Фотоальбом.

Просыпается от жуткого похмелья. Негромко откашливается и слегка поворачивает голову набок. С трудом разлепляет веки и осматривается, пытаясь понять, куда чёрт его занёс на этот раз. Проглатывает скопившуюся слюну во рту и приподнимается на локтях. Морщится от неприятных ощущений, приняв сидячее положение на кровати. Голова раскалывается от действия алкоголя, лёгкая тошнота подходит к горлу и дико хочется пить. Ещё и разбитая губа не даёт покоя, напоминая о себе ноющей болью. Но всё это перестаёт иметь значение, когда он замечает девушку, мирно спящую позади него. Чёрт. Кира. Вспоминает, как она притащила его к себе в комнату, чтобы обработать кровоточащие раны, и как он… поцеловал её. Потирает виски указательными пальцами рук и тихо выдыхает, обдумывая, как лучше поступить. Не может толком сконцентрироваться из-за путающихся в голове десятков мыслей. Взъерошивает тёмные волосы на голове и встаёт с кровати. Поправляет на себе одежду и забирает со стула кофту, пытаясь сделать свои действия максимально бесшумными. Хватается за ручку двери и медленно открывает её, проклиная тихий скрип. Напоследок кидает взгляд на спящую девушку, после чего скрывается за дверью, так же тихо прикрыв её. Идёт по коридору, зажав губами сигарету. Поджигает её и наслаждается горьким вкусом на языке, выпуская дым изо рта. Останавливается у двери своего блока, прислонившись к стене. — Макколл, сколько раз я уже предупреждала тебя? Будешь курить в коридоре — будешь мыть весь этаж! — грозно проговорила женщина, приближаясь к парню. — До тебя долго доходит что ли? — Давай без этого, — отмахивается парень, сделав новую затяжку. — У тебя что-то случилось? — комендантша прислоняется к стене прямо напротив него. — Ничего, что могло бы быть интересным. — Скотт… — Натали, — обрывает, — давай в другой раз, — говорит тихо, заходя к себе в блок. Тушит сигарету о пепельницу на подоконнике и только потом замечает в комнате девушку. Эллисон. Замирает, не находясь, что сказать. Смотрит прямо ей в глаза, отмечая про себя, что они неестественно красные. Она не выспалась? Просто проревела полночи в подушку… Она смотрит на парня, из-за которого не сомкнула ночью и глаза. Из-за которого плакала. Из-за которого дала слабину. Который сделал ей больно. Видит, что он слишком помятый. Спал в одежде? Заостряет внимание на ссадинах на лице. Очень хочет спросить, кто его так отделал, но не может заговорить с ним первой. Не выдерживает зрительного контакта и выбегает из комнаты, зажав в руках бутылку йогурта, что взяла из холодильника. Скотт провожает её взглядом. Громко вздыхает и плетётся к своей комнате. Надо привести себя в порядок.

***

Сидит за столом, пропуская мимо ушей разговоры друзей. Сморит на девушку напротив. Смотрит неотрывно. Следит за каждым её движением, за каждой эмоцией, скользнувшей на её лице. Пытается понять, почему она её так раздражает. Бесит даже странный цвет её волос. — Малия, ты так дыру в ней прожжёшь! — восклицает Айзек, и девушка недовольно хмурится на его слова. — Просто… — начинает говорить, но резко замолкает, так и не сумев подобрать причин своему раздражению. — Неважно. Лидия переводит взгляд на неё, немного нахмурившись. Понимает, что речь о неё. Отпивает чай из своей кружки и морщится, когда он обжигает полость рта. — Скотт, ты откуда такой красивый пришёл-то? — Стайлз, отвали, — отвечает немного грубее, чем хотел, и проводит языком по нижней губе. — Так где ты ночевал? — не унимается друг, и Макколл готов придушить его на этом же месте. — Не твоё дело, Стилински, — слегка улыбается и запихивает в рот шоколадное печенье, которое сам же и купил вчера. — Ох, Эллисон, смотри. Дома уже не ночует. Такими темпами уведёт его у тебя кто-нибудь, — смеётся Лейхи, ловя на себе косой взгляд Малии. — Пусть забирают. Я не против, — проговаривает Арджент, чувствуя ком в горле, из-за которого стало тяжело дышать. — Мы расстались, — говорит тихо Скотт, но все слышат, потому что в комнате воцарилась тишина. Неожиданно входная дверь открывается, и в комнате появляется Кира, а Макколл готов провалиться сквозь землю, лишь бы не встречаться с ней взглядом. — Привет всем, — подходит к столу, хватая пару конфет. Как всегда слишком наглая. — Пожалуйста, налейте мне кофе, я жутко не выспалась, — просит, облокачиваясь о холодильник, и следит за тем, как Эллисон наливает в кружку кипяток. — Кстати, Скотт, твой телефон, — достаёт из кармана куртки мобильник и протягивает его парню, — он всё утро не давал мне покоя. Прошу, впредь выключай звук. Брюнет, помедлив пару секунд, забирает телефон из рук подруги. Касается ладонью её пальцев, и по кисти как будто проходит ток. Причём у обоих. Неловко. — Стоп. Я не понял. Так ты у Киры ночевал? — спрашивает Стайлз, и все оборачиваются на звук разбивающегося стекла. Эллисон уронила кружку. Арджент единственная, кто знает главный секрет Киры. Знает о Скотте. И в голове только одна мысль: Она не упустила бы такого шанса.

