Научи любить

Взаимная неприязнь, диссы, оскорбления, насмешки друг над другом - все это уже крайне надоело Соболеву. Надоело так же, включая трансляцию или прямой эфир, видеть вопросы о Ларине, и натягивая саркастическую улыбку говорить, что не интерисуется его жизнью. Но зная, что на деле все иначе. Соболев уже давно не отрицает перед собой факта, что совершенно не чувствует к Ларину, какой-либо личной или другой неприязни. Милая Полина, что всегда рядом, стала просто другом, но сказать ей это, Николай не мог. Страх одиночества, потери поддержки и плюс на еще одного ненавидящего его человека, доставлял жуткий дискомфорт как в голове, так и на душе. Вид на пасмурный Петербург, должен был как обычно испортить настроение, только не в это утро. Проснувшись, первым что сделал Соболев, так это просматривание ленты, где с улыбкой он обнаружил - новое видео Дмитрия из серии "коляхейтер". В видео невозмутимый и непоколебимый Дмитрий Ларин, в черном поло, с идеально уложенными волосами, и в очках, рассказывал о лживости и самолюбие НИколая Соболева. У бедного критика падает зрение, с иронией подумал Коля, не обращая внимание на может и правдивые высказывания комика в свой адрес. Десяти минутное видео, растянулось на двадцать минут, все потому, что пранкер ставил на паузу каждую минуты, делая скриншоты лица его "врага". От чего-то становилось тепло, смотреть видео приносило легкое веселье, и чтобы оно заканчивалось - Соболеву не хотелось, но все же, очень хотелось - кончить надуманную войну между ним и блогером Лариным. Полины не было уже второй день дома, и уже второй день она заваливает Колю сообщениями о том как сильно соскучилась. Пролежав в осмысление ролика минут тридцать, Соболев подумал о том, что не плохо было бы поговорить с Лариным в живую, и поставить все точки над i. Уже ближе к обеду, Гурам позвонил с вопросами как Коля ответит критику, но тот лишь мысленно пожал плечами, сухо отвечая "незнаю, подумаю". На деле план Соболева это - встретиться с критиком - раз, обсудить отношения - два, и разойтись в хорошем настроение - три. Было четыре часа дня, когда пранкер набрал номер Димы. Вслушиваясь в гудки, он думал где назначить встречу. Но мысли прервал знакомый голос, который подобно парфюма впитался под кожу.  - Да? - Ларин, конечно не знал, чей это номер.  - Здравствуй Дмитрий, это Соболев. - Коля остановился, резко забывая, с какой мыслю он собирался звонить.  - Зачем звонишь Соболев? - Голос натянулся, и Коля мысленно представил как напряглось выражение лица критика.  - Нужно поговорить, занят сегодня? - Взяв себя в руки, на конец то произнес пранкер.  - Нет, где? - В трубке послышались звон тарелок летящих в раковину.  - На ..., к пяти часам. - Соболев нервно глянул на часы, надеясь, что это удобное время для комика. - Удобно?  - Сойдет. - Последние слова Ларина и длинные гудки.  Соболев потер лоб, понимая, что его голос скорее всего звучал глупо. Он не думал, что мысли так быстро выветрятся из его головы.  Стоя на прохладном ветру, в длинном черном пуховике, Коля очень жалел, что не взял шапку. Натянув капюшон и скрывая лицо от ветра, Соболев потер замершие руки, обдавая их теплым дыханием, которое быстро превращалось в белые клубы пара.  Знакомая фигура, в менее длинном пуховике, но зато в шапке, вылезала из желтого Питерского такси, и Соболев предпочел смотреть в другую сторону.  - Хотел поговорить? - Картавый голос из-за спины, Ларин подоспел быстро. - Да, это насчет ...  - Это длинный разговор? - Перебил Дима пранкера. - Я просто хотел сказать, что не хочу продолжать эту "войну". Мы ведь не враги, верно? - Первый раз, Соболеву было не по себе глядя в голубые и холодные глаза критика. - Мы выражаем свое личное мнение друг о друге. - Ларин подоткнул шарф к подбородку, уходя от зеленых глаз Коли.  - Мы можем этого не делать? - Соболев шагнул к новатору, давая понять, что он серьезно.  - Это то о чем ты хотел поговорить? Это ты Соболев так в друзья клеишься или очередной пранк, и тут везде камеры? - Ларин свел брови в недовольной гримасе, глядя в сторону и желая скорее уйти.  - Просто оставим все в прошлом, ладно? - Соболев сложил руки на груди, тоже выделяя свое недовольство.  - Да, да, но запомни, всю эту кашу начал не я. - Дмитрий ткнул указательным пальцем в сторону Коли, разворачиваясь и собираясь отправиться домой.  Как маленький ребенок, пронеслось в голове пранкера, милый, но недовольный маленький ребенок. Оставив мысли, Соболев вспомнил, что по плану, они с Лариным, должны были распрощаться на хорошей ноте. Собрав себя в руки, Коля поспешил ухватить критика за плечо, останавливая, но вместо этого, защитный по своему характеру Ларин, со всей силы ударил Соболева в нос.  - Какого черта? - Выругался Коля, хватаясь за нос и видя как капельки крови падают на замерший асфальт.  - Какого черта делаешь ты?- Ларин, не совсем понимая, что происходит, на автомате двинулся к пранкеру, разглядывая лицо.  - Ты всех так? - Соболев с болью в голосе чуть ли не скулил.  - Не надейся, ты не особенный. - Дмитрий, убрав руки от лица Коли, быстрым движением руки достав платок из внутреннего кармана куртки, начал осторожно, но спеша стирать кровь. Соболев с жуткой болью, не сразу заметил этого, но когда сознание пришло, что-то приятно перемкнуло в сердце. Увидев улыбку на лице парня, Ларин всучил тому платок в руки, что-то зло шепча.  - Что-то еще? - процедил он.  - Хотел узнать, не хочешь ли выпить кофе? - Соболев держал платок у носа, а на уголках глаз от боли выступили капельки слез.  - Да, можно. - Ларин, точно дал себе понять, что это согласие, не слабость по отношению к пранкеру.  Сидя в теплом кафе, критик наблюдал за сидящим напротив Соболевым, что с припухшим носом откусывал свой гамбургер. Переодически поднимая взгляд на него самого и пытаясь что то спросить, но Ларин перебивал его со словами: "Прожуй сперва". И пранкер, качая головой в жесте "да", продолжал есть.  Он все еще не мог понять, что делает здесь, в кафе, с Соболевым и его разбитым носом. Проглотив последний кусочек, Коля снова поднял взгляд на критика и теперь у Ларина нет причины его заткнуть. - Так мы теперь не воюем? - Соболев довольно улыбался, зная ответ и отпивая свой теплый кофе. - Мы и не воевали. - Комик нервно допил свой напиток и раздражено взглянул на парня. - Так и будешь сидеть здесь с выражением лица "ненавижу тебя"? - Коля сложил руки сверля взглядом Дмитрия. Сам Дима, в душе не был настроен скептически на Соболева, скорее сейчас, он чуствовал себя неудобно, ведь недавно разбил нос этому человеку, и может быть, совсем немного - чуствовал вину. Тяжело выдохнув Ларин все таки ответил : - Извини, за это. - Голос как стекло по железу. - За нос. - Ничего. - И от этих слов немного легче. - Тебе бы к врачу. - Продолжил Ларин, не выдавая появившейся из неоткуда заботы. - Нормально, само заживет. - Соболев потянулся сидя за столом и устало зевая, выдвинул ноги вперед, столкнувшись под столом коленями с критиком, но не обращая на этого внимания. За то Ларина смяло как в комок, но он ни как не выдавал своего недовольства.  - Ладно, мне пора. - Дима поспешил подняться из за стола, надевая куртку. - Уже? - Соболев поднял разочарованный взгляд. - Да, а ты думал, я буду с тобой всю ночь тут сидеть? - Ларин позволил себе небольшую усмешку. - Да, но может и не тут. - Коля поправил рубашку и встал из за столика. - Что? - Дмитрий сузил глаза глядя Соболеву в лицо. - Ничего, говорю подожди меня. - Коля быстро надел куртку, выходя вслед за комиком. Стоя на улице, Соболев пожимая на прощание руку критика, позволил себе снова улыбнуться. - Что смешного? - Спросил Ларин глядя на себя в отражение витрин магазинов. - У тебя крем в уголке губ. - Коля продолжил улыбаться. - Очень смешно Соболев. - Ларин попытался взглянуть на себя в отражение экрана телефона, но пранкер перехватил его руку. - Я сам. - И с этими словами теплые губы Соболева коснулись уголка губ критика, там где был белый как первый снег крем от пирожного. Ларин уперся в грудь пранкера, надавливая, но не отталкивая, чувствуя теплый язык, и чужие пухлые губы. Соболев закончил так же быстро, как и начал. - Дурак. - Кинул Ларин, разворачиваясь и уходя. Но в его голосе не было ни капли злости, обиды, ненависти или отвращения, скорее, что-то наоборот. И в очередной раз натянув капюшон на голую голову, Соболев проводил Ларина до первого поворота, зная, что это не последняя встреча.