Зеркало и Волшебство

      Хосок неторопливо потягивается, поднимаясь с постели. Отодвинув штору, увешанную кисточками с бахромой на концах, парень прикидывает, что сейчас примерно пять-шесть утра. Часов в комнате не наблюдается, поэтому точно определить время не получится. Вспомнив о валявшемся телефоне в рюкзаке, Хосок проверяет время и на нём. Смартфон выдает ошибку, и с жалостным звуком разрядившейся зарядки, вырубается. Отбросив теперь уже бесполезное изобретение человечества, Хосок коротко смотрит на соседнюю кровать, в которой мирно посапывает Чимин, а после решает быстро приступить к водным процедурам. Шаркая по комнате в одних лишь боксёрах и странного вида тапочках (похожих на колпаки, которые носили где-то в девятнадцатом веке, только для ног) которые ему отдал Чимин, сказав, что в следующие выходные они точно отправятся за вещами Хосоку, парень собрал различные банные принадлежности: таз, в который наберёт воды; ковшик, каким будет себя поливать; полотенце и щётка, в комплекте со странно выглядящей субстанцией вместо пасты; какое-то мыло и чудесным способом раскопанная бутыль с чем-то похожим на шампунь. Всё это добро нужно чтоб хоть как-то помыться. «Средневековье какое-то, блин» — думает Хосок, вспоминая куда же нужно идти, чтоб ополоснуться. В общежитии всего три этажа, но и этого хватает чтоб запутаться. Хосок точно помнит, что нужная ему комната находится на втором, но где, чёрт возьми? Чон решает обойти весь этаж, но эта идея оказывается провальной, так как это всё же замок, он огромен. Блуждая, уже минут тридцать в одних трусах, Хосоку становится не на шутку холодно. Каменные стены ничуть не греют, хотя в комнатах тепло, так как они зачарованы. Осенний холодный ветер задувает в небольшие отверстия между камнями, принося холодящие кожу чувства, вызывая у полуголого Хосока мурашки. Немного ускорившись, Чон заозирался чаще, в попытках найти эту злополучную ванную. Вдруг он видит, как мимо него торопливо пробегает худенький паренёк, одетый в безразмерную белую рубашку и шорты. Хосок бы и не обратил бы внимание, если бы не заметил милые белые ушки и длинный пушистый хвост, который метался из стороны в сторону, выглядывая из-под одежды. При регистрации он не видел ни одного существа, которой в человеческой форме имел бы звериные атрибуты. Он хотел проследовать за парнем, но повернувшись, он обнаружил, что его и след простыл. Побродив немного, он ещё больше заблудился. Теряя надежду помыться, Хосок уже было повернул назад, но неожиданно в коридоре показался Тэхён, который шёл с полуприкрытыми глазами. Широко зевая, он прикрыл рот рукой и вдруг заметил растерявшегося Чона. Он добродушно улыбнулся и, помахав рукой, Ким направился навстречу.  — Привет, Хоби! А ты чего в таком виде здесь гуляешь? Ваша с Чимином комната на третьем этаже, — пробормотал хриплым от о сна голосом Тэхён. Сам маг в руках держит похожий набор вещей, как и Хосок. Заметив банные принадлежности, Тэ хитро улыбается и продолжает. — А~ тоже мыться идёшь?  — Привет, Тэхён. Да, я собирался, только заблудился что-то. Чимин показал вчера куда идти, но я забыл, поможешь? — Хосок неловко замялся, но губы Кима растянулись в квадратную улыбку и, схватив парня за руку, Тэ бодро зашагал в сторону ванны.

