Без меры, без цены

Темнота резко оборвалась, вместо неё резко пришла ноющая боль в корпусе, постепенно заполняя пустоту и возвращая к жизни. — О, очнулся наконец-таки. — Довольно мурлыкнул обладатель альтформы, похожей на Aston Martin DBS V12. — Нокаут… — Прохрипел Оптимус, пытаясь кое-как настроить оптику и сфокусировать взгляд на бывшем десептиконе. — Он самый. — Самодовольно хмыкнул тот и прервал попытки Прайма хотя бы попытаться сесть небольшим нажимом на грудные пластины. — Привыкни сначала к корпусу, ты слишком долго был у Праймуса. — Где Рэтчет?.. — Лидер алозначных нехотя подчинился. — Он в порядке и сильно скучает. Скоро встретитесь. А теперь в офф. — Поспешил успокоить того обладатель алой оптики. И убедившись, что Оптимус не повторит попытки встать, потушил свет и ушёл. А желанный оффлайн никак не хотел приходить. В вновь живом процессоре крутится слишком много мыслей. От усталости он отрубился лишь под утро. *** Что-ж… Он честно тогда переоценил свои возможности. Серво то и дело цепляются друг за друга, манипуляторы кажутся слишком тяжёлыми, а сила притяжения слишком сильной. Но несколько мегациклов спустя он стоял более-менее уверенно и не цеплялся за всё подряд. Коротко, но от всей Искры поблагодарив Нокаута, он поспешил в другой медблок. Все с уважением и радостью встречали его восторженными возгласами, ну, а Бамблби не сдержался от того, чтобы коротко обнять его, но тут же отстранился, смутившись своего порыва. Прайм лишь широко улыбался, видя знакомые фейсплейты. Но весь его радостный и боевой настрой куда-то улетучился, стоило ему оказаться возле заветной двери. Искра чуть ли не разрывается в попытке приблизится к бондмейту и лидер алозначных уверен: он тоже это чувствует, но ссылает на какие-то неполадки. Провентилировав, он наконец-то зашёл, тут же видя родной оранжевый корпус, что не спеша что-то ремонтирует. Лидер алозначных ждёт, хотя чертовски хочется сжать его в своих объятиях. Искра неприятно кольнула. Он тихо провентилировал, но как показалось, даже это вышло слишком громко. Так и оказалось. — Стучаться никто не учил? — Злобно пробурчал Рэтчет и обернулся. Да так и замер, выронив из манипуляторов недоделанный бластер и тот с характерным звуком разломился на несколько частей. А после мгновенно ослабше, счастливо и не веря прошептал: — Оптимус… Тут самоконтроль Прайма полетел к Юникрону на рога и он мгновенно обнял бондмейта, вжимая его в стену и жадно целуя. Рыжие манипуляторы обняли его за шею, едва поглаживая провода. Отстранились они друг от друга не скоро, но долгожданных объятий разрывать никто не хотел. Оптимус будто кот потёрся своими антеннами об шлем Рэтчета с тихим, рычащим из-за мотора «Мур». Тот счастливо смеётся, прижимаясь к Прайму ещё сильнее. — Я так соскучился… — Мгновенно ослабшим и охрипшим голосом прошептал лидер алозначных. Рыжий вместо ответа жадно его поцеловал.