Сердце Демона

Льюис провёл целый день за уроками. Спал он плохо, ведь очень устал, а во сне ему мерещились цифры. Проснувшись, он услышал, как в прихожей кто-то возится. Парень поскорее встал и высунулся в коридор: сонный, ничего не понимающий, волосы свисали на лицо, а глаза отказывались открываться. Он увидел, что в прихожей стоит Сара. Бодренькая, весёленькая, отдохнувшая, волосы идеально уложены, лицо довольное. Её вид словно подчёркивал тот контраст, ту пропасть меж человеком и демоном, всё увеличивая её. — Сара? Сара, ты чего? Ты куда это в такую рань? — спросил он удивлённо. — Пойду на улицу. Надо купить продуктов. — Ты чего? В такую погоду? Потонуть охота? — тут уж темноволосый полностью вылез за дверь, появившись в прихожей целиком. — Футболку поправь. — бросила она мимоходом, потягиваясь за плащом. — Не так уж там и мокро, если ты об этом, да и к экстремальным условиям я должна быть привычна. К тому же, я могу дышать под водой. А вот без продуктов мы с тобой не выживем. — Но ты же вся промокнешь. — Я буду в плаще, да и вообще — хватит за меня волноваться, я же не маленькая. — она бросила на него взгляд рыжих глаз, уже накидывая капюшон на голову. — Скоро вернусь. Не скучай тут. Дверь закрылась за ней. Льюис зевнул и попытался понять, что опять у неё за порывы идти куда-то в жутчайшую погоду ради… А ради чего? Ради продуктов? Он был почти уверен, что у неё свои планы на прогулку. Но тут ему захотелось есть, и он поспешил на кухню.

***

Сара целый день всякой ерундой только и занималась. То лепила бутерброды, стоило ей вернуться из магазина, то пошла записывать какие-то заметки про детали автомобиля (она всё же решила закончить это дело), то закрылась в своей комнате и начала заниматься. В общем, она снова вела себя неадекватно. Но только она знала истинную причину. Точнее, Люк тоже её знал, но он, как обычно, позабыл. Думаю, стоит разъяснить вам её. Итак, снова обратимся к воспоминаниям.

***

День выдался прохладный, но не без солнца. Льюис сидел и поедал мороженое, которое купил в магазине под вечер. И тут — бах! — дверь слетела с петель и рухнула в комнату. Люк подпрыгнул на месте от удивления и ужаса, поперхнулся мороженым, и внутри всё обдало неприятным холодом. На пороге стояла тёмная фигура, лицо которой было скрыто тенью капюшона. Но тут раздался голос, и Льюису стало чуть проще понять происходящее. — Да чёрт тебя дери! — прокричала недовольная Сара. — Я постучаться хотела, а не дверь снести! — Красиво вошла, слов нету… — проговорил паренёк, всё ещё кашляя. — Прости. — сказала она, зайдя в помещение и подняв дверь, после чего попыталась установить её обратно. — Не постучишь мне… Кхе… По спине? — спросил он, пытаясь подняться. — Стукну — умрёшь от сломанного пополам позвоночника. — буркнула демонесса, всё ещё пытаясь установить дверь на место. Через пять минут ей это удалось, а Льюис откашлялся. — Прости, но с какой силой надо постучаться, чтобы вообще выбить дверь? — удивился он. — Сейчас объясню, ты лучше сядь для начала. Если я тебя тресну ненароком, тебе прямая дорога в больницу, если не в морг. — А оттуда в ад. — усмехнулся он. Костоломка бросила на него недовольный взгляд, словно намекая, что если он не заткнётся, то она это обеспечит. Она села рядом, пристроившись на стуле, скинула плащ и положила его на стул. Парень протянул ей вторую чашечку мороженого. — Это ещё зачем? — удивилась она. — Да ладно, угощайся. За компанию. — он дал ей ложечку. Пару минут они молчали, поедая сладость. — Так почему ты снесла дверь? — Вот такая у меня сила, что я даже стучаться не могу, всё разбиваю. Такова моя настоящая сила. — Ну, до этого бы как-то стучалась, и всё нормально было. А сегодня-то ты чего разбушевалась? — Сегодня полнолуние, и я набрала полную силу. Вот и не могу с собой совладать. — Так… Вы ещё и от лунного цикла зависите? — Да. В новолуние — слабаки, хуже людей. В полнолуние — невероятно сильные, порой до того, что перестаём контролировать свою силу. — И что, вы можете… — … поднять машину. При желании, конечно. — Сара продолжила есть мороженое. — М-да, не хотел бы я попасться тебе под руку. — заключил наш герой. — И не попадёшься, если не будешь ерундой маяться.