***

Вернувшись в комнату после ванных процедур, Хосок разбудил не торопящегося вставать Чимина. Тот что-то недовольно пробурчал, но на ноги поднялся. На кровати Хосока лежала новая форма, которую принесли маленькие гоблины, работавшие в академии. Это оказались две мантии: одна утеплённая, вторая обычная. Хосок неспешно начал одеваться, думая о том парне, которого встретил на втором этаже. Белые уши и хвост никак не хотели выходить из головы. Лица Хосок не разглядел, но он был почему-то уверен, что незнакомец красив.  — Чимин, а ты не знаком с парнем, у которого в человеческом облике есть звериные уши и хвост? — терзаемый сомнениями, Хосок всё же задал интересующий его вопрос. Чимин поднял растерянный взгляд на фамильяра, не зная что ответить.  — Ну знаю, а тебе зачем? — отвечать вопросом на вопрос было некультурно, но Чимин и правда не мог понять, откуда Хосок мог узнать о Юнги.  — Я сегодня встретил его в коридоре на втором этаже. Просто удивился, ведь даже на регистрации я видел, что все оборотни были либо полностью в человеческом обличие, либо в зверином. Ты знаешь его имя?  — Его зовут Мин Юнги и на самом деле, о нём знает вся академия. Он гибрид белой лисы и колдуна, не путай их с магами. Уроженец соседней страны, с которой у нас ведётся холодная война. Обычно в академию не принимают гибридов, тем более колдунов, но Юнги сын правителя той страны, поэтому его и взяли к нам.  — Если он из другой страны, то почему не обучается там?  — Не знаю, поговаривают, что родители просто боятся своего сына, вот его и сослали к нам. Но я не рекомендую общаться с ним, мало ли каких проблем с ним оберешься, — закончив одеваться, Чимин направился к выходу из комнаты, — Кстати, если не поторопишься, мы пропустим завтрак.

***

Столовая находилась в другом кампусе, поэтому пришлось накинуть на себя тёплую мантию, пока проходили из одного крыла в другое. На улице оказался сильный туман, скрывающая лес возле академии. Ветер стал ещё более морозным, чем был прошлой ночью. Не застеклённый, с невысокими фигурными колоннам и простой каменной крышей, мост, который соединял общежития с главным зданием, создавал громкое эхо, пропуская бушующий ветер и случайно долетевшие до ограждения листья. Студенты сонно плелись на запах сдобных булочек и ароматного кофе. Вокруг царила относительная тишина. Лишь некоторые ранние пташки щебетали о чём-то своём, с ещё не до конца проснувшимися друзьями. Хосок же продолжал бездумно оглядывать окрестности. Иногда ему казалось, что рядом вновь пробежал «лисёнок» (как за глаза Хосок решил называть Юнги), но стоило моргнуть, как эфемерная фигурка оставалась где-то на подкорке сознания Чона, растворяясь в многочисленных студентах. Долгое молчание вновь напрягло достаточно разговорчивого обычно Хосока (Дежавю?), поэтому он решил завязать диалог с Чимином, вспомнив об утреннем разговоре.  — Чимин, ты говорил не путать колдунов с магами, но чем они различаются? — всё ещё не проснувшемуся магу потребовалось время, чтобы понять, что от него хотят. Чимин мило нахохлился, закутывая полы мантии посильнее и, громко шмыгнув носом, решил таки ответить.  — Ну, маги хорошие, а колдуны плохие.  — Слишком расплывчато и по-детски, поподробнее.  — В общем, маги используют только законные заклинания. Запрещается: использовать магию, приводящую к летальному исходу; насильственно влюбить в себя человека; разбогатеть просто так, наколдовав себе несметные богатства. Колдуны же с превеликим удовольствием пользуются так называемой «темной» магией. Кстати, то заклятие на твоём зеркале как раз и было наложено с помощью колдовства и его точно наложил сильный колдун, где-то второго или даже первого уровня.  — А что насчёт создания жизни с помощью магии? Там же должен быть равноценный обмен и так далее.  — Ахаха, ты говоришь прямо как люди из нашего мира, — Чимин негромко рассмеялся, прикрывая небольшой, даже детской ладошкой рот. Недалеко идущие маги обернулись на ребят. Чимин лишь отмахнулся от них, намекая на то, что ничего такого не произошло. — Извини, отвлёкся. Создавать жизнь с помощью магии можно и без всяких « равноценных обменов». У нас тоже среди людей есть свои маги, их зовут алхимиками, вот как раз они постоянно утверждают, что создать что-либо только из одной магии невозможно. Но мы доказываем обратное, — высокомерно задрав маленький нос, Чимин важно пошёл вперёд, тут же «грациозно» падая на пол, запутавшись в собственной мантии. Хосок секунду стоит в ступоре, а после, как настоящий друг, ржёт на манер лошади над неуклюжим магом. Чимин несмело улыбается потирая ушибленный бок. Утерев выступившие слёзы смеха, Хосок поднимает нерадивого, отряхивая мантию Чимина от невидимой пыли.  — А я смог бы стать алхимиком?  — В теории да, а на практике даже и не знаю, в тебе всё равно должна быть капелька магии.  — Ясно, ладно, идём во внутрь. Улыбнувшись друг другу они наконец заходят в главное здание. Изнутри оно выглядит примерно так же, как и общежития, только картин и лестниц побольше. Взяв Хосока за руку, чтоб не потерялся, Чимин повёл парня в столовую. Оказалась она на первом этаже замка. Как только двери столовой отворились, Хосок почувствовал себя голодным. Приятный запах свежеиспечённых булочек с румяными боками ласкал рецепторы обоняния, а аппетитные бутерброды, с чем-то похожим на колбасу, заставляли слюну выделяться в два раза быстрее. Ароматный кофе забивал ноздри так, что трудно было дышать. Если это не рай на земле, то что это такое? Невольно вспомнив университет в своём родном мире, Хосок даже обрадовался, что попал сюда, ведь максимум, на что он мог рассчитывать, была сухая булка с одним граммом наполнителя внутри и невкусный быстро растворимый кофе, остававшийся во рту привкусом ослиной мочи, при этом купленные за его кровные деньги. Из воспоминаний его вывел Чимин, который потянул за руку застывшего на месте Хосока. Они сели за свободный стол, где перед ними оказались вышеперечисленные вкусности. Дополнительно перед ними оказались наливные яблоки, сезон которых подходил к концу. Не раздумывая, парни принялись есть. Чуть позже к ним подошли бодренький Тэхён и еле плетущийся сзади Чонгук. Похоже, оборотню сложно вставать по утрам. Догадки Хосока подтвердились, когда Тэхён сказал, что Чонгука и пушечным залпом не разбудишь и так с самого детства.  — Мы, между прочим, чуть завтрак из-за тебя не пропустили! — обращаясь к Чонгуку, Тэхён беззлобно ладошкой толкнул оборотня. Тот в свою очередь несильно (в понятии самого Чонгука) толкнул в ответ. Тэ вскрикнул чуть не повалившись со скамейки, на которой сидел, — Я же пошутил, что пихаешься?! — по-детски надув губы, обиженно протянул Тэхён.  — Ты первый начал, — таким же обиженным тоном пробубнил Чонгук.  — Ребят, прекращайте, ну что как дети малые, — Чимин решил успокоить друзей. Пусть спор и казался шуточным, иногда ребята совершенно не шуточно дрались, после зализывая раны друг другу, как побитые собаки (шёпотом Чимин поделился с Хосоком, что иногда Чонгук и правда подвывал как дворовая псина, пока Тэхён обрабатывал очередную ссадину на оборотне, которую сам и оставил).  — Кстати, Чимин, почему ты завтракаешь сегодня здесь? Мы с Тэхёном специально сразу в беседку пошли, а тебя не обнаружили, там только … ну, ты понимаешь кто, сидел под дубом, — забавно склонив голову набок, задал вопрос Чонгук. Тэхён активно закивал головой, подтверждая, что хотел бы услышать ответ. Чимин смущённо замялся видя недоуменный взгляд Хосока, направленный на него.  — На улице сегодня холодно, не хочу заболеть, — отчасти Чимин сказал правду, но настоящую причину ему стыдно озвучивать, пока рядом Хосок, по крайней мере, сейчас.  — Я же говорил, что в такой дубильник только сумасшедший на улице есть будет, — победно ухмыльнувшись, Чонгук взял с тарелки Тэхёна вторую булочку. Ким ничуть не обидевшись наколдовал себе новую, пусть и не такую вкусную.

