Когда умирает надежда

От Автора: вот и всё, последняя глава. Спасибо всем тем, кто был со мной до конца и терпеливо ждал продолжения :3 Ребят, вы замечательные) и, да, простите за такую большую задержку. POV Изая После той ночи тело неимоверно болело. Даже сквозь сон я чувствовал, как мышцы ноют, но даже это не заставило меня проснуться. Правда под утро мне стало невыносимо плохо. Открыв глаза, чувствую как тошнота подступает к горлу. Начинают больно ломить кости, параллельно с болью в мышцах, и эту смешанную боль терпеть было просто невозможно. Шизуо еще спит рядом, по пояс укрытый одеялом, а я аккуратно поднимаюсь, ставя себе цель: хотя бы не упасть. Одев боксеры и джинсы я дошел до ванной комнаты, где меня все же стошнило. Последний раз я принял дозу вчера вечером, организм требовал еще. Вернувшись в комнату, я перерыл карманы куртки, но никакой заначки не было. - Что ты ищешь? – хриплый голос обратился ко мне, и я повернул голову, смотря на бармена. Его волосы находились в забавном беспорядке, и это выглядело довольно мило. Я бы даже улыбнулся, но сил просто не хватало. – Очередную дозу? Поджимая губы, киваю и не оставляю попыток. Руки безумно дрожали, впопыхах пытаясь найти хоть что-нибудь. Но судьба сегодня, как и во все другие дни, не на моей стороне, так что я психую и кидаю куртку обратно на пол. - Ну почему сейчас!? – оседаю на пол и хватаюсь за голову. Блондин опускается рядом и прижимает меня к себе, гладя по дрожащей спине. - Сегодня сходим в церковь. – говорит серьезно, и меня пробивает на нервный смешок. - Куда? В Церковь? Ты, наверное, шутишь. Даже не подумаю. – утыкаюсь носом ему в шею, тепло дыша. - А что остается делать? Возможно, это глупо, но я уже не знаю, чем тебе помочь. – Шизуо отпускает меня и начинает одеваться. – Пока все не сильно запущено, может можно еще что-то сделать. Просто знай, что я не оставлю тебя. От этих слов внутри как будто теплеет. Не хочу говорить ему слов о любви, просто не готов. Но он, скорее всего, и так это знает. В церковь Шизуо меня в конце концов потащил. Когда мы переступали порог, я осторожно оглядывался, придирчивым взглядом осматривая иконы и настенные рисунки. Моей мечтой было и остается попасть в Вальхаллу, но есть ли Бог - для меня все равно остается загадкой. И вообще, я никогда не понимал людей, которые ходят в церковь, молятся. Как будто пустые молитвы смогут кому-то помочь. - Держи. – бармен протянул мне пару свечей. – Поставь за здравие близких и за упокой умерших. Я посмотрел на него, как на идиота, но свечи взял. Неужели он и правда думает, что если поставить обычную свечу что-то изменится? Я подошел сначала к одной стойке и посмотрел на икону, неумело перекрестившись. Зажег и поставил свечку, а потом слабо поклонился. Я делал это не искреннее, а только потому, что Шизуо так хотел. Затем подошел ко второй стойке, с намерением поставить за упокой, но меня неожиданно толкнули. Свечка выпала из рук и куда-то закатилась. Женщина бальзаковского возраста с платком на голове начала спешно извинятся за свой поступок. Я лишь махнул рукой и улыбнулся. Ну, с кем не бывает. Я взглядом пытался найти, куда закатилась свеча, но так и не нашел. «Упала и погасла» - подумал я и не решился ползать сейчас и искать ее. Церковь, все-таки. Затем я вернулся к блондину и добросовестно на него посмотрел. - Готово. Может мы уже пойдем? – я посмотрел на выход, уже будучи готовым двинуться к нему, но парень испортил мои планы. - Ты должен покаяться в своих грехах. – Шизуо сейчас только нимба с крыльями не хватало. - Нет, ну ты серьезно? – я закатил глаза и тяжело вздохнул. - Куда идти? Блондин мне указал на кабинку с двумя дверьми. Как я понял, за одной из них сидел Святой Отец, который отпустит тебе грехи. Пожав плечами, я двинулся туда, совершенно не зная, что говорить. Оказавшись внутри, я вздохнул и почувствовал себя глупо. Я даже не знал, надо ли представляться, или же все должно быть анонимно. Но думать долго не пришлось. Я почувствовал запах дыма, а потом услышал, как кто-то громким голосом крикнул «Пожар!». Резко встав, я начал дергать ручку двери, но она не открывалась. Я стучал в дверь, в надежде выбить ее, но и это было тщетно. А дыма в кабинке постепенно становилось все больше и больше. Меня начал душить кашель, и я упал на колени, хватаясь за горло. Меня охватил страх, что здесь все и закончится. Уже давно должно было закончиться. Закрыв глаза, в