Dodger DxD

— Ладно, пора кончать лепить долгострой, — сплюнул Ловкач, поднимая своё седалище со скамьи. — Куда идём? — спросил ангел, поднимаясь вместе с ним. — Я разве не составлял список дел? — спросил он сам себя, шарясь по карманам. — Впрочем, даже если и составлял, то уже успел потерять… Напряжённый мозг попытался подумать, но сладковатый привкус на языке заставляет Доджа думать немного о другом. — Начнём с простого. Я наломал много дров, но перво-наперво я собираюсь навестить одну весёленькую девушку. — Мисака? — Хм? Ты что, наизусть знаешь моё досье? — В твоём досье пара страниц. Да и запоминается оно легко. Из-за твоего «неимения» магии за тобой сложно следить. Из-за чего, соответственно, о тебе мало известно. — Ненавижу слежку. О чём это я? А, точно, Мисака. Мысли мгновенно заполонили яркие моменты из их жизни. Простая девушка смогла завести с ним некое подобие дружбы. К несчастью, она даже не догадывалась о том, что он такое. — Адрес знаешь? — поинтересовался парень. — Нет, но могу узнать, если хочешь. — Хорошо. Ловкач призадумался. Он смог кое-что вспомнить: — Чёрт, я же был у неё дома. — Ты был у неё дома? — Да. И глупо спрашивать то, что я только что утвердил. — Ну так если ты знаешь, то зачем… — Я не знаю, — перебил он её, — я проследил за ней до дома, оставил записку и ушёл. — Ну так пойдём! — Подожди, я пытаюсь вспомнить. Чёрт, Ева, перестань меня отвлекать, дай мне лучше баночку Мейзера. Пару минут Доджер пытался вспомнить, где же всё-таки живёт Мисака. — Ты вспомнил? — Почти. — Я узнала адрес. — Тихо, я вспоминаю. — Мне известно куда идти, Додж. — Я уже вижу эти закоулки… — прикрыл глаза Ловкач. — Ох… — Да-да-да, переулок, заворот, налево, направо и-и-и-и… рыбный магазин. — Что? — Рыбный магазин. Чёрт, я не то вспомнил. — Ты запомнил местоположение рыбного магазина, но не запомнил, где живёт твоя подруга? — Она мне не подруга. Это первое. Второе. В рыбный магазин я даже не заходил. Там была какая-то прикольная вывеска, которая отложилась у меня в памяти. Анекдот, что ли. — Тебе нужно научиться правильно использовать свою память, — гудела она. — Чёрт, лучше бы ты адрес нашла, а не мне мозг сушила. — Я его нашла! — крикнула она на всю улицу. — Уже? Молодец. Но орать на весь город было не обязательно. И тут Доджер впервые в своей жизни знакомится с такой технологией как GPS. — Это карта города? — удивился Ловкач. — Да, — сказала Ева, набирая в поиске адрес. — А мы находимся в этой точке? — Да. — А людей по этому ДжиПиЭс можно находить? — При большом желании — можно. — Ты забиваешь адрес? — Нет, я забиваю кол в твою тупую голову, надеясь, что это сделает тебя умнее. — Я умный. Просто недалеко видящий. — Недальновидный? — А? Ну, можно и так. Через десять секунд белый смартфон Евы показывал, в какую сторону им нужно идти. — Тебе нравится белый цвет? — спросил Четвёртый, осматриваясь. — Элита Господа должна одеваться соответствующе элитно. — Знаешь, если бы я не знал, что ты ангел, я бы сказал, что ты или ночная бабочка, или просто какая-то ненормальная. Да и выделяешься ты сильно. — Говорит мне человек, у которого одна половина головы покрашена в белый, а другая — в чёрный. — Ну я при желании могу слиться с толпой, а ты — не можешь. Идти оказалось совсем не далеко. Через десяток минут они уже стояли около подъезда. — Новое здание. Скорее всего, трёхкомнатные квартиры, — констатировала девушка. — Ага, — выразил свой