Что тебе от меня нужно?

Приём у врача проходит как-то сильно быстро и скомкано. Уолтер осматривает Тони, но никаких явных изменений в мальчике он не чувствует, кроме запаха, конечно же. Алекс очень влиятельный и сильный во всех пониманиях альфа, так что это неудивительно — мальчишка даже без каких-либо сексуальных связей, практически пропах им. Они уходят практически ни с чем, что сильно огорчает Алекса и не очень заботит омегу. Просто мальчику это с самого начала казалось странным. Это очень сомнительное мероприятие, так-то. — Хочу кушать, — мычит маленький, когда его живот уже в который раз напоминает о себе с неприятным и громким урчанием. До встречи с Алексом он мог днями не есть и практически не ощущать чувство голода, а тут… Мужчина изменил мальчика во всех смыслах. Не сказать, что это плохо. Но точно уж нехорошо. Но так считает только мальчик. Альфа же смеётся и кидает уже привычное «мы уже на пути, малыш, потерпи», давит сильнее на газ. Ведь его малыш проголодался. Его омега хочет кушать, а значит надо как можно быстрее его накормить. Они почти не разговаривают по дороге в кафе, в отличии от живота омеги и каждый думает о чём-то своём. Джонсон, например, о том странном выражении лица, что мимолётно промелькнуло на лице доктора, когда он проверял Тони на какой-то резкий и до жути неприятный запах. Мысли его очень глубоко уходят в корень и вытаскивает мужчину только сигнал пришедшего сообщения на телефон. Уолтер Смит. 18:36: «Мистер Джонсон, наберите меня, как только проводите Вашего омегу домой. Это личный разговор и он пока не для ушей мальчика.» Первый тревожный сигнал запущен и он незамедлительно его ловит. Альфа инстинктивно поворачивается на Тони и видит как тот удивленно смотрит на него, словно вопрошая: «что-то не так?», на что мужчина только кивает головой натягивая лёгкую улыбку. Алекс безумно боится за своего истинного и хочет побыстрее закончить этот уже ненавистный ему разговор, который даже ещё не начался. Если он узнает, что с его малышом что-то не так, он же не выдержит. А если что-то пошло неправильно? Алекс просто разорвётся от этих чертовых чувств. Он жизнь свою без этих глаз уже представить не может.

