Lust

      – Это как самый естественный афродизиак исходящий от моего тела.       Чимин засмеялся, когда заметил выражение лица Чонгука.       Они сидели на крыше жилого здания. Не самый безопасный вариант, но они искали уединённое место, где никто бы не потревожил их приватности. Это было одно из тех мест, где они могли спокойно поговорить и не переживать, что кто-то помешает.       – Что? – удивился Чимин, по-прежнему смеясь. – Ты спросил, я ответил. Дьявол дал мне офигенный запах, чтобы люди легче влюблялись в меня, – он замолчал на секунду. – В любом случае, этот аромат затмевает разум, играется с ним и заставляет желать прикосновений и комфорта. А потом всё, что мне нужно сделать – это прикоснуться к человеку, чтобы закрепить эффект.       Чонгук хмыкнул, глядя вдаль на горизонт. Время близилось к вечеру, лёгкий ветерок ласкал их кожу.       – Так значит, что как только ты положишь на кого-то глаз, у них не останется выбора? – спросил он. Чимин замотал головой и накрыл своей рукой руку Чонгука, играя его пальцами и новым кольцом. – Но почему я? – он вздохнул. – Знаю, я уже спрашивал это, но тогда я был слишком эмоционален и рубил с плеча, поэтому мне хочется ещё раз всё услышать.       Чимин мягко улыбнулся, подвигаясь к Чонгуку настолько, что их бёдра соприкасались.       – Меня что-то привлекло к тебе, Чонгук. Что-то необычное, когда я только увидел тебя – понял, что нуждаюсь именно в тебе, – попытался объяснить демон. – Во второй раз я встретился с тобой случайно, но после этого осознал, что хочу побыть с тобой подольше. То есть, конечно, я пытался это отрицать, потому что я демон, и, без обид, но я не должен был крутиться только возле одного человека. Я должен окучивать людей пять раз на дню.       Чонгук нахмурился, но продолжил слушать.       – Когда ты ушёл, всё пошло по наклонной. Я перестал терять свою демоническую хватку, если можно так сказать, – он тихо хихикнул после собственных слов. – Ты такой обворожительный, даже демоны влюбляются в тебя. Ну как? Твоё эго удовлетворенно?       Чонгук тоже засмеялся, отнекиваясь, и положил голову на плечо Чимина.       – Ты – демон. Всё ещё трудно поверить в это, – он выдохнул прохладный воздух и прикрыл свои глаза.       – Я бы забеспокоился, если бы было по-другому, – сказал в ответ Чимин, пожимая плечами. – Я просто... удивлён, что после таких откровенностей меня до сих пор не засосало под землю к дьяволу или что-то типа того.       – А как она узнала бы об этом? – спросил Чонгук. – Конечно, кому-то рано или поздно придётся рассказать, но Тэхён единственный, кто об этом знает. Чимин колебался.       – Да... – он тяжело вздохнул. – Но у меня есть предчувствие, что она уже обо всём знает. Хотя, кто бы не рассказал, он получит очки за верность к ней. Или за жополизание. Всё равно.       Чонгук опять нахмурился, между бровей появилась складка.       – Я предпочитаю думать, что если бы она знала об этом, ты бы был уже мёртв, разве не так? – спросил он у Чимина, а демон опустил свой взгляд.       – Да я уже мертвец. Она просто ждёт, пока я приму это и расскажу обо всём самостоятельно, – он отмахнулся. – Её самый разочаровывающий эксперимент признаёт свою ничтожность – как вишенка на торте.       Наступила тишина. Возможно, это случилось потому, что Чимин много наговорил того, что лучше оставить без ответа. А может и потому, что молчать было правильно и комфортно. Их собственная жизнь была хаосом, поэтому иногда они нуждались именно в тишине.       – Я могу спросить кое-что? – нарушил тишину Чонгук, обнимая Чимина за талию. – Как ты к ней обращаешься? Как ты... спускаешься в ад, что ты чувствуешь?       