Жизнь на заказ.

Тени разум забрали - я словно сплю. Они меня душат, если их злю. За что эти муки? Дайте ответ! Всюду свечи горят, но где же свет?

Unreal Тьма       Лиам возвращается домой словно в бреду, он отсчитывает каждый удар сердца и каждый свой шаг, но не слышит ни того ни другого. Он смотрит себе под ноги, но в тумане окутавшем сознание не видит дороги. Он хочет понять, что случилось с химерой и чем это это грозит городу, но увязшие словно в смоле мысли еле движутся в его голове. Лиам не почувствовал в квартире чужого присутствия, только Тео и он сам, но что-то тёмное, обагренное кровью, злое и пугающее с презрением смотрело на волка из теней той камеры. Что-то было, не в квартире, а там, чуть в стороне от реальности, там где припадал к каменному полу озлобленный страхом зверь, что живёт в нем.       Когда перед самым носом возникла входная дверь его дома Лиам почувствовал, словно очнулся от кошмара, дыхание сбилось, сердце зашлось в бешеном ритме а по телу пронеслась мелкая, неприятная дрожь. Лиам рванул дверь и понесся на второй этаж в свою комнату. Смотрящий в потолок почти мертвым взглядом Тео был, пожалуй, самым жутким зрелищем за сегодняшний день. За окном прокатился первый раскат надвигающейся бури.       Лиам смотрит в серо-зеленые, пустые глаза Тео, и видит голубые отблески на стенах его гостиной. Он слушает его мерное дыхание, и в голове слышится полёт капель воды с низкого каменного потолка. Он отсчитывает удары его спокойного сердца и слышит измученные стоны тех, кто томился в тесной, сырой буро-серой комнатке с крошечными окошком под самым потолком. Лиам смотрит на Тео и не видит Тео. Лиаму страшно, как никогда. Ни так, как было с берсерками, способными порвать его на части. Не так, как было с докторами и книгами, возрождающими худшие из воспоминаний. Не так, как с охотой, стирающей всех из реальности. Это даже не страх от направленного в лицо дула автомата. Он не видит в парне на своей кровати Тео Рейкена, и такого страха он не испытывал ещё никогда, поражденный в самой глубине души, в эхе ударов сердца и движении воздуха за взмахом ресниц, этот страх ему ещё не ведом.        За окном бушует осенняя буря, ветер гнёт стволы деревьев до самой земли, сверкает молния и вода льется нескончаемым потоком. Но все волчьи способности не могут помочь Лиаму услышать, как капли разбиваются о землю, как хлопают на ветру листья деревьев, как пронзительно завывает ветер. Лиам слышит смех. Раскатистый, довольный, жестокий смех в каждом раскате грома над своей головой. Лиаму страшно и что ему делать он не знает.

***

      Тео спокойно, как никогда до этого. Он смотрит в голубые глаза Лиама и видит отблеск ведьминой силы на стенах своей гостиной, он слушает сбившееся дыхание, и ему чудятся крики убитых кинжалом Ведьмы, он считает неровные удары сердца и слышит лязг когтей её призрачной, уже давно мертвой, своры и ему спокойно как никогда в его залитой кровью жизни. Тео знает как страдает сейчас вторая часть его души, что висит изломанной куклой на ржавых цепях, но ему слишком спокойно и пусто, что бы думать об этом. Тео смотрит в тревожные глаза волчонка и ощущает лишь покой, который не может с ним разделить.       В груди Лиама робко поднимает голову волк. Он смотрит желтыми глазами на парня перед собой и чует запах крови и ржавого металла. Лиам , как утром в чужой гостиной, припадает на колено и касается пола когтистой рукой. Волк оглядывается и ведёт носом, спальня растворяется перед глазами, как утренний туман, и вот зверь стоит в хранилище, утопая лапами в остывающей крови, и с ужасом смотрит на висящего перед ним пленника. Глаза Лиама распахиваются шире, и будто начинают гореть ярче, он не отрывает золотого взгляда от серо-зеленных глаз. Волк смотрит на уходящие в темноту цепи и утробный рык все громче разносится по хранилищу и утопает во тьме невидимого потолка. Пленник поворачивает голову в сторону звука, и в ту секунду, когда с израненных толстой красной нитью губ слетает измученный тихий стон, зверь бросается вперёд, целясь острыми клыками в старые, ржавые цепи. Лиам кидается к Тео вместе с волком, вцепляется пальцами в плечи и прижимается к широкой груди изо всех сил. Тело в его руках не реагирует минуту, две, пять...Цепи поддаются волчьим клыкам, расходятся звенья и пленник падает в остывшую кровь вместе с волком.       Тео делает судорожный вдох и прячет лицо на плече волчонка. Страх, боль и отголоски давней паники хлынули из глаз горячим и солёным. Тео прячем слёзы от Лима. Лиам наконец то видит Тео. Он укачивает его в объятьях и шепчет успокаивающую чушь в которую сам не верит. Последнее, что успевает прошептать засыпающий впервые за две недели Тео "прости". Последнее, что он запоминает: тёплые губы на переносице. Во сне он впервые ничего не видит.