интерес Ловкач, стуча в дверь. Как бы это странно не звучало, но дверь никто не открыл. Ева хотела что-то ему сказать, но потом почему-то передумала. — Дома никого нет, наверное, — пробубнил он, пытаясь открыть дверь — заперто, — что ж, походу нам придётся ждать здесь. Едкий смешок заставил Ловкача обратить всё внимание на свою спутницу. — Что? — вопросительно посмотрел он. — Додж, ты знаешь, чем отличается квартира от дома? — Конечно знаю. Дом — это дом, а квартира — это дом внутри дома. Ну, это грубо говоря. — Правильно. Звони в 36 квартиру. Тогда нам откроют дверь. — И какой у неё номер? — спросил он, доставая свой смартфон. Здесь Еву прорвало окончательно. Стоя около подъезда с каменным лицом, Ловкач нервно поглядывал на ангела. Хохот был непродолжительным, но громким и выразительным. — Отойди, бедолага, — всё ещё тихо посмеивалась она, подходя к домофону. Набрав номер квартиры, ангел ждал ответа. Секунда. Две. Пять. Десять. Нет ответа. — Я же говорил, что их нет дома, — пытался оправдаться Додж. — Странно. Кто-то же должен быть дома. — Давай просто здесь подождём, окей? Кстати, спрячься в кусты. Она тебя испугается. — Мисака не ходила в академию уже неделю. У неё больничный до следующего месяца. — И какого чёрта я узнаю это только сейчас? — Не осуждай меня, я узнала это вместе с её адресом. Мать домохозяйка. Папа бизнесмен. Брат улетел на отдых. Нам должен был кто-то ответить. — Может быть ты в чём-то и права… хм. А ну-ка отойди… — разминал он шею. — Что, драться с дверью собрался? Извини, эта цель тебе не по зубам. Дай лучше я. Не успел Додж возразить, как взмахом руки ангел открыл электронный замок. — Магия, — пробурчал он, двигаясь за девушкой. Через минуту дуэт уже был около двери. Ева немного расстроилась из-за того, что они пошли по лестнице, а не поехали на лифте. Но мысленно она представляла, что он мог сказать по этому поводу: «„Ева, боже мой, эта коробка идёт вверх! Как же так?! Я ничего не понимаю, сушите вёсла, я хочу сойти!“» Но веселье закончилось. — У тебя тоже плохое предчувствие? — тихо спросила девушка, стоя напротив двери. — Оно у меня стало плохим ровно в тот момент, когда я почувствовал запах гнили, — буркнул он, — взломаешь? Или мне выбить? — Лучше не будем пугать соседей, — шепнула она, доставая заколку из кармана. В скором времени дверь была отперта. — Держись за мной, поняла? — с некоторой серьёзностью сказал он. — Думаю, сейчас не имеет смысла прикрывать твою спину, — возразила она. — Меня вообще не стоит прикрывать. Окей, идём линией, вперёд меня не лезь. — Уже лучше, — сказала Ева, медленно нажимая сверху на ручку двери. Ловкач тихо толкает дверь. В нос сразу ударяет запах гнили. — Дерьмо, — напрягся Ловкач, увидев как минимум один труп. — Боже мой, — прикрыла нос Ева. Дуэт прошёл в комнату. В кресле сидел мужской труп с пробитой насквозь головой. «Засохшая кровь. Он был убит пару дней назад». — Ты направо, я налево, — тихо скомандовал Ловкач. — Поняла. У Доджа были две двери. Определив, какая из них ведёт в ванную, он открыл её первой. Как и ожидалось, внутри было пусто. «Спальня», — подумал он, приближаясь ко второй двери. Бесшумно проникнув в комнату, он осмотрелся. Спальня была родительской. Но пустой. Краем уха Ловкач услышал приглушённый вскрик. Метнувшись обратно в зал, он забежал в открытую дверь. — Чёрт, — облегчённо вздохнул Додж, понимая, что это был вскрик страха. Здесь был ещё один