Не так

Осознание того, что что-то явно пошло не так в его жизни, приходит к Монро слишком поздно. «Слишком поздно» подразумевает под собой неугомонную женщину со значком и полным отсутствием инстинкта самосохранения. Ах да, плюс ко всему эта женщина гримм, что явно не должно прибавлять ей очков в глазах потрошителя… По хорошему ему бы собрать вещи, распрощаться с немногочисленными клиентами и рвануть куда-нибудь в тихое и спокойное место. По хорошему, ему бы прислушаться к своим инстинктам и вспомнить всё что рассказывала мама. Хотя, не находите, что бояться хрупкую брюнетку с ростом сто шестьдесят три, как минимум унизительно? Монро с содроганием вспоминает тётушку Мари (которая находясь на последней стадии рака умудрилась дать фору своей племяшке) и святая-святых трейлер (топоры, арбалеты, луки и всякие прочие орудия пыток ещё долго должны преследовать его в кошмарных снах). Ладно, бояться Николь Бёркхардт ему стоит… И да, первое время потрошителя буквально дрожь берёт, когда он чувствует запах этой женщины. Ну плюс ко всему, гримм тире коп на пороге твоего дома не принесет ничего хорошего, особенно в половину седьмого утра. Особенно когда отвлекает от пилатоса (хей! Это классная штука. Здорово успокаивает нервы и даёт держать себя в форме). — Мне нужна твоя помощь. Тон Николь сам по себе намекает на то, что возражений она не потерпит, но пускать её в свой дом отчаяно не хочется. Да, невежливо пытаться захлопнуть перед лицом Бёркхардт дверь, поймите, это всё инстинкты и он боится. На заметку, это так себе отговорки. Ну что, черт подери, может остановить гримма в половину седьмого утра? Не отвечайте, это был риторический вопрос. Эта женщина приносит с собой миллион и один вопрос. Объяснять ей то, чему его Монро научили ещё в раннем детстве кажется до смешного нелепым. Неужели ей так трудно понять? Неужели так трудно открыть чёртов бестиарий тётушки (Монро испытывает в полне себе обоснованное желание пойти полить её могилу святой водой, положить чеснок и привезти дополнительно ещё пару тонн земли) и порыться в записях? Николь нужен первоисточник… Или носитель. Называйте как хотите. Бёркхардт должна ему по гроб жизни. Николь (Да ладно, для своих я — Никки) приносит на себе запах своего бойфренда. Смесь одеколона, шампуня и каких-то медикаментов, потрошитель действительно в этом не силён. Запах мешает с запахом гримма — немного кофе, много пороха, часто что-то из нездоровой еды — это почти забавно… Иногда запах слабее, иногда полностью забит ароматом Никки (когда, чёрт возьми она стала «Никки»?). — Положи шоколад обратно в миску и передай его мне! — Не будь занудой, Монро, — ломоть чёрного шоколада пропадает из миски. Но миска всё-таки попадает мужчине в руки. — Что ты готовишь? — Фондан. — Что? — тонкие пальцы снова тянутся за очередным кусочком. Потрошитель несильно бьёт подругу по руке. — Эй! — Шоколадный фондан. Десерт. Как ты вообще могла дожить до того возраста, до которого дожила и не знать, что такое фондан? — внутренний кулинарный эстет громко бушевал. — Передай масло, пожалуйста, оно справа от тебя, — пачка сливочного масла оказывается рядом с миской. — И приложи лёд к лицу. Твоя скула начинает меня беспокоить. Она вообще должна была так покраснеть? Никки смеётся и отшучивается, мол, такое бывает если тебя со всей дури приложили лицом о кирпичную кладь. И да, она не только покраснеет, завтра её разнесёт, а после будет синяк. В конце естественно прилетает очередной вопрос, касающийся мира существ (интересно, просить её загуглить будет очень грубо?). По идеи, его должно пугать, что гримм в его доме. Гримм, который знает где в его доме холодильник должен беспокоить в тройне, но… … ведь в жизни Монро что-то пошло не так? Его не беспокоит, что этот самый гримм угощает его пивом, обращается за помощью и проводит в его доме слишком много времени. Ему это нравится… нравится, как эти синие глаза смотрят на него, нравится, как эта женщина смеётся над его шутками, нравится эта бледная кожа и восхитительные руки… В жизни Монро идёт что-то не так, потому что ему /кажется/ нравится гримм?