Случайный

      Сэджун чувствует себя одним из тех самымх маньяков-сталкеров, какие бегают за айдолами. Он приезжает на место ровно к тому времени, которое назвал «коллега» Бёнчана, у которого он позавчера поинтрересовался, где найти Кирина.       Почти семь часов, и вечерний Сеул утопает в красно-золотых лучах закатного солнца. Серое авто тормозит у высокой клумбы, на бордюре которой сидит черноволосый парень, мотая длинными стройными ногами в такт музыке в наушниках.       Сэджун даже забыл, что собирался открыть дверь и выбраться из машины. За прошедшее время он так успел накрутить себя своими мыслями и обклеил образ Бёнчана устоявшимися стереотипами, что сейчас видеть такого обычного и в данный момент довольного жизнью парня так… непривычно и неожиданно. Но тем не менее, он берет себя в руки и приближается к объекту, на размышления о котором тратит нервы весь последний месяц.       Бёнчан тихо мурлычет себе по нос, сидя с закрытыми глазами, и вздрагивает от неожиданности, когда Сэджун вытаскивает один наушник.       — Привет.       — Привет, Сэджун-хён — узнаёт его и искренне улыбается Бён, отчего на щеках появляются милые ямочки. А у Сэджуна на душе светло и маленький праздник — парень его запомнил.       — Ты занят сегодня?       — Ну… — радостная улыбка становится картонной. Бёнчан опускает глаза и отворачивается, словно вот-вот из-за угла появится та самая причина, из-за которой он занят.       — Мм, — прикусывает губу Сэджун, — тогда как насчет прогуляться со мной?       — Прогуляться? — уточняет Бён, а у самого в глазах гаснут озорные огоньки. В принципе, что ещё можно было ожидать? Не стал бы тот останавливаться, завидев Бёна, чтобы просто поздороваться.       — Да. Ты не хочешь?       — Я с Вами!       Бёнчан спрыгивает с бордюра, отряхивает шорты до середины колена и прибавляет шагу, равняясь с Сэджуном. Старший распахивает перед ним переднюю дверь, улыбаясь, отчего еще больше становится похож на модель с обложки (что, кстати, прекрасно понимает, отчего улыбается еще ослепительнее). Бёнчан скептически вскидывает бровь, не оценив неуместной галантности, садится и с тихим щелчком пристёгивается.       Сэджун присоединяется к нему и умело ведёт авто, стараясь проскочить особо загруженные участки дороги по небольшим неприметным улочкам.       — Мы в отель? Если правильно помню, вы живёте в другой стороне, — интересуется Бён, после нескольких минут плавного лавирования в потоке машин.       — Какой отель? — не понял блондин, но когда до него дошло, он улыбнулся уголками губ и положил руку на бедро донсена, ведя пальцами вверх к оголённой коленке и сжимая её. — Ааа, если ты думал, что самое приятное начнется прямо сейчас, то придется немного подождать. Считай, что я арендовал тебя до утра. И включая утро!       — Что? — удивился Бёнчан, взволнованно поёрзав, когда пальцы Сэджуна забрались под край шорт, поглаживая, но, к его облегчению, не задержались там и переместились назад на руль. Этот хён точно не такой как остальные. Его впервые так арендуют. — Куда мы?       — Это сюрприз, котёнок.       — Не смешно.       Сэджун старается не отвлекаться от дороги, но краем глаза успевает посмотреть в сторону пассажирского сиденья. Бёнчан напряжен и серьёзен, ждёт его ответа.       — Думаешь, я везу тебя за город и хочу что-то с тобой сделать?       Бёнчан не поддаётся его игривой интонации и на шутки не настроен, а Им не настаивает. Сэджун обращает внимание, что в прошлый раз парень был гораздо более расслаблен в его присутствии.       — Не переживай, мы почти приехали, и вокруг центр города. Ты в безопасности.       И действительно, машина едет по одному из не самых дешевых районов, а менее чем через четверть часа машина поворачивает на подземную стоянку, как и предполагал Бён, отеля. Дорогой, из таких, в которых Бёнчан не бывал даже с самыми обеспеченными своими клиентками. Черноволосый не пытается считать этажи, их много, зато с немым вопросом смотрит на своего «арендатора», прося пояснений данному факту.       — Хён?       — Здесь есть замечательный ресторан, в котором я иногда бываю на встречах по работе. Составь мне компанию за ужином.       — Это свидание? — уточняет Бёнчан, где-то внутри волнуясь из-за возможного ответа. Этого он не ожидал. Да и странно до абсурда. Сэджуну делать больше нечего, кроме как водить в рестораны тех, с кем однажды случайно переспал? — Хён, мы виделись всего один раз месяц назад.       — Считай чем хочешь, сути это не меняет, — подмигивает Сэ, выбираясь из машины. — Я собираюсь здесь пообедать… хотя это получается нечто среднее между обедом и ужином, но не суть. Отказаться ты не можешь, предупреждаю сразу!       Миновав просторный, начищенный стараниями персонала до блеска, холл, они поднимаются на один из верхних этажей. Перед ними маленький коридор, ведущий в еще один — длинный со множеством дверей. Бёнчан ожидал увидеть большой зал, заставленный красивой мебелью или что-то в этом роде.       Сэджун называет хосту фамилию, и тот вызывает к ним девушку, которая просит парней проследовать за ней и вежливо улыбается. Подойдя к одной из дверей, открывает и пропускает их вперед, после чего уходит.       Сэджун садится на один из двух удобных диванчиков у столика и с улыбкой наблюдает за парнем. Тот, словно зачарованный, подходит к высокому панорамному окну, забывая даже осмотреться в небольшой стильной комнате.       Бёнчан приоткрывает рот, в восхищении касаясь стекла. Нити последних лучей солнца оборвались о лезвие горизонта, и теперь сумерки с каждой секундой отвоёвывают всё больше пространства над городом. Перед Бёном как на ладони весь Сеул — сияющий и желанный, манящий софитами и спустившимися с небес звёздами, которых здесь действительно, как на небе, но жестокий и безразличный ко многим. Бёнчану редко доводилось видеть мягкую, добрую сторону города, чаще впечатываясь лопатками в шершавый кирпич его стен, но сейчас этот непокорный монстр переливается сиянием под ногами парня с высоты третьего десятка этажей. Зрелище дух захватывает.       — Нравится?       Кивок с опозданием.       От разглядывания вида его отвлекает девушка из персонала, показывает наиболее популярное из меню и сообщает, что позвать её можно с помощью встроенной в стол кнопки.       Сэджун просматривает знакомые варианты, раздумывая — стоит ли взять что-то из постоянных заказов или попробовать нечто новое. Бросает взгляд на парня, расположившегося напротив. Красивые губы поджаты, а нижняя прикушена, руки сложены одна на другую, и Бён опирается на них, нависая над меню. В двух словах — ему неуютно.       — Не волнуйся, я плачу за всё сегодня.       Его слова Бёна не сильно вдохновили. Парень перевернул страницу, скользя взглядом по строкам названий, но ни за что не цепляясь. Сэджун хмыкнул и открыл меню на том месте, где его любимые блюда, показал то, что обычно заказывает сам. Бёнчан внимательно слушал советы, всё еще сомневаясь и оттого сильнее терзая губу, но в итоге выбрал самый простой вариант — то же, что и хён.       Приняв заказ, девушка уточнила насчёт напитков:       — Что-нибудь алкогольное?       Сэджун закрыл своё меню, даже не просмотрев винную книгу и предложенный перечень коктейлей и прочего.       — Я за рулём, мне чай юджа.       — А мне ягодный дайкири, — выбрал Бёнчан популярный коктейль и отдал меню официантке.       Когда они остались одни, повисло неловкое молчание. Говорить им не о чем, как и заняться. Бёнчан решил сказать о том, что его волновало.       — Здесь всё такое дорогое.       — Зато вкусное, и можно поесть в уединении.       — Уединение вполне неплохое и дома, когда еда с доставкой.       — Бёнчани, на самом деле это далеко не самое дорогое заведение. Мне стоит сводить тебя туда, где простой эспрессо ценой с нефть? Зато потом не придётся доказывать, что здесь — приемлемо.       — Для Вас приемлемо, — фыркнул младший. — И Вам не кажется, что для такого мужчины как Вы это было бы слишком по-детски?       — А кто сказал тебе, что я не ребёнок в душе? — очаровательно улыбнулся Им, демонстрируя глубокие ямочки.       Бёнчан возвёл глаза к потолку, но настроение всё-таки поднялось. По крайней мере исчезла неловкость от ситуации. Раз Сэджун сам пожелал сводить его сюда, то почему бы не расслабиться и наслаждаться моментом? Едва ли Бён еще когда-нибудь попадёт в такое место.       Когда принесли заказ, молчание сошло на нет окончательно. Сэджун обсуждал последние новости, события, спорил, кто красивее из двух вокалисток популярных поп-групп (в итоге оба сошлись на вокалисте еще более популярного бойзбенда).       — Кстати, у тебя были настоящие свидания с человеком, который тебе нравится? — Подумав, Сэ добавил. — Ну, не так, как у нас сейчас.       Бён, стал жевать медленнее, раздумывая над ответом.       — Да, несколько в старшей школе. Обычно это девушки звали меня где-нибудь пообедать после занятий или на перерыве. Не сказать, что я их любил, но они были симпатичными. А Вы?       — Давай на ты.       — Хорошо.       — А меня отшили, — с непринужденностью отвечает Сэджун, с аппетитом жуя самгёпсаль. — Дважды.       — Серьезно? — поперхнулся коктейлем Бёнчан. — Это шутка такая неправдоподобная?       — Ну, я раньше был немного заносчивым и любил подшучивать над окружающими, поэтому от девушек чаще получал предложения сходить подальше или сразу в постель. Хотя первый вариант был популярнее… Проехали.       — Трудно поверить.       — О, я правда был плохим парнем!       Бён фыркнул, поставил бокал и взял палочки, собираясь перемешать салат. Сэджун понял, что тот ему не поверил, и рассказал о паре других случаев из школьного времени. На что Бёнчан вяло кивнул, говоря, что верит, и пригубил коктейль, смакуя сочетание фруктов и алкоголя.       — Сядь рядом, — попросил старший.       — А?       — На мой диван. Я не буду приставать… Сейчас. Но мне приятно, когда ты очень близко.       — Х-хорошо.       Бёнчан поднялся со своего места, обогнул стол, переставил один только коктейль ближе к себе, но подумав, взял его в руки и облокотился на мягкую спинку дивана, лениво потягивая напиток.       — Я обещал, что не трону, но можно я тебя поцелую?       Бёнчан взволнованно сглотнул и бросил взгляд на идеальные розоватые губы. Еще с того момента как Сэ предложил ему этот вечер, Бён старался как можно меньше думать об этом. Об этих горячих губах, заботливых, но сильных руках, и о том, что они с ним делали в прошлый раз. Но сейчас не получается. Не в низу живота, а где-то ближе к солнечному сплетению всё странно парит. Бёнчан мысленно ругает себя, потому что так не должно быть. Он не должен так реагировать. Не должен привязываться.       Но он кивает, отставляя почти пустой котельный бокал на стол.       Сейчас, когда они знакомы, когда хорошее освещение не даёт ни одной черточке во внешности друг друга смазаться, всё по другому. Сэджун начинает неспешно, не набрасывается и не кусает. Пробует на вкус, ловит поочерёдно, то нижнюю, то верхнюю. И Бёнчану нравится. Им считается с его чувствами, и парень решает немножко понаглеть. Кладёт ладонь на грудь чуть ниже ключиц и настойчиво толкает, прижимая старшего к спинке. Поцелуй не разорвался, и Бёнчан перехватывает инициативу.       — Кажется, я пьян, — смеётся Сэджун, смотря прямо в глубокие карие глаза тяжелодышащего парня. Хотя он на самом деле почувствовал вкус дайкири, который пил Бён. — Меня от тебя ведёт.       — Как ты машину поведёшь? — провёл по гладкой щеке без намёка на щетину Бёнчан, и его голос показался Сэджуну мурчанием. Такой тонкий и нежный.       — Осторожно и с любовью, — Сэджун оставил последний короткий поцелуй на красных губах. — Порву любого, кто хоть царапинку оставит.       — Даже меня? — Бёнчан игриво провел ногтями по груди, обтянутой полосатой водолазкой.       — Да, но немного по-другому, — рука Сэджуна многозначительно легла на упругую ягодицу. Большим пальцем Сэджун поднырнул под ремень и край шорт, дразня, но не пробираясь под резинку белья.       — Эй, ты обещал не сейчас!       — Всё, всё, — убирает руки Сэ, совсем немного отодвигается и нажимает на кнопку вызова официанта, чтобы попросить принести счёт. — Кто-то сам нарывается.       Дорога домой растягивается из-за вечерних пробок. Сэджун барабанит пальцами по рулю и в конце концов додумывается включить радио, немного разгоняя скуку музыкой. И надо было давно так поступить, потому что младший, услышав недавний хит, начал подтанцовывать под песню женской группы. Иму показалось, что он где-то уже видел эти движения руками.       — Ты учишь их танцы?       — Да. Это весело! — Бён сделал музыку громче.       Оказывается, у Бёнчана заразительный звонкий смех, а у Сэджуна маленький фетиш на эгье.       