Важней длина когтей

В присутствии коллег по Министерству он называет ее «мисс Вэнс» и никак иначе, она же вынуждена прибегать к церемонному «господин Министр». Так они договорились: ничего личного при посторонних. Лишь оставаясь наедине, они позволяют себе расслабиться и забыть о привычной субординации. Стать просто Руфусом и просто Эми и, если удастся, хотя бы на пару часов отрешиться от проблем, которым и так посвящают почти все свое время. Проблем, которые выгрызли им душу и отняли вкус к жизни не только у них, но и у доброй половины магической Британии. Эммелина усаживается к Руфусу на колени и прижимается к нему. Красивая, ловкая, гибкая, упругая. Женщина с телом гепарда и глазами усталой волчицы. Эми уже не та отвязная девчонка, которая вступила в его отряд в восемьдесят первом, горя желанием сражаться со злом, это опытный боевой аврор, а ее внушительный послужной список Скримджер знает почти наизусть. Ее движения резки и отрывисты, а в глазах — дыхание смерти, хотя Аваду в бою она ни разу не применяла. Но видела смерть множество раз. Видела, как гибнут ее боевые товарищи, но сама оказывалась на удивление везучей. У кота девять жизней, а лев — это тот же кот. Восьми из своих девяти лев Руфус Скримджер уже лишился. Лишился в первую войну, и каждая из утраченных жизней оставила след на его теле. Интересно, сколько жизней у волка? Патронус Эммелины — волк. Она и сама похожа на волчицу. Его подруга и любовница. Не ставленница Фаджа, а человек из их с Аластором команды. Верная ему как женщина, преданная их делу как воин. Одна из немногих, кому нынешний Министр Магии может поручить важное и ответственное задание. — Обещай, что будешь охранять Боунс. Мы должны сберечь ее — таких, как она, осталось мало среди влиятельных людей в Министерстве. Слишком много бездарностей и потенциальных предателей, — с горечью говорит он. — Тогда почему ты держишь их всех около себя? Скримджер ненавидит их. На Фаджа, оставившего ему такое «наследие» с засильем ничтожеств, трусов и взяточников, он едва ли не рычит как его патронус лев. А прибьют Пожиратели Фаджа — выступит Скримджер с пафосной речью на публике, а про себя подумает: «И слава Мерлину!» Да только Сами-Знаете-Кому этот шут в зеленом котелке и через порог не нужен, ни живой, ни мертвый. За сильными волшебниками предпочитает охотиться Темный Лорд... за такими, как мадам Боунс. — Не в то время живем, чтобы чистки затевать, — объясняет он Эммелине. — Разброд и перестановки в Министерстве только на руку нашим врагам. Они должны видеть мощь и единство противника, а не слабость и сочащиеся гноем раны на теле измученного зверя. Даже если это — нами же созданная иллюзия. Даже если нам порой приходится врать самим себе... — Ты воин, а не политик, Руфус. — Я знаю. Она снова скажет, что его место — на поле битвы, а не в министерском кабинете. Скажет, что не следовало ему взваливать на свои плечи ответственность за судьбу мира... А он ответит, что он решился на этот отчаянный шаг только потому, что больше некому. Лучше он, чем Фадж, Долиш или Тикнесс. Но вопреки его ожиданиям Эми молчит и внезапно впивается в его губы кратким, но страстным поцелуем. Мерлин, неужели в ней еще остались силы для этого? Не сейчас, только не сейчас, когда мир катится в бездну... — После, Эми. После всего. Она резко отстраняется, вскакивает с его колен, отходит к противоположной стене кабинета и сверлит его своим острым, черным взглядом. ...Когда все закончится. Если закончится. — Если выживем, — на удивление бесстрастно бросает она, словно угадывая его мысли.