***

Мужчина с девяти часов утра сидит в своём офисе и постоянно следит за временем — ровно через час ему надо ехать на встречу с лечащим врачом Тони, ведь он категорически отказался разговаривать по телефону. — «Такие вопросы, мистер Джонсон, решаются только с глазу на глаз» — и этого было достаточно, чтобы Алекс начал сильно переживать. Мужчина ходит из стороны в сторону, нарезая круги по офису и срывается на всё и вся. Именно сейчас не хватает такого успокаивающего земляничного запаха. Именно сейчас он хочет забить на всё, сорвать к своему малышу и крепко-крепко обнять. А ещё лучше прильнуть к губам этого чуда и зацеловать его до смерти. Словно наркоман Альфа начинает смеяться от своих же собственных мыслей и это выглядит пугающе. Но он ничего не может с собой поделать. Поцелуи этих невинных губ манят словно самый сильный наркотик и он даже не хочет противостоять этому соблазну. Хочется просто упиться этими поцелуями в хлам. Превратиться в пьяницу от ласк, но продолжать целовать, целовать, целовать. Что он и сделает первым делом со своим малышом как только его увидит. Через долгие полчаса, всегда сдержанный Алекс срывается с места и несётся к парковке — у него нет сил ждать. Ведь ожидание, как и расстояние убивают больше и больнее всего. И сейчас Джонсон сидит в небольшом, но приличном ресторане, ожидая своего собеседника. Он так надеется, что тот не придёт. — Здравствуйте, а Вы сегодня рано, — но желаниям, увы сбыться не дано, через какие-то пять минут приходит сам доктор и пожав руку альфе, плавно садится на стул, — не терпится узнать, зачем я Вас позвал поговорить лично? — мужчина словно издевается. Он, кажется знаком с судьбой этих двоих и теперь, они вдруг сговорившись, решили хорошенько поиздеваться над ними. — Давайте перейдём к делу, — но Алексу не до шуток вовсе. — Хорошо, — Смит поправляет очки и кладёт локти на стол, внимательно осматривая мужчину, — У Вас ничего с мальчиком не было? Запах безумно сильный. Он только половым путём передаться может, — мужчина всё же решает пока зайти издалека. — Нет. Не было ничего, кроме одного поцелуя, — мгновенно отвечает альфа и даже не смущается ни капли. — Вот оно как, — Уолтер молчит с минуту и шумно выдыхает, — Алекс, я тебе сейчас скажу это ни как врач, а как такой же альфа как и ты, который тоже нашёл в своё время истинного, — такой переход на неофициальную речь заставляет альфу удивиться, даже немного возмутиться, а потом настолько напугать, что тот невольно вздрагивает, когда слышит конец предложения, — узнай у своего малыша про его прошлую жизнь. Про его семью и что с ним было до приезда в Нью Йорк. Как я понял, что ты уже искал информацию о Тони? — Искал. — Я тоже искал, — альфа делает паузу, — его нет не в одной поликлинике его родного города. Его словно не существует. Альфа резко дергается. Он уже не в первый раз слышит такое. — Я не знаю, где ты нашёл этого пацана, но его нет не в одной базе. — В смысле нет? Как так? — до этого вальяжно развалившийся на своём рабочем месте Алекс, сейчас, заполучив такое дерзкое заявление напрягается и подъезжает в плотную к столу. Кладёт на него руки и скрещивает их в задумчивом жесте. — Он как будто не существует, вот как, — Стив шагает на середину большого кабинета и встает напротив стола начальника. Но это же абсурд. Человек не может полностью стереть с себя всю информацию. Это возможно, если только обладать хорошими деньгами и потрясающими связями. Но его мальчик не имеет ни одного, ни другого. — Сегодня я заметил очень странную реакцию на спирт, — тем временем продолжает доктор, — сложилось такое ощущение, словно он чувствует. Он чихнул и поморщился, но вовсе не от запаха. Возможно у него что-то не так с носовыми клапанами. Такое иногда бывает при вывихе или переломе… — Ты меня сейчас подводишь к тому, что у Тони сломан нос? И то что в прошлом его били? — Алекс повышает голос и сжимает руки в кулаки под столом. Он в это верить не хочет совсем. — Я говорю, что вижу, Алекс. Не переводи мои слова из крайности в крайность. Это всего лишь мои предположения. — А как я могу этого не делать, если ты мне говоришь такое?! — и альфа вспоминает, как вечно вздрагивает мальчик о любом упоминании его старого города и жизни до появления Алекса в ней. А потом он переводит воспоминание на Джеймса, который явно знает, что скрывает его омега. Но говорить этого не желает совсем. И альфа не выдерживает. Он встаёт и несётся к выходу из ресторана. Ему надо быстрее поговорить с Тони. Мужчине надо быстрее убедиться в неправоте предположений Уолтера. Это априори быть не может. Его мальчик такой красивый, такой хрупкий, такой идеальный… Как… Как кто-то может поднимать руку на это чудо? Джонсон отбрасывает непрошенные мысли своего воображения, которое не хотят останавливаться ни на минуту и всё продолжают рисовать чудовищные изображения в голове у альфы. Он так надеется, что это всё неправда. Он хочется, чтобы от услышанных предположений врача, Тони громко залился своим детским и прекрасным смехом, говоря, что это всё бред сивой кобылы и что ни одно слово не является правдой. Но… Так бы было очень просто. Всё они люди и все они живут в суровой реальности. Где каждый сам за себя и никто друг о друге даже думать не хочет, до тех пор пока не находят своего человека. Это не сказка, где всё так красиво и боли нет совершенно. Жизнь — редкостная мразь, которая смеётся, когда другим до безумия больно. Ей так свободно и комфортно от страданий других. Но иначе быть не может вовсе. Если бы всё было именно как нам рассказывают в сказках — жизнь была бы ничтожна. Она бы была коротка и скучна. Жизнь всегда враждует с судьбой. Это словно две подруги, что не поделили понравившегося им обеим человека. Каждая хочет забрать его себе. Одна сулит счастье и покой, другая — хаос и разрушение. И они обе — по правде говоря, ничего друг без друга не представляют. Но будьте уверены, пока эта парочка вместе и пока они ещё настроены против друг друга  — человек живёт своим чередом. И ничего необычного не происходит, а если и происходит — то мы уже давно этого и не замечаем. Но стоит разорвать эту крепкую связь, отправить каждую в противоположные углы и запретить даже смотреть в противоположные стороны — мир перестанет существовать и наступит конец. Возьми руку своего человека и крепко её сожми. Даже не смей отпускать, просто веди его через всю жизнь, иногда сталкиваясь с судьбой, отпускай несколько шуток и быстрых разговоров, а затем, иди дальше. Никто не сможет провернуть это в одиночку, кто-бы этот человек не был. Просто не отпускай свою пару и возможно тогда, вы сможете обвести жизнь вокруг пальца.

