5ever

— ноу хомо, бро, но ты самый лучший мужчина в моей жизни, — очередной пьяный бред слетает с уст тэхена, заставляющий сокджина покраснеть. но благо, тэхен слишком поддат, чтобы замечать такие вещи. сокджин знает, почему тэхен здесь. ему вновь выносили мозг дома родители. приехали на пару дней, но им хватило всего пару часов, чтобы довести сына до ручки. ну не хотят они понимать, как так тэхен бросил университет и рисует на заказ, иногда подрабатывая моделью для всяких масочек для лица. тэхен сидит на диване и укрыт бледно-розовым пушистым пледом, лениво ковыряясь ложкой в ведерке с мороженым. — тэ, не мусорь у меня дома, — мягко говорит старший, вытирая салфеткой белесые капли, стекающие из ведерка. — прости, — отвечает тэхен, не сопротивляясь, когда у него забирают сладость и усаживаются под пледом рядом, переключая на музыкальный канал. тэхен благодарен сокджину, что тот каждый раз без лишних вопросов разрешает ему остаться у себя, разрешает прикасаться и говорить несусветную чушь. сокджин знает его буквально вдоль и поперек. тэхену нравится спокойный нрав хёна, его сладкий голос, который так контрастирует с его, немного грубым. ему нравится очередной розовый свитер сокджина, который так приятен на ощупь. их отношения младший бы назвал дружбой, если бы не джин. хён, как бы ни парадоксально это не звучало, мешал их дружбе, когда ворчал на него, надув итак пухлые губы, поправлял выжженные блондом волосы. тэхен любил джина, но мог признаться в этом, когда в его организме было хоть немного алкоголя. — ноу хомо, хен, но у тебя такие сочные губы, — вновь тэхен позволяет сказать себе что-то подобное, не наблюдая за реакцией старшего. — ноу хомо, но у тебя тоже ничего, — сокджин тихо смеется, немного нервно, но все же доедает остатки сливочного в ведерке. сокджин не к каждому в своей жизни так терпелив, как к «тэхенни», который иногда просит его попозировать нагим «для искусства». сокджин не каждого зовет любовью всей жизни, но тэхен — единственное и неповторимое исключение. он не любит, когда младший пьян, но он обожает его глупые речи в такие моменты. — ноу хомо, но у тебя просто ахуенные ноги, — тэхен входит во вкус, — на плечи бы. — тэхен, это слишком «хомо», — сокджин закатывает глаза, но внутри все сжимается, — спи. — я люблю тебя, хён, но ноу хомо, ты же понимаешь, да… — говорит напоследок тэхен, пока засыпает. сокджин ложится рядом и поглаживает мягкие волосы, слыша нотки алкоголя из уст младшего, но как бы он не ненавидел запах перегара, это не останавливает от поцелуя, такого легкого, словно ничего не было. сокджин почти уверен, что в тэхеновском пьяном бреде есть какой-то крошечный смысл. но пока они живут здесь, пока родители тэхена ругают его за то, что он следует за своими мечтами, он не готов признаваться. он не хочет ничего испортить. ему комфортно иногда слушать фразы, начинающиеся с «ноу хомо».