труп. Уже женский. Ева в некотором ступоре стояла перед очередным телом. Заглянув ей за плечо, Додж понял, в чём дело. — Осмотри тело в зале, — сказал он. Ангел мигом вылетела из комнаты. — Что это могло быть? — прошептал сам про себя Четвёртый, садясь на корточки перед телом, точнее, тем, что от него осталось. «Отсутствует сердце, левая почка и правая лобная доля. Убийца не человек, раны слишком грубые. Ангелы? Нет, они такого бы не сделали. Изгои? Они не ходят по квартирам. Падшие?» На этом варианте Додж остановился. Мать была жестоко убита, судя по всему, копьём. После чего её медленно уродовали, извлекая органы и отсекая лобную долю. «Для чего?» Впрочем, ответ он нашёл в ближайшей мусорной корзине. Там валялись недостающие органы. «Они резали её ради удовольствия? Хм-м. Нет, было что-то ещё». Ловкач на секунду вспомнил слова Евы: — Мисака взяла больничный. Это была спальня. Её спальня. На тумбочке стояли таблетки, поднос с остывшим чаем и недоеденным бутербродом. Кровать была не застлана. «Уроды мучили её мать прямо у неё на глазах», — подумал он, медленно заполняясь яростью, — «здесь я закончил». Ловкач вышел из комнаты, закрыв дверь. Ева плохо реагирует на расчленённые тела. — Что у тебя? — спросил он, открывая ещё одну дверь. Это была кухня. И она была пуста. — Пробили голову световым копьём. Падшие ангелы. Он не смог даже вскрикнуть, — тихо сказала девушка, пытаясь ровно дышать. — Падшие ангелы в размере, скорее всего, двух человек, зашли в квартиру, убили отца, зашли в спальню Мисаки, убили мать и растерзали её на глазах у дочери. Но её самой нет. — Они забрали её, — констатировала ангел. — Для чего? — У этих ублюдков на уме может быть всё что угодно. Может, информация? — Если они похитили её только ради информации обо мне, то они непременно поплатятся за это, — прошипел Четвёртый, заканчивая беглый осмотр всей квартиры и двигаясь к выходу. — Мне нужно сообщить Небесам, — поспешила за ним Ева. — Позвонишь начальству в более благоприятном месте. Через пять минут безмолвной ходьбы дуэт случайно добрался до парка. Ева потянулась было за напитком, но Доджер её остановил: — Подожди пока, мне нужна чистая голова для осознания того, что я сейчас увидел. — А я не откажусь от холодной газировки, — но даже громкий «пшик» не заставил Доджа опомниться. Еве стало немного лучше, и она присела рядом с протагонистом. Мрак поселился в голове у Ловкача. Эти два трупа — первые невинные на его совести. Серые глаза долго смотрели в одну точку, ожидая найти в ней ответ. Но ответов не было. Поведение падших нельзя объяснить, нельзя оправдать. Нет, они просто взяли и убили двух людей, после чего похитили в ни в чём неповинную девушку. Доджер никогда не был судьёй и никогда не хотел им становиться. Но сейчас. Сейчас кто-то перешёл ему дорогу. — Они никогда не научатся, — прошептал он, растирая ленивые глаза. — Что дальше? — Ты звонила наверх? — Ещё нет. — Значит, самое время это сделать. Додж остался один. Один со своими мыслями. С мыслями о том, что здесь мало что изменилось. Идиоты остались идиотами, дураки — дураками. Было бы у него желание, он бы лично прибил тех, кто перешёл границы вседозволенности. «Убить родителей на глазах у Мисаки. Это ли не лучший способ заполучить моё внимание?» Проматывая в голове факты и догадки, он лишь пытался не делать поспешных выводов. Да, хотелось убить нахрен тех, кто это сделал. Но Додж запомнил, чем