***

В аудитории на втором этаже корпуса немного прохладно. Неделю назад одно из пластиковых окон сломалось и до сих пор никто не удосужился его починить. Омега резко вздрагивает и устало вздыхает. Последнее время Тони только и живёт вечерами. Он уже ждёт тот момент, как выбежит из класса и сломя голову рванёт на улицу и только перед дверью сбавив обороты, потому что… Он просто не хочет, чтобы Алекс видел, как мальчик жаждет его видеть. Как он его постоянно ждёт. Тупая омежья логика. Джеймс спокойно и беспардонно спит на парте по праву руку от пацана и тихо сопит. Ему, на самом деле так плевать что сейчас происходит на паре по философии. Чего не скажешь об омеге, который вчера, между прочим до трёх часов ночи готовился, забив на хороший сон. Он хочет и готов ответить. Из-за того что омега в прошлом подрабатывал, мальчик об учёбе полностью забывал, а сейчас появился и стимул и время. — Так, следующий вопрос про философию эпохи Возрождения, — тянет статный мужчина лет пятидесяти пяти и даже глаза на группу не переводит, смотрит что-то в компьютере, — Тони? Ты готов? — альфа вскидывает голову и пронзительно смотрит на мальчика через свои очки. — Да, — омега поднимается и хватая свою тетрадку со стола и аккуратно пролезает через друга, совершенно в этот момент не замечая пришедшее на его телефон сообщение.

