Две сестры

Открыв дверь, Петуния Дурсль поморщилась и попыталась её закрыть. Не тут-то было – реакция у Дороти Сент-Жак была отменной, а туфли – крепкими. – Право, миссис Дурсль, вам не стоит этого делать, – произнесла она. – Тем более, что я явилась к вам официально... И это касается вашего сына. – С Дадли что-то случилось?! – Да, его поймали за избиением первоклассника, у которого он хотел отобрать деньги, но ничего не нашёл... И прежде, чем вы заявите, что это ложь, сообщаю, что его поймали преподаватели. Так что сейчас с ним работает полиция, а я, как психолог школы, направилась к вам. – Не верю! – завизжала Петуния. – Этого не может быть! Это всё ненормальный... – Пожалуй, я попрошу полицию прихватить с собой психиатра, – Госпожа искренне наслаждалась – она до сих пор поражалась, как легко управлять английскими обывателями без всякой магии. Несколько слов тут, пара намёков там, многозначительный взгляд и правильная интонация – и они твои... – Не надо! – Вот именно. Да, и о вашем племяннике – его ай-кью значительно выше, чем у Дадли... Но ваши попытки его сломать могут очень плохо кончиться для вас самих. Помните, миссис Дурсль, ваша семья под наблюдением, и если я сочту это необходимым, органы опеки займутся вами вплотную... А Гарри будет ежедневно общаться со мной – и поверьте, от меня вы не скроете ничего. Вы поняли? Петуния поспешно закивала, и Госпожа, кивнув ей, величественно удалилась. Всё же это была отличная идея – наняться в школу Поттера школьным психологом, да ещё и вне штата. Такое положение дел её более чем устраивало... Оно позволяло и наблюдать как за Поттером, так и за всеми остальными, не вызывая ненужных вопросов, и вмешиваться на совершенно законных основаниях, если что-то шло не так. Впрочем, стоило признать – без помощи Костоправа ей бы этого не удалось. Без его подсказок она бы вообще ничего не добилась бы, если уж на то пошло. С другой стороны, это были всего лишь подсказки... Большой чёрный пёс, сидевший на крыльце, вскочил и бросился к Госпоже, влияя хвостом. – Смотри-ка, вернулся, – фыркнула она. – Ладно уж, заходи... Пёс юркнул в дверь, забежал в гостиную и улёгся в углу, ожидая, пока хозяйка задёрнет шторы. Та, однако, не торопилась – закрыв окна, разожгла камин, налила виски и только тогда, устроившись в кресле, осведомилась: – Итак? Пёс встряхнулся и превратился в измотанного небритого парня с длинными волосами. – Госпожа, – с трудом произнёс он, – я ничего не смог. Крыса спряталась так, что её не достать, мерзавец Снейп устроился под крылышком у Дамблдора, остальные твари откупились... Госпожа, вы были правы! – И тебе понадобилось столько лет, чтобы это заметить?.. Так чего ты хочешь, Сириус Блэк? – Я хочу сполна отплатить за смерть Джима и Лили, – ответил Блэк. – Всем. Даже этому грёбаному старому козлу Дамблдору. Мне нужна сила... – И ты получишь её, – пугающе улыбнулась Госпожа. – Правда, тебе придётся послужить мне... – Всё, что угодно! – Ты сказал, – усмехнулась Госпожа. – Что ж, пошли! Всё-таки кое в чём местная магия была даже лучше родной – этого Госпожа не могла не признать. Например, в перемещениях и вообще в работе с пространством. Владей она в своё время аппарацией – и что Властелину, что Белой Розе осталось бы только утереться... – Где мы? – В лесу, – любезно сообщила Госпожа. – Там, где нам никто не помешает. Ты ведь хотел силы?.. – Да, но... – Ты её получишь. Расслабься, Блэк, больно не будет... Будет очень больно. Последним, что увидел Сириус, было золотое сияние Ока... Взятие было делом непростым, долгим и кропотливым – ошибись, и Взятый окажется или безвольной марионеткой, или сможет сбросить контроль, как когда-то – сама Госпожа... А ещё оно было исключительно неприятным для Взятого... Стоило отдать должное Блэку – он молчал... До первой остановки сердца, во всяком случае. Впрочем, в глухом шотландском лесу его всё равно никто не мог услышать – более чем кстати, потому что любые местные чары продержались бы не больше пары секунд, сметённые ураганом магии... На рассвете ритуал завершился, и уставшая, но довольная Госпожа с интересом рассматривала нового Взятого. Бывший Блэк изменился даже внешне – волосы поседели, а черты лица заострились, сделав его старше... – Что... Это... Было... – прохрипел маг, с трудом поднимаясь. – Это было Взятие, Бродяга, – усмехнулась Госпожа. – Ты получил свою силу... Но принадлежишь мне. Твоя жизнь, твоя магия, твоя душа – я взяла всё это, и отныне Сириуса Блэка нет... И горе тебе, Бродяга, если тебя назовут этим именем! Бродяга, вставший было, покачнулся, с шипением выдохнул и опустился на колено. – Я надеюсь, вы приготовили своему псу поводок подлиннее, Госпожа... – произнёс он. – Ты не будешь разочарован, – пожалуй, никто, знающий Дороти Сент-Жак, не узнал бы её сейчас – но увидел бы Госпожу, бессмертную правительницу величайшей империи... Дороти знали многие, Госпожу – всего двое, и один из этих двоих сейчас стоял перед ней, осознавая, что его знание ничего не стоит. Это длилось мгновение – и вот Госпожа снова надела маску Дороти Сент-Жак и спокойно произнесла: – Уходим.

