Старушка Петти

Это было особое лето для Гарри. С Дадли у него установились дружеские отношения, тетя была добрая, Ремус и, иногда, Сириус смотрели за ними, рассказывали про прошлое и часто смешили их. А еще Хагрид подарил им с тетей альбом с колдографиями его родителей, и на некоторых даже был он сам маленький! Гарри особенно полюбил фотографию его и мамы в каком-то парке. Они выглядели счастливыми. Он рассматривал ее часто перед сном. Тетя Петунья вынула из альбома две колдографии себе, а альбом оставила Гарри, и поэтому он мог смотреть на родителей в любое время. Дадли никогда над ним не смеялся, что было все еще непривычно. Теперь они много времени проводили вместе, ведь Том жил у Малфоев, а больше они никого не знали в этом городе. Впрочем, им хватало. Конечно, друзья писали. До одного дня, когда внезапно о них будто забыли. Первым заметил Дадли, который ждал письма от Драко. Оно так и не пришло, хотя это был разгар их спора о магглах. Потом перестали приходить письма от Тома. Что точно было странным, ведь тот теперь жил в магическом мире, и им полюбилось сравнивать впечатления. Затем исчезли письма Рона и Невилла. Их заметили последними, потому что Рон не любил писать, если честно, а Невилл просто сам по себе редко писал письма. Но тут уже Дадли забил тревогу. — Не может такого быть, чтобы нам не писали! — полыхал он гневом. — Мы же ничего такого не сделали! Мы никого не обидели, ведь так? — Я тоже не понимаю, — признался Гарри. — Может, им просто не до нас? — Да брось, как будто у них куча других дел на каникулах, — фыркнул Дадли. — Ну ладно Малфой, у него там могут действительно быть дела, но Уизли? — Рон может помогать по дому, — заметил Гарри, — а Невиллу недавно дали доступ в теплицы, он мог просто забыть… — А Гермиона в Европе, — добавил кузен, погрустнев. — А что насчет Тома? Дивный новый мир? — Может быть, — пожал плечами тоже расстроенный Поттер. — Надо будет их спросить… Я хотел всех пригласить на День Рождения, тетя разрешила… но мы даже не обсудили ничего! И как теперь? — Ну на праздник все придут, я уверен, — ответил Дадли. Однако, ни на одно письмо с приглашением никто не ответил. Гарри загрустил. День Рождения приближался, и он так ждал его в этом году! Но, видимо, снова будет один. Накануне важного дня раздался звонок телефона. Тетя была на работе, с ними был Ремус, который не ладил с техникой, так что трубку взял Дадли. — Алло. — Дадли! Ты жив?! — проорал в трубку голос Рона. — О, Уизли! Незачем так орать, Мерлина ради, — пробурчал Эванс. — Почему это ты звонишь? У вас что-то с совой? — Это у вас что-то с совой! Вы почему на письма не отвечаете?! — орала трубка так, что даже Ремус из кухни услышал. Гарри подбежал к телефону. — Рон! Нам не приходили письма ни от кого! Я вас приглашал на День Рождения! Что происходит? — Не знаю, Гарри, но я поэтому и звоню! У тебя завтра днюха! Скажи, куда прийти! И когда! — Не кричи, Рон, я отлично тебя слышу. Завтра в два дня, у меня дома, — он продиктовал адрес. — Я сообщу остальным! — снова проорал Рон. — Завтра увидимся! Я рад, что ты жив! Как это закончить? — спросил он куда-то в сторону. — Просто положи трубку, — ответил Гарри, но его не услышали. Судя по всему, Рон просто бросил трубку, видимо, таксофона, потому что в динамике послышался шум улицы. — Его нельзя подпускать к технике, — заметил Дадли и положил телефон. В дверях кухни стоял Ремус. Гарри посмотрел на