***

Альфа стоит на парковке уже целых семь минут, что является неимоверно долгим ожиданием. Обычно омега отвечает моментально. Где бы он не находился, а сейчас даже на телефон не берёт. Алекс думает, что ещё постоит пять минут и уже тогда пойдет в сам университет, но срывается через какие-то две и залетает в корпус. Пары ещё идут и поэтому в здании непривычно тихо. Мужчина сверяется со временем на часах и даже, не взглянув на расписание, идёт на второй этаж. Он его наизусть уже выучил. Именно там по факту должен находиться его мальчик. Двери почти во всех кабинетах открыты нараспашку и это даёт альфе быстро пройтись по всем аудиториям взглядом, даже не заходя в них. Но увы, мальчика ни в одной не оказывается и Алекс уже хочет идти обратно и свериться в конце концов с расписанием, как замечает знакомую тушу на самом последней парте, что довольно удобно разложилась на парте нагло посапывая и он понимает, что место рядом со парнем — это место Тони и оно, почему-то пустует. Альфу передёргивает. Он всё же решает подойти поближе, как вдруг слышит знакомый голос и выдыхает. Его мальчик просто стоит у доски, которую не видно, если конечно же, не зайти в аудиторию полностью. — … поэтому в Ренессанс происходили такие события… — То есть ты утверждаешь, что книга убивает? — Алекс делает шаг в кабинет и видит альфу среднего возраста, который подперев подбородок рукой внимательным взглядом изучает мальчика. Его мальчика. — Я не имел этого ввиду, профессор, я хочу сказать, что прочитав книгу, люди становятся более умными. Они начинают понимать, что являются пешками в руках религии. А также после перевода библии на немецкий язык, те, кто имел отношения к церкви сумбурно это принимают. — А кто её перевёл? — Лютер. Раньше библия была только на латинском, а Лютер перевёл её на немецкий… — Это всё ясно, Тони, но не отходи от от темы. Как ты считаешь, какую роль книгопечатание сыграло в жизни людей того времени… — мужчина замолкает и переводит взгляд на дверь. А мужчина, поняв, что его заметили, заходит полностью, — простите, Вы к кому? — К нему, — отвечает Алекс кивая в сторону мальчика, который даже не смотрел на него и что-то яро листал в своём конспекте, но услышав знакомый голос резко вскидывает голову и удивленно-непонимающе разглядывает мужчину. — Ах ну да, точно. Почему же я сразу не почувствовал, — спохватился мужчина и хлопнув в ладоши перевел внимание на Тони. — Ты можешь идти. Раз за тобой пришли аж сюда, — Алекс улыбается омеге, а потом устремляется к его парте. Надо бы ему помочь и собрать все вещи. — Подождите, — резко восклицает мальчик, — я хочу продолжить дискуссию. — Я тебе и так поставил баллы, — как-то удивленно протягивает профессор и переводит внимание на монитор. — Не, не, я что, зря до утра готовился? — обиженно вопрошает омега, а потом его словно стрела пронзает и он поднимает взгляд на альфу, который уже очень серьёзно смотрит на мальчика. Без доли улыбки на лице. И Тони понимает — ему попадет. Альфа понимает это тоже, осознавая, что оказывается мальчик ему вчера соврал, говоря, что уходит спать в одиннадцать вечера. Он ложь никогда не оставляет без внимания. Особенно если это связано с его омегой и особенно, когда это что-то касается его самочувствие и здоровья.

***

Пара садится в машину. Они друг другу и слова не говорят. Мужчина просто ждет пока омега пристегнется, а после достаточно быстро выезжает с парковки. В салоне тишина такая, что кажется, слышно как бьется сердце каждого из них и как воздух, буквально пропитанный электричеством, медленно исчезает. Мужчина уже давно решил куда повезёт сегодня Тони, но сказать куда именно он не решается до сих пор, поэтому они без единого слова подъезжают к особняку Алекса спустя полчаса и так же молча выходят. Мальчику даже не страшно. Он знает, что этот человек не позволит себе ничего с ним сделать. Но это не означает, что волнение пропадает тоже. Оно наоборот накатывается новой волной на пацана, топя его в шторме предположений. Такой Алекс и пугает и нравится ему одновременно. Мужчина ставит машину на сигнализацию и подойдя к омеге, берёт его руку. Она очень тёплая и большая. Смотрится неимоверно прекрасно вместе с маленькой ладошкой мальчика. До предела эстетично. И им обоим это нравится безумно. — Что будешь кушать? — они заходят в большой дом и омега непроизвольно открывает рот— эта роскошь, к которой так привык альфа, выглядит неестественно и даже дико для омеги. Он моментально сравнивает себя с домом и понимает, что не вписывается сюда от слова совсем. Алекс же смотрит на омегу с любовной улыбкой и думает, какой же он, мать твою, уютный. Ему такая обстановка идёт к лицу и однажды он будет видеть Тони здесь каждый день. — Что приготовишь, то и буду. Ты знаешь, я к еде не привередлив, — тихо отвечает омега и охает, когда чувствует, как его талию мягко обнимают руки мужчины и крепко прижимают к крепкой груди, — что ты… — Тише, тише… Давай просто так постоим, — мальчик чуть заметно кивает и улыбается. Как какой-то дурак от уха до уха. Как же хорошо эту улыбку не видит он. — Я бы всё отдал, чтобы каждый день тебя здесь ощущать, — мужчина глубоко и горячо дышит в макушку омеги. Это так потрясающе. Ничего прекраснее быть не может, а потом помутнение спадает и альфа вспоминает причину, почему он так рано забрал Тони из университета и привёз именно к себе. Алекс резко отстраняется и идет на кухню. Это будет очень тяжелый разговор.

