Language

Кор’вас стояла, опираясь на колонну. Взгляд ее горящих скверной глаз был устремлен на стоящую у стены Майев. − Почему она здесь? − наконец спросила Кор’вас, раздраженно качнув бедрами. Ее слова заставили Иллидана оторваться от изучения карты, которую Кайн расправил для него на командирском столе, прибив ее по краям двумя иззубрившимися кинжалами. − Стражи будут помогать нам, − ответил он, утомленно вздохнув. Он почувствовал, что Майев покинула свое место и подошла к ним. − Нам не нужна их помощь, − возразила Кор’вас, не отводя пылающий от гнева взгляд. Иллидан сложил крылья и оперся руками на разложенную карту. Когти царапнули по столу, разрывая бумагу. − Нужна. Поглаживая пальцами рукоять своего чакрума, Майев встала рядом с Кор’вас. Под забралом ее шлема играла кривая ухмылка. − Сначала Кирин Тор в Даларане, потом друиды в Валь’шаре… Мне кажется, следующей точкой будет Сурамар, − сказал Кайн, прослеживая пальцем светящиеся магией скверны засечки на карте, доступные его призрачному зрению. − Майев, твои Стражи обнаружили что-нибудь новое? − спросил Иллидан, выпрямляясь над столом. В каждом его слове сквозила усталость. − О, ну надо же, я действительно вам нужна? − поинтересовалась Майев, переводя ленивый взгляд с Кор’вас на Иллидана. Из присутствующих здесь только он мог понять, что она только что сказала. Слова на древнем диалекте, языке, на котором говорили еще их предки, легко срывались с ее губ. Кайн повернулся к ней и нахмурился. Он весьма неплохо знал Дарнасский, на тот случай, если общего языка было недостаточно. Но сейчас он не понял ни слова. Он посмотрел на Кор’вас − та, кажется, тоже была в недоумении. Когда Иллидан услышал эти слова, сказанные хриплым, но мелодичным голосом, на долю секунды он почувствовал, будто вернулся домой. В свою юность. Когда он еще не был таким. Но также он ощутил напряжение и замешательство своих Иллидари, и поэтому посмотрел на Майев, прижимая пальцы к вискам. − Да, ты нужна, − он обратился к ней на общем языке, чтобы все в этом не слишком просторном зале его поняли. − Так ты мне ответишь или нет? Майев усмехнулась. − Мои Стражи нашли следы, ведущие с юго-запада Сурамара к оплоту Оскверненной Души − довольно расплывчато, но хоть что-то, − она снова ответила на древнем языке. Кайн задумчиво потер подбородок. − Я… Ну… Мой владыка? Иллидан зашипел, отходя от стола. − Кайн, отправляйтесь с Кор’вас в Сурамар. И возьмите с собой Аллари. − Троих своих лучших бойцов? − хмыкнула Майев, постукивая пальцами по своему клинку. − Рискованно. Почему бы не послать Кор’вас вместе с Сирой. Кажется… Они неплохо ладят. Кор’вас резко повернула голову, услышав свое имя в гуще непонятных слов, которые говорила Майев. − Какого демона она там треплется? − выплюнула Кор’вас и скрипнула зубами от злости. Майев в ответ на эту вспышку только хохотнула. Все именно так, как и ожидалось. Иллидан шагнул вперед, оказываясь прямо перед Майев – на расстоянии вытянутой руки. Он расправил крылья вокруг нее, почти задевая краями ее наплечники. − Прояви хоть немного уважения к моим иллидари, − проговорил он на наречии, доступном только им двоим. − Такого же, как они проявляют ко мне? − ехидно заметила та. − Ты сама в этом виновата, − в тон ей отозвался Иллидан, небрежно заводя руку под полу ее всколыхнувшегося плаща. − Я вижу, что с тобой происходит, когда я говорю на этом языке. Тебя одолевают воспоминания, пожирает тоска, − сказала Майев, последние слова были произнесены почти шепотом. Скрываясь от посторонних глаз за завесой собственных крыльев, Иллидан провел подрагивающей ладонью по животу Майев, пока она говорила. И, выдохнув, тут же отпрянул, словно чего-то испугавшись. − Кайн, идите с Аллари в северную часть оплота Оскверненной Души. Кор’вас, найди Сиру – на вас южная часть, − обернувшись, отдал он приказ изумленно переглядывающимся между собой иллидари. − Владыка… − начал Кайн. − Немедленно! – прорычал Иллидан, прорывая когтями лежащую на столе карту. Кайн и Кор’вас сконфуженно поклонились и поспешили скрыться. Иллидан посмотрел через плечо, разглядывая невозмутимо стоящую за ним Майев. Зеленый металл ее шлема переливался в тусклом освещении комнаты. − Ты уходишь или остаешься? Потому что у меня не хватит терпения на твои очередные игры, − предупредил он, злясь на самого себя. Ее плащ упал на пол.