него. — Это очень странно? — спросил он. — Весьма, — ответил Ремус. Тем не менее, День Рождения состоялся, и это было главное! Гермиона уже вернулась из путешествия. Она тоже пришла, да с подарками и сувенирами. — Что вы будете делать с тем, что к вам невозможно пробиться? — спросила она мальчиков. — Мне кажется, это не нормально. — Мы рассказали тете и Ремусу, — пожал плечами довольный Гарри. — А что еще можно сделать? Мы даже не знаем, почему так. Может, это чары на доме сбоят. — О, у вас чары на доме! — пришла в восторг Грейнджер. — Расскажите! — Да мы особо не знаем, — смущенно ответил Поттер. — Этим тетя Петунья занимается. — Спрошу у нее, — кивнула Гермиона. — А вам надо бы в этом разбираться. Вдруг поможет. Рон и Невилл никогда не были в домах магглов, так что сначала Гарри провел им экскурсию. У них было не так много техники, особенно по сравнению с домом Дурслей: магия накапливалась в здании, и приборы выходили из строя. Компьютер Дадли уже не включался, но зато газовая плита тети привела парней в восторг. Том все это уже видел. Зайдя в дом, он сразу сильно обнял Гарри, а потом Дадли. — Вы не отвечали Драко, — севшим голосом сказал он. — Я волновался. Переписка, конечно, шла через Малфоя, ведь у Тома не было совы. Драко тоже пришел на праздник, чем удивил всех. Судя по всему, парень тоже волновался. — Я уже думал, как вас спасать из лап директора, — признался он лениво, но Гарри и Дадли все поняли. Дом на Драко не произвел особого впечатления — до тех пор, пока после праздничного обеда дети не сели в гостиной смотреть фильм. Вот тут Малфоя проняло. Впрочем, Рон и Невилл тоже были в шоке и даже пытались разговаривать с героями. Гарри, Дадли, Гермиона и Том знатно повеселились. А потом тетя Петунья подала им пиццу и Колу, и маги были ошеломлены. — Она такая вкусная, — простонал Рон, осушая стакан. — И очень вредная для зубов, — прокомментировала Гермиона. — Да брось! — отмахнулся парень. — А эти маленькие пирожки… — Пицца, Рон, — поправил Гарри, улыбаясь. — … да, пицца… До чего магглы на выдумки горазды! — Это блюдо появилось в Италии... — начала просвещать их Гермиона. Даже Малфой слушал ее внимательно, не забывая, правда, откусывать от своего куска. А Гарри просто не мог перестать улыбаться. Плевать было на подарки — но они были! — в его доме, в его семье сейчас были самые близкие его друзья. И они здесь были ради него. И это было прекрасно. И Сириус здесь был, и тетя. Только Ремуса не было — в тот день было полнолуние.

***

Ремус находился в подвале дома Блэков: дома он не рискнул остаться, ведь рядом были дети. А на Гриммо была клетка для оборотня. Он не собирался сегодня выходить из себя, но не мог быть уверен, что все получится. Голова болела уже несколько недель, и в этот день просто раскалывалась. Снейп предлагал аконитовое зелье, но Ремус отказался. Ему казалось, что именно сегодня что-то произойдет. Он только не знал, что. Взошла Луна, и превращение началось. И тут его сознание словно расщепилось. Ремус нашел себя в комнате как у него дома, но это было только в его голове, и почему-то он был в этом уверен. Напротив него стоял огромный волк. ЕГО волк. — Привет, — начал Ремус. Волк зарычал в ответ. Разговор не клеился, но надо было что-то сказать, необходимо. — Я знаю, ты чувствуешь себя в ловушке, — сказал он, глядя в желтые глаза. — Я не даю тебе волю. И у меня есть основания для этого. Волк взвыл и оскалился. — Я не