***

— Первая пачка почти закончилась, — протягивает мальчик, видя как альфа выдавливает одну из последних таблеток на руку и переводит свои изумруды на янтарные глаза. — Я заказал десять, малыш. Не волнуйся, — и перед тем как уйти в зал, целует мальчика в щёчку, — давай посмотрим фильм, какой жанр ты любишь? — Драмы люблю, и… Мультики. И это солнышко заставляет Алекса снова засмеяться. И пускай только потом скажет, что не является ребёнком. День пролетает быстро и вот альфа уже наблюдает как его чудо сопит у него на груди, что-то непонятно бормоча себе под нос и понимает: он так и не поговорил с ним. Он так и не набрался смелости задеть эту тему. Мужчина оглаживает чуть розоватые щёчки Тони, переводя руку со лба на подбородок и обратно. Губы мальчика чуть приоткрыты и он периодически их облизывает. Они почему-то слишком сухие и слегка покусанные. Этот стресс от учёбы уже понемногу сводит с ума не только омегу. Мужчина нутром чувствует, как маленький старательно учится, а этот университет выжимает из него последние соки. И это Алексу не нравится от слова совсем. — Что же ты скрываешь, малыш… — альфа гладит омегу по голове, тянется к губам мальчика и целует его. Потом спускается к шеи и глубоко вздыхает. Ты скоро меня похоронишь в моих же собственных мыслях. Время останавливается, а потом летит быстрее скорости света, не обращая ни на что внимания. Словно в тупой мелодраме. Альфа усмехается, но взгляд от мальчика не отводит. Он слишком красивый, когда спит и очень глупо пропускать такой редкий момент. — Алекс? — но через минуту омега размыкает веки и несколько раз медленно моргает, — сколько времени? Почему ты меня не разбудил? — Не смог разбудить тебя, малыш, — улыбается мужчина и понимает какую глупость сморозить, — ты до безумия красиво спишь. — Не смотри на меня так, — мальчик краснеет в одно мгновение и отводит взгляд на руки мужчины, которые всё время покоились на груди омеги. — Я всегда смотрел на тебя так малыш и буду продолжать это делать, — и Алекс вновь зарывается носом в мягкие волосы мальчика. Неимоверно сладкий. Тони рвано выдыхает и не находит ничего лучше отвлечения, чем начать рассматривать руки мужчины. — Такие большие, — охает мальчик слегка приподнимая достаточно тяжелую руку и сравнивая свой маленький по-детски аккуратный кулачок с огромной ладонью. — Зато очень красиво смотрится, — смеётся Алекс и берёт маленькую ручку в свою, — и удобно. — Ну да, — соглашается маленький и о чем-то задумывается, даже взгляд от сплетённых рук не отводя. Джонсон прикасается свободной рукой к подбородку мальчика и немного вздергивает его наверх, — что… — Я обещал тебя целовать каждый день, — только и говорит старший и припадает полураскрытым губам, выбивая весь оставшийся кислород из лёгких омеги, — малыш, — альфа понимает, понимает, что спешит, но сделать с собой больше ничего не может, — просто попробуй копировать мои движения хорошо? — и Тони кивает вдыхая побольше воздуха. Пара затягивает друг друга во влажный поцелуй, который длится слишком долго, но им кажется, будто всё происходит очень быстро. Они просто упиваются друг другом. Наслаждаются нежностью и запахами, что витают в воздухе. Они не обращают ни на что внимания. Не слышат и не видят ничего. Альфа пропускает десяток звонков и уведомлений с работы, а омега совершенно не слышит пришедшего сообщения на телефон, который остался покоиться в куртке. Неизвестный номер. 20:09: «Детка, я нашёл город в который ты сбежал. Я даже больше скажу. Я уже тут. И даже не надейся, что я не смогу найти то место, где ты живёшь.»