закончились его прошлое путешествие. Кровью. Когда-то он пообещал себе не убивать. Ведь он не судья и не палач. Но это обещание ещё раз доказывает, что своего слова он держать не может. Отбросив подальше все негативные мысли, Ловкач встал со скамьи. И тут же почувствовал запах неприятностей. — Иначе быть и не могло, — проворчал он, когда мимо пролетело него что-то белое, — ты как? — В норме, — сказала Ева, поднимаясь с земли и колдуя себе катану. Ловкач повернулся к кустам, из которых, собственно, и вылетел ангел. К несчастью, запах был Доджу незнаком. «Но смердит сильно». Городские звуки мгновенно пропали. Ловкач прислушался. Но было тихо. Ни звука, ни писка. — Подойди поближе, — обращался он к ангелу, не поворачивая головы. Ева медленно делала осторожные шаги, постоянно осматриваясь по сторонам. Стоя спиной к спине, дуэт пытался выяснить источник угрозы. — Что тебя ударило? — спросил Ловкач с обычной громкостью. — Не успела разглядеть. Еле-еле смогла заблокировать. Время шло. Но ничего не происходило. — Они выжидают? Чего? — спросила Ева. — Нет. Они боятся. — Боятся? Чего? — Неправильный вопрос. Кого. Ловкач выпрямился, хрустнул спиной и присел на лавочку. — Ты сейчас серьёзно? Я ощущаю их! Они здесь! — тихо шептала она, пытаясь не отходить от Доджа. — Этим крысам не хватит духу выйти из тени. Что ж, я ошибался, когда говорил, что они ничему не научились. Купи мне Мейзера. — Ты безумен! — Выполнять, рядовой, — насмехался Додж, думая, что он будет делать дальше. Три секунды и напиток лежал на дне автомата. — Спасибо, — поблагодарил Ловкач, поймав летящий в него напиток, — никогда не понимал, как работает телекинез, но это очень полезная вещь. — У меня кончаются нервы. В лютой тишине сладкий «пшик» был слышен на всю округу. Отпив пару сотню миллилитров, Додж поставил напиток на скамью и сделал пару шагов вперёд. — Недорогие и презренные падшие ангелы! Хочу сообщить вам, что сегодня у меня определённо дерьмовое настроение. То, что сделали вы или ваши собратья — преступление против моей совести. Вы умрёте. Ваши трупы будут гнить, разлагаться, пока их не съедят черви или чьи-нибудь личинки. Но у вас есть выбор: умрёте потом или я убью вас сейчас, — громко говорил Четвёртый, — или вы рассказываете, куда спрятали девушку, или я каждому из вас ломаю шею. Прямо здесь. И не думайте, что я вас не вижу. Я всё, сука, вижу. Настала непродолжительная тишина. Неслышимые переговоры падших были не очень долгими. — Зачем они вообще на нас напали? — спросила Ева. — Они напали на одинокого ангела, стоящего в кустах и разговаривающего с кем-то по телефону, — сказал он, — падшие даже не следили за нами. Они появились ровно в тот момент, когда ты позвонила наверх. — Хочешь сказать… — Идиоты даже не знали, что я вернулся, — улыбнулся Додж, — а ты говорила, что маскировка не нужна. Если бы я не ходил в дурацком прикиде эти пару дней, то все бы уже давно знали обо мне. И мы бы не поймали этих петушков. Через минуту перед Доджем, прямо в паре метрах, стояла троица падших ангелов. Выглядели они убедительно. Внешне. — Ну что, договоримся или мне вас сразу убивать? — насмехался Ловкач. — Обойдёмся без насилия, — вышел самый смелый. — Ну, давайте попробуем без. Если что не понравится, попробуем с. Вы уже догадались, кто я такой? — Доджер. Существо, убившее Бога и чуть не убившее Сатану. Чего ты хочешь? — Я? Да нет, ребята, что вы. Я ничего не хочу. Просто один