Знамёна

      Знамёна двинулись, когда барьер, накрывавший Луносвет, пал. Скелеты, зомби, вурдалаки и прочие неестественные твари в едином порыве рванули вперёд, к стенам древнего города. Над толпой грозно реяли грязные фиолетовые полотнища. Полковник тогда командовал целым сегментом обороны крепостной стены, и медленно приближающиеся знамёна стали для него личным кошмаром. Каждый сон, с того самого дня как пал Луносвет, начинался с невообразимой какафонии, издаваемой армией живых мертвецов, и медленно приближающихся флагов. Гнилостные облака проклятий некромантов, горгульи хватающие солдат и сбрасывающие их со стен, кошмарные снаряды труповозок – всё это проредило его полк. Они получили приказ отступать и были вынуждены спуститься со стены, принимая бой на городских улицах. Поэтому, когда он, отбившись от очередной твари Плети, вырвался на небольшую площадь, где-то в западной части Луносвета, то не удивился увидев некроманта и небольшую свору мертвецов. Не удивился чтобы затем застыть пораженным до глубины души. Перед некромантом плыла банши. Плыла она. Последние недели он жил с трудом смирившись с её смертью, но теперь…       Глядя на своего, внезапно замершего, командира, Даяна так же смотрит в даль, за толпу мертвяков, туда, где на горизонте маячат куски ткани. Даяна так же замирает, но не более чем на секунду, ведь полковник уже взрывается волной приказов. - Часовые, смотрите в оба! На горизонте враг! Возможно нападение с неба, контролируйте горгулий! - Отдаёт приказ командир и тут же, часовые, что до этого с некоторой ленцой глядели на сражение, разворачивающееся у подножия холма на котором закрепился отряд, начинают напряженно вглядываться в воздух. - Третье отделение, следите за тылами! Жрецов в центр лагеря, магов на стены! Не подпускайте к себе банши и следите за землёй!       Под напряжёнными взглядами эльфов, некромант, заметив перестановки в стане противника, сам оборачивается, бросая взгляд на горизонт. Он знает, что эльфы не ударят в спину - слишком рискованно для них, и поэтому спешно отзывает свой отряд, бросая его на вновь прибывших. - Действуют эффективно. Тактика на уровне. - напряженно бросает полковник, наблюдая разворачивающееся побоище. - Разделяй и властвуй, да? - отзывается его лейтенант. - Не похоже на рыцарей смерти или некромантов, - хмурится Сокол, - они так не действуют. Те мясо не жалеют, а эти сражаются как регулярная армия. - То есть? - недоумевает Даяна. - Прикрывают друг друга. Видишь, правую колону, кажется, смяли, но они сами позволили нежити прорваться в свои ряды. - Указывает старший следопыт пальцем. - И правда, - удивляется следопытка, совсем юная, по меркам син'дорай, девчушка, - я как-то и не заметила. - Черт их знает кто это такие, - продолжает мысль полковник, - дерутся сознано. Латники точно что-то смыслят во владении оружием. Зомби и скелеты так не могут, те просто махают оружием как. - Так может, это рыцари смерти? - Холодеет от ужаса лейтенант. - Не глупи. Весь корпус рыцарей смерти отбыл с Артасом. Будь это рыцари, они бы уже перехватили контроль над теми, что штурмовали нас, и поверь, мы бы долго не протянули. - А знамёна то, смотрите, другие! Не Плеть! - Отзывается Даяна. - Да... и правда, не похоже на Плеть. - Вторит ей полковник.       А между тем, новые силы двигаются вперёд, разрубая отряд мертвецов. Неся над собой три знамени. Слева - синее, старый флаг Луносвета. Справа - неизвестное полковнику: разбитая фарфоровая маска, покрывающая перекрещенные стрелы на бирюзовом фоне. А в центре - чисто белое, символ мира.       Новые силы многочисленны и прекрасно организованы . Вот отряд, осаждавший их с самого утра, разбит и новоприбывшие снова перестраиваются в походные колонны. Чётко и организованно, совсем не так, как вёл своё войско Артас. За колоннами не тянется обоз в привычном понимании воинов. За колоннами тянутся труповозки и странные телеги и возки. Не слышны голоса походных разговоров, а те новоприбывшие, чьи тела всё же можно рассмотреть из под доспехов и множества слоёв одежды, однозначно мертвы.       Впереди походных колонн едут пять костяных лошадей. Полковник видел таких раньше, на одной из таких восседал и Артас. Крайний справа, массивный мертвец в тяжелых доспехах, красуется сгнившей рожей - это Сокол видит даже одним глазом. Крайний слева укутан в гнилостного цвета балахон по самые глаза, и на глаза же надвинул широкополую шляпу. Три центральные фигуры закутаны в широкие плащи с серебряной вышивкой по краю, но серого цвета уши, что выглядывают из специального разреза капюшона, позволяют узнать в них соотечественников. Бывших соотечественников, поправляет себя полковник. Отряд приближается и они могут разглядеть его в мельчайших подробностях. И подробности эти не нравятся полковнику. - Готовься к эвакуации форпоста. - Бросает он лейтенанту. - Эти нам не по зубам, возьмут штурмом меньше чем за час. - Помедлив, он продолжает. - Первыми уводи магов и жрецов. Они ценный ресурс. - А вы? Разве не лучше нам всем эвакуироваться сейчас? - Даяна откровенно боится за отряд. - А мы должны прикрыть ваше отступление и узнать о враге побольше. - Разъясняет полковник. - Трое центральных, они... - Вопрос висит в воздухе. - Да, скорее всего они были кель'дорай. - Отвечает полковник. - Не испытывай моё терпение. Выполняй приказ. - Устало вздыхает он, а затем, набрав в грудь побольше воздуха резко выкрикивает приказ: - Без моего слова - не стрелять! Бьём только по команде!       Следопыты замирают на позициях. Маги, жрецы и их охранение спешно грузятся на повозки в глубине лагеря, а новоприбывшая нежить медленно строится на склоне перед форпостом. Вперёд выходят крупные мертвецы в доспехах, за их спинами встают лучники и стрелки вперемешку с магами. Лидеры всей этой процессии выдвигаются вперёд, и перед всем этим немертвым войском оказываются трое кель'дорай. Бывших кель’дорай, поправляет себя полковник. Они грациозно спрыгивают с немертвых лошадей, под взметнувшимися плащами угадываются женские фигуры. Три следопытки, бывшие следопытки, идут к форпосту, оказываясь на самом краю магического минного поля. Воздух дрожит от напряжения, а пустая глазница Сокола дергает противной ноющей болью. Наконец немертвые рейнджеры единым, слитным движением скидывают капюшоны с головы и центральная, самая главная из них, объявляет глубоким громким голосом: - Мы Отрекшиеся. И Мы пришли помочь.       Но полковник не слышит её и тем более не понимает. Его взгляд прикован к следопытке, стоящей слева от главы делегации, Сильваны Ветрокрылой, как мимолетом отмечает полковник. Он лихорадочно шарит по лицу, что когда-то наблюдал часами, и не видит в её глазах ничего. Перепрыгивая через баррикаду, торопливо сходя вниз со склона, он всё так же вглядывается в её лицо, но она не узнаёт его. Их взгляд пересекается. - Эли… - Полу-стон, полу-шепот вырывается из сведённого судорогой горла полковника.       Её глаза всё так же ничего не выражают.