Отклонение луны

      Юнги лежит на мягком диване у себя в квартире. Он вертит в руках футляр для линз, и его голова снова болит. Парню кажется, что футляр может принадлежать Чимину. Что ему не показалось, что глаз парня действительно поменял цвет. Сколько бы ни думал, он не мог понять, почему «полумесяц» не появился у того на руке. Снова Пак занимает все мысли парня, когда целует свою девушку, представляет его, от этого даже в штанах становится тесно. Добро пожаловать в ряды гомиков! Ладно, сейчас много однополых пар, взять хотя бы Намджинов — они счастливы, а что еще надо?       Сколько раз он прочесывал интернет, везде пишут, что ошибки просто не может быть. Никогда за всю историю существования Земли, никогда такого не было, что у человека не оказалось соулмейта. Юнги с ума сходит уже, он не понимает, почему Пак не видит, как светится «полумесяц» на его руке, почему у него ничего не появилось, и почему он видел, как глаз Пака поменял цвет?! Он уже весь белый свет проклинает, его бесит чувство непонимания всего происходящего. У Мина сейчас мозг из ушей весь вытечет, он звонит Намджуну и просит приехать его одного, чтобы побыть с другом наедине и просит, захватить кучу бухла. Нормально.       Намджун ликует внутри, он ждал пока друг «образумится» и наберет его. Не задумываясь, он предупреждает Джина, что поедет к Мину, заезжает в магазин и закупается не простой упаковкой пива из шести бутылок, а — коробкой. В ход пошла уже вторая бутылка пива, парни сидят в гостиной, по телевизору показывают какой-то клип к-поп группы. — За что мне все это? — скулит Юнги и расплывается по дивану. — Ваша ситуация сама по себе — полный пиздец, — добивает Джун и тихо ржет над несчастным другом. — Намджун, я трогал его руку, там ничего нет, — снова повторяет Мин, эту фразу он уже раз в сотый повторяет. — А до этого ты не трогал его? Ну, не знаю, может она в другом месте? — Да вроде нет, мы толком не пересекались с ним, — Мин делает глоток пива и внезапно давится им, парень кашляет, а друга на смех пропирает. — Я же его чуть на мотоцикле не сбил! — Когда успел? — удивляется Намджун. — Это было до того, как я узнал, что мы не пара с ним, — Мин ставит пиво на стол. — Он тогда был очень напуган, у него началась паника, но он в упор не видел меня. Как будто испугался чего-то другого, я тогда его уже за лицо взял, чтобы он успокоился, — Мин внезапно замолкает, а Намджун уже внимательнее слушает его. — И что дальше? — Блядь! Ну, конечно! — парень встает на ноги, он держится за свою голову и ходит из стороны в сторону. — Ты че, умом уже тронулся? — спрашивает аккуратно Джун. — Я его задел! — Мин подбегает к другу и хватает его за плечи. — Задел понимаешь?! — он трясет Намджуна. — Да хватит уже! — вопит друг. — Задел, и что дальше то?! — У него глаз цвет поменял! — Юнги плюхается на соседний диван и нервно улыбаться начинает. — Что?! — Намджун аж пивом давится и тоже кашлять начинает. — Я не говорил вам, но в тот день я увидел, как его глаз поменял цвет, — Джун смотрит на него как на психа. — Айщ! Я не псих! У него глаз стал серым, я тогда сам чуть не рехнулся! — Хорошо, как такое возможно? Он болен чем-то? — Этого я не знаю, только дома когда я думал об этом, вспомнил, что моя татуировка светилась. Может, из-за меня его глаз поменял цвет? — Юнги смотрит на друга, так как будто тот знает ответ на все вопросы. — Да быть не может, — уже даже Намджун пищит от непонимания. — У него на лице бы тогда появился «полумесяц», я такое уже видел, почему глаз-то цвет поменял? — Ты меня спрашиваешь? — Юнги тянется рукой в карман домашних штанов. — Вот, я нашел это в библиотеке.       