Что тебе от меня нужно?

Алекс осматривает шокированного парня ещё один раз, словно боится, что за секунду что-то может измениться. — Всё, пошли, — альфа поддается чуть вперед и легко хватает рюкзак пацана, который, в тот момент чуть от неожиданности назад не падает и остается на ногах, благодаря молниеносной хватки Алекса. — Куда мы идем? — но его вопрос остается без ответа, а руку, которую держит большая и теплая ладонь альфы, отчего-то начинают сжимать сильнее, вызывая этим лёгкое покалывание на кончиках пальцев, — куда мы идем?! На пути вырастает высокая фигура, видимо охранника, но Алекс своим «пошел отсюда нахер или тебе тоже въебать?!» расчищает им путь, наконец выходя на улицу. Снаружи морозно. Холодно настолько, что тело моментально начинает терять тепло. Омега неожиданно вздрагивает и зябко кутается в лёгкое пальто. — Почему ты так легко одет? — на плечи ложится что-то более весомое, невероятно теплое и мягкое. Пальто альфы, которое пропахло кофе и… больше нечем. Увы Тони никогда больше не сможет почувствовать запахи других людей. И ему также не понять, что мужчина, стоящий сзади мальчика и глаз с него не отводящий — его истинная судьба. И вдруг, Алекс подается вперед и кладет ладонь куда-то мальчику на бедро. Уже и так хорошо шокированный несколькими минутами раньше Тони, пугается еще больше, вызывая негодование со стороны мужчины. — Да Господи, угомонись! Я просто хочу найти ключи от машины, — он не обманывает и вот раздается звук сигнализации и Тони замечает невдалеке знакомый автомобиль, — пойдем. Ты совсем замерз. — Куда… — Домой, — как-то грубо перебивает его Алекс, снова хватая пацана за запястье и сразу же спешит переместить ладонь чуть выше. Ему всё еще больно, — не бойся. Я ничего тебе не сделаю. Просто отвезу домой, хорошо? Секунду помедлив, мальчик всё же удовлетворительно кивает и быстро запрыгивает в машину, уверяя себя, что согласился только из-за ужасного холода, который, видимо, окончательно отморозил ему мозги, так как другого оправдания, почему он ночью в машине с каким-то мужиком, не находится. В автомобиле тепло и приятно пахнет лавандой. Это успокаивает и усыпляет сильно уставшего мальчика. Повернув голову к боковому стеклу, Тони закрывает глаза, желая прикрыть их всего на пару секунд, но усталость побороть невозможно, она сразу же цепко хватает мальчика и утягивает в спокойный сон.

***

— Малыш, мы приехали, — шепчет альфа, быстро отстегиваясь и поворачиваясь в сторону омеги, — Тони? — но парень даже виду не подает, всё также продолжая сладко спать, совершенно не обращая внимание на внешние раздражители. Он слишком устал, чтобы так просто просыпаться от них — да что же ты будешь делать, эй, просыпайся. Здесь неудобн… — в этот момент слова комом в горле застревают, не давая больше ничего произнести. Так сладко спящий мальчик, ещё находясь в объятиях Морфея и не чувствуя на себе очень внимательный, слегка томный взгляд, поворачивается аккурат в сторону Алекса, что заставляет взрослого мужчину даже вздрогнуть слегка и, облизывает сухие и по красивому пухлые губы оставляя их открытыми, а мужчина готов в лобовое стекло головой врезаться, чтобы не чувствовать чёртово возбуждение, что моментально накрывает его с головой. Альфа тяжело вздыхает, делая себе только хуже — запах этого мальчишки распространился уже по всей машине и уж точно задержится тут на неделю-две. Придется на этот срок поменять средство передвижения, раз уж он с ума сойти не хочет, если конечно уже не сошел. — Блять, — Алекс знает, что будет проклинать себя потом, он знает, что всё еще не имеет на это право. Этот парень пока ему не принадлежит, но всё же тянется к желанным губам и так невинно, почти невесомо целует, что мужчина в какой-то момент ловит себя на мысли — он в жизни так никогда не делал. Всегда брал, что хотел, когда хотел и где. Сам себе закон, а также закон для всех остальных. Грубый, жёсткий, справедливый, но никак не романтичные и нежный — это всё не его удел. Мужчина отстраняется и облизав кончиком языка свои губы, как-будто желая съесть поцелуй, горько ухмыляется. Вот что значит «любовь» и вот как она на тебя влияет. Мужчина осознает, что пропал окончательно. Понимает, что даже стараться будить парня не будет — просто повезёт к себе домой и завтра, когда это солнышко проснется, найдет оправдание этому глупому поступку. Сейчас же мужчина кладет широкую ладонь на гладкую щеку мальчика и в смазанном жесте медленно оглаживает, не торопясь переходит к губам и проводит по нижней большим пальцем. Волосы такие мягкие, что хочется всегда их касаться и как можно чаще целовать этого ангела в макушку. — Надо купить тебе новую одежду, — альфа внимательно осматривает Тони несколько раз подряд и недовольно качает головой — такая одежда подойдет только на летний сезон. Алекс бросает взгляд на небольшой рюкзак, лежавший на заднем сидении. Беспардонно и подло врываться в чужое пространство, тем более лезть в чужие вещи, но мужчину как-то это не останавливает. Он спокойно открывает старенькую сумку и первое что видит — сигареты, которые сразу же летят в бардачок машины вместе с зажигалкой. Если это и мальчика, то Алекс ни за что не позволит ему взять эту дрянь в рот снова. Быстро фотографирует все паспортные данные с банковской картой и, убедившись, что больше ничего там нет, возвращает вещь на прежнее место. Мужчина заводит машину и развернувшись на стоянке, быстро начинает ехать по совершенно пустым дорогам домой. С ума сойти, он с эти пацаном три часа провел, этого даже не заметив.