Чимин собрался с мыслями, нежась в тепле, исходящем от чужого тела. Он очень старался не думать о боли после каждого вдоха, а просто наслаждаться близостью. Было сложно, потому что рёбра болели так, будто его безжалостно побили. Он пытался игнорировать это, и в какой-то момент начал справляться с этим на отлично.       – Это совсем не весело, – ответил демон. – Это жестоко. Очень, очень жестоко. Незабываемо и больно. Ничто не сравнится с этим раем, в котором ты живёшь, – Чонгук внимательно слушал, нервно сглатывая. – Здесь, наверху, у вас есть такие вещи, как сострадание, симпатия и прощение. Откуда я пришёл, такого и в помине нет. Всё, что ты получаешь там – это жестокость и острую реакцию на мелкие шалости.       Они одновременно посмотрели друг другу в глаза. Окунаясь в глубину человеческих глаз, Чимин пытался выяснить, что же чувствует Чонгук.       – И как я с ней разговариваю... – он мягко улыбнулся.       Демон сел лицом к Чонгуку, второй удивился, но повторил за ним. Теперь они сидели друг напротив друга.       – Это своего рода ритуал. Я делаю небольшой порез на руке, обычно, на этой, – он поднял левую руку. – Мне нужна кровь, иначе ничего не сработает, – Чонгук кивнул, внимая услышанное. – Затем я кое-что шепчу и соединяю руки, крепко-крепко закрывая глаза. Когда я их открываю, то уже снова нахожусь в аду.       Чонгук протянул руку к руке Чимина и осторожно, изучающе, погладил шрам на его большом пальце.       – И что же ты говоришь? – спросил младший. – Что является отправной точкой?       Чимин тихо хмыкнул, сжимая ладонь Чонгука. Их пальцы сплелись, заставляя демона улыбнуться.       – Похоть приглашает вас на встречу, – прошептал он. Было непривычно говорить это вслух без особой на то надобности.       – И это единственный способ попасть туда? – спросил Чонгук и опустил взгляд на их руки.       – Это то, что мне известно. Кстати, у тебя это никогда не получится, без крови демона человеку не пройти. Именно поэтому сатанические ритуалы людей никогда не срабатывают, – объяснял он. – Дьяволу не нужна кровь человека, что ей с ней делать? Человеческая кровь ничем не особенна, тем более вас семь миллиардов, ей и демонической хватает. Если честно, всё, что её интересует в людях – это душа.       – Душа? – переспросил Чонгук, а Чимин кивнул. – Почему так?       Демону потребовалось немного времени, чтобы ответить.       – Это единственная вещь, которую она не может создать сама, – сказал он. – Дьявол не может создать душу, это не её специализация, – он горько рассмеялся. – Каждый демон – результат её пыток над душой умершего, она переделывает её так, что узнать, каким был оригинал просто невозможно.       Чонгук закрыл глаза, чтобы не выдать своего шока, и кивнул.       Создание, в которое он влюбился, было просто оболочкой чьей-то души.       – Даже ты? – он решился спросить, отчаянно надеясь на другой ответ. Чимин видел, как тряслась его нижняя губа.       – Даже я, – он решительно кивнул, губы сжались, когда Чонгук сжал его руку.       Чонгук сделал глубокий вдох, а затем выдох, наконец открывая глаза.       – Для меня это не важно, – тихо сказал он. – Я не буду придавать этому значения, ведь ты по-прежнему мой, Чимин. Демон или нет, уникальная душа или нет. Ты всё так же прекрасен для меня, – он нежно провёл рукой по его лицу. – Не имеет значения, под твоим я влиянием или нет.       И слова Чонгука причиняли боль.       Не морально, нет, с этой стороны они были восхитительными, а нежные руки младшего посылала теплоту по всему телу. Но в физическом плане. В груди появилась сильная острая боль. Он сдавленно всхлипнул, боясь даже дышать, ведь знал, что будет больнее. Выступили слёзы, внутри всё горело.       Когда слеза сорвалась с ресниц Чимина и потекла меж пальцев руки Чонгука, тот снова испытал шок.