Новогоднее путешествие

      ***       Стоит ли говорить, что полёт для мужчин был ещё одним удивительным открытием? Во-первых, транспортное средство оказалось очень комфортным, совершенно не чувствовалось ни гула двигателя, ни болтушки в воздушных ямах, ни вибрации, ни других привычных землянину неудобств. Во-вторых, открывшаяся панорама просто восхищала своей красотой. Что-что, а местные жители действительно позаботились о родной планете. Природа буйствовала своей первозданностью. Леса, реки, озёра, горы, над которыми они пролетали, поражали дикостью и нетронутостью. Ни дамб, ни вырубленных лесов, ни проложенных дорог Дима со Славой не увидели, зато имели возможность полюбоваться на бесчисленные стада зверей. Единственным напоминанием, что планета всё же заселена разумными существами, были острова городов и небольших поселений, к сожалению, сейчас безлюдных.       Созерцая такую красоту, мужчины не заметили, как прибыли в назначенный пункт, о чём сообщил им бортовой компьютер. Через минуту они начали спуск на взлётную площадку.       — Знаешь, о чём я попрошу Эла, когда мы вернёмся? — спросил Слава. — Чтобы он предоставил нам возможность облететь всю планету. У меня просто нет слов, чтобы описать свои эмоции от увиденного.       — Согласен, — улыбнулся Дима, наблюдая как светятся детским восторгом глаза парня. — Я очень рад, что ты додумался вытащить меня из лаборатории. А то ещё немножко, и у меня бы крыша поехала. Нужно практиковать такие путешествия почаще.       — Точно! Так и сделаем… пока ты не отправился домой…       Улыбку с лица Славы будто ластиком стёрли, а в глазах опять поселился страх разлуки. Он понимал, что нельзя показывать свои эмоции Диме, планировал же отдыхать, приятно провести время, но не смог вовремя взять себя в руки.       — О, когда это ещё будет! — ответил Дима, всё ещё улыбаясь, — И будет ли вообще! Не думай об этом! Мы оба здесь, вместе, и вокруг никого! Может хотя бы один землянин похвастать тем, что бросил к ногам любимого человека целый город? Нет, не может! А ты да — ты подарил мне не дом, даже не дворец, ты подарил мне целый город. Так что давай, показывай владения!       От этих подбадривающих слов у парня защемило в груди и защипало в глазах. Почему он стал таким сентиментальным? Нет! Хватит расстраивать Диму! И себя заодно! Мы приехали веселиться — значит, будем веселиться!       — Ну, я и сам пока не знаю, что тут к чему, — Слава заставил себя улыбнуться в ответ. — Эл обещал прислать карту самых красивых мест этого города, сейчас посмотрим…       Вроде бы и Слава, и Дима были готовы к тому, что город пустынный, что нет ни одной живой души здесь, а всё равно было настолько непривычно, что первое время они даже чувствовали какое-то напряжение, будто боялись увидеть призраков. Но привычное снование роботов, накрывающих обед в очень красивой беседке, а потом сопровождающих их в экскурсии по маршруту, подсказанному Элом, вскоре расслабило, а душевный разговор и вовсе заставил забыть все тревоги последних дней.       Слава удивил Диму тем, что пригласил на такое необычное свидание. Но и Дима не остался в долгу. С каждым часом парень всё больше удивлялся, как Дима красиво ухаживает за ним. Лёгкое объятие, поцелуй в щёку невзначай, вовремя поданная рука, чтобы не споткнулся на лестнице. Сначала Слава не придавал этому значения, просто думал, что это дань воспитанию, что так по-джентельменски Дима вёл бы себя с любой женщиной. И это даже немножко задевало. Он-то не женщина. Но вскоре Слава обратил внимание на взгляд мужчины. Тот смотрел нежно, трепетно, лаская взглядом похлеще рук. И каждый последующий взгляд разжигал всё больший огонь страсти у обоих. Парень уже готов был бежать в первый попавшийся дом и искать там спальню, но просто не хотел рушить ту романтическую атмосферу, что создалась вокруг них. А чтобы хоть немножко снизить дикое возбуждение, овладевшее им, предлагал посмотреть ещё на вон ту арку, или вон там должен был быть музей, а в музее самая знаменитая картина…       — Слав… — тихо окликнул Дима, тем самым останавливая его порыв.       — Что? — прошептал парень в ответ, глядя в глаза мужчины, чувствуя желание не меньшее, чем у него самого.       — Спасибо тебе! — так же тихо продолжил Дима и нежно коснулся губ.       Ответное касание и с выдохом:       — За что?       — За то, что однажды ты поцеловал меня, и это привело нас обоих сюда, в этот необитаемый город. Это лучшее, что со мной могло произойти… — и снова лёгкие, нежные касания губ к губам.       — Правда? — недоверчивый шепот.       — Правда! Я люблю тебя!       — И я тебя люблю…       Следующий поцелуй инициировал Слава. И его уже нельзя было назвать лёгким и трепетным. Это был страстный, требовательный поцелуй возбуждённого мужчины.       — Я хочу тебя! — простонал парень.       — Прямо здесь? Посреди площади средь бела дня? — хихикнул Дима.       — А почему бы и нет? Это же наш город, где хотим, там и трахаемся, — засмеялся Слава. — Так, роботы, миленькие, немедленно нам самую большую кровать сюда!       — Слав, ну здесь же везде камеры! За нами смогут наблюдать все оставшиеся семьсот с гаком тысяч людей, живущих на этой планете!       — А мне плевать! Я люблю тебя! И хочу! — плотоядно улыбнулся Слава, поглаживая грудь Димы и пытаясь расстегнуть рубашку. — Но так уж и быть! Роботы, и балдахин нам соорудите, а то у этого скромняги и не встанет.       — Что? У меня не встанет? Да у меня уже! — подхватил игру Дима. — Вот доказательство!       Он потёрся своим доказательством о бедро Славы и издал глухой стон удовольствия. Всё, шутки закончились! Обоих накрывала необузданная страсть, и они отдавались этой страсти как в последний раз. Лишь краем сознания Дима отметил, что роботы вовремя успели создать балдахин, но, если честно, ему тоже было абсолютно плевать, смотрит ли кто-нибудь сейчас на них или нет. В эту секунду был только он и его любимый человек, и больше никого в целом мире.       ***       На улицы города пришёл вечер. Единственные его обитатели — Слава и Дима всё ещё лежали в кровати, сооруженной роботами посреди площади. Оба насытились сексом и теперь, удовлетворённые и усталые, только слегка поглаживали друг друга. Да переговаривались с ленцой, но не утратив чувства юмора.       — Милый, ты не устал? — с наигранным сочувствием спросил Слава.       — Нет, милый, не устал. А ты? — в голосе Димы тоже ощущалась преувеличенная забота.       — Я тоже не устал. Давай ещё разок… на крыше во-о-он того дома.       — Хорошо, но с условием, что после мы всё-таки заберёмся на самый верх обсерватории и повторим и там ещё раз.       — Обязательно! — клятвенно пообещал Слава, а через мгновение оба заржали.       Уже очень давно они не ощущали такой идиллии, такого единения и взаимопонимания. Пожалуй, с того момента, как Слава сам вызвался помочь навести порядок в городе. Сначала было много работы, потом спонтанный и такой неожиданный контакт Димы с его дочкой выбил из колеи обоих, вот и последние дни оба варились в собственных переживаниях и страхах, не имея смелости признаться другому.       Эта поездка растворила, размыла на какое-то время проблемы, и оба почувствовали себя счастливыми. Слава всеми силами гнал от себя мысль, что это счастье ненадолго, а вот Дима… Дима много понял и переоценил за эти несколько часов, что провёл наедине с парнем. Правда, он даже не подозревал, какой подарок сделает своему любимому через несколько минут.       — Слав, а мы будем жить здесь, на площади? — спросил Дима после того, как оба перестали смеяться.       — Если ты хочешь, — улыбнулся парень, — можем жить здесь, можем на крыше дома или на крыше обсерватории. Кстати, Эл говорил, что мы можем выбрать себе любой из домов.       — А сколько мы здесь можем оставаться? — всё так же легко и беззаботно спросил Дима. Его настроение было просто до безобразия хорошим, поэтому о серьёзном думать не хотелось, а эти вроде бы серьёзные вопросы задавались сами собой, просто для того, чтобы о чём-нибудь говорить, а не для выяснения насущных проблем.       — Сколько захотим: день, неделю… Это нам отпуск в благодарность за спасение планеты, — повёл плечом Слава, тем самым показывая, что ему вроде бы всё равно, сколько они здесь пробудут.       — Я бы остался здесь с тобой до конца своих дней, — с нежностью посмотрел Дима на парня.       — Правда? — опять шёпотом переспросил Слава. И снова защемило в груди и защипало в глазах.       — Правда, Слав! — уже без улыбки подтвердил Дима. — Ты самый родной и самый любимый мой человек. Я очень тебя люблю!       — А как же… Ты ведь так рвёшься домой! Там у тебя…       Слава хотел сказать: «жена, которую ты так любишь, и дети», но Дима прикрыл ладонью губы парня, не дав договорить.       — Там у меня дети, которых я очень люблю, особенно младшенькую, Танюшку.       — А жена?       — Жена… Я её тоже люблю, но это уже не та любовь, что была в молодости. Она уже давно больше напоминает крепкую дружбу или родственную привязанность. Если бы у нас можно было оговаривать срок брака, то мой бы уже давно был разорван.       — Но как же! Вы же такая хорошая пара, так нежно и трепетно относились друг другу. Вам все завидовали! — удивился Слава.       — Потому и завидовали, что мы сумели сохранить дружбу, когда страсть ушла. Большинство этого не умеют, потому или разводятся, или живут как кошка с собакой.       — Но почему ты мне никогда об этом не говорил? Я же так…       Слава даже слегка обиделся на Диму. Видел же, что он страдает, что ревнует, и ничего не сказал.       — Ревновал? Да? — спросил Дима.       — Да!       — Во-первых, ты меня не спрашивал, и я думал, что тебе неприятно говорить об этом, а во-вторых… Ты бы поверил?       — Но сейчас-то я поверил!       — Сейчас да, а если бы я пришел с лаборатории, сердитый и расстроенный неудачами, и вдруг сказал, что я вот всеми силами пытаюсь пробиться на Землю, но это не то что ты думаешь, я совершенно не люблю свою жену — ты бы мне поверил?       — Пожалуй, ты прав — не поверил бы!       — Слава, милый, дорогой мой человек! Я тебя очень люблю! Иногда даже сам боюсь своей любви и той страсти, что кипит внутри. Но домой я хочу вернуться. Там мои дети, они ещё слишком маленькие, я им очень нужен.       — Я тебя понимаю… И поддерживаю. Земля — это слишком жестокое место для таких крох, как Танюшка, ей защита нужна. Уж я-то теперь могу сравнить.       — Вот только ничего у нас не выходит. И вряд ли я когда-нибудь их хотя бы увижу или услышу…       — Нет, Дима! Ты встретишься с ними! Мне это сам господин Ар обещал! — уверенно возразил Слава.       — Откуда такая уверенность? — хмыкнул Дима, явно сомневаясь.       — Считай, что чуйка сработала. Здесь она у меня как-то особенно ярко проявляет себя, и я будто наперёд знаю, что нужно делать, чтобы добиться желаемого результата. Так было, когда я захотел посмотреть на устройство госпожи Сии, так было, когда я предложил научить дрочить этих детей-переростков или когда говорил с Элом. Я просто знаю, что скоро что-то изменится, и ты обязательно найдёшь способ вернуться домой.       — Может, ты прав, я слишком нетерпелив. Нужно все опыты ещё раз тщательно перепроверить и найти ошибку. И рано или поздно мы откроем портал на Землю. — Глаза Димы опять загорелись надеждой, а губы растянулись в улыбке, но в следующее мгновение он тяжело вздохнул и продолжил: — Вот только как же я без тебя уйду! Не представляю…       — Ну ты же пока не уходишь…       — Да, я пока с тобой, а ты со мной. И я хочу прожить отведённое нам вместе время так, чтобы не сожалеть ни об одной минуте…