Иногда Бён подпевал вокалисткам тоненьким фальцетом, забавно шепелявя, дожидался, когда хён согнётся пополам от смеха, насколько это позволяла ситуация на дороге, и точечными прицельными выпадами тыкал пальцами в глубокие ямочки на его щеках. За таким развлечением путь показался быстрым и весёлым.       Уже на парковке Сэджун вынимает ключ зажигания и собирается открыть дверь, но на его колено ложится тёплая ладонь парня.       — Почему ты вернулся ко мне? И в прошлый раз, и сегодня, — решается спросить Бён.       Сэджун закатывает глаза, понимая что всё о его поисках уже полностью выложили Бёну. Он этого как-бы и не скрывал, но и не хочется оставить впечатление какого-нибудь маньяка-извращенца, выбравшего себе жертву. Это первая причина. А вторая в том, что… в общем очень важная. Сэджун захотел именно Бёнчана — Сэджун Бёнчана нашел. Точка и no comment.       — Бёнчан — это ведь твое настоящее имя, так? Почему «Кирин»? — ответил вопросом на вопрос Сэ, мягко переводя тему.       — Меня зовут Чхве Бёнчан. А Кирин — это жираф на японском, — улыбнулся Бён. — И ты не ответил.       — Я отвечу. Только сначала переберись сюда.       Расслабленно облокотившись о спинку сиденья, Сэ предвкушающе и соблазнительно закусил губу, похлопав по своим бёдрам. Бёнчан явно смутился, сразу сообразив, что от него хотят, отстегнулся и ловко перебрался на указанное место, поёрзав. В таком положении с его ростом не очень удобно.       — Ты слишком невинный для своей работы, — покусывает нежную кожу на шее, игриво и не больно.       — Это плохо? — Бён хватается за водительское сиденье и закрывает глаза, подставляясь под поцелуи.       — Это прекрасно. Как и ты.       Бёнчан краснеет и запрокидывает голову, полностью расслабляясь в умелых руках. Сэджун проводит губами по линии челюсти, целует под подбородком и тянется к пухлым губам. Такие красивые, идеальной формы, словно созданные для того, чтобы Сэджун мог в любой момент впиться в них, сорвать хриплый трогательный стон или почувствовать, как они оставляют поцелуи по всему телу.       Сэджун по-собственнически сжимает округлые ягодицы, и Бён плавно двигается на его коленях, потираясь о ширинку обтягивающих штанов. Сэджун поглаживает поясницу, целует ключицы и свободной рукой расстёгивает пуговицы одну за другой, оголяя всё больше желанной кожи. Бёнчан отклоняется назад, когда требовательные поцелуи спускаются ниже, ищет локтём дополнительную опору позади себя, и… лучше бы он этого не делал.       БИИИП!       Тишину парковки, словно ножницы бумагу, вспарывает громкий гудок, пугая уличных котов, не говоря уже о паре парней в машине. Сэджун дергается, и случайно прикусывает нежную кожу на груди, а Бёнчан отшатывается от руля и стукается головой о потолок, шипя от боли в затылке и в районе сердца. Нет, не от неразделенных чувств или еще чего-нибудь такого, просто Сэджун его правда больно укусил.       — Господи, котёнок, можно мы дойдём до квартиры, а уже потом ты заставишь меня кончить? — Взмолился Сэджун, едва удерживаясь от того, чтобы не сорвать шорты с парня прямо сейчас. — Идёт?       — Д-да, — кивнул Бён, покидая машину через водительскую дверь.       Сэджун с трудом сдерживает желание прикоснуться к парню в лифте и сам удивляется своему самообладанию, когда даже захлопнув дверь квартиры, идёт быстро сполоснуть руки и чувствует такие же мокрые тёплые ладони на животе.       Бёнчану самому не терпится наконец-то избавить хёна от одежды, увидеть это совершенное тело и удостовериться, что ему не приснилось. Сэджун торопится, теснит парня в сторону спальни, по пути расстёгивая его ремень и сразу утягивая в глубокий поцелуй. Наощупь находит выключатель.       Кровать мягко пружинит под лёгким стройным донсеном, и Сэджуну до мимолётной улыбки нравится этот звук, как и на этот раз не такой робкий взгляд карих глаз. Им отодвигает ткань полурасстёгнутой рубашки с коротким рукавом, оставляет языком на длинной шее влажную дорожку и ловит губами враз затвердевший сосок.       — В-… в этот раз всё будет быстро, да? — выдыхает Бён. И Сэджун завтра же сходит проверить слух, если ему не послышалось в голосе парня разочарование.       Бёнчан здесь. Снова на его кровати, и снова застенчив, но в этот раз немного не так — Сэ видит, что стоит немного ему помочь, и Бён отбросит это. С ним чуть-чуть поиграть — и Чхве сам перехватит инициативу. Замечает Бёнчан это, или нет, но Сэджун видит его нетерпение. В предвкушении здесь не один Им. И это чертовски льстит.       