***

В трехэтажном белом коттедже уже как два часа горит свет. Уложив парня на свою кровать, и накрыв толстым пуховым одеялом, Алекс проходит к своему столу и открыв компьютер начинает быстро вбивать информацию об омеге. Пока есть время, надо им пользоваться. Мужчина даже усталости не чувствует, так его окрылило то, что тот, о ком он чуть ли не в мечтах бредит, сейчас лежит на кровати и как котёнок посапывает, что даже шестнадцати ему не дашь. Его омега и правда такой малыш. Телефон Тони, который предварительно был поставлен на беззвучный режим и находящийся в данный момент рядом с компьютерной мышкой Алекса вдруг начинает светиться, оповещая о новом сообщении. Самый лучший на свете альфа. 04.56: «Я уже закончил, еду домой. Если что, звони — я за тобой приеду. И надеюсь, ты всё-таки поел то, что я приготовил для тебя? И не забудь, пожалуйста, что сразу же после пар мы идем в магазин. Дома почти нет продуктов.» Алекса буквально передергивает от этих неприятно-приторных сообщений. Мужчина прочитывает ещё раз и ещё, пока до него не доходит вся абсурдность ситуации — этот малыш уже чей-то. Этот омега не твой. — в который раз шепчет ему подсознание, а он только сильнее головой мотает, пытаясь с головокружением выбить эти мысли, что роем влетели в голову, разрушая что-то глубоко внутри. У омеги такой чистый и невинный запах, что в это поверить совершенно не получается и не хочется вовсе. Мужчина резко вскакивает и буквально вылетает из комнаты, мчась к бару с алкоголем. Ревность, обида, боль? Что это за чувство? Всё смешивается в какой-то сумасшедший коктейль и алкоголь только усугубляет всю ситуацию. Впервые выпитый залпом стакан виски не помогает ни капли. — Метка, — альфу словно током бьёт, — у него должна быть метка. Кровать медленно прогибается под весом Алекса и тот так нежно осматривает омегу, что если бы кто-нибудь из его подчиненных увидел своего начальника, непробиваемого мистера Алекса Джонсона в таком состоянии, то до безумия удивился, что этот каменный и казалось, до мозга костей бесчувственный человек, может быть таким. Альфа тянется к первой пуговице на рубашки мальчика и с успехом расстегивая её, идет дальше. Сначала, он и не думал, что будет подобное делать с Тони — не было надобности, но сейчас нервы на взводе и мужчина просто не успокоится если не проверит и не увидит это собственными глазами. Как бы больно это не было. Последняя пуговица расстегнута и Алекс тут же начинает оттягивать рукав сначала левой руки и, с облегчением обнаруживая просто молочную кожу, тянется к правой. — Ч-что Вы д-делаете…?! — и тут  последняя ниточка надежды обрывается, разрушая такой хрупкий мост, связывавший этих двоих между собой. Тони открывает глаза и с диким испугом смотрит на альфу, — отойдите от меня!  Все надежды потеряны. Какой же ты придурок.