Намджун берет коробочку в руки и открывает ее, самый обычный футляр для линз. — И че? — не понимал он снова. — Мы с Чимином разговаривали там сегодня, — уже тише говорит Мин. — Мой «полумесяц» продолжает светиться рядом с ним, а он говорит, что не видит его. — Тогда это точно ошибка, — тяжело вздыхает друг. — Я нашел это на полу. Он убежал быстро, возможно он его выронил. — Зачем ему линзы коричневого цвета, у него же у самого карие глаза? Тем более тут всего одна? — Джун замолкает и удивленно смотрит на друга, а тот лыбится и качает головой. — Блядь, он свой глаз скрывает! — Вот именно! Я уже с ума схожу, поэтому набрал тебя. Почему мне кажется, что он что-то скрывает от меня?! — Ты попал, друг, — улыбается Намджун и тянется за бутылкой пива. — Как ты проверишь эту версию? — Не знаю, я вообще ничего не знаю, — Юнги берет бутылку со стола и залпом глотает все содержимое.       Сегодня как назло первой парой физкультура. У Намджуна с Юнги голова гудит после вечера, и теперь друг думает обо всей этой хуйне, что свалилась на Мина. Еще пара совмещена с другой группой, у которой преподаватель заболел, и им поставили физкультуру. И как по иронии судьбы это группа Тэхена и Чимина. Джун косится на Пака все время, а тот делает вид, что не видит его взгляда, а еще взгляда Юнги. Тот глаз не сводит с парня, Пак бегает медленнее всей своей группы, держась за ребра.       Группа Намджуна с Юнги играла в баскетбол на первой половине зала, а группа Тэхена с Чимином отрабатывала подачи волейбольным мячом. Группа старших больше халявничала: им позволили поиграть в баскетбол, если хотят. Несколько парней играли, остальные вместе с девчонками сидели на лавочке. С группой младших все почти также: некоторые сидели на лавочке, а некоторые разбились по парам и волейбольный мяч подавали друг другу. Спасибо физруку, которому пришлось отлучиться куда-то ненадолго. В перерывах между игрой Юнги всегда смотрел на Пака, который через силу бросал мяч Тэхену.       Юнги уже хотел бросить мяч в кольцо, как на весь зал внезапно закричал Чимин. Он упал на пол и держался за ребра, у парня лицо покраснело от боли. К нему подбежал испуганный Тэхен, Юнги сразу сорвался с места и тоже побежал к Паку. Вокруг собралось несколько ребят, что были обеспокоены за парня. — Что случилось? — спрашивал Мин присев на пол рядом с Паком у Кима. — Я его случайно мячом задел, — жалобно стонал Тэхен. — Я же не очень сильно. Что с ним? — Идиот! — кричал Юнги, его переполняла злоба, Пак смотрел на него и жмурил глаза от боли. — Ничего страшного, сейчас пройдёт, — через силу говорит Пак. — Так не пойдет, — Мин хватает парня и поднимает на руки, тот глаза широко раскрывает и смотрит на старшего.       Юнги относит Пака в медпункт, пока тот брыкается и просит его отпустить, но каждый раз пищит от боли в области ребер. Мин аккуратно опускает парня на кушетку, университетский врач хмурит брови и поднимает футболку парня. Он внимательно рассматривает поврежденный участок тела и недовольно качает головой. У Мина глаза на лоб лезут, ведь у Пака на теле множество красно-фиолетовых пятен. Такое чувство, что его избивали минимум семеро и не по одному разу. — Чимин, неужели снова? — тяжело вздыхает врач, нанося какую-то прохладную мазь на тело парня. От слов мужчины Юнги напрягается еще сильнее. Пак молчит, лишь кивает еле заметно. — Сколько можно, в следующий раз ты придешь ко мне с разбитым черепом? — Все нормально, — отвечает парень, задирая футболку выше, чтобы врачу было удобнее перебинтовывать его.       