***

Так за бессмысленными разговорами пролетел завтрак и парни собирались уже уходить на занятия, как идя по коридору их окликнули. Не обращая внимания на звавших (кроме Хосока никто даже не дёрнулся), ребята пошли дальше. Сзади послышался гул шагов. Схватив Чимина за плечо, наглого вида маг с ярко выраженными скулами и волевым подбородком, резко развернул Пака лицом к нему. Остальные тоже повернулись к нарушителям спокойствия. Перед ними стояло не меньше восьми парней, все они самодовольно ухмылялись. Их оскал не предвещал ничего хорошего. Каждый из них готов был ядом плеваться, Хосок это чётко видел, в горящих тёмным огнём глазах.  — Смотрите-ка, парни, а наш Чиминни сегодня вместе со своими дружками и, дайка угадаю, с фамильяром — человеком! — гадкий смех разнёсся по коридору. Мимо проходящие студенты даже не обращали внимания на стычку посреди своего пути. Все силились обойти и не попасть под горячую руку, никто заступаться и не собирался, Хосок убедился, что люди здесь всё же такие же, как и в его родном мире. Главное спасти свою шкуру, на окружающих плевать. Чимин сморщился, когда почувствовал, что хватка на плече стала сильней. Он брезгливо отцепил руку парня, желая прямо сейчас переломать. Чимин не жестокий, просто такое происходит постоянно, стоит Паку сделать что-то (читай: абсолютно всё), что придётся не по душе обидчикам. Он привык, но не смирился. Почувствовав опасность, Чонгук утробно зарычал, заставляя некоторых из банды пятиться назад. Тэхён спрятался за спину оборотня, потянув за собой Чимина. Хосок сделал шаг назад, но третьим прятаться за спиной Чонгука было уже просто смешно.  — Тэхёна~а, убери свою шавку, мы не с вами разбираться пришли, — ухмылка пропала с лица мага-главаря, как только Чонгук поддался вперёд. Глаза опасно заблестели красным, короткие ногти на руках удлинились, из рта опасно поблёскивали белые клыки. Несколько задир в страхе убежали, но самые смелые остались. — Эй, эй, как тебя там, Чонгук, кажется? Полегче, ты же не хочешь вылететь из академии как невменяемый фамильяр, напавший на ученика. Могу устроить. Мой отец близкий друг директора, поэтому лучше на меня не рычи, а то окажешься в местах не столь отдалённых. Хотя, я всегда знал, что такие деревенские дворняжки, как ты, никуда не годны. Лишь драться да трахаться умеете, а мозг где-то на стадии развития в детстве теряете, — оставшиеся шестёрки вновь гадко хихикают, некоторые даже свистят и хлопают в ладоши, как-будто хорошую шутку услышали.  — Заткнулись нахуй! — гул вокруг смолк, даже рядом идущие студенты опасливо пошатнулись, — Повторять для особо тупых не буду: тронете хоть одного из них, — Чонгук пальцем тычет за спину и в отдельно стоящего Хосока, — голову откручу и тебе, и твоим дружкам позади, а после обставлю всё так, будто вы, придурки, попёрлись в Запретный лес и вас там голодные волки разорвали. Усекли? — последнее слово получилось больше похожим на рык зверя, отчего теперь уже все, даже главарь этой шайки, были готовы рвануть на утёк.  — Пак Чимин, ты ещё пожалеешь, что водишься с ними! Когда возле тебя не будет этой безмозглой груды мышц, мы с тобой поговорим по-мужски! — не выдержав, Чонгук уже было рванул к задире, но властный и в тоже время жалостный голос в голове приказал оставаться на месте. Это миролюбивый Тэхён попытался остановить ослеплённого яростью оборотня. Чонгук замер на месте успев лишь опасно клацнуть зубами прямо перед лицом главаря. — Я-я сейчас уйду, но после тебе не поздоровится. Встретимся на соревнованиях фамильяров! — чересчур писклявым голосом протянул обидчик и поспешно собрав вещи, он позорно убежал со своей «бравой» компанией. Тэхён вслух вновь разрешил двигаться Чонгуку, а после аккуратно потянув за руку прошептал что-то вроде: «Придурок, не делай так больше», Хосок не услышал точно, но смысл понял. Чимин в это же время дрожал как осиновый лист, и причина явно не в прохладных каменных стенах замка. Хосоку интересно, что чёрт возьми произошло, но спрашивать сейчас явно не время. Эфемерная грузная туча повисла над головами парней, заставляя их медленно плестись до нужной аудитории. Всё это время они молчали, лишь изредка перекидываясь фразами. Настроение было неумолимо испорченно, заставляя понуро опускать голову. Из редких фраз Тэхёна, пытавшегося успокоить Чонгука, Хосок узнал, что того главаря зовут Мундон и у него огромная неприязнь к Чимину, точнее к его статусу, и именно из-за него магу приходится кушать вдали ото всех. Хосоку искренне жаль Пака. Поэтому в знак поддержки он легко хлопает Чимина по плечу и улыбается ярко и искренне. Тот несмело растягивает губы в подобие улыбки в ответ и ускоряет шаг, так как до пары по истории Монкут осталось совсем чуть-чуть.