***

Стоял поздний вечер. Закончив все свои дела, Льюис лежал на кровати и смотрел в потолок. И тут из соседней комнаты раздалось: «Да чёрт!». Минута или две тишины. А потом у рыжей словно рвануло. Сквозь её рычание было слышно: — Да пошло оно всё к чёрту!!! Проклятие!!! Дьявол всё это побери!!! Льюис вздохнул и встал. Стоило непременно проверить, почему она там так сильно надрывается. Открыв дверь, он увидел рыжую сидящей на полу. Перед ней валялась открытая тетрадь, а на ней были разбросаны какие-то странные щепки. Наш герой не сразу понял, что это, но быстро догадался, что это карандаши. — Что за рык, если мы не в лесу? — спросил он, встав в дверном проёме. — Сара, объяснишь мне может, почему ты злая, как чёрт, а все карандаши в доме в труху? — За окно посмотри. — сухо буркнула она, скрестив руки на груди. Темноволосый послушно подошёл к окну и открыл шторку, глянув наружу. — Так? — Что ты видишь? — Ну… Ночь как ночь. — На луну глянь. — отвечала она через стиснутые зубы. — А что не так с луной? — недоумевал он. — Полнолуние. … Полная луна. — она повысила голос, явно теряя терпение. — И? — он с вопросом и недоумением посмотрел на неё. Сара в гневе хлопнула рукой по полу (стоит отметить, там даже что-то треснуло). Она подняла на него глаза и злобно прищурилась. — Ты сегодня реально такой тупой или притворяешься? — кисло спросила она. — Полнолуние, идиот. В полнолуние наша сила достигает максимума. И мы не всегда способны себя контролировать. Вот и я сегодня… — тут бестия тяжело вздохнула, словно от бессилия. — Ладно, ты себя не контролируешь. А несчастные карандаши-то тут причём? — Люк сел рядом с ней на полу. — Я пытаюсь начертить этот план, а контролировать себя не могу! Так рисует слишком бледно, незаметно, а стоит надавить чуть сильнее — и эта дрянь ломается! — демонесса снова хлопнула рукой по полу и злобно зашипела, постепенно затихая. Очевидно, понимала, что не стоит выказывать злобу перед Льюисом. Парень выдохнул, глядя на неё. Странная сложилась ситуация. Она мучается из-за собственной силы. Это так ненормально, но так… По-людски. И словно пропала та пропасть, которую он видел только сегодня. Ему стало даже жаль её, тоже вполне по-человечески. — Скажи, — вдруг начал он, — у нас остался хоть один целый карандаш на весь дом? — Вроде бы. А что? — она вновь подняла на него глаза, но теперь уже с вопросом. — Давай его сюда. — Льюис протянул руку. — Помогу я тебе начертить этот несчастный план. Кости смотрела на него с широко открытыми глазами, удивлённая этим неожиданным предложением. Видимо, она не ожидала от него такой помощи. Это было для неё странно и непривычно. Ей в жизни так вот просто не предлагали помощи, и оба её сердца словно замерли в груди. — Это… вовсе не обязательно. Можно и завтра… — сказала она, отведя глаза и поджав губы. Может, показалось, но словно её лицо стало чуть румянее. Впервые она немного… По-своему застеснялась? — Давай-ка уж сейчас, пока не забыли. Сара, опустив глаза, протянула ему карандаш. Это означало её согласие.