***

Заходит на кухню, шаркая ногами по полу. На удивление никого там не обнаруживает, что довольно странно, потому что в девочек в комнате тоже нет. Ушли куда-то на ночь глядя? Ну и прекрасно. Ставит кипятиться чайник, а сама тем временем достаёт банку с кофе. Ложка кофе и две сахара, пол-ложки сухого молока. Идеальное сочетание для идеального напитка. Терпеливо ждёт, пока чайник закипит, поэтому подходит к окну и устремляет взгляд изумрудных глаз далеко за вершины Хьюстонских сооружений. На улице уже смеркается. Дневные краски становятся всё бледнее. Солнце склоняется за горизонт, а небо приобретает какой-то грязно-синий оттенок. И как-то так спокойно на душе. Именно сейчас она вспоминает дом. Свой родной дом в Бейкон Хиллс. Там всегда было спокойно. Признаться, когда она сбегала от родительской опеки, она и не предполагала, что будет так сильно скучать по вечерам в кругу семьи, когда приезжали все родственники. Уж точно не думала, что будет скучать по своему старому домику, в котором ей всегда было неуютно, и по маленьким улочкам своего городишки. Но ты в полной мере осознаёшь ценность вещей только тогда, когда оказываешься вдали от всего этого. Размышления прерывает щелчок чайника, оповещающий о его закипании. Наливает себе в кружку кипяток и тщательно размешивает содержимое ложечкой. Берёт кружку в руки и направляется к комнате. Кружка настолько горячая, что ладони, сжимающие её, вскоре начинают гореть. Пытается взяться за кружку по-другому и не замечает, как налетает на парня, выливая часть содержимого кружки на него. Ошарашенно смотрит на парня и втягивает шею от его крика. — Блять, Мартин, — сжимает ладони в кулаки, морщась от боли. Прижимает одну руку к месту ожога и оттягивает белую футболку, окрасившуюся в кофейный цвет. — С хера ли стоишь? Неси аптечку! — кричит, и она, придя в себя, бежит на кухню. Достаёт с верхней полки небольшой белый чемоданчик и возвращается к парню. — Стайлз, прости, — начинает тараторить, пока они идут до его комнаты. — Я не хотела… Я случайно… — Просто замолчи, — всё ещё кривится от боли, прижимая ладонь к ожогу на груди. Заходит в комнату и садится на свою кровать. Она мнётся в дверях. — Какого чёрта ты там стоишь? — снова кричит. — Иди помогай! Подбегает к парню и садится перед ним на колени. Помогает стянуть футболку и открывает аптечку, но тут же снова убегает. Стилински непонимающе хмурится, провожая её взглядом, и осматривает место ожога. Не так уж и сильно, как могло показаться. Считай, повезло. В этот момент в комнату снова забегает Лидия с пакетиком льда в руках. Подходит к парню на трясущихся ногах, выставляя руки вперёд. Легонько касается льдом его обожжённой груди и следит за его реакцией. — Стайлз, я правда не хотела, — оправдывается, сильнее прижимая холодный пакет к ожогу. — Прости… — Мартин, в кого ты такая неуклюжая? — отвечает грубо, морщась от неприятных ощущений. Она молчит, принимаясь рыться в аптечке. Вытаскивает оттуда небольшой тюбик, читая его название. — Тут мазь, — произносит тихо. — Надо нанести. — Наноси, — опять грубо. — Мне самому неудобно, — откидывает лёд на прикроватную тумбочку и подаётся телом к девушке. Она судорожно выдавливает мазь на кончики пальцев и, тихо выдохнув, невесомо касается груди шатена. От ощущения его кожи под пальцами по телу пробегают тысячи мурашек. Кажется, она покраснела вся — от кончиков волос до ступней. Это так приятно. Прикасаться к нему. Ему хочется выть от этих ощущений. Это больно. Мазь жутко щиплет рану. Но почему-то от её мягких прикосновений по телу проходит ток. Чувствует её руки на своей груди и непринуждённо задерживает дыхание. Замечает, как трясутся её руки и слегка улыбается. Она как ребёнок. Слишком чиста и наивна для своих лет. Она снова проводит ладонью по его груди, и у обоих снова сбивается дыхание. Поднимает на него взгляд, а он открыто рассматривает её, без стеснения. Смотрит ей в глаза и пытается понять, что она за человек. — Ещё раз прости, — хрипло проговаривает и морщится от собственного голоса. Убирает тюбик с мазью обратно в аптечку и берёт её в руки, собираясь уходить. — Эй, — останавливает её. Разворачивается лицом к парню, спрятав локон рыжих волос за ухо. Изгибает бровь в немом вопросе. Смотрит на неё, не зная, зачем остановил. Снова открыто смотрит на неё и усмехается собственным мыслям. — Сделаешь мне кофе? — Издеваешься? — она смеётся, опустив голову. — Может лучше наоборот. — Просишь меня сделать тебе кофе? — подходит ближе и отмечает насколько она ниже его по росту. — Ну, раз мой кофе на твоей футболке, то… — Кстати, — хватает с кровати белую футболку и кидает в девушку. — Постирай, — как приказ. — Лучше выкинуть, — делает вывод Мартин, осматривая вещь. — Она не отстирается. — А ты постарайся, — грубо. Снова. — А теперь уходи. Не понимает резкой смены его настроения. Ей казалось, он немного оттаял. Но, видимо, показалось. Выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь. Прижимает футболку к лицу в надежде почувствовать аромат кофе, но чует другой запах. Странный. Вкусный. Его одеколон. Он садится на кровати, осматривая ожог на груди. Кажется, что её пальцы до сих пор касаются его кожи. Довольно странные ощущения. Новые. Берёт телефон в руки и набирает заученный наизусть номер. — Малия, — говорит хрипло, — я не приеду.