могу причинять вред! Я не хочу! — ответил Люпин. — Я тебе не позволю, — твердо сказал он. — Но. Я начинаю понимать. Тебе тесно, тебе больно… мне тоже, — вздохнул он. — Я не хотел, чтобы так получилось. Не хотел становиться оборотнем, понимаешь? Но теперь ты — часть меня. Пора это признать, наверное. Но именно часть! И должен вести себя, как часть, — волк недобро щелкнул пастью, постепенно подходя ближе. — Ты должен слушаться меня. Я главный! Не ты. Не твои инстинкты. Ладно, наши. Мы — разумные. Пойми и прими это, — волк снова взвыл, словно прося остановиться. — Нет уж послушай! Мы не звери. Я — не зверь. Да, наш нюх острее, и наше зрение, наши реакции быстрее. Спасибо за это. Но я — человек. Маг. Я сильнее тебя, — Ремус достал волшебную палочку и посмотрел на нее. В этом видении она была словно продолжение его руки и обдавала теплом. Волк, увидев ее, заметно съежился. — Я не хочу вредить тебе. Я друг, — просто сказал Ремус и убрал палочку. А затем протянул руку. — Мы должны жить вместе. В моей голове, в моем теле. Мы должны… быть сообща? Помогать нашим друзьям, найти семью — все вместе, понимаешь? Согласен? Волк долго смотрел Ремусу прямо в глаза. Слова у того закончились. Либо это сработает, либо нет. Он просто стоял с протянутой рукой и ждал решения своего Зверя. Волк видимо что-то решил. Он подошел и уткнулся огромной головой в ладонь Ремуса. А затем вдруг прыгнул… в него. Головная боль прошла.

***

Вечером за детьми пришли родители. Первой явилась леди Лонгботтом в странной шляпке. Она смиренно стояла у калитки, куда Петунья привела Невилла. — Спасибо за гостеприимство, мисс Эванс, — сказала дама и они с Невиллом исчезли. Затем за Томом и Драко явилась леди Малфой. Тут Петти немного с ней поговорила о том, как изменилась жизнь Малфоев с появлением Тома. — Не знаю, зачем Люциус на это пошел, — честно призналась Нарцисса. — но нам они не доставляют хлопот. У нас есть гостевой домик, в котором мы поселили эту семью. Люциус сейчас пытается уговорить старшего сына на учителей магии. Магглы такие упрямые, — заметила она. — Ну и конечно, нам пришлось сообщить домовикам, чтобы туда не ходили. Эти мелкие еще недовольны были! — фыркнула она, — но спугнуть наших гостей не хотелось. Слишком много стресса, так сказал их колдомедик. Она забрала детей и удалилась. За Гермионой и Роном должен был зайти мистер Уизли. Артур появился последним, и выглядел весьма потрепанным. Впрочем, Петунья решила, что это его обычный вид. — Добрый вечер, мисс Эванс! — поприветствовал он ее. — Никогда не был у магглов в доме, в свободное от работы время, ха-ха! — Хотите посмотреть? — с улыбкой предложила Петти. На самом деле, она устала за день, но воспитание! Артур видимо что-то понял. — Нет, может, в другой раз. Да и можно ли считать ваш дом маггловским? — подмигнул он, а затем стал серьезным. — Скажите, Блэк здесь? — Да, он сейчас с детьми, — осторожно ответила женщина. — Отлично. Мне нужно ему и вам кое-что сказать, — поведал мистер Уизли. Они зашли в дом, и Петунья позвала Сириуса. — Артур! — Блэк пришел в восторг. — Сколько лет! — Привет, Сириус. Прости, что мы с Молли считали тебя предателем, — сразу выпалил Артур. Сириус рассмеялся. — Глупости, так думали все! Вы прощены, — он отвесил поклон. — Что случилось? — Дамблдор собирает Орден, — сказал Уизли. Затем посмотрел на Петунью и уточнил, — Орден Феникса. — Я знаю про Орден, — кивнула она, — видела