Звонок

Виктор устало растянулся на диване. Сегодняшняя тренировка вытянула из него все силы. Настроение было отвратительно-низким, и не радовало ни наконец-то распогодившееся небо, ни радостно виляющий хвостом Маккачин, ни ритмичная музыка в наушниках – ни-че-го. Такое настроение стабильно нападало на Никифорова раз в два-три месяца, и в этот период мрачного фигуриста обходили по широкой дуге, потому что в таком состоянии мужчина был совершенно невыносимым, затмевая по ауре депрессии даже Поповича. И этот вечер должен был стать одним из многих, но… - Вот скажи мне, у этих скотин есть хотя бы зачатки совести? – уставший и откровенно заебавшийся мужской голос заставил Виктора удивленно посмотреть на определитель номера. Убедившись, что номер незнакомый, а незнакомец действительно говорит на японском, Никифоров облегченно перевел дух. Ему не показалось, и он не двинулся мозгом. - Эм… Вы, видимо, ошиблись номером. Но незнакомец либо его не услышал, либо проигнорировал, потому что говорить совершенно не прекратил, с каждым словом говоря все быстрее и громче, явно распаляясь. Поняв, что неизвестный до предела взвинчен и раздражен и просто не обращает внимание, что ему говорят, Виктор замолчал. Мрачное настроение мгновенно сбежало, поджав хвост, уступая место заинтересованности. Устроившись на диване поудобнее, Виктор притянул поближе миску с печеньем и включил связь на полную громкость. - Нет, представляешь, сижу, разбираю документы, и вдруг вижу среди отчетов смету на ремонт летнего особняка. Черт возьми, сколько можно?! Четвертый раз за последние два месяца! Ну ладно, допустим, вы не можете жить мирно и спокойно, но зачем было уничтожать трехсотлетнюю рощу?! В чем несчастные деревья провинились? Ну хорошо, вы снова разнесли особняк и не сказали мне, ладно. Не страшно. Но сегодня утром я проснулся от того, что прямо под окном эти идиоты устроили салочки. Боже мой, этим придуркам уже за двадцать, но даже дети в свое время доставляли меньше проблем! А это вечное подкрадывание со спины, чтобы напугать? А разбитые окна и вазы после очередной «игры»? Господи, за какие грехи мне были посланы эти… эти… Даже слова подобрать не могу! Сорвать важный договор, потому что видите ли их босс не так на меня посмотрел! Из особняка слуги бегут, как от чумы, а они только ржут, скотины бессовестные! А вечные советы старшего поколения? Тсуна, туда не ходи, так не делай, и вообще, лучше женись на дочке дона Алигьеро, они будут чудесными союзниками! Видел я эту дамочку, так я лучше на последней шлюхе женюсь, чем пущу в дом ЭТО. Вот честно, всегда считал, что блондинки-барби так, для прикола придуманы, но она… Крашеная блондинка с пятым размером и утиными губами, в розовой футболке, которую выдает за платье, накрашенная как на войну и с мелкой псиной подмышкой. Здесь я претензий к моим идиотам не имею, среагировали они оперативно. Но, черт возьми, неужели хотя бы иногда нельзя вести себя нормально? А еще эти чертовы собрания, на которых каждый норовит ткнуть меня носом в мою «молодость» и «неопытность» и попытаться откусить от нас кусок. Забыли, из какой задницы я их всех вытащил, скотины… Здесь голос прервался. На заднем фоне послышались крики и звук как будто что-то разбилось. - Сволочи, если вы расколотили шкаф с сервизом, я вас отправлю к чертям собачьим, поедете в Сибирь налаживать отношения с медведями! Ему четыре сотни лет, это личный подарок от королевской семьи Вонголе! Но если вы грохнули витраж, можете заранее рыть себе могилы. Пристрелю на месте. Через минуту тишины Виктор услышал прерывистый