голове будто что-то щелкнуло. Передо мной промелькнули картины, как я бегу по улицам от Шизуо, как он кричит, что ненавидит меня и хочет моей смерти. От чего-то я улыбнулся. Вспомнил, наконец-то я смог вспомнить. Злости на блондина не было, совершенно никакой. От едкого дыма я задыхался до тех пор, пока в глазах не потемнело. В конце концов, я потерял сознание, уже ничего не видя из-за дымовой стены. Я очнулся уже в больнице, лежа на койке. В слух врезался противный писк от аппарата, к которому я был подключен. К другой руке была подключена капельница, а голова раскалывалась как никогда. Я смог продрать глаза, иначе и не скажешь, и сделать расслабленный вдох. Возле меня сидел Шинра, смотря в пол, но когда он заметил, что я очнулся, на его лице сразу же заиграла улыбка. Возле двери палаты стоял Шизуо, опираясь спиной о стену и совершенно безразличным взглядом глядя в сторону. Я хочу что-то сказать, но шатен сразу же приставляет указательный палец к своим губам, настоятельно рекомендуя молчать. Я не ослушался. Головная боль становилась меньше, а ощущение того, что я чего-то не знаю, начинало надоедать. Как я вообще здесь оказался? Настраиваюсь, чтобы вспомнить, и это получается, даже не пришлось вкладывать много усилий. Церковь, пожар, много дыма… Но воспоминания такие смутные, что в голову лезет ненавязчивый вопрос: а было ли такое вообще? Усмехнувшись такой глупой мысли, я решил заговорить. - Со мной что-то серьезное? – как ни странно, но я не знал, что сказать, и это первое, что пришло на ум. Хотя мне было не особо интересно, сколько мне придется тут лежать и почему я здесь вообще. - А ты совсем не помнишь, что произошло? – с неким беспокойством поинтересовался Шинра, а слабая улыбка так и не сходила с его лица. – Наверное, тебя по голове слишком сильно ударили. Либо такого не было, либо было, но я не помню. Какой к черту удар? Я помню все до мельчайшей подробности, конечно до тех пор, пока сознание не покинуло меня. Шизуо по-прежнему не соизволил посмотреть на меня, даже когда я в упор начинал пялиться на блондина. Будто специально избегал взгляда, но причина мне была непонятной. - Удар? – в моем голосе все-таки прозвучало удивление, но, скорее, больше было непонимание. - Значит, не помнишь, – вздохнув, доктор поправил очки и продолжил. – Селти подобрала тебя в районе Канда, видимо, ты уже отключился к тому времени. Рядом с тобой лежал телефон, она его тоже забрала. Но был дождь, он вышел из строя, надеюсь, у тебя там не было ничего важного. Слушая Шинру, хотелось его остановить и высказать свою версию. То, что он рассказывает, было месяц-полтора назад, что происходит вообще? - Погоди, это я знаю. А как же пожар? И где Роберт? – над моими вопросами доктор просто посмеялся и погладил меня по плечу. - Тебе явно надо отдохнуть, ты переутомился, вот и бред всякий в голову лезет. – я поморщился от его приторного голоса и дернул плечом, чтобы он меня не трогал. Не нравилось, что он обращается со мной, как с кем-то беспомощным, а еще, куда хуже, ненормальным. - Это не бред! Шизуо, почему ты молчишь? – я с некой надеждой посмотрел на блондина, но тот лишь в ответ фыркнул, наконец-то уделяя мне хоть какое-то внимание. - Блоха, не беси. Шинра тебе уже все сказал. – блондин был явно слишком напряжен. Но это напряжение было не от злости, а от чего-то другого. - Я позову врача. – Кишитани встал со своего места, а он сидел на стуле возле моей койки, и пошел на выход. - Зачем? Я себя хорошо чувствую. – я улыбнулся, показывая, что самочувствие ничуть не хуже обычного, от чего шатен криво улыбнулся и произнес: - Изая, ты пробыл в коме два месяца и наконец-то вышел. – с этими словами парень покинул палату, оставляя меня в полнейшем шоке. Два месяца? Кома? Это все похоже на дурной сон. Самый неприятный сон, который может быть. Я смотрю на свои руки и ничего не замечаю. Все как обычно, вены особо не видны, следов от шприцов нет. Только парочка, но, скорее всего, уколы мне делали врачи. Ожогов на теле тоже не наблюдается… неужели, я правда был в коме? И все, что я пережил, было сном? Эти факты меня пугают через чур сильно. Вырывая рукой провода из руки (прибор, который издавал короткий звук каждый две секунды перешел на длительный писк), рывком встаю с кровати, но Шизуо, видимо предусмотрев такую реакцию, сильно, но в то же время, чтобы не навредить, хватает меня за руки, не давая двигаться. - С ума сошел? Тебе