Часть 1
15 октября 2017 г., 21:31
Это старая фотография, на которой падает снег, и двое стоят, обнявшись.
Хандзо внимательно рассматривает ее, отмечает, как улыбается Гэндзи, запрокинувший голову и слушающий, что ему говорит на ухо Джесси. Наверняка что-то глупое, как и всегда. Красное пончо поверх белой брони, стелющаяся поверх лента.
Они выглядят такими счастливыми.
— Брат, принести тебе чай?
Хандзо переворачивает страницу альбома с фотографиями, каждая из которых вставлена в кружевную рамку, это красиво. Старинная манера сохранять снимки. Но эта тяжелая книга отлично дополняет всю атмосферу вечера. Хандзо сидит на диване в комнате Гэндзи, разглядывая фотографии. За окном бесится ветер, пытаясь прорваться сквозь окна. А в комнате светло и тепло.
— Да, — Хандзо разглядывает следующее фото.
Джесси с Гэндзи стоят на каком-то холме на фоне ночного неба, Гэндзи вскинул руку, указывая на звезды. Видимо, рисовал пальцем созвездия.
— Жаль, что погода так испортилась.
— Штормовое предупреждение было обещано еще три дня назад, — Хандзо отвлекается от фотографий.
Гэндзи приносит чайник и две чашки, садится в кресло напротив.
— Это все фотографировала Лена. Понятия не имею, как так получилось, что там исключительно мы с Джесси.
Хандзо долго и внимательно смотрит на его лицо, изрезанное шрамами.
— Скучаешь по Джесси?
Он собирался сказать вовсе не это, но пока что у него не находится слов для других вопросов. Или еще не пришло время.
— Да, — говорит Гэндзи. — Одиночная миссия — это весело только для него.
— Как твоя рука?
Гэндзи поднимает руку, разглядывает белую повязку. У него тоже нет пока ответов и нет решимости заговорить о прошлом, которое касается их с братом. Проще так: разговоры ни о чем, старые фотографии, чай каждый вечер, рассказы о забавных случаях из тех десяти лет, что они не виделись.
Все хорошо, брат, видишь, я тебе улыбаюсь, ты улыбаешься мне, мы нормальная семья, которая коротает вечера за чаепитием.
— Неплохо, уже почти не чувствую боли.
— Как можно было вывихнуть запястье? — ворчит Хандзо.
Гэндзи смотрит на него.
— А у тебя нет наших старых фотографий? У меня есть еще один альбом.
— Не говори ерунды. По-твоему, я все это время только и делал, что таскал за собой семейный архив?
Гэндзи вздыхает, разливает чай, подвигает чашку. Хандзо берет ее в ладони, чувствует тепло, так приятно согревающее.
— Я взял парочку снимков.
— Мне понадобится очень большой альбом?
— Тебе понадобится принтер и много терпения.
С собой все это время Хандзо носил только один бумажный снимок. Немного поколебавшись, он вынимает его, протягивает. В трех местах снимок пробит пулями, порван с одного края, подклеен с изнанки так, что напоминает толстую старинную открытку. Гэндзи разглядывает его, и по лицу сразу видно — не вернет.
Это старая фотография, на которой падают лепестки сакуры, и двое братьев стоят, обнявшись.
