Соткана из боли

      Запуская вторую руку в шелк золотистых волос, мужчина сжал её в кулак, заставляя девчушку съёжится от боли. Слегка отстранившись он с интересом разглядывал гримасу отчаянной борьбы на лице блондинки, в голове которой кружились тысячи мыслей, о невозможности происходящего и тайном желании, чтобы это никогда не заканчивалось. Часть разума, твердила о необходимости предотвратить любые посягательства на её жизнь и честь, со стороны бесчеловечного вампира, коим являлся третий по старшинству сын семьи Сакамаки. Другая же половина рассудка, отчаянно молила о том, чтобы сладостная пытка причиняемая его руками, не прекращалась ни сейчас, ни сегодня, никогда.       Уловив лихорадочный блеск аметистовых глаз, мужчина на мгновение отстранился, воспламеняясь праведным гневом, от того, что она боится его. Не допуская саму мысль о том, что добыча изнывает от желания быть покорной лишь в его руках. В демонических жилах закипала кровь, обжигая всё тело вампира изнутри. Повинуясь мгновенному желанию, красноволосый пригвоздил девичье тело к стене своим, пробираясь коленом между стройных, обнаженных ног. — Аято, — всхлипнула блондинка, ощущая как под сильным натиском мужского тела, хрустнули кости грудной клетки, намереваясь проломить девичьи лёгкие с минуты на минуту. — Закройся, — прошипел в приоткрытые губы вампир, обжигая горячим дыханием трепетную, розовую кожу. Становилось трудно дышать, рассудок Комори, постепенно стала затягивать пелена тумана, от недостатка кислорода. Повинуясь банальному инстинкту самосохранения, девушка предприняла слабую попытку освободится, чем пуще прежнего разозлила красноволосого демона. — Не дёргайся. Где это видано, чтобы пища сбегала от своего хозяина? — насмешливым тоном процедил парень, заводя обе руки над головой девушки, прижимая их к стене. Испуганный взгляд загнанной жертвы подливал масла в огонь ярости, разгорающийся внутри порождения тьмы. — Прекрати немедленно, — собрав всю свою волю в кулак, пропищала испуганная жертва, осознавая, что своими действиями лишь подкидывает дровишки в топку вселенского гнева, поглощающего наследника Сакамаки в омут с головой. Мужчина молча отреагировал на отчаянный крик умалишённой, изучая каждый сантиметр фарфоровой кожи на её лице. Остановив своё внимание на едва видневшемся розовом пятнышке над верхней губой. Вереница ревностных предположений пронеслась в сознании парня, подыскивая варианты того, кому из братьев принадлежит эта метка. — Юи, — удивительно спокойным голосом произнёс вампир, — кто из Сакамаки к тебе сегодня заходил до меня? — сквозь зубы процедил мужчина, ощущая как чувство собственничества заполняет его до краёв. — Никто, — дрожащим от волнения голосом промычала блондинка, стараясь угадать чем обусловлен возникший вопрос. Ноги безвольной жертвы предательски тряслись, преображаясь из биологического материала в свинцовые сваи, тянущие свою обладательницу на дно первобытного страха, поглощая её разум с головой. — Не ври мне, сука, — впечатав кулак в стену около её головы, прорычал вампир, ощущая как едва уловимая боль в костяшках приглушает душевные терзания. — Я не понимаю, — отчаянно всхлипывая под хороводом осыпающейся ей на голову штукатурки, простонала Комори, стараясь держаться как можно увереннее, дабы её слова звучали более убедительно. — Ты только моя, Юи, моя, — проводя окровавленными пальцами по дрожащим губам жертвы, прошептал Аято, наклоняясь к ней и упираясь головой ей в лоб так, что их глаза оказались на одном уровне. — Скажи мне, милая, кто оставил на твоей губе засос? — ласково протянул демон размазывая большим пальцем по нижней губе алую жидкость.       