***

Они чертили, без малого, час. И был этот час особенным для них. Сначала Сара лишь давала Льюису инструкции, ведь всё было вполне понятно, но под конец стало настолько сложно, что она взяла его руку за запястье и стала направлять. — Здесь сюда. Да ровнее держи, ровнее! Тут точку обозначь. Поднажми-ка на карандаш, а то опять не видно ни черта. Льюис поистине наслаждался этими мгновениями. Ему нравилось, как звонко командует бестия, как её рука так нежно водит его руку, поддерживая направление. Ему даже нравилось ей повиноваться. И тут, когда план был закончен, она посмотрела на него и словно опомнилась. Выпрямила голову и взглянула прямо ему в глаза. В этом взгляде читалось лёгкое удивление и растерянность, рыжая будто не понимала, что только что произошло, и пыталась выяснить это у него. Но Льюис был вполне спокоен, ведь был уверен, что ничего такого в этом нет. Молчание. Они смотрели друг на друга, словно впервые, изучая друг друга взглядами и всё ещё держась за руки. И было это молчание каким-то… особенным. Волнительным. Словно молчание пыталось что-то им сказать. — Н-ну… Спасибо за помощь. — сказала Сара наконец как можно уверенней. — С… Спокойной ночи что ли… — Да. Спокойной ночи, Сара. — Льюис напоследок чуть сжал её ладонь, ощущая её холод ещё раз, а потом отпустил и встал. Демонесса поднялась с пола, а парень пошёл в коридор, к себе в комнату, ведь было уже поздно, пора бы и спать заваливаться. Но стоило ему выйти из комнаты, как там что-то громко упало. Можно сказать что ОЧЕНЬ громко. Люк аж вздрогнул. Парень ожидал, что у Сары сейчас начнётся бешенная истерика, но вместо этого она проговорила: — Я проклинаю полнолуние… Парень открыл дверь, с любопытством заглядывая внутрь. Рыжая стояла, бессильно опустив руки. А её любимый гамак валялся на полу, видимо, нечаянно оторванный неудачным движением на подъёме. — Ты проклинаешь полнолуние, а полнолуние, видимо, проклинает тебя в ответ. — не задумываясь ляпнул он. Сара при этом бросила на него слегка укоризненный взгляд, ей-то было не до шуток. Но Люку и несколько секунд на раздумие не потребовалось. — Ладно, идём, есть одна мысль. — Стой, какая ещё мысль? — спросила она, но парень уже вышел. — Люк… Люк! Э! Какая мысль-то? — рыжая выбежала за ним. — Ты мне объяснять собираешься или так и будешь в молчанку играть? — Вот. — сказал он, указав на свою кровать. — Спать на полу вредно, там холодно, так что, надеюсь, разные концы кровати нам подойдут. Тут он словно осознал, какую глупость произнёс, и снова привычным движением откинул волосы назад, отводя глаза. Он даже боялся посмотреть на Сару, но бросил на неё мимолётный взгляд. Её реакция тоже была неоднозначной. Она стояла, удивлённо разглядывая парня и приподняв одну бровь. — Ну… Э-э-э… Даже не знаю… — она прикусила губу, обнажив клыки. — В чём-то ты прав, но… Это странно. — Ну да. Знаю. Однако, отчаянные времена требуют отчаянных мер. — кое-как парень всё же выкрутился, хотя щёки его ярко горели от стыда. Бестия громко вздохнула. — Ладно. Надеюсь, я не прихлопну тебя во сне. Ведь такая вероятность есть. — она пожала плечами, приглядываясь к кровати. Да, она лежала на ней и раньше, но сейчас она замеряла примерное расстояние от неё до Льюиса. — Ну, тут выйдет где-то метр, а руки у меня, вроде как, не настолько длинные. — Ну вот и ладушки. Тогда давай сворачивать лавочку, поздно уже. Парень лёг на правую сторону кровати, закрывшись одеялом, ведь уже наступали холода. А Сара легла на левую часть кровати. И тут Льюис понял кое-что: он никогда раньше не видел, как бестия спит. И это была очень большая оплошность, ведь отдых и сон — важная часть жизни. Одна третья, если не ошибаюсь. А было это так: Сара сворачивалась в клубочек, чуть приобнимая самый краешек подушки, и закрывала глаза, словно довольный котёнок. Рыжие волосы её лежали сзади, беспорядочно поблёскивая в тусклых отсветах фонарей. Люк не думал, что существо, именующее себя демоном, может вот так вот спать — мило и красиво, словно она не убийца, а спасительница. Её действительно можно было сравнить с кошкой: ушастая и птичку убьёт, и съест её так, что только перья останутся, а потом придёт домой и станет ласкаться к хозяину, мурлыкая и зажмуривая глазки. Пушистая чертовка, вот уж впрямь. Расстояние Сара вымеряла неточно, его оказалось меньше, потому они были ближе Он смотрел на неё с интересом, но её глаза были закрыты. Хотя, может, оно и к лучшему, иначе Льюис уже сгорел бы от стыда. Он не мог долго смотреть девушке в глаза на столь близком расстоянии. Но он чувствовал важную вещь, которая всё равно заставляла его чуть смутится: её тепло. Её тепло, взявшееся из ниоткуда, ведь обычно её кожа была холодной, согрело одеяло, кровать, подушки, а потом дошло и до Льюиса. Он ощущал его, и понимал, что это самое приятное тепло, которое он ощущал в жизни. Почему — кто его знает, но он был уверен, что это самое лучшее в мире ощущение. Как летом под неярким, ласковым солнцем, только вот его «солнышко» не слепило глаза и не начинало резко поджаривать так, что в пору вешаться. Конечно, у Сары были и свои недостатки, но сейчас она была самым настоящим солнышком. Люк не чувствовал в ней угрозы. Он совершенно забыл, кто перед ним. Это существо научило его доверять себе, и он уже не смог бы от этого отучиться. Наверное… В любом случае, повода отучиться пока не было. Голубоглазый и сам не заметил, как уснул. И спокойно проспал всю ночь, видя самые красивые и добрые сны.