Полностью принадлежит Сэджуну, пусть даже на короткое время.       — Почему ты так решил?       — Ты торопишься. Я… Ты мог сразу сказать, что хочешь просто кончить, а не везти меня в дорогой ресторан.       — Прости, я… Нет. Не так быстро. Просто кончить не достаточно. Хочу больше. Дольше. Круче чем в тот раз, — Сэджун говорит скорее себе, чем Бёну, и успокаивается с каждым произнесенным словом. Действительно, куда он спешит? — Бёнчани, ты мне пригланулся. Хочу именно тебя.       Сэджун помогает ему сесть, бережно обнимает за талию, не отпуская ни на секунду, и проводит губами по красному ушку, прихватывая мочку, гладит ладонями изящную спину, и слегка удивляется, почувствовав как ловкие пальцы забираются под одежду, настойчиво задирая.       — Ты же не хотел быстро.       — Я хочу, чтобы ты был голым, хён, — немного тушуется Бён, кидает короткий просящий взгляд из-под ресниц. — Можно?       — Окей, малыш, — Сэджун целует парня в уголок губ и помогает избавить себя от одежды.       — Ты очень красивый, — Бёнчан рассматривает подтянутого, сильного, и при этом по-мужски элегантного парня, гладит внутреннюю сторону крепких бёдер, проводит по прессу до груди, цепляя пальцами напряженные соски.       Как на самом деле он ждал этого момента! За прошедший месяц Иму показалось, что он вернулся на несколько лет назад, когда просыпался ночью с пятнами предэкулята на белье от очередного мокрого сна.       Бёнчан гладит прекрасное тело, целует, прижимается всем своим, и Сэджун позволяет касаться себя везде, где тому заблагорассудится, делать всё, что придёт младшему в голову.       Бён возвращает главенство Сэджуну, и тот с заметно потраченным терпением раздевает донсена, стараясь не порвать всё к чертям.       На тонкой шее красным пятном расцветает первое пятнышко засоса, и Сэджун отрывается от неё, собираясь сказать, что не собирается извиняться за это, но разом передумывает говорить вообще.       Потому что Бён глаза в наслаждении прикрывает и на милом лице нет и намёка на недовольство. Вместо этого парень пропускает светлые пряди сквозь пальцы и слабо давит на затылок, чтобы Сэджун вернулся к его шее.       Им с удовольствием оставляет засосы, расцветающие на нежной коже красными пятнами. С нажимом ведёт вдоль позвоночника, наслаждаясь тем, как младший прогибается в пояснице, жмётся стоящим членом к бедру Сэджуна и горячо выдыхает в губы.       — Я ждал, что ты вернёшься.       Сэджуну замурлыкать хочется или завилять несуществующим хвостом, но настрой со счастливого меняется на игривое, а затем и на я-и-так-сейчас-кончу-Бёнчанни-давай-не-в-этот-раз, когда тот наклоняется к его паху, чтобы взять в рот. Вместо этого Сэджун ловит его за подбородок, мимолётно мажет по нему губами, не задерживаясь, и обхватывает пальцами стояк.       Бён открывает губы в немом стоне, под веками искрит. Уверенные движения на члене и пульсирующая приятная боль в укушенной нижней губе. Сэджун дрочит грубее, ставит новые метки. Бёнчану нравится.       На этот раз Сэджун тщательнее его разрабатывает, льёт больше лубриката, ласково целует ключицы и гладит свободной рукой между выпирающих лопаток, но Бён говорит, что всё это лишнее.       — Больше не надо, — Бёнчан толкает его в плечо, намекая, чтобы тот лёг, а сам собирается забраться на него сверху. — Входи.       — Уже? — Удивляется Сэ, но меняется с ним местами, как того хочет младший, и не без удовольствия смотрит снизу вверх на парня, умостившегося на его бёдрах. Тебе не будет больно?       — После того раза с тобой, я время от времени растягиваю себя, — смущаясь, признался Бён. — На всякий случай. Кто-то другой… может быть не так нежен как ты тогда.       Лезвием по сердцу.       — Тогда сейчас я могу быть пожёстче? — пошло ухмыляется Сэджун и прикусывает нижнюю губу, рассматривая растрёпанного, милого, заведённого ангела, сидящего на нём. — Хотя, нет, — меняет своё решение, — такой плохой мальчик пусть всё делает сам.       