Dodger DxD

Школа. Клуб Оккультных наук. Суббота. 7:00 AM. — Ты всю ночь смотрел на эту повязку? — спросила Риас, заходя в двери клуба. Гробовое молчание было ей ответом. — Мне психи в команде не нужны, — усмехнулась она, останавливаясь перед диваном. А он всё не отвечал. — Доджер? Скажи что-нибудь! — крикнула красноволосая, махая перед ним руками. — Изыди. — Так-то луч… что ты сказал?! Он очень сильно заинтересовался этой тряпкой. Она не имела для него видимой ценности, не была особенной — обычная тряпка. Тряпка с надписью. «Dodger» — крутил он у себя в голове. Но при этом она что-то значила. Что-то напоминала. Что? — Ты когда-нибудь забывала о чём-то важном? — спросил он девушку, перебив её нервный трёп. — Нет, я не забывчивая, — кратко ответила она, забив болт на его странное поведение. — А если бы было много «важного»? — Тогда бы я записывала, — улыбнулась она. — Говорят, что целую жизнь нельзя описать на бумаге. — Ну, смотря сколько тебе лет. — Нисколько… — сказал Доджер, медленно разрывая повязку на множество мелких лоскутков. — Тебе что, не понравилось? — Напоминает о чём-то хорошем, — поднялся он с дивана. — Тогда зачем рвать? — Чтобы потом не возвращаться в прошлое, — с юмором прокряхтел протагонист, отряхиваясь. — Куда-то собираешься? — На сегодня у вас не запланировано никаких событий, поэтому я могу отдохнуть. — Ох, а ты, видимо, всевидящий? — закатила она глаза, пытаясь придумать ему какое-нибудь глупое задание. — Нет, что ты. Доджу требовалась газировка. Что-то вспоминая целую ночь, он так ничего и не вспомнил. Словно он отрубил себе эти воспоминания. «Намёк на то, что лучше бы я туда не лез». Первым делом он отправился в парк. Единственное место, где было мало людей. И это было странно. Пока это не стало привычным. Автомат. Денег у него не было. Вздохнув, он лишь смирился и разлёгся на лавке. Эта чёртова повязка не давала ему покоя. Может, она хотела ему что-то сказать? — Интересно, а сдохнуть я могу? — сказал он вслух, пытаясь задержать воздух в лёгких. «У меня же нет лёгких», — подумал он, перестав пытаться загнать побольше воздуха в горло. Тогда у него возникла прекрасная идея: «Почему бы просто не попить чёртового Мейзера, а не думать о самоубийстве?» Тогда он совершил, пожалуй, своё первое преступление в этом мире. Как ему казалось. Разбив стекло, он взял одну баночку и с радостью её выпил залпом. — Вот и смысл жизни, — усмехнулся он, беря второй экземпляр. Когда-то в его жизни были «задумчивые» дни. Они были в разное время, но смысл у них был один и тот же. Додж расслаблялся, попивал свой любимый напиток и думал о жизни, медленно перетекая в обсуждение его нынешнего состояния и его поведения. «Если всё в этом мире идёт по одной дороге...» Задумчивость сменяется идеей: «А если всё, что сейчас происходит со мной — вторая дорожка?» Иногда его философствование слишком затягивалось. Раньше он нравился себе больше. Был нелюдимый, неразговорчивый, а что он сейчас из себя представляет? «Даже с людьми здороваюсь. Стыд». Он слишком далеко отошёл от образа. От идеала. Он находился с людьми, которые считали его «семьёй». Это заставляло его смеяться. Но вдруг, если это была глупая правда? Может, пора что-то менять? «Шарф, например». Кардинально менять. «Тогда можно джинсы на брюки сменить», — смеялся Ловкач у себя в мыслях, туманя волнение глупым юмором. Но осознание медленным шагом подбиралось к его разуму. Занося нож, оно тихо пролепетало: «Друзья, алкоголь, какие-то дурацкие соревнования, татуировки. Ты этого хотел?» Он лениво обратил свой взор к небу. Задав себе немой вопрос, он немо на него ответил: «Человеком», — сплюнул он, думая дальше, — «может, дальше заняться изучением себя?» Изучать себя — пожалуй, самое нелюбимое занятие Ловкача. На самом деле, Доджер просто пытается найти ответы на вопросы, которые он давно себе задавал и задаёт до сих пор. Искать на них ответы — этим, он, собственно, и занимается всю свою жизнь. Почему он не стареет? Почему он не человек? Или человек? Бессмертен ли он? Что будет в конце? Будет ли этот настоящим конец. Может, сейчас будет что-то интересное? — Хозяин вами не доволен, — появилась падшая над фонтаном, прервав его мыслительный процесс. — Круто, — инстинктивно сказал он, беря четвёртую… или какая эта уже по счёту? — Опаздывать на встречи — признак невоспитанности, — безэмоционально сообщила серая. — Девочка, я могу указать на 4 признака ТВОЕЙ невоспитанности, один из которых — твой развратный внешний вид. Никакой защиты, чесслово, — болтал он без умолка, намекая на скромный внешний вид падшего ангела. Бронелифчик и бронетрусы — не самый лучший боевой прикид. — Не понимаю, почему Аритаэль не хотела тебя убивать, — световое копьё, брошенное в него, было обречено на промах. Выше головы. — Возможно, она была немного умнее тебя, — усмехнулся он, приглаживая волосы