фотографии. Мистер Уизли нервно потер руки. — Ну… вот. — Меня не пригласили, — заметил Сириус. — Впрочем, не удивительно. И по поводу чего он его собрал? — Я так понимаю, по поводу возвращения Того-Кого-Нельзя-Называть, — пожал плечами Артур. — Вот только… нет, я верю своему сыну, — поднял он руки. — Даже сомнения не было. Но вся эта история… С тем, что Он попал в школу… Я, может, чего-то не знаю, конечно… Молли тоже сомневается. И вот, я пришел спросить. Что нам делать? Вопрос был неожиданным. Сириус хмуро посмотрел на Петунью. — Это тебе решать, — ответил он. — Я запутался, — признался Артур. Петти взяла слово: — Тогда просто пойди на это собрание Ордена, — предложила она, — послушай, что там говорят. Как говорят. Если что-то покажется странным, прямо там и спроси — и слушай, будут ли отвечать и как. Я думаю, это лучшая тактика, — она пожала плечами. — Я никогда не была на таких собраниях, естественно, но мне это помогало не раз в других ситуациях. Если хочешь, можешь потом прийти ко мне или Сириусу за советом. — Я бы сказал, что тебе нужно прийти, — добавил Сириус. — Сейчас слишком все шаткое, ты ведь знаешь. А работаешь ты в Министерстве же, да? Тебе нельзя рисковать, Артур. Я бы на твоем месте вообще забыл про Орден, у тебя семь детей! Это даже не трое, как тогда. — Вообще-то, мы взяли перерыв, когда родились близнецы, — поправил Артур. — Но я понимаю тебя. Блэк. Не уверен только, что смогу стоять в стороне в этот раз. Теперь это касается моего сына. Все это: Орден, слухи… Тот-Кого-Нельзя-Называть. Он ведь мог затаить обиду, понимаешь? Уж не знаю, за что, но его логику мне не понять, и поэтому мне просто… страшно? — Ты думаешь, Дамблдор защитит тебя? — напрямую спросил Сириус. Плечи Артура поникли. — Я в этом теперь не уверен, в этом и вся проблема, — признался он. – Я даже не знаю, стоит ли в этом году отправлять детей в Хогвартс. Вот до чего дошло, - невесело рассмеялся мистер Уизли. – Молли очень нервничает. Не то, чтобы у нас был выбор, естественно. - Там теперь главная МакГонагал, - напомнил Сириус. - Это-то и пугает. Декан прекрасная волшебница, но она – не Дамблдор. А если уж он упустил Того-Кого-Нельзя-Называть… Такая постановка вопроса удивила Петунью. Она считала, что все уже поняли, что вся эта полоса препятствий – это эксперимент: выдержит ли Гарри еще раз против Волан-де-Морта. Но, видимо, не все. Чужие устои трудно рушить, но она решила попытаться. - Мистер Уизли, я думаю, МакГонагал не будет устраивать в школе испытания, как сделал это Дамблдор, - заметила она для начала. - И не будет прятать Философский Камень, который так манит Темных Лордов, - добавил Сириус, поняв план Петти. – Артур, если что-то пойдет не так, наш декан даст отпор. Или, - добавил он, - не побоится позвать на помощь. Чего я не замечал за Дамблдором. - Он созывает Орден, - напомнил Уизли. - Да, но для чего? – спросил Сириус. – Помнишь войну? Мы были не помощниками тогда, уж точно! Мы были горсткой молодняка, которой он управлял, - развел он руки. – Мы хотели всех спасти. Мы бы пошли за директором против орды Пожирателей, захоти он сразиться с Темным Лордом. Но… он не захотел. Подумай об этом. Нет никаких причин, - добавил он, - серьезных, настоящих причин ему этого не делать. Или разубеди меня. Мистер Уизли задумчиво посмотрел на Сириуса. Ему не понравилась эта мысль, это читалось на его лице, но… зерна сомнения уже упали. И этого было достаточно.