Бёнчан в отместку проводит ногтями по рельефному прессу, оставляя красные полосы, и елозит, касаясь стояка, за что получает звонкий шлепок по ягодице. Сэджун задерживает дыхание, когда он приподнимается и направляет в себя его член. В таком положении намного уже. Джун думает, что прокусит несчастную губу, но не отводит взгляда. Бёнчан немного морщится, едва опустившись до середины, и шумно выдыхает, преодолевая оставшееся разом.       Сэджун подкладывает под спину обе подушки, поднимается выше по спинке кровати, полусидя, чтобы быть ближе к лицу. Давая собраться, вовлекает в мокрый поцелуй, посасывает скользкий язык, проникает в рот, глушит стон, не даёт оторваться и дразнит пальцами напряженные соски. Но это даётся ему с огромным трудом — тяжело не толкнуться в жар, не опрокинуть на спину и до срывающихся на крики стонов оттрахать.       К своему счастью, Бён это тоже понимает и приподнимается, чтобы плавно вернуться на место. Ещё раз, ещё и снова.       У Сэджуна под веками искрит.       Быстрее.       Он обхватывает упругие бёдра под ягодицами, помогая Бёнчану, и сам подаётся навстречу. Чхве жмурится, постанывая, пальцами крепко сжимает плечи партнёра. А Сэджун жадно запоминает каждую черточку на изящном теле, провожает взглядом капельки пота, скользящие по бархатной коже.       Член Бёнчана налился кровью и каждый раз, как парень опускается вниз, ударяется о напряженный живот. Сэджун обхватывает его рукой и крепко сжимает, Бёнчан даже двигаться перестаёт, когда узкое кольцо пальцев опускается до основания. Сэджун обильно льёт лубрикат прямо на головку и грубо надрачивает, вытягивая из Бёнчана протяжные стоны, прикусывает губу и бесстыже смотрит то парню в лицо, то на падающие на собственный живот белые капли спермы. При этом хочется застонать самому и зажмуриться — Бён сильно сжимает его внутри.       — Сэджун-хён, — Бёнчан тянется его поцеловать и приподнимается, сползая с Джуна на кровать, но старший кладёт ладонь ему на плечо и не даёт приблизиться. На это Бён смотрит непонимающе и думает, что же сделал не так. Сэджун мажет пальцем по своему прессу, собирая сперму, другой рукой ловит младшего за подбородок, тянет милое лицо к себе, приставляя испачканный палец к сочным губам.       У Бёнчана уши горят алым цветом, и если бы мог, покраснел заново. Парень нерешительно облизывает палец и берёт в рот, посасывая, больше смущаясь от того, что Им с интересом наблюдает за этим.       — Мм, хороший мальчик.       Палец из его рта исчезает, и Бён встречается взглядом с парой очень тёмных, завораживающе-глубоких глаз, но отвлекается о пошлую улыбку и растворяется в жадном собственническом поцелуе. Сэджун проникает языком в рот, пробует на вкус, вылизывает, не давая опомниться, так ещё и опрокидывает парня на спину, водит руками по всему телу, время от времени сжимая пальцами кожу на талии, бёдрах, хватает за запястья и лодыжки, разводит ноги в стороны. Бёнчан мычит ему в губы, вновь почувствовав ласкающее касание на члене.       — Уже? Какой чувствительный, — ухмыльнулся Сэджун, сжимая возбуждённый член у основания и вслушиваясь в стон младшего, близкий к крику.       — Хён! — Бён поймал его за запястье и переместил горячую ладонь на бедро. — Меня второй раз надолго не хватит.       — В таком случае…       Сэджун подхватил парня под коленями и закинул стройную ногу на плечо, а вторую себе на талию, плавно входя. Пухлые губы распахнулись в стоне от первых толчков. Сэджун испытывает выдержку Бёнчана, то срываясь на короткие быстрые, то переходя на плавные и глубокие. Красные губы манят, и Сэ рискнул нагнуться вперёд. К его приятному удивлению, растяжка Бёнчана позволила: чтобы добраться до желанных губ, пришлось прижать ногу Бёна, запрокинутую вверх, практически к самому плечу донсена.       — Впечатлён.       Бёнчан громче застонал, когда Джун подался вперёд в такой позе. Вроде бы — не такое уж и большое изменение, но чувствуется совсем по-другому.       Как Бёнчан и сказал, он кончил совсем скоро, красиво выгнувшись и дрожа всем телом. Сэджун бы залюбовался, не продолжи он вколачиваться в напрягшееся тело быстрее. Но Бёнчан остановил его и, ещё не до конца придя в себя после второго оргазма, довёл до разрядки ртом.       — Ты в душ первый, — только и смог выдохнуть Им, расслабленно прикрывая глаза и стараясь не заснуть.       Ответом ему стал усталый стон лежащего рядом парня.