нужно лежать! – он смог усадить меня обратно, но я все равно продолжал вырываться. - Этого не могло не быть! Я все помню! Шизу-тян, ты же сам говорил, что ты меня… - мои слова прервались, когда дверь в палату открылась. Шинра привел пожилого врача, который отвел от меня блондина и велел снова лечь. Я вновь посмотрел на Хейваджиму, но в его взгляде не было совершенно ничего. Только та самая ненависть, зарожденная еще в школьные годы. На сей раз меня подключили только к капельнице и сделали перевязку головы. - Изая, пожалуйста, не противься. Сказали, что ты неимоверно быстро поправился, после комы люди ходить не могут, а ты вон какой шустрый. Так что завтра-послезавтра домой. – его слова должны были приободрить, но делали только хуже. Целых два месяца… Выходит, ничего не было, совсем ничего. Ни Роберта, ни наркотиков, совсем. И Шизуо вовсе не питает ко мне никаких чувств. Все было придуманной историей. Историей, которую придумал себе я сам у себя в голове. Два дня прошли довольно быстро. Ко мне приходили сестры, а Шинра фактически не отходил от меня. Все-таки приятно иметь такого друга, у него наверняка есть дела, а он сидит со мной. Правда от его присутствия настроение не повышалось. Скорее самую малость отбивалось желание впасть обратно в кому. Туда, где мне нравилось. Головная боль беспокоила только по утрам, и это радовало. Хоть засыпать я мог спокойно. Надев куртку, я напоследок оглядел палату и закрыл дверь. Вот и всё. Как говорится, начну жизнь с чистого листа. Двинувшись по коридору больницы, я грустно улыбнулся. В этой истории печалило лишь то, что я не могу быть с Шизуо. Подсознание мне яро дало понять, что он мне не безразличен. И эти его слова «Я не оставлю тебя» еще долго не уйдут из моей памяти. Выхожу на улицу и вдыхаю свежий морозный воздух. Наконец-то зима, чудное время года. Правда бегать от Шизуо по льду бывает проблематично, но хоть какое-то разнообразие. Рукам становится холодно, ведь перчаток при мне нет, и я опускаю их в карманы куртки. В одном из них я пальцами нащупал клочок бумажки и ради интереса вытащил его. Я чуть не потерял равновесие от смешанности чувств. На листике был написан адрес и номер дома, а рядом синей ручкой было написано имя «Роберт». *** POV Шизуо - Ты все запомнил? – мы с доктором ехали на машине скорой помощи, а врачи сзади следили за состоянием Изаи. Тот вдохнул слишком много дыма, и была вероятность, что он задохнется. Но «могло быть и хуже» - как сказали нам врачи. - Да. Изая не должен ничего вспомнить, он должен думать, что это все было сном. – эту фразу уже повторяю в сотый раз, она звучит как на автомате. Я долго спорил с Кишитани, но он все-таки прав. Для брюнета будет намного лучше, если все пережитое будет не взаправду. В больнице из его организма выведут все наркотические вещества и вколют нужные. Хотя мне становилось обидно, что все закончится именно так. Закончится, даже не начавшись. - С сестрами поговорил? - Да. Со всеми, кто контактировал с ним в это время. Ничего ему не сможет напомнить о прошлом. – отворачиваюсь и смотрю в окно. Сейчас слова даются с большим трудом. Не хочется обманывать Орихару, ведь уже все позади. Роберт снова вернулся в Америку, ведь бизнес пошел на убыль. Так что все могло наладиться, но после всего, что было, Изая бы не смог жить нормальной жизнью. *** POV Изая Все постепенно налаживалось. Я думал, что кто-то мне все равно проболтается о том, что все было по-настоящему. Записка с адресом была тому подтверждением. В Икебукуро я стал приходить ничуть не реже, и теперь у нас с Шизуо свой спектакль. Мы делаем вид, что ненавидим друг друга, хотя на самом деле все наоборот. Он делает вид, что ничего не было, что мне все это приснилось. Я же, в свою очередь, делаю вид, что ни о чем не догадался, и все так и должно быть. Никто из нас не признается в том, что он знает, мы оба думаем, что молчать будет даже лучше. Но, загоняя меня в очередной раз в подворотню, где в конце преграда из высокой кирпичной стены, я смотрю на него не со злостью, а с нежностью и любовью. Он прижимает меня к стене и длительно целует, не давая мне объяснений, а я их и не требую. И так повторяется изо дня в день. Каждый из нас внутри себя был счастлив. __________________________________ Дни проходят снова так типично, И наконец-то можно начать жить, Ненавидеть мне тебя привычно, И без запретов мне тебя любить. __________________________________