В запасе вечность

Где-то на фоне мыслей Николь, шептали по радио голоса дикторов. " - В целях обеспечения безопасности граждан стран Евросоюза, в силу вступил закон обязывающий каждого человека сдать кровь для последующего занесения его в базу данных. Учёные двигают науку вперед со страшной скоростью. Вы помните, Хайтон, что буквально год назад с пьедестал индивидуальности были сдвинуты отпечатки пальцев! Чем! Кровью! Эта красная жидкость не только делиться по группам и резусам, она у каждого особенная! Своя собственная, уникальная! Так вот, внесение капельки нашей крови в базу данных позволит после установить личность человека и другие факты, например правонарушения за которые он мог привлекаться или какое образование получил. - Естественно, полное имя, гражданство и... - И дата рождения, безусловно. Представляете! Никаких больше марок с документами! Я больше не буду беспокоиться, что забуду свой паспорт, когда буду собираться в аэропорт! " Николь переключила передачу. Новости никогда не интересовали её, а голоса дикторов не успокаивали, что ей в данный момент было необходимо. Играя в сыщика девушка не спала нормально уже пару суток. Тяжёлый рок на соседней радио волне стал отрезвлять. Австрийка перерыла весь интернет и насмотрелась насилия на годы вперед. В планшете на соседнем сидении ехала целая картотека фотографий жертв изнасилования 2017 года. 37 фотографий примерно подходящих под её представление об этой мифической русской. Сколько она в дороге? Час? Десять часов? Она не соображала, а лишь пялилась на стрелку в картах навигатора и молилась чтобы ей не позвонил "хозяин". Но скорее, с каждой проходящей минутой ей напротив, всё больше хотелось, чтобы его имя отразилось на экране её телефона. Ведь сейчас она испытывает самое страшное - ощущение забытости. Она ненужна. Лестат не появлялся в собственном доме уже больше трех дней. Николь бы это пронзило ещё сильнее, если бы не её игры в Шерлока. *** Лакированный гроб был плотно закрыт. В комнату не попадало прямых солнечных лучей, но плотные шторы всё равно не слишком скрывали яркий дневной свет. Синие пряди длинных грязных волос закрывали веснушки на ключицах и белой груди. Австрийка держала в руке недоеденное яблоко и пялилась на крышку ящика для мёртвых. Пялилась уже около двух часов. Он никогда не спал с ней. Ни разу за прошедшие полгода. Он мог ненадолго лечь за её спину и вдыхать запах волос, вжимая руку в её рёбра с силой трёхсотлетнего вампира, что у девушки на бледной коже моментально появлялись синие пятна. Но в такие моменты она не двигалась и не издавала звуков боли и неприязни, ведь тогда даже эта, с позволения сказать, нежность с его стороны прекратилась бы скорее, чем он рассчитывал ей дать. -Шлюха. Шлюха вампира. Шлюха бессмертного существа. Грациозного, всемогущего, обольстительного, пугающего и невероятно красивого существа. Но ты всего лишь шлюха. - Кряхтела она по немецки, видя в стеклянной дверце своё отражение. - Почему я жалуюсь? Разве у меня могла бы сложиться жизнь лучше? Если бы не он, я бы сдохла где-нибудь в канаве от передоза среди кучки моих друзей, которые бы просто свалили подальше от моего трупа, чтобы не привлекаться к отвественности. Или я бы была всё той же шлюхой, но просто у какого-нибудь человека. Может у Рони... того наркодилера, что вечно пихал по университету всякую дурь, а может нашла бы папика, вот только чуть бы приоделась для начала... Тонкие пальцы коснулись лакированного дерево покрытого чёрной краской. От влажности кожи на поверхности стали оставаться следы, и девушка наивно написала "Let me in" и поставила знак вопроса. Это было за ужином. - Ты опять скреблась в мой гроб? - Разбавил Лестат тишину своим пренебрежительным тоном. Девушка поперхнулась, дожёвывая стейк. Николь испытала стыд, что предал её коже красноту, но