***

Открыв утром глаза, Сара уставилась на Люка и задумалась. Пока этот тихоня спит, ей захотелось его разыграть. Спросонья, авось, попадётся. И всё же есть в нём что-то необычное, что-то, чего нет в других людях. Какая-то необычная мягкость и порядочность, какой обычно нет у парней. «Может, Люций в чём-то прав?.. Да ну его, этого Люция, придурок он!» — пронеслось в голове у рыжей, когда она обдумывала детали плана и параллельно эту мысль. Бестия нежным и осторожным движением тронула парнишку за нос. Голубоглазый зажмурился и чуть отвернул голову. Кости невольно хихикнула. Было в этом что-то невероятно милое, да настолько, что на миг она почувствовала к нему особое притяжение. — Э-эй, соня, просыпайся. — сказала она со смешком. Парень открыл глаза. Он непонимающе посмотрел на рыжую, ещё совершенно сонный. Она прикрыла один глаз, щурясь, и сказала: — Доброе утро, Люки. Как спалось, милый? — это всё прозвучало с наигранной нежной ноткой. — Э… С… Сара?.. — с полнейшим непониманием спрашивал он, пытаясь проснутся. — Да я это. Ты какой-то странный, или мне просто кажется? — она сделала умильно-недоумённое лицо. — Уже забыл всё? — Ч-чего? — он медленно сел, и удивление на его лице достигло предела. — Либо я что-то пропустил, либо мне снится очень странный сон… Тут уж Сара не выдержала и рассмеялась, отвернувшись в сторону, и смех её был снова пропитан той демонической, неприятной ноткой. — Фу-х ты, чёрт возьми, Сара! — кажется, под её хохот Льюис окончательно проснулся. — Ты меня так не пугай! Я уж думал реально… Ты изменилась и… — он даже не мог закончить мысль от возмущения. — Да успокойся ты уже, психичка, я ж пошутила. — всё ещё пытаясь перестать смеяться проговорила она и села. — Тогда вопрос на засыпку — что ты делаешь в моей кровати? — он уставился на неё чуть недовольно. — С бодрым утром, забывашка! Сам меня пригласил, а теперь знай удивляется! — она чуть фыркнула, поднимаясь. — Мой гамак сорвался, если ты ещё помнишь, и ты предложил поспать у тебя. Вместо ответа парень закрыл лицо руками и выдохнул. Потом совершенно молча поднялся, вышел из комнаты и закрылся в ванной. Сара хмыкнула. Шутка явно удалась, но было в ней что-то… Что-то не смешное. Что-то самое настоящее, что снова заставило Костоломку ощутить странный жар.

***

Льюис смотрел на своё отражение в зеркале и думал. Он упирался в раковину руками, с лица его капала вода. Он не зря так испугался. Это было не простым совпадением спросонья. Ему давно снились страннейшие сны, из-за которых он не раз и не два просыпался с жаром внутри. Ему снилось, что Сара как-то изменилась. Стала добрее, мягче, ласковее. И она… Она всё время была с ним рядом. Беспокоилась о нём, всё время смотрела с нежностью. Она словно его… Чёрт, да что об этом размышлять, если это не больше, чем результат больной фантазии? Люк опустил глаза. И всё же… Какая-то часть его хотела, чтобы Сара действительно так изменилась. Ему почему-то хотелось, чтобы она как-то о нём заботилась. Он стал теряться в самом себе. Он знал, что девушка — существо из другого мира, призванное разрушать и убивать. Но почему тогда он пытался увидеть в ней хорошее? И видел ведь… Стук в дверь. Раздался голос Сары: — Ты долго там сидеть намерен? А ещё говорят, что девушки подолгу просиживают в ванной… — кажется, она стояла возле двери. Голос приглушён, а значит она опирается спиной на стену. — Сейчас выйду. — сказал Люк чуть недовольно. Он словно ожидал от неё более хорошего отношения, хотя должен был понимать, что это был сон, не более того. — Я тебе полотенце принесла, русак. — сказала она, когда дверь открылась. В руке рыжей было полотенце. Льюис так задумался, что и впрямь совершенно забыл про полотенце и про то, что у него всё лицо мокрое. Но неожиданная забота о стороны Сары удивила его гораздо больше, чем собственная забывчивость. — Ну… Спасибо. — он принял с её рук полотенце и стал вытирать лицо, изредка останавливаясь, чтобы убедиться, что это и впрямь она и это всё не сон. — Не за что, русак. Всё, а теперь моя очередь. — она мягко отодвинула его в сторону, сделав насмешливое лицо, и прошла в комнату. Льюис посмотрел на неё и хотел уже выйти, как она заговорила. — Кстати, тебе тоже спасибо. За то, что пустил к себе. — чуть помедлив, она дополнила. — Во всех смыслах. Потом, ещё раз глянув на него, закрыла дверь. А темноволосый остался в довольно смешанных чувствах в коридоре. Он всё ещё не мог понять, почему она назвала его «русак», но ему это даже понравилось. Коротко. Просто. Красиво. И снова, словно в реальности, он ощущал её тепло, согревавшее не только тело, но и душу…