***

Пара показалась Хосоку настолько скучной, что где-то на середине он заснул. Сон ему снился совершенно дурацкий, знаете, который по пробуждению вы, непременно, забудете, но станет так паршиво, будто пока вы спали по вам фура с особо тяжёлым грузом пару раз проехалась. Именно таким помятым себя ощутил Хосок, когда проснулся. Точнее, его разбудили. Потрепав по волосам, рядом сидящий Чимин предложил Хосоку прогуляться и, если он хочет, сходить в столовую, поесть. Сам Пак говорит, что не голоден, да и настроения совсем нет. Хосок понимающе кивает и встаёт с насиженного места, желая размяться. Чимин вслед кидает, что следующая пара будет по зельеварению, а на ней интереснее, поэтому просит Чона не опаздывать. Когда Хосок уже выходит из аудитории в голове слышится слегка искажённый голос Чимина, который добавляет, что: « Когда пара будет начинаться, я тебя позову», — и коротко хихикает, пропадая, оставляя мозг Чона в блаженной пустоте. На самом деле есть и правда не хочется, а вот подышать свежим воздухом даже очень. Хосок выходит на улицу, запоминая дорогу, по которой пришёл, чтоб не получилось также, как с ванной. Он оказывается на заднем дворе академии. Ветер дует неистовый, задувает за шиворот мантии, морозит нос и руки. Лучшая погода для такого пренеприятнейшего настроения, как у Хосока сейчас. Прогуливаясь по аллее, которую засыпало желтыми листьями, опавшими совсем недавно с рядом стоящих деревьев, Чон размышлял. Хосок думал о недавнем инциденте, о последних словах Мундона, о каких-то соревнованиях. Что это? Он не знает точного ответа. Никто из парней не объяснил Хосоку, что там нужно делать. Почему-то ему кажется, что сладко там не будет. Обдумывая последние два дня, Хосок вновь вспомнил о том странном старике и о заколдованном зеркале. Почему именно он? Голова Хосока стала болеть ещё больше от раздумий, поэтому он хотел уже повернуть назад, как увидел кое-что. Впереди виднелся раскидистый дуб, а перед ним беседка. Дерево поражало своей красотой, представая статным украшением заднего двора академии. Хосок целенаправленно идёт к дубу, желая просто прикоснуться к наверняка древнему растению. Подходя ближе Чону удаётся разглядеть человека, сидящего прямо под дубом. Кажется, он ест. Хосоку хочется рассмеяться, вспоминая недавние слова Чонгука, что «… в такой дубильник только сумасшедший есть на улице будет», только стоит подойти почти в зону видимости незнакомца, как смеяться желание отпадает напрочь. Накинутый на сидящего под деревом юношу капюшон, слетает от сильного порыва ветра. Виднеются прижатые к голове белоснежные лисьи уши. Это тот самый Мин Юнги, кого он видел сегодня. Настроение Хосока поднимается по непонятным причинам и появляется жгучее желание познакомится. Немного последив из нехитрого убежища (кустов, бережно подстриженных маленькими феями), Чон решается подойти.  — Привет, ты ведь Мин Юнги, верно? — подойдя близко, почти на грани личного пространства, Хосок протягивает руку для рукопожатия и улыбается своей лучшей улыбкой, — А я Чон Хосок, фамильяр Чимина, приятно познакомиться! — и смотрит на гибрида, который умилительно застывает с полным ртом еды. Смотрит глазами лисьими, Хосок даже зрачки продолговатые замечает. Думает о чём-то своём, пока низко к земле не пролетает толстый, старый ворон, противно каркая. Юнги отмирает как по команде, еду проглатывает и руки об мантию вытирает. А после смотрит недоверчиво на протянутую руку и молча сидит. Хосока такая реакция почему-то вновь умиляет, будто бы он дикую зверушку погладить хочет, а та не даётся, шипит и царапается. Тут же в голову Чона прилетает «гениальная» идея протянуть Юнги