***

      Вернувшись из душа, Сэджун застал Бёна уже задремавшим. Парень свернулся калачиком под тонким летним одеялом, натянув его до ушей, но стоило Джуну опуститься рядом, как тот обернулся, сонно следя за ним.       — Спи, всё в порядке.       Бён кивнул и вновь отвернулся от него. Когда Сэджун придвинулся ближе и положил руку ему на талию поверх одеяла, никак не отреагировал.       Сэджун чувствует абсолютную безмятежность впервые за долгое время. И даже немного радость ребёнка, наконец-то получившего от Санты долгожданную вот-ту-самую-очень-крутую игрушку, которую случайно увидел на витрине магазина раз в жизни, но не встретил больше нигде, зато с которой теперь не хочется расставаться ни на минуту. Проблема только в том, что Сэджун уже не маленький мальчик, а Бёнчан не игрушка. И даже не его.       Но темнеющие на светлой коже пятнышки засосов лживо говорят об обратном, и Джун тешит себя мыслью, что какое-то время Бён работать не сможет, и у них будет прекрасный повод провести освободившееся время вместе. Осталось только упросить Чана отпускать его пораньше несколько дней, и дело в шляпе.       Сэджун поражается этому пареньку. Хоть тот и говорил, что предпочитает не целоваться с клиентами, явно оба получали удовольствие от этого. Бёнчан занимается с ним любовью не так, как с очередным, а так, словно Сэджун единственный в его жизни. И Им даже почти поверил в это, получая столько ласки от младшего.       Любовью. Да уж, похоже, для старшего это так.       Упершись лбом в тонкую шею, Сэджун крепче прижал Бёнчана к себе. Встреться они при других обстоятельствах…       Мягкая лёгкая ладонь легла поверх его руки. Бёнчан поёрзал и затих, тихо посапывая. Сэджун с затаённым страхом закрыл глаза, с трудом отдавая себя в туман сна. Вдруг он опять проснется один?

***

      Сэджун обнимает пустое место и матерится в уголок одеяла.       Один. Опять.       — Щебаль… — шипит сквозь зубы.       — Ты всегда с утра материшься?       Сэджун отрывает голову от подушки и едва сдерживает вздох облегчения.       В дверном проёме стоит взъерошенный зевающий Бёнчан и чешет потемневшее пятно на шее, отчего Сэджун не может не ухмыльнуться. Хотя даже не так — не может не начать улыбаться как последний придурок. Именно поэтому зарывается лицом в одеяло и хлопает по свободному месту рядом с собой. Бёнчан на это фыркает, но подходит, заваливается на мягкий матрас, и оказывается притянут за талию к, отпихнувшему одеяло куда-то к ногам, голому парню.       — Только если думаю, что меня кинули, — сонное оправдание. — Неприятно, знаешь ли, просыпаться в одиночку, если есть альтернатива в виде такого симпатичного тебя.       — Спасибо, — Бёнчан толкается попой назад, стараясь отпихнуть таким образом Джуна от себя. — Приготовишь что-нибудь, или мне самому на кухне покопаться?       — Предупреждаю — я готовлю только оружие массового поражения!       — Понятно, — Чхве всё же выбирается из обхвативших его конечностей и направляется на кухню, собираясь заглянуть в холодильник, в поисках завтрака.       — Давно поднялся? — Подрывается вслед за ним.       — Нет, хён. Ты сразу за мной проснулся.       — Оу, это я вижу, — улыбаясь и по-кошачьи коварно щурясь Сэджун толкает младшего спиной к стене, накрывая ладонью пока слабо выпирающее возбуждение. Бёнчан надел боксёры и откопал в шкафу Сэджуна майку (Им не против видеть его в своей одежде ежедневно), не утруждая себя остальным, что сейчас блондину только на руку. — У кого-то утренний стояк?       Бён выше Сэджуна почти на пол головы, но донсен в его руках такой нежный и доверчивый. Именно поэтому хёну интересно понаблюдать за ним ещё немного, и Сэ опускается на пол перед ним.       — Эй, ты не должен! — возмущение тонет в стоне, когда Сэджун берёт в рот и сосёт, втягивая щёки и лаская член языком. У Бёнчана размер в самый раз, так что Сэ почти не давится, быстро подстраиваясь под него.       