***

Альбус Дамблдор отложил палочку и задумчиво разглядывал зависшую над столом светящуюся структуру. Что-то шло не так, как должно было, появился какой-то новый фактор... И теперь тщательно выстроенным планам грозил крах. То ли характер Петунии оказался гаже, чем он помнил, то ли она сходила с ума – но её отношение к племяннику было неадекватным. Про мужа и говорить не стоит – будь у Дамблдора выбор, он даже и не подумал бы отдать ребёнка этой семейке. Но увы... И как же удачно совпало, что нашелся человек, припугнувший Дурслей! Даже слишком удачно... Не может ли она сама иметь какие-то планы на Мальчика-Который-Выжил? Да нет, чепуха – она ведь не маг, а в магловском мире Гарри Поттер ничем не отличается от сотен тысяч таких же мальчишек. Впрочем, возможно, её интересуют Дурсли – у Вернона же какой-то бизнес?.. В любом случае, это вряд ли критично. Планы всегда можно поправить, если что-то пойдёт не так, а оно почти наверняка пойдёт... Хотя бы потому, что где-то в мире есть волшебница, превосходящая и его, и Волдеморта, но до сих пор никак себя не проявляла – и это пугало. Да ещё и Блэк пропал... В предательство Сириуса Блэка Дамблдор верил с трудом – уж очень это было не в его духе, поэтому даже порадовался, когда тому удалось скрыться, и протащил через Визенгамот распоряжение об аресте и допросе с веритрасеумом... И вот Блэк исчез. Не умер, не сбежал из Англии – исчез, словно его никогда не существовало, уж это Дамблдор отследить смог. Как будто наложил на себя Фиделиус и уже после этого умер – по крайней мере, никак иначе объяснить безумный отклик поискового заклятия Дамблдор был не в состоянии. И это при том, что заклятие было его собственной разработкой! Что же, пересматривать планы и безжалостно отбрасывать устаревшие – это нормально, хотя и жаль, что такие интересные комбинации остались лишь игрой ума... Было бы не о чем беспокоиться, если бы не пророчество Трелони, которое почти наверняка относится к гостье – но к кому ещё? И что значат слова про воронов и сердце тайны? Ясно одно – Инис Придайн вновь ждут беды...