она ощутила и унижение, что не могло не отразиться грозной маской на её лице. Но девушка молчала. - Я задал вопрос. - И знаешь на него ответ. Да, я стояла у твоего гроба. - По немецки отчеканила она, вилкой лязгнув по зубам, снимая с него очередной кусок мяса. - Хочешь в нём полежать? - Коварно прошептал мужчина, наклоняясь к австрийке через весь стол. - На что ты намекаешь? В гробах спят вампиры или гниют люди. - Голубые глаза проедали её румянец. - Я человек. "Он хочет сделать меня вампиром? Себе подобной? Обратить?" - Внутри неё зажёгся бенгальский огонёк, исками щекочущий её органы. - Нет, золотая. - Его губы растянулись в жуткой улыбке. - Я просто предлагаю тебе что, что ты хочешь. Пойдем. - Его рука обвила её локоть и потащила за собой. От неосторожности на пол полетела керамическая посуда с остатками ужина. - Куда? Что? - Немного тормозила Николь, но из любопытства шла за вампиром почти добровольно. - Вот он. - Пихнул Лестат двушку вперед, сжимая её бедра. - В него ты хотела лечь? Так давай. - Урчал демон на ухо. - Что? Лестат... - Её потрескавшиеся губы немного дрожали, ведь злобный подтекст его голос даже не скрывал. - Ложись в него. - Прозвучала команда. Девушка принудительно приземлилась на колени. Николь задрожала от холода. Искры бенгальских огней превратились в костер инквизиции. - Лестат, я не хочу. - Но его стальные голубые глаза давали чёткий ответ на её нытьё. - Спасибо, я уже не хочу! - Попыталась она подняться из последних сил вытесняя страх злобой. - Хочешь. - Жутко ровный голос вампира не давал и шанса. Бледные руки снова надавили на плечи Николь. - Полезай внутрь. - Что я сделала не так? - Залепетала она по французски, переступая одой ногой через стенку гроба. Но вампир словно окаменел. - Я тебя разозлила? Я же человек, Лестат! - Всё пыталась австрийка растопить сердце мёртвого хищника, который уже укладывал её на лопатки. - Ты всё делаешь так, Николь, поэтому я позволяю твоей мечте сбыться. - Бархатный голос изливался из его губ, доводя терпение девушки до последней капли. Николь непроизвольно взвыла один раз и тут же сомкнула глаза и губы, уже морально подготавливая своё тело к медленной смерти от удушья в закрытом ящике. - Не реви. - Посмеялся тихо блондин, прямо у её лица. Жертва почувствовала, как мужчина лег рядом, слегка наваливаясь на неё. Стало темно. Николь ещё раз непроизвольно взвыла, но уже от облегчения. Белокурый дьявол ухмылялся в кромешной тьме, смакуя глупые человеческие мысли вперемешку со страхом из девичьей головы. Короткая забавная игра. Что может быть лучше для начала сегодняшней ночи, лёгкая разминка перед охотой. Бессмертное существо лежало в гробу с Николь, пока у той не высохли от солёной воды глаза и щёки. Сердце её теперь билось ровно. - Спасибо. - По французски шепнула она. - Но мне было страшно. - Знаю. Спасибо и тебе. - Клацнули зубы над её ухом, напоминая ей о его дьявольской сущности. - А когда я буду вампиром, я не смогу спать на обычной кровати? - Не забивай голову этой информаций! - Отмахнулся мужчина от вопроса, моментально поднимаясь из "колыбели" смерти. - Можешь лежать здесь, можешь пойти в свою спальню, делай что хочешь, а я вернусь под утро. С этими словами он и исчез из поля зрения Николь. Она пыталась привыкнуть к этому, но всё равно, всякий раз у неё оставалось мерзкое лакричное послевкусие, как после таблеток. Будто рядом с ней и не было никого, а она сидит сейчас в каком-нибудь изоляторе с мягкими стенами, куда переодически приходят врачи и делают ей уколы, пока её мозг рисует ей яркую жизнь. *** - Сабина? Сабина Шварц? - Звонко спрашивала она в жужжащий домофон. - Я просто хотела задать Вам несколько вопросов по поводу Вашей книги, я из редакции журнала "Чернильные мысли". Прозвучало пара коротких сигнала, дающие Николь право открыть дверь калитки.