вздох. Неожиданно спокойный голос мягко попросил: - Агата, принеси валерьянку и пистолет. Спустя всего десяток секунд послышался тихий звук глотания, а еще через пару – оглушительный звук выстрела и панические вопли, перемежавшиеся с руганью на незнакомом языке. Телефон отключился. Виктор задумчиво посмотрел на погаснувший экран. - Мда, а я думал, это у меня проблемы. *** Тсуна откинулся на кресле и устало помассировал виски. Болела голова, спать хотелось просто невыносимо, но было всего три часа дня. Его драгоценные Хранители успели вчера отличиться, умудрившись не только грохнуть витраж, но и снести вместе с ним половину стены, из-за чего в поместье был ремонт. Сами Хранители трусливо прятались, вполне справедливо опасаясь снова нарваться на трепку. Неожиданно завибрировал телефон. Тсуна скосил глаза на экран. Определитель высветил незнакомый номер, что было весьма странно – конкретно этот номер знало не так много человек. А если быть точнее – только Хранители и мама. - Да? - Надеюсь, сегодня твое настроение лучше, чем вчера и неизвестные мне придурки все-таки живы? – незнакомый мужской голос с заметным акцентом оказался полной неожиданностью. Тсуна застыл на несколько мгновений, а потом вспомнил. - Это тебе я вчера жаловался, да? - Ага. А заодно развеял мою хандру, за это спасибо. – в голосе чувствовалась улыбка. – Так они живы? - Да что им будет, спрятались, гады, и не высовываются. И правильно делают. Этому витражу было больше лет чем самой Вонголе, а они не только его разбили, но и снесли часть стены. А это опять ремонт! Ненавижу ремонт. – Савада поморщился. Голос хмыкнул. - Ясненько… А давай теперь наоборот? Я тебе буду жаловаться, а ты меня слушать? Тсуна улыбнулся краешком губ. Настроение отчего-то начало улучшаться. - А давай. - Ну тогда слушай. Скоро соревнования, и мне нужно готовиться, и так за счет техники выезжать придется, потому что вдохновение сдохло, а я сегодня на тренировке чуть не сломал ногу, а это значит, несколько дней без напряжений. Фельцман едва меня не придушил на месте, а вместе с ним и половина нашей сборной. А что я могу сделать? Будто бы я специально, честное слово. Я ведь не виноват, что всякие придурки лезут прямо в разгар прыжка. Пусть скажет спасибо, что коньком по башке не получил, как месяц назад. А еще Юра, которому я по глупости года два назад пообещал составить взрослую программу, ходит хвостом, глядит как на икону и отпугивает всех вокруг в радиусе пяти метров. Гопник малолетний, блин. Этому ребенку еще год до взрослой Лиги, а он уже нарезает вокруг меня круги. А самое кошмарное в этой ситуации то, что женская часть нашей сборной, наблюдая за этим, нашла себе развлечение. Эти идиотские фотки в Инстаграме… Нет, Юрочка конечно вполне себе красивый парень, но черт возьми! Он еще ребенок! Педофилки несчастные, им смешно, а мне не очень. И при всем при этом мне нужно улыбаться и делать вид что все прекрасно, потому что Витечка не может быть грустным. А у меня может быть депрессия, и хочется лечь и лежать, а не заниматься всякой фигней. Но нет, Витечка золотой медалист, поэтому ему нужно оторвать свою задницу от дивана идти на тренировку, а еще соблюдать несчастную диету и не вздумать ее нарушить. И лечиться тоже лучше народными методами, потому что не дай Боже пробам на допинг показать хоть что-нибудь подозрительное! И почему я вообще решил стать фигуристом? Тсуна хихикнул. Мужчина говорил невероятно энергично, эмоционально, он буквально видел, как тот бурно жестикулирует, возмущаясь. - Так ты фигурист? - К несчастью да. - Жалеешь что им стал? - Да