Юнги уже нехорошо, как может Чимин иметь такое шикарное тело, даже покрытое синяками? — Что значит снова? — спрашивает Мин, сдерживая себя. Он зол сам не знает почему, но ему хочется злиться, видя состояние Чимина, что пиздец как пугает. Пак непонимающе смотрит на парня, а затем делает вид, что ничего не слышал сейчас.       Врач заполняет карточку студента, прописывая освобождение от физкультуры на месяц. Он уже не первый раз видит парня в таком состоянии. Врач в курсе, кто избивает парня, тот сам рассказал, когда пришел в третий раз за месяц к нему побитый. Пак никогда не хотел, чтобы его жалели, но университетский врач «заставил» рассказать о своем «положении». Он единственный, кто кроме Чонгука знал о побоях отца и свято хранил эту тайну, чтобы не усложнять жизнь студента. — Держи, это освобождение, — мужчина протягивает листок бумаги парню. Чимин, держась за ребра, пытается встать, чтобы взять листок. И когда врач уже хочет подняться, чтобы подать листок Мин подходит ближе к нему и забирает его.       Пак снова смотрит на Мина как на врага народа, тот лишь глаза закатывает. Такое чувство, что он предал страну или самого Пака, что за отношение такое к нему? — Тебе отдыхать надо, одно неровное движение, и ты можешь заработать перелом ребра и не один, сходи в больницу сделай снимок на всякий случай.       Чимин кивает, встает на ноги и тихо, поблагодарив врача, уходит, а следом за ним и Юнги. — Мы можем поговорить? — осторожно спрашивает Мин. — О чем? — Пак идет вперед, все еще держась за ребра, которые покалывает от боли. Ему нужно переодеться и забрать рюкзак из сумки, скоро закончится пара. — Кто тебя избил? На тебя напали? Когда? И почему врач говорит, что это не в первый раз, то есть ты уже бывал с подобным у него?       У Пака вмиг заболела голова, куча вопросов, и ни на один из них он отвечать не то чтобы не хотел, даже не собирался. — Я не обязан отвечать на твои вопросы, — сухо говорит Пак. — Как это не обязан? — Мин ускоряет шаг и встает напротив парня, преграждая путь. — У тебя проблемы? Ты можешь рассказать мне. — Кто ты такой, чтобы говорить, что я могу, а что не могу? — Пак начинает злиться. — Я не обязан тебе что-то рассказывать, мы никто друг другу, чтобы обсуждать какие-то проблемы. — Я просто волнуюсь, кто бы не заволновался, увидев в каком ты состоянии? — Мин правда не понимает, почему Пак в очередной раз выпускает иголки. — Ты должен волноваться за свою девушку, друзей и близких, но никак не за меня, — Пак обходит Мина и идет дальше. — Тогда давай станем друзьями?       Пак на это заявление резко останавливается и аккуратно поворачивается к Юнги. Он смотрит на Мина так, будто тот сморозил какую-то глупость. Если подумать, то так оно и было. Еще никто с самых начальных классов его не просил так прямо о дружбе. —Друзьями? — Мин кивает. — Зачем тебе со мной дружить, я не вписываюсь в твой статус или круг общения. — Кто сказал, что меня это волнует? — Мин подходит к Паку. — Во мне нет ничего особенного, — не отступает Пак.       «Ты самый особенный и необычный человек», — думает Юнги. — Если ты так думаешь, это не значит, что так оно и есть, — Мин настроен решительно. Если они друг другу — несостоявшиеся соулмейты, то пусть будут хотя бы друзьями. Юнги сам не понимал, почему ему хочется дружить с парнем, почему находил его интересным, хоть и не общался нормально никогда. Его тянуло к нему, и он не понимал: симпатия это или обычное любопытство. Парня все еще мучил вопрос, правда ли у Чимина поменялся цвет глаз? И связано это хоть как-то с их «ошибкой»? — Я не завожу друзей, — тихо говорит Пак, глядя в чужие глаза. — Все бывает в первый раз, — Мин слегка улыбается. — Я не под венец тебя тащу, а прошу стать другом. — Ты не отстанешь, да? — Пак тяжело вздыхает. — Нет.       