на голове. Аритаэлью, видимо, была та самая девчушка с лезвием вместо руки. — Отвали, — посмотрел он на неё. Серьёзным взглядом. Когда Додж задумывается о собственном существовании, его лучше не трогать. — Не смеши меня, огрызок. Если тебя даже в клан не приняли, то как ты вообще можешь противостоять таким, как я? Зачем драться, если исход битвы всё равно предрешён? Он редко вступал в бой, скорее всего лишь ради разминки костей. Зачем ему драться сейчас? Незачем. «Если уж быть жизнерадостным и болтливым, то быть до конца», — подумал он, мысленно не понимая, куда ему деваться. Додж встал с лавки, допивая газировку. — Твоя смерть будет быстрой, — копьё летело прямо в его сердце. Точнее, туда, где оно должно быть. — Без этого никак, — развёл он руками. Драка. Что для него означало это слово? «Бесполезное решение конфликта», — подумал он, садясь обратно. Копьё мгновенно зависло в воздухе, как и, в общем, всё остальное. Но так или иначе мы всё когда-нибудь умрём. Поэтому Додж не видел смысла в драке. «Хотя, если следовать моей теории, то можно вообще ничего не делать, ибо в конце ты всё равно умрёшь». Но это было неправильно. Жить для того, чтобы умереть? Не, это не так. Живут для чего-то. В крайнем случае для кого-то. «Как же трудно думать…» — кипел он. В последнее время он делал для себя новые открытия, но это не приносило ему особого удовольствия. Ну заменили лошадей на машины, и что? Машины тоже нуждаются в корме, иногда даже более дорогом, чем лошади. Взять в пример эту падшую. Чего она хочет? Его смерти. Убьёт она его? Нет. Почему? Потому что Додж. Вот и вся комедия. «Ладно. Гремори». Она хочет власти. Ей явно нравиться кем-то командовать. Делает ли это её плохим персонажем? Нет. Почему? Хороших качеств больше. Она заботиться о слугах, да и вообще, не назовёшь её злодеем. Вся её компашка явно счастлива. Друг с другом дружат, проблем не знают. Хорошо живут. Вспоминая свои младые годы, протагонист растягивал улыбку во всё лицо. Тогда у него точно не было проблем. Делал, что хотел. Никто ему не мешал. А если даже и мешал, то обычные люди, которых можно было легко обвести вокруг пальца. А что сейчас? «Ангелы, падшие и демоны. Нарвись на одного подонка, и к тебе когда-нибудь прибегут его друзья. Убийцами их не назовёшь, но нервы попортить они горазды». В любом случае, Доджер захотел найти другое место для раздумий. Копьё, по его скромному мнению, летело уже около семи минут. На деле же не прошло и секунды. Иногда он думал, что его временные способности связаны с его ловкостью. Иногда — наоборот. Над этим вопросом он думал мало. Нужно было проводить некоторые исследования, а на это у него не было настроения. Встав с лавки, он побрёл к автобусной остановке. На выходе из парка он остановился и тихо вздохнул. Снова запели птицы. Снова зашумел ветер. Падшая, сделав недоумённое лицо, почувствовала опасность и поспешно телепортировалась. Нравился ли ему город? Да. Хотел бы он здесь остаться? Да. Вопрос о друзьях был самым колким. В Додже боролись две силы. Первая — хорошая. Делай друзей, делай добро, болтай, развлекайся и становись типичным уродом в геройском стиле. Вторая — тоже хорошая. Если рассматривать с определённого ракурса. Не друзей, не добра, не зла, не болтать. Пить в одиночку, жить своей жизнью и никому не мешать. В нём всегда преобладала вторая сила, но когда он впервые встретил Кибу и тот предложил ему пойти с ним к Риас… «А что, если…» было у него на уме в тот день. Он никого не винил. Просто ему было неприятно находиться между двух огней. «Либо я полностью вливаюсь в эту жизнь, либо становлюсь существом без имени». Хотя, даже во втором случае он не сможет полностью бросить своих «соратников». Определённо будет наблюдать. Всё-таки, они «короли этой вечеринки», насколько он понял. Все события вертятся вокруг них, всё происходит по их щелчку. А что он? Он лишь сидел рядом и иногда ходил с ними. Словно разносчик пиццы, которого вроде бы никто не замечает, но ему всегда рады. «Меня здесь не должно быть». Если он дальше будет следовать по своему пути, то в итоге настигнет финал вместе со всеми. Если нет, то Доджер всё равно с ними когда-нибудь пересечётся. «Чёрт, мне больше тысячи лет, и я сейчас думаю о том, быть ли мне с теми, кто меня уважает, или быть вместе с бутылочкой любимого Мейзера в дождливую погоду на лавке». Он бы спросил совета. Вот только не у кого. Кто имеет полностью свою точку зрения и кто побывал в таких ситуациях, в которых решает только опыт? «Видимо, этот выбор мне придётся сделать самому». Последняя банка была допита и выброшена в урну. Встав, он пошёл к окраине города. Там Додж приметил одно очень красивое местечко. Поляна, полностью заросшая травой. Она была далеко, но и он не был медленным. Раскинувшись на траве, он ушёл в прострацию, думая о будущем, о том, что было и что будет…