нет. – мужчина усмехнулся. – Просто сейчас настроение такое. Хочется ныть и портить настроение всем вокруг. Мои меня в таком состоянии обычно обходят стороной. Савада понимающее улыбнулся. На него тоже порой нападало желание испортить окружающим день, чтобы они не были так отвратительно бодры и довольны. - Как я тебя понимаю… Меня зовут Тсунаеши, к слову. - А я Виктор. Ну вот и познакомились. А теперь извини, мне пора, пока Яков не поймал меня стоящим на лестнице, вместо того чтобы лежать и отдыхать. – последнюю фразу мужчина протараторил очень быстро. Звонок прервался. Тсуна задумчиво посмотрел на экран и сохранил номер телефона. Его интуиция была совершенно не против. *** - И вот представляешь, осталось только подпись поставить – и все, можно валить домой, но нееет, это же слишком скучно! Как итог – все документы в кофе, стол раздолбан в щепки, а Санти отказались от дальнейшего сотрудничества! И это за пять минут! Они за пять минут похерили результат месячной работы! Виктор сочувственно хмыкнул. Тсунаеши крайне не повезло с подчиненными, однако причины, по которым тот их не уволил, были для Никифорова загадкой. - Тогда почему бы тебе их не уволить? Шатен подавился фразой и взглянул на него с такой растерянностью, что Виктору стало не по себе. Скайп не мог полностью отразить всю ту гамму чувств, что отразилась на лице японца. - Уволить? – в голосе Тсуны звучало изумление. – Я не могу… Виктора удивил мгновенный переход от раздражения и возмущения к странной и непонятной нежности. - Они – самое дорогое, что у меня есть. Тем более, что за свою работу они не получают зарплату как таковую. Более того, они могут в любой момент уйти. Но они со мной. Во все времена, в любых ситуациях. Они на моей стороне даже тогда, когда проигрыш кажется неизбежен. Мы прошли слишком многое вместе, чтобы я серьезно думал об их замене. Савада мягко улыбался, и казалось, что это не он сейчас гневно распекал нерадивых подчиненных. - Ты странный, знаешь? Многих бы это не остановило. - Многие не я. - Это верно. Они немного помолчали. - Так как идет твоя подготовка? Как твой юный протеже? – Тсуна хихикнул, заметив, как мученически искривилось лицо фигуриста. - Юра… Можно я промолчу? Я от журналистов не так прячусь, как от этого чудовища. - Но ты ведь можешь вполне жестко ему отказать раз и навсегда, почему не делаешь этого? – Савада вопросительно изогнул бровь. Виктор хмыкнул. - Этому ребенку? Не смеши меня. За ним глаз да глаз нужен. Кто, если не я? Он же маленький еще. - Ему скоро шестнадцать. - Для меня он будет ребенком, даже когда ему будет восемнадцать. – отрезал Никифоров. Савада покачал головой. - У кого-то отцовский инстинкт взыграл, да, папочка? Ладно-ладно, я шучу. Послышался звук взрыва. Тсунаеши дернулся и застонал, впечатав ладонь в лицо. - Agata, che ancora una volta e ' successo? - Signor Rebornè tornado da una missione. - Maledizione! Come non è in tempo!* Созвонимся позже, хорошо? До встречи. ____________ *- Агата, что опять произошло? - Господин Реборн вернулся с миссии. - Проклятье! Как это не вовремя. *** - Виктор, у тебя на удивление хорошее настроение. Что-то случилось? Мне казалось, после Гран-при ты окончательно скатился в уныние. Русский мечтательно улыбнулся. Тсуна удивленно посмотрел на мужчину. После вялой амебки, в которую превратился Никифоров после очередного золота, такая мечтательность… - Тсуна, я встретил свою мечту. Я кину тебе видео, посмотришь? Телефон тренькнул, оповещая о пришедшем сообщении. После просмотра видео Савада прищурился. - Скажи мне, мой дорогой друг, а где ты сейчас