***

Белая ворона, нахохлившись, сидела на дереве и разглядывала стоящего под ним человека... Впрочем, человеческого в этой твари было не больше, чем в ней самой. – Оборотень, – насмешливо каркнула ворона, – ты и правда так глуп? Мне не интересны твои планы и бесполезен ты сам... Ты даже не знаешь, кто я и чего добиваюсь, но всё-таки явился и чего-то требуешь... Пронзительный скрипучий голос внезапно сменился великолепным баритоном, и ворона продолжила: –Я знаю многое, Фенрир Грейбэк. И возможно, я смогу тебе помочь, – но сможешь ли ты заплатить за эту помощь? Что ты можешь предложить мне, Фенрир Грейбэк? – Чего ты хочешь? – Тело, – голосом старого развратника сообщила ворона. – Молодое женское тело, живое и целое. Лучше всего без сознания, но по голове не бить. Найдёшь – получишь силу... Фенрир Грейбэк был конченой мразью даже по меркам оборотней, никогда не блиставших добродушием, подлецом и оголтелым садистом – но только не дураком. К этому добавлялось звериное чутье и обостренная годами жизни на грани интуиция – и сейчас все это хором кричало: держись подальше от белой вороны! Как можно дальше, лучше – вообще в другом полушарии! Но Грейбэк уже принял решение – и проклятая тварь наверняка это уже поняла. Слишком уж вкусный кусок ему предлагали, а что до платы… Для него это мелочь. А там видно будет – в конце концов, сбежать он успеет всегда. – Итак? – осведомилась ворона голосом злобного старика. – Да, Свет тебя побери. – Да будет так, – голос могучего воина в расцвете сил. – И твое предложение? – звонкий девичий голос. – Алиса Лонгботтом. Эту суку вместе с ее муженьком-мусором изрядно потрепала Лестрейндж, после чего они рехнулись и теперь торчат в Мунго. Не овощи, конечно, но близко к тому… И слабачкой она не была. – Прекрасно, – хрип удавленника. – Через семь дней ты получишь искомое... Резкий взмах крыльев – и белая ворона исчезает в небе, а Фенрир, провожая ее взглядом, начинает подозревать, что продал душу дьяволу…

***

Душелов прекрасно ориентировалась в этой стране – время и птичье тело сделали своё дело – и на поиски нужного места много времени не ушло. Немного больше – на то, чтобы найти нужное окно и устроиться над ним. Оставалось дождаться ночи... Что было проще всего, особенно в сравнении с предстоящей процедурой. Белая ворона на карнизе должна была привлечь всеобщее внимание... Но люди ведь так редко замечают нечто непривычное – разве что их в него носом ткнут. Вот и белую ворону никто не заметил, несмотря на то, что она не особо и пряталась... И когда наступил час Быка, белая ворона, разбив окно, ворвалась в палату. Сделав три круга против солнца, она подхватила лапами осколок стекла, всадила его в шею Фрэнку Лонгботтому, а затем опустилась на грудь его жены... Истошный крик Алисы Лонгботтом оборвался, она с всхлипом вдохнула и открыла глаза, глядя на столпившихся вокруг койки медиков. – Фрэнк! Невилл! – вскрикнула она. – Где я?.. Где Невилл?! Её голос постоянно менялся – женский и мужской, старческий и детский, фальцет и бас... Она скользила по грани безумия – и немудрено – но она всё же пришла в себя. Консилиум так и не пришёл к единому мнению, постановил, что произошло спонтанное излечение за счёт магического выброса и на этом успокоились. Чуть больше вопросов вызвали голоса – но затем кто-то предположил, что это пробуждение угасших способностей метаморфа. Объяснение было простым, логичным и превосходно вписывающимся в привычную картину мира... Конечно же, светила магической медицины приняли его, почти не обсуждая. И даже представить не могли, насколько ошибались... И это более чем устраивало Сайлит Сенжак. Как только она выйдет из больницы, она начнёт собирать собственную армию – и начнёт с семьи этого тела. Ну и с оборотня, разумеется – может, получится сделать из него хотя бы бледное подобие Меняющегося?.. Женщина, только что бывшая Алисой Лонгботтом, закрыла глаза. Сейчас ей необходимо разобраться в чужих воспоминаниях и подчинить чужую плоть – всё остальное просто невозможно. А затем... Тихий детский смех молодой женщины прозвучал в темноте палаты отголоском безумного кошмара.