Нормально так поболтали.

      Жизнью Эдди Каспбрэка управляет поганое «но»... Это «но» вечно всё портит. Эдди в тринадцать целуется с Фэй, но ничего не чувствует, и врёт девчонке, что всё прекрасно; в четырнадцать к нему тянется с поцелуями Лиззи, но и тут – ничего, а он снова врёт; в пятнадцать, всё с той же Лиззи, он остаётся наедине, но в самый ответственный момент – ничего и Эдди списывает это на волнение. Эдди думал, что просто не встретил ещё ту, что воспламенит его сердце и заставит дрожать от возбуждения. Но! Судьба – злодейка. Искать-то надо было не «ту», а «того».       Эдди не в силах соображать. Не в силах придаваться вообще какой-либо умственной деятельности. Как вообще можно о чём-то думать, когда он в паре секунд от того, чтобы взорваться от напряжения?!       Ричи не позволяет ни на секунду расслабиться. Ему мало. Катастрофически мало: воздуха, поцелуев, Эдди. Он вновь и вновь губами «печатает» поцелуи на груди Эдди, опускается на живот и движется ещё ниже и ниже, но...       Эдди набирается храбрости. Он чуть толкает Ричи бедрами, а после, когда ловит на себе его возмущенный взгляд эй-я-же-только-добрался-до-десерта!, тянется к нему за поцелуем. Отвлекает. Манит поближе к себе. Прижимает. Скользит ладонями по спине, ощущая на своей коже горячее и прерывистое дыхание. На секунды мозг Эдди даёт сбой, потому что рука Ричи опускается между бёдер и вызывает новый разряд в паху. Но потом Эдди вспоминает: «Почему это Ричи должен достаться десерт?». Он ловко уворачивается и обхватывает его одной рукой. На пару моментов Эдди замирает; держит зрительный контакт. И если бы из глаз могли бы сыпаться искры... ох, они бы осветили полумрак в номере. Эдди быстро поворачивается и затем отталкивает Ричи на кровать. Рокировка.       А Ричи было чертовски просто отвлечь. Даже не смотря на секундный протест. Ричи Тозиер для себя решил: Эдди Каспбрэк вообще может творить с ним всё, что угодно и в какой угодно позе, ведь он в любом случае решительно «ЗА!». И поэтому легко поддаётся манипуляциям Эдди и почти не протестует. Ну, разве, самую малость. Всего лишь кусает Эдди за мочку уха. Только веселье его длится не долго, оно сменяется ужасным, кошмарным, безумным, обжигающим возбуждением в районе паха.       - Чёрт возьми, Эдс! - резко выдыхает Ричи, сжимая ладонями сбившуюся простынь. В его глазах бешено мерцают искры.       Отсутствие опыта совсем, никак, никаким образом не сказывается на том, что Эдди делает. А он... он просто доставляет удовольствие Ричи. Ласкает его горячими губами, языком. И сам от этого возбуждается так, что мышцы внизу живота сводит. Какое-то совершенное безумие. Эдди сквозь пелену слышит, как в полумраке Ричи выдыхает его имя. Эдди, правда, не уверен. Его разум больше не готов соображать.       Восхитительно, нереально, безумно, великолепно... слова, которыми можно было бы описать чувства, но их не описать. Они слились, перемешались, взболтались и растворились под кожей. Яркие, искрящиеся, взрывающие мозг и тело.       Ричи в одном шаге от тотального сумасшествия, потому что уже в который раз ощущает взрывную силу удовольствия.       Эдди в одном шаге от абсолютного безумия, потому что уже в который раз его накрывает волной наслаждения. Если бы не поганое «но»...