находишься? - В Японии. – Виктор расплылся в совершенно идиотской улыбке. - Погоди-погоди, видео выложили всего… Четыре дня назад?! А ты уже подхватился и примчался в Японию? - Ах, Тсуна, нифига ты не понимаешь. Я, кажется, вдохновение нашел. Ради него можно и в Японию полететь. Тсунаеши только покачал головой. - А Яков знает, что ты съе… кхм… смахался из страны? - Неа. - А Юра? Как ты ребенка одного оставил?! - А Юрочка за мной приехал. Тсуна присвистнул. - Фельцман оторвет тебе голову. И будет совершенно прав, между прочим. Если бы кто-то из моих выкинул такой фортель, я бы не постеснялся прилететь и вправить ему мозги. - Да, ладно, ты слишком серьезный. – Виктор рассмеялся. - Это ты слишком большой раздолбай. Но я рад, что ты наконец-то выполз из своей депрессии. Надеюсь, твое чудо не сбежит от тебя куда подальше после первой же тренировки. И ни в коем случае не дави! Мы, японцы, народ чувствительный. А учитывая, что я знаю про Кацуки… В какой-то мере он моя подростковая копия. Так что ждет тебя сюрприз. – Тсуна хитро ухмыльнулся. - Ты что-то знаешь? – фигурист оживился. - Пока-пока! - Тсуна! *** - Никифоров, ты что, с ума сошел? Ты хоть знаешь, кто это?! – Мишель зашипел на русского фигуриста, который направился к небольшой группе людей. – Это же дон Вонгола со своей Семьей! - Прекрасно знаю, мой дорогой. – промурлыкал полупьяный русский. – Тсуна, подгребай со своими проблемами сюда! Обернувшийся невысокий шатен расплылся в лукавой улыбке. - Виктор, наконец-то я тебя нашел! А ты, как я вижу, времени зря не терял? - Разумеется! – фигурист фыркнул. – Знакомься, это Кацуки Юри и Юрочка Плисецкий. - Никифоров, я тебе никакой нахрен не Юрочка! Савада умиленно улыбнулся. - Какой милый ребенок. Напоминает мне Занзаса. Мои дорогие проблемы, можете валить на все четыре стороны, но если я получу после этого хоть один счет за разрушение… - Но Десятый…! - Никаких но, Гокудера-кун. Брысь! Хранители, переглянувшись, разошлись в разные стороны. Тсуна пристально разглядывал явно смущенного таким вниманием японца, время от времени переводя взгляд на светловолосого подростка. - Рад наконец-то познакомиться с вами. Виктор все уши прожужжал про свое вдохновение и ребенка. - Я не ребенок! – злобный голос Юрия совершенно не подействовал ни на Никифорова, ни на Саваду. - Он просто прелесть. Но учти, что болею я все равно за Юри, как за земляка. А вот часть моих за Криспино, и теперь ругается из-за этого. - Ты ведь понимаешь, что тебе все равно придется оплачивать разрушенную гостиницу? – Виктор вопросительно посмотрел на шатена подозрительно трезвыми глазами. Тсуна кивнул. Разумеется, он и не надеялся, что его Хранители будут спокойными. - Ладно, я побежал, чувствую, Мукуро развлекаться начал, а мне только проблем с полицией не хватало. Надеюсь, на свадьбу позовете! – Последние слова он докрикивал уже на бегу. - Никифоров, кто это был? – Юра хмуро посмотрел на удивительно довольного фигуриста, повисшего на Кацуки. - А, это мой друг, Савада Тсунаеши. Глава семьи Вонгола. Если интересно, можешь у Криспино поинтересоваться, они тебе расскажут во всех подробностях. - Семьи? – Юри недоуменно склонил голову набок. - Мафиозной семьи. Клана якудза, по вашему. Но ты не волнуйся, он не плохой. Мишель и Сара нервно захихикали. - Дон Вонгола… Это же Крестный Отец всей мафии! Королевская Семья, уже четыреста лет держащая власть не только в Италии, но и по всему миру! Не плохой… - итальянцев явно заклинило. - Конечно не плохой. – убежденно кивнул русский. – Плохой человек не может так лихо закидываться водкой! - Виктор!