вкусняшку, будто тот и правда лис обычный, который на такое поведётся. Молчание затягивается на долгие минуты, игра в гляделки надоедает, Хосок руку не опускает, хотя та уже грозится отвалиться без права на восстановление. Вдруг хмурый взгляд Юнги меняется на легкую полуулыбку. Он протягивает руку Хосоку в ответ и слегка сжимает своими невозможно холодными пальцами. « Ну точно сумасшедший…» — думает Чон, не желая продолжать мысль. Вместо этого он улыбается ещё больше, сияя ярче солнца, и руку Юнги сильнее сжимает. Тот лишь показательно фыркает, прямо как лисы (вновь подмечает про себя Хосок), ладонь собственную отнимает и продолжает кушать. Хосок считает, что это сигнал от пушного зверька, что приблизиться можно, нос точно не откусит. Поэтому он решительно плюхается рядом с колдуном. Тот лишь слегка отодвигается, хвостом, выглядывающим из-под полов тёплой мантии, медленно из стороны в сторону качает, ушами белоснежными туда-сюда водит, как локаторами, и продолжает трапезу. Молчать рядом с Юнги Хосоку приятно, даже чем-то родным веет, но надо узнать хоть что-нибудь, чтоб ещё раз встретиться, поэтому Чон вновь начинает разговор:  — А ты на каком курсе? — тупой вопрос, но больше ничего в голову путного не лезет.  — На пятом, — Хосок про себя радуется, когда Юнги спустя одну бесконечно длинную минуту отвечает. Голос у гибрида запредельно не сходящийся с внешностью: грубый, с хрипотцой и небольшой шепелявостью. Но Хосоку нравится. Приятный.  — Понятно, — глупее ответа не придумаешь, но Хосок сейчас вовсе не способен думать, мозг перестал функционировать. Юнги продолжает жевать, а Хосок, не способный сейчас на связный диалог, думает лишь о том, что не начались ли пары, пока он сидит на сырой земле рядом с человеком, которого по слухам боятся даже собственные родители. Подувший вновь ветер, заставляет Хосока покрыться мурашками и обхватить себя руками. Теплая мантия, поспешно накинутая при выходе из аудитории, совсем не греет.  — Тебе не холодно? — Юнги произносит это настолько безразлично, что Чон думает о том, что даже если бы прямо сейчас Хосок превращался бы в ледышку, Мин ответил бы самому себе «Понятно» и ушёл бы доедать свою курицу, которую сейчас, кстати, и поглощал.  — А тебе? — сегодня у Хосока день тупых вопросов-ответов что ли? Кажется, он и правда замёрз, особенно мозг, атрофировался, превратился в глыбу льда, а после растаял бесформенной лужей. Наверное, во всём виноват сон, которого он даже и не помнит. Да, именно.  — С чего бы? У меня нормальная температура тела плюс сорок градусов, а вот у людей она где-то тридцать шесть.  — Серьёзно? Но твои руки такие холодные.  — Главное, что телу тепло, остальное не важно.  — Ясно, — Хосок вновь не знал, что бы ещё такого спросить. Обычно он легко находит общий язык с людьми, но с Юнги проще молчать. Просидев ещё пару минут в тишине, Хосок продолжил. — А сколько тебе лет? Ты ведь, наверное, знаешь, что я не из этого мира, поэтому курс мне ничего не говорит. И какого ты ранга, если не секрет?  — Мне двадцать четыре, этот год последний в академии для меня, — помедлив ещё немного, доедая свой обед, Юнги продолжил. — А ранг не скажу, а то ещё испугаешься. Хосок хотел спросить что-то ещё, как в голове послышался голос Чимина, который сказал возвращаться. Виновато поглядев на собирающегося Юнги, Чон пожелал удачи и попросив прийти завтра сюда же, убежал обратно в академию. Юнги слегка улыбнулся и помахал рукой уже скрывшемуся в аллее Хосоку. Впервые за пару лет кому-то пришло в голову поболтать с ним просто так. В последний раз с ним так непринуждённо знакомился Кихён, который сейчас уже звал на пару по животноводству.