вопросик. Маленький такой. Падшие заметно нервничали. Ева понимала, что Додж неплохой психолог и умеет давить на людей. Да и, собственно, не только на людей. Его манера речи, его постоянный сарказм... «Видимо, он очень разозлён сложившейся ситуацией». — Где девушка? — спросил Додж. — Какая де… — Ты будешь первым кормить червей, если дальше будешь задавать идиотские вопросы. Все мы прекрасно понимаем, о какой девушке идёт речь. И ведь я даже не спрашиваю, зачем вы мучили её. Зачем вы убили её родителей. Я вас не спрашиваю. Потому что знаю, что если вы откроете свои поганые рты на эту тему, то я точно вас убью к херам. Не врите мне, пожалуйста. Я пытаюсь встать на истинный путь. Итак. Где девушка? — В катакомбах, — сказал один из них. — В каких? — В одном озере есть проход. Там пещера. Там наша основная база. Там мы держим всех пленных, — сказал второй. — Она всё ещё жива? Гробовое молчание. Ловкач нервно дёрнулся. — Окей, раз уж мы глухие, я повторюсь: Возникнув прямо перед падшими, он тихо, но внятно спросил: — ОНА. ЖИВА? — Технически… Но он не договорил. Его предупреждали. Предупреждали, чтобы отвечал без увиливаний. Зияющая дыра образовалась у падшего в животе. Он упал, не имея никаких сил стоять. Зрачки значительно расширились, а он пытался закрыть дыру своими маленькими пальцами. Нет, он не умрёт. Наверно. Если они не станут ему больше врать, то уйдут. И раненому, возможно, своевременно окажут медицинскую помощь. Остальные петухи немного дёрнулись, но продолжили ровно стоять. — Я всё ещё жду ответа, — прошептал Додж, вытирая кровавые кроссовки об траву. — Мертва. Почти, — осторожно отвечал петух. — Наполовину? Или как? — нервно пробубнил Ловкач. — Её память передаётся другому существу. Она полностью лишена всяких чувств, инстинктов и рефлексов. — Для чего вы это делаете? — Информация. — Ох, так вы серьёзно думаете о том, что она знает что-то такое интересное, что её требуется убить? — Это решаем не мы. Ты сам понимаешь, что для нашего начальства человеческая потеря — пылинка в пустыне. — Да уж, для таких безжалостных тварей, как вы — это пылинка. Название озера. — Ши. Додж ожидающе посмотрел на ангела. — Да, я знаю такое озеро. — Отлично. Можешь убирать барьер, — сказал он, разворачиваясь и направляясь ко своей скамье. Ева последний раз осмотрела падших. Только глаза выдавали их страх. Убрав барьер, троица мгновенно исчезла. Девушка присела на скамью. Додж медленно допивал свой напиток. — Пойдём к ним прямо в логово? — спросила Ева. — Да. Прямо в логово, — ответил он. — Считаешь, что это безопасно? — Да мне, если честно, всё равно. Я вернулся сюда только из-за того, чтобы восстановить то, что разрушил. Я разрушил жизнь одной невинной девушки. И я восстановлю её. — Думаешь, ты сможешь её вернуть? — Это моя обязанность. Бросок. Железяка упала точно в мусорку. — Ладно, думаю, нам некогда прохлаждаться. Ты готова? — Да, конечно. — Тебя не отругает папаня за то, что ты случайно убьёшь какого-нибудь падшего? — Нет, не отругает, — сказала она, пропустив мимо ушей слово «папаня». Ева пошла вперёд, Додж двинулся за ней. — Какой у нас план? — поинтересовалась она. — Ныряем в озеро, находим подводную пещеру, находим Мисаку. Если нам её не отдают, мы её берём силой. Ты говоришь мне, как её вылечить и мы все остаёмся счастливы. — Что ж, на словах звучит просто. — На деле будет ещё проще. Дуэт скрылся в толпе людей, направляясь к озеру Ши.