До сознания блондинки, дошел смысл происходящего. Вспоминая сегодняшнюю встречу с Руки Муками в коридоре академии Рётэй, девушка невольно поёжилась. Парень настойчиво прижал её к двери кабинета естественных наук, не обращая внимания на протесты и потребовал крови. Аристократичный представитель смешанной расы людей и вампиров был наиболее сдержан в отношении Юи, но порой его захлёстывала волна ревности, когда девушка не отвечала на его требования столь же предано как в случае с Аято. Получив глоток жизненно необходимой жидкости, парень властно вырвал поцелуй из уст обессиленной Комори, намеренно оставляя метку в виде крошечного засоса в знак своего пользования ею, для одного из Сакамаки. — Не молчи, — рявкнул разрезая тишину вампир, ухватив девичий подбородок большим и указательным пальцем притягивая к себе. Сердце девчушки бешено колотилось намереваясь выскочить наружу, дабы не присутствовать при убиении своей владелицы. Осознавая всю патовость ситуации, блондинка хотела провалиться сквозь землю, только бы не находиться сейчас в жестоких руках Аято. В руках, которые способны свернуть её шею одним движением. — Говори же, — взбешенно вскричал красноволосый сжимая в руках подбородок девушки сильнее. — Тебе больно? — замечая скатившуюся по щеке слезу, мужчина ослабил хватку и подушечкой пальца смахнул солёную влагу с лица такой необходимой, но совершенно не возлюбленной.        Он не любил её милую улыбку и застенчивый взгляд, всякий раз, когда его шутки касались чего-то сокровенного. Нет, он совершенно не любил наивную натуру и пытливый ум девчушки, что по судьбоносной случайности попала в капкан, зубьями коего являлись шесть наследников семьи Сакамаки. Удивительная доброта и самоотдача, присущая хрупкой человечишке, готовой пожертвовать своей жизнью ради спасения бессмертного вампира, вовсе не привлекала его в ней. И совершенно не любовью можно назвать то, что ему до исступлённого сумасшествия хочется обладать ею всей, без остатка. Одна лишь мысль, что кто-то прикоснётся к его собственности, разъедает черную душу скитальца тьмы. Не любовью, а чем же тогда?       Подхватывая под руки практически невесомое тело Комори, мужчина зарылся пятернёй в золотистый шелк волос и бережно прижал её голову к своему плечу, успокаивающе поглаживая. — Моя маленькая девочка, сладкая моя, — слегка прикасаясь губами к макушке, ласково пропел вампир упиваясь божественным ароматом исходящим от её тела. — Аято, — чуть слышно прошептала блондинка, опуская дрожащие руки на спину мучителя. — Это не то, что ты подумал, — судорожно вздыхая едва смогла выдавить из себя она. — Не заставляй меня делать тебе больно, милая. Просто скажи, кто посмел прикоснуться к тебе? — успокаивающим тоном проговорил парень, продолжая поглаживать голову девушки, в то время как её тело периодически вздрагивало в его руках. — Я очень устал, не заставляй меня применять необходимые меры, — слегка отстраняясь, красноволосый впился изумрудным взглядом серийного убийцы в стеклянные глаза девушки, в любой момент готовые выплеснуть наружу океан солёных эмоций. — Руки, — опустив голову, пробормотала себе под нос Юи, осознавая что не в силах противостоять первобытному страху, который овладевает её волей, во властных руках наследника Сакамаки. — Значит, Муками, — прекратив гладить девичьи волосы, мужчина замер, мысленно расчленяя соперника за право обладания Комори, на мелкие запчасти. — Он дорого заплатит за свою опрометчивость, — прорычал вампир, расплываясь в ехидной ухмылке, походившей на звериный оскал. — Не надо, пожалуйста не надо, — всхлипывая взмолилась девчушка содрогаясь от звука собственного голоса, осознавая чем может закончиться её откровенность для члена семьи Муками. — Защищаешь его? — рыкнул парень, с остервенением вдавливая хрупкое тело добычи в бетонную стену. — Тогда вместе подохнете, — прожигая сквозную дыру в голове Комори, рявкнул вампир не имеющий привычки бросать слова на ветер. Продолжение следует…