Алиар: Мир без души

                    Тэрн так и не спал ночью, и когда перед ним показалась деревня, то лишь зевнул. Впрочем, он сразу же пришёл в себя. Деревня! Деревня!.. С тех пор, как его бросили в ордене, он ни разу не покидал его стен.       Тэрн радостно заторопился вперёд, когда из леса чуть впереди вынырнула девушка. Её волосы были убраны в старинную причёску из двух кос, покрой платья тоже был древним. Девушка застыла, изумлённо глядя на Тэрна, корзинка выпала из её рук и хворост рассыпался по земле. Тэрн смущённо бросился собирать его.       — Эй, ты чего? Вот, держи.       Девушка всё так же смотрела на него.       — Как тебя зовут?       Она медленно моргнула.       — Лека. А… тебя?..       — Тэрн, — представился он и тут же спохватился: не своё же имя надо было называть!.. Потом махнул рукой: здесь, наверное, новый человек и раз в год не появляется; когда начнут искать, сразу поймут, что это был он.       А Лека всё смотрела на него этим странным взглядом — словно пыталась вспомнить что-то и никак не могла.       — Откуда… ты? — наконец протянула она.       — Я? Оттуда! — Тэрн неопределённо махнул рукой.       «Жил в этом лесу со стариком-отшельником, попал сюда с помощью магии, был выращен волками, нет, медведями, пришёл из города, но заблудился в лесу, поэтому вышел с другой стороны...» — лихорадочно перебирал он варианты, понимая, что в жизни крестьян мало интересных событий и его «оттуда» вызовет лишь новые вопросы.       — А, — откликнулась девушка совершенно равнодушно.       В её взгляде царила абсолютная пустота, и пустоте этой было безразлично, кто он, откуда, зачем пришёл, который сейчас год, день и час, да и кто она сама... Тэрн повёл плечами.       — Тебе помочь?..       — По-мочь? — Лека снова моргнула. — Да... помоги.       Тэрн взял у неё корзинку, и они пошли к деревне. Девушка молчала, шагала вперёд, как живая кукла, и смотрела перед собой столь же отрешённым взглядом.       — А зачем тебе хворост?       — Топить печь.       — Но сейчас же тепло...       Они посмотрели друг на друга одинаково непонимающими взглядами.       — Сейчас осень, — наконец отозвалась Лека. — Осенью топят печь.       Тэрн обвёл взглядом зелёный лес, посмотрел на свою рубашку с коротким рукавом. Осень была лишь на календаре.       — Дай угадаю: если летом будет холодно, печь ты топить не будешь?       — Конечно. Это же лето.       Больше Тэрн разговор не завязывал. Лека так же монотонно шла вперёд, и он с трудом давил желание хлопнуть ладонями перед её лицом или крикнуть в ухо — как бы она себя повела?.. Что-то подсказывало: лишь моргнула бы.       — Вот, пожалуйста.       Тэрн поставил корзину у двери дома, на который указала девушка; был он весь покосившийся и стоял, казалось, на одном упрямстве.       — Слушай, а ты не знаешь, где я могу заработать немного денег? Продать что-нибудь? Помочь нарубить дров?.. Дом кому-нибудь починить... вам, например...       — По-чи-нить? — Лека моргнула, потом посмотрела на дом. Перевела взгляд на Тэрна. — Зачем?..       Они непонимающе смотрели друг на друга около минуты, а потом Лека снова моргнула.       — Молодой Терс покупает вещи. Но зачем тебе деньги?       Тэрн почесал в затылке.       — Странный вопрос… Поесть хоть купить! За ночлег заплатить, опять же...       Лека глубоко задумалась.       — Ты можешь поесть у нас, — видимо, вспомнила она, как надлежит отвечать. — Ты же мне по-мог. Мне ещё никто не помогал. Ты странный, — она помолчала. — Ещё не обед. Если ты сходишь к Молодому Терсу, то вернёшься как раз вовремя.       Лека указала на не менее потрёпанный дом у подножия холма. Тэрн вежливо поблагодарил её и пошёл туда, стараясь не оглядываться. У крыльца не выдержал. И вправду, Лека стояла на том же месте и смотрела ему вслед своим пугающим взглядом.       «Странная девушка!» — решил Тэрн, а потом вспомнил, что она о нём такого же мнения. Похоже, порядки в ордене сильно отличались от правил поведения в остальном мире, и он, сам того не заметив, нарушил какие-то из них.       