда Билл произносит его имя заикаясь, хоть и стал куда более толлерантен к проблеме друга.       Эдди Каспбраку уже шестнадцать и он влюбляется в пейзажи Дерри, который, казалось, тонул в снегу.       Эдии Каспбраку уже шестнадцать и он считает, что поцелуй с Ричи Тозиером — лучшая передача микробов на свете.