Как оказалось, с утра донсен очень чувствительный. Плоть твердеет мгновенно — стоит Сэджуну взять до основания. Сверху слышится сдавленное мычание. Джун щипает Бёна за бёдра и давит губами на головку, от чего Бёнчан ойкает и понимает свою оплошность. Сэджуну не нравится, когда сдерживаются — это Бён ещё в прошлый раз хорошо запомнил.       — Сэджун, стой. Я- мм…       Бёнчан проводит большими пальцами по острым скулам, обхватывает лицо и слабо отталкивает, прося отстраниться, но в то же время борется с желанием толкнуться бёдрами, загнать глубже.       Сэджун перехватывает его ладони, убирает, двигает головой ритмичней, сжимает руками упругие ягодицы и продолжает. Бён закусывает губу и дрожит, кончая. Сэджун ласкает его, пока не чувствует, что член стал мягким. Выпустив изо рта, проводит языком по розовой блестящей головке, поднимается с колен и пошло облизывается, гипнотизируя и так не отводящего от него взгляд парня.       — Ты пока включи чайник и отдохни, а я быстро в ванную умыться и соображу нам поесть, договорились? — отлипает от младшего.       Бёнчан может только кивнуть и пройти мимо на кухню. Сэджун не отказывает себе в удовольствии проводить взглядом неуверенную походку парня, ещё не отошедшего от утреннего оргазма.       Завтрак в компании Сэджуна — невероятно приятная вещь. Бёнчан с удивлением отметил. что не стесняется и чувствует себя вполне комфортно рядом с этим хёном. Сэджун слегка болтливый, но очень обаятельный. Бён в основном слушает — новости из сети, кое-что о работе, какие-то забавные случаи, и ему интересно.       Этот утренний домашний Сэджун сильно отличается от того Сэджуна, который впервые привёл его к себе, но Бёнчану нравится эта разница. Если бы они познакомились иначе, он хотел бы больше увидеть, узнать о этом мужчине, который только что познакомил бутерброд с плавленным сыром со столешницей.       — Кстати, дашь свой телефон? — Оторвал его от размышлений Сэджун, параллельно оттирая сыр от гладкой поверхности.       — Без проблем, — Чхве оторвался от кружки чая. — Позже продиктую. Но зачем тебе это, хён? Если честно, ты не похож на человека, которому тяжело найти постоянного партнёра. К тому же в постели ты очень хорош.       Сэджун улыбнулся комплименту, отмечая, что сам не до конца уверен в ответе на поставленный вопрос.       — Ну, не сказал бы что тяжело, но… Я не стремлюсь к этому. По крайней мере сейчас. Мне понравилось с тобой, так что всё устраивает. Наверное, это из-за того, что у тебя больше опыта. Ты часто с мужчинами? — вопрос сорвался с губ, прежде чем Сэждун осознал всю степень его бестактности и грубости. По поджавшимся пухлым губам, он понял, что эту тему вообще не стоило поднимать. — Прости, можешь не отвечать! Это меня не касается…       — Всё в порядке, меня это сильно не цепляет. На самом деле ты третий мужчина, — крепче сжал чашку в руках Бёнчан. — В основном я… провожу время с девушками. Но сегодня впервые остался утром у клиента.       «Клиента».       В груди зашевелилось разочарование с примесью грусти, но в то же время Сэджун обрадовался тому, что в некотором роде особенный для этого парня, раз Бён поступился своими принципами.       Бёнчан с опаской отправляет в рот кусочек лазаньи и тянется за солью, потому что пресно до жути.       — В постели ты восхитителен, но готовишь ужасно.       — Ах ты… Месть за засосы?!       Бёнчан смеётся с вида обиженно-злого хёна и получает кухонным полотенцем по плечу, забавно выпучив глаза от неожиданности. Теперь смеётся уже Сэджун. Бён не обижается, особенно когда скармливает с ложечки парню собственноручно пересоленный кусочек. Сначала Сэджун даже млеет от такой заботы, ровно до того момента как на языке начинают растворяться кристаллики соли.