Тэрн переступил порог указанного дома. Почему-то он ожидал, что внутри будет пыльно и грязно, но дом был чистым, хоть и очень старым. Вокруг были расставлены разнообразные товары, посередине комнаты шёл прилавок. Тэрн подошёл ближе: на столе с большой аккуратностью было разложено... самое невероятное барахло, что ему доводилось видеть. Здесь были ржавый меч и выцветшая от времени рубашка, бутыль святой воды и медальон с разорванной цепочкой, битая чашка и дырявое ведро...       — Молодой Терс? — неуверенно позвал Тэрн. — Я хотел бы продать кое-что.       Изнутри дома донёсся скрип, потом вздох, потом стон и ещё один скрип. Тэрн попятился: вряд ли живое существо могло передвигаться с таким звуком! Но он заставил себя собраться с духом и лишь положил ладонь на рукоять меча. Потом задумался: он же теперь не герой! он не обязан ни с кем сражаться, он имеет право убежать! Но деньги были необходимы, а сбежать, если что, он бы успел.       Полминуты ничего не происходило. Наконец, дверь распахнулась и за прилавком появился седой старик.       — Да... Молодой Терс давно ничего не покупал... очень давно... и так давно не видел новых людей... что ты... что ты хочешь продать мне, юноша?..       Тэрн почесал в затылке.       — Ага. Смешно. То есть, ты Молодой Терс? — старик кивнул. — И почему тебя так называют?       — В моём роду всех мужчин называют Терс... Мой дед был Старый Терс, мой отец — Взрослый Терс, мой сын — Малыш Терс... А я, стало быть, Молодой Терс...       — А твой внук?..       На лице старика впервые проскользнула тень чувства.       — У меня нет внука. Мой сын погиб раньше, чем стал Молодым Терсом.       Повисло молчание.       — Мне жаль...       Как у Леки, чувства на лице Терса мгновенно растворились, и выражение его стало столь же спокойным и сонным. Только сейчас Тэрн заметил, что, хотя волосы старика были совершенно седыми, на лбу его не было ни единой морщинки.       Тэрн встряхнулся и поискал, как бы сменить тему.       — Сколько стоит этот щит?       — Восемьдесят монет.       — Сколько?! Сдурел, что ли, дед? Да он на куски разваливается... а это что за дыра? Ты на него смотрел вообще?!       Старик пожевал губами.       — Я купил его за шестьдесят монет... значит, я должен продать его за восемьдесят.       Тэрн посмотрел на старика. Старик — точно так же, как Лека, уставился на него в ответ.       Прошла минута. Снова стало неуютно.       — Ладно, — Тэрн покачал головой, — Не больно-то он мне нужен. Вот что я хотел бы продать.       У него было не так много своих вещей, но большинство из них он с радостью бы сжёг. Но продать тоже было хорошим вариантом. Первые два тома толкований Пророчества, «Заповеди Дэйниэловы», «Наставление молодым героям», «Хронология Извечной войны» и другие материалы для растопки печи кипой расположились на прилавке. Торговаться Молодой старик Терс не стал, но, к счастью, и цену дал славную.       Поигрывая наконец-то не пустым кошелём, Тэрн возвращался в дом Леки. Его не покидало чувство, что с этим местом что-то не так: словно заколдовали всю деревню, прямо как в сказке про Спящих Красавиц... Тэрн постоянно напоминал себе, что за годы, пока он был в ордене, мир изменился, и странный теперь он сам, а не деревня. По крайней мере, в это очень хотелось верить.       Кроме Леки в её семье были отец, мать, прадедушка, дедушка и две бабушки. Пища была безвкусной, зато бесплатной, а это Тэрн считал главной приправой.       — Ближайшие города ведь Кивиш и Айнер? Можете рассказать, как туда добраться?       Все разом обернулись на прадедушку. Тот задумчиво кивнул:       — Да... Айнер... когда я был молод, мы с моей Элтири часто ездили туда молиться... Да, мы тогда много куда ездили — когда я был молод... Тогда совсем другое время было... совсем другое...       Речь его прервал шелест дождя по крыше — и всё семейство вскочило из-за стола. Тэрн не успел опомниться, как Лека схватила большую миску и поставила её посередине комнаты, мать Леки плюхнула тазик на одну из кроватей, отец достал откуда-то ведро и поставил на стол. Через минуту сквозь дыры в крыше начала капать вода. Попала она ровно в ведро, таз и миску — и ещё с десяток ёмкостей, заранее расставленных по дому.       — Вы уверены, что вам не нужно починить крышу? — неловко переспросил Тэрн.       Семейство удивлённо воззрилось на него.