Пак соглашается, сам не понимает зачем, но соглашается быть так называемым «другом» для Юнги. Для него вся ситуация в целом кажется комичной. Он соврет, если скажет, что тот ему совсем не интересен. В груди что-то отчаянно сжимается, когда он видит Юнги с девушкой. Он пытается сделать Юнги виноватым во всех своих бедах и в то же время понимает, что здесь нет ни грамма его вины. Еще это дурацкое чувство вины перед ним никуда не уходит, как не старайся. Он не собирается сближаться с Мином, пообщаются какое-то время, тот поймет, какое Чимин «говно», и отстанет от него.       На следующий день Мин находит Пака после пар в библиотеке. Ему больших трудов стоило свалить от Хенджу, сославшись на внезапные срочные дела. За весь день ему ни разу не удалось даже поговорить с Паком. Рядом крутились друзья и его девушка, которая липла пуще обычного. А Пак особо не горел желанием общаться с ним, поэтому сам не подходил к нему.       Юнги видит, как Чимин, корчась от боли, пытается дотянуться до высокой полки, чтобы убрать книгу. Он снова залез на стремянку, ну, что за человек? Сказано, не напрягать ребра. — Далеко полез? — спрашивает Мин, подходя ближе к стремянке. — Как видишь, — спокойно отвечает Пак. — Я должен убрать ее на место. — Давай помогу?       Парень секунду думает. — Ну, помоги, — Пак аккуратно спускается вниз. Мин забирает книгу у парня и залезает на стремянку, он старательно скрывает свое удивление. Пак даже не грубит и вроде разговаривает лучше обычного, хотя доля стервозности еще витает в воздухе. — Тебе достать какую-нибудь? — Юнги смотрит вопросительно на Пака.       Тот задумчиво смотрит на книги. — Выбери любую на свой вкус.       Мин разглядывает разные переплеты, делая акцент больше на названиях, чем на сюжете. Нужно сказать спасибо университету. За то, что в библиотеке были не только учебники по определенным факультетам, но и такой уголок с разными историями. Ими мало кто интересовался. Видимо, из-за этого книги убраны так далеко.       Но Паку это даже нравилось, иногда, когда есть свободное время — очень редко, ему нравится сидеть тут в тишине, когда никто не тревожит.       Юнги аккуратно достает книгу с понравившимся названием. Он рассматривает обложку. Темно-синий переплет, аккуратная надпись и красивое фото полной луны. Он спускается вниз и дает книгу Чимину. Тот разглядывает ее и слегка вздрагивает, прочитав про себя название — «Моя луна». Мин замечает реакцию парня и не понимает, чего такого необычного тот увидел в этой книге?       У Пака миллион мыслей в голове появляются. Одна из которых больше похожа на сумасшедший бред. Его сознание и разум издеваются над парнем, а сердце предательски стучать быстрее начинает. Можно ли сослать выбор Юнги на их связь? Они — соулмейты, хоть Пак и скрывает это от второго. И тот подсознательно на уровне, возможно, инстинктов или природы выбирает именно эту книгу с одним тесно взаимосвязанным с ними словом. — Все хорошо, не понравилась? — спрашивает Мин. — Я еще не прочел ее, так что не могу сказать понравилась она мне или нет, — Пак убирает книгу в рюкзак. — А ты не читаешь? — аккуратно спрашивает Пак. — Нет, я не вижу в этом чего-то занудного, просто как-то не приходилось раньше. А ты любишь, читать, да? — Да, — Пак слегка улыбается, глядя на целый стеллаж книг, и всех их он прочёл. — Тогда, почитай мне? — Мин опирается плечом на стеллаж и скрещивает руки на груди. — Что?