Старинный род

       Старинный дом семьи Блэк от всепоглощающего мрака не спасли бы даже широкие окна, поэтому в поместье тем вечером постепенно зажигались свечи. Лишь окно юной Беллатрикс, оставаясь во мраке, не озарялось золотым светом. Тени давно уже отвоевали пространство той холодной комнаты.        Она сидела неподвижно в старом кресле, совершенно не боясь темноты. Белла была в глубокой задумчивости. Она думала о долге семьи и о цели их жизней. В семье Блэк все осознавали важность предотвращения смешения крови и теперь, когда появился человек, способный вести их, они могли бы с лихвой выполнить свой долг.        Некий полукровка, забывший о низости своего прошлого, стал для юной мисс Блэк идеалом. Он силён. Необычайно силён. Такие люди всегда идут к своей цели, и упаси боже оказаться у них на пути. Для таких нет ничего запретного, как и нет невозможного. Да, она пойдёт за ним!        В глубине дома послышались отзвуки скрипки. Через тонкое стекло окна доносился вой ветра, и глухим барабанным стуком бились капли дождя. Осенью всегда грустно — это, видимо, неосознанное сожаление об уходящем. В октябре того года, поистине пряном, опадали, рассыпаясь, листья, и изводили своей настойчивостью дожди. Время становилось вязким. А когда придёт декабрь, точно покажется, что зима захватила Лондон в свои оковы навсегда.        Белла резко встала с кресла и подошла к зеркалу. Она долго и пристально смотрела на своё отражение — сомнения одолевали её.        — Решу, — тихо, но твёрдо шептала она. — Решу именно сегодня!        В характере Беллатрикс Блэк была удивительная черта, не присущая больше никому в её семье — это непоколебимая преданность. Если она решила принять тёмную метку, то уже никогда не отойдёт от своего решения. Она забудет обо всех сомнениях, терзавших её накануне, и будет служить лорду, не жалея жизни. В ней одной будто был заложен механизм самоуничтожения, и это было несвойственно никому в семье Блэк.        Вдруг отражение в зеркале поменялось — плотно сжатые губы, сосредоточено сведённые брови. Беллатрикс Блэк приняла решение и не стала бы колебаться больше ни минуты. Она выполнит долг. В доме смолкла скрипка. Огоньки свечей потухли в холодности ночи. И наступила тишина.        В Лондоне, по всей видимости, начался Всемирный потоп — в Малфой-меноре от беспросветного потока воды даже запотели окна. В гостиной, где сидел тёмный лорд, горел камин.        Силуэт мужчины был едва виден — будто он стал частью дома, неотрывной и важной, будто он стал частью почти осязаемой тишины и спокойствия. Чёткий, спокойный профиль его был серьёзен — нахмурены брови в задумчивости, лоб прорезала глубокая морщина, и туманные голубые глаза, устремлённые к окну, смотрели сквозь дождь, в глубину непроглядного ночного мрака.        — Мой лорд, — вдруг послышался голос Люциуса, стоящего в дверях. — Пришла Беллатрикс Блэк, мой лорд.        — Впусти.       Она вошла неторопливо, с опаской и восхищением смотря на мужчину, который, в свою очередь, спокойно и лаского взглянул на неё.        — Мой лорд, — едва слышно произнесла Белла, изо всех сил стараясь говорить более уверенно. — Я приняла решение... Я хочу получить тёмную метку. С Вашего позволения, разумеется...        Лорд пристально оглядел её, хмуря брови.        — Я полагал, Беллатрикс, что ты придёшь намного раньше. Долго же ты сомневалась? — спросил лорд, чуть заметно улыбнувшись.        — Это теперь не имеет значения. Я готова отдать свою жизнь за наше дело, и для меня это будет честью.        — Пусть так... Люциус! — Громко сказал лорд мужчине, всё ещё стоявшему в дверях. — Войди! Ты будешь свидетелем.        Всё прошло, как казалось потом Белле, слишком быстро: произнесение заклинания, едва ощутимое покалывание на правой руке, а затем страшный знак, показывающий, что Белла теперь не принадлежит себе — она отдала себя долгу.        В гостиной находились трое — один сидел в кресле возле камина, двое почтительно стояли же рядом. Они тихо говорили о том, что имело для всех троих значение непреходящее. В комнате горела свеча и озарял стены медовыми бликами камин. И казалось, что мрак отступал.        Холодный дождь прорезал ночной воздух, грозя затопить всю Англию. Ветер приносил отзвуки скрипки из старого Лондона, и той ночью мрак поглотил души людей.