Там, где правит тьма

      — Здравствуйте, — ко мне подошёл высокий мужчина средних лет.       Он был одет довольно изысканно. Тонкие черты лица и пренебрежительно-снисходительное выражение выдавали в нём аристократа.       Я встретил его несколько прохладно, однако первое впечатление обмануло меня: он оказался деловым человеком. После короткого приветствия и обмена формальностями мы перешли к делу:       — Как вы уже знаете, некоторое время назад на наш город нападали рейдеры, после чего отступили и разбежались по пещерам. В течение последних двух недель мы охотились на них и истребили большую часть, но довольно крупная группировка сумела забаррикадироваться в месте общего сбора и собраний между бандами. Они называют его ареной, — он сделал картинный жест рукой, демонстрирующий его насмешку над этим названием.       — К моменту, когда мы нашли их, они отстроили там целый форт из листов железа и досок. Наши люди решили не атаковать, чтобы избежать потерь, — он усмехнулся, прекрасно понимая, что я догадываюсь, к чему он клонит. — Форт хорошо укреплён. В нём находится около тридцати рейдеров. Вооружены лёгким стрелковым оружием, ничего примечательного. Мы несколько раз предлагали им сдаться, но получали категорический отказ.       — В итоге мы решили воспользоваться вашей помощью, Рид. Вчера я узнал, что вы обзавелись новым экзоскелетом. Я переговорил с вашим другом, — он махнул рукой в сторону инженера, — и узнал от него, что эта машина невероятно сильна. В связи с этим, я хотел бы предложить вам помочь Утёсу ещё раз и избавиться от оставшихся рейдеров. Таким образом, жители города не пострадают, этот участок Подземки станет безопасным, а вы получите значительное вознаграждение, — он ухмыльнулся. — Как вам такая идея?       Я задумался.       Его предложение логично и вполне ожидаемо. Использовать меня, учитывая, что я непобедим, вместо жителей своего же города, многие из которых наверняка погибнут, штурмуя укрепления рейдеров. Да и к тому же, это превосходная возможность опробовать систему охлаждения. Даже десяти секунд непрерывной работы плазмотрона с лихвой хватит, чтобы уничтожить любое препятствие и пробить любую броню. Вдобавок, там, в углу, валяется мой Браунинг. Его тоже можно прихватить с собой. Конечно, мне придётся убивать людей, причём в большом количестве, но, почему-то, меня это совсем не смущает. То ли я окончательно лишился совести, то ли перестал считать рейдеров за людей после увиденного в сожжённой деревне. В любом случае, не вижу причин отказываться.       — Да, я согласен. Что конкретно от меня требуется?       — Отлично. Достаточно разрушить их укрепления и устроить там фейерверк, да покраше. После такого спектакля они точно сдадутся. Если потребуется, можешь убить тех, кто сопротивляется, но я на этом не настаиваю.       — Сколько их там?       — Около тридцати человек.       — Тогда разрешите начать прямо сейчас. Не хочу с этим затягивать, — принял решение я.       — Конечно, так даже лучше, — ответил мне аристократ. — Будем знакомы, меня зовут Карл. Карл Штайгер.       Как я и думал. Хотя в подземке не было разделения на расы, но всё же встречались люди, которые были потомками иностранцев. Зачастую они смешивались с жителями Подземки, но некоторые продолжали чтить традиции собственного народа. Значит, передо мной немец. Действительно, лёгкий акцент имеется.       — Рид. Просто Рид.       — Постой-ка, — вдруг сказала Линди.       — В чём дело?       — Я пойду с тобой.       — Это необязательно, Линди, — ответил я. — Я ведь буду в экзоскелете, так что со мной ничего не случится.       — Это не факт. Вспомни, как всё сложилось, когда ты дрался с танком.       — Это было совпадение. К тому же, я вылез из брони.       — Неважно. Я иду с тобой, и всё, — Линди упёрла свои ручки в бока и посмотрела на меня не терпящим возражений взглядом.       Брать её с собой? Опасно. Впрочем, её всегда можно оставить вместе с кем-то. Вовсе не обязательно тащить её в самое пекло. Значит, решено. Возьму Линди с собой, вдруг действительно поможет. Вдобавок, почему-то я чувствую, что и сам хочу этого. Словно только и думаю о том, чтобы она была рядом. Настолько привык к ней? Или что-то ещё? Что это за чувство? К чёрту, мне лень в этом разбираться — это подождёт.       — Ладно, так и быть. Забирайся на броню.       Довольно ухмыльнувшись, она ловко вскарабкалась на скафандр, пристроившись на верхней поверхности «рюкзака» с элементом питания.       Элементом питания… точно.       — Эй! — окликнул я инженера. — А от чего питается «Гектор»? Я не видел на экране значка состояния батареи.       — Его там нет и не должно быть, — ответил мне мужчина. — ARX-7 °C питается от реактора.       Я опешил.       Реактор? В таком-то скафандре? Впрочем, ничего удивительного. Для машины, вооружённой такой вещью как модификация промышленного плазмотрона, устройства для сварки и разрезания даже прочнейших металлов, словно бумаги, реактор был вполне уместным источником энергии.       — Это не опасно?       — Нет, он превосходно экранирован. Ни один нейтрон не проскочит, — улыбнулся простенькой шутке механик.       — Ясно, спасибо, — закрывшись в экзоскелете, я вставил охладитель в необходимый слот, поместил запасные на поясе, затолкав их в универсальные крепления, и направился к выходу.       Осторожно нагнувшись, чтобы не ударить Линди, я выбрался наружу, сразу же приметив заинтересованные взгляды прохожих, и пошёл к выходу из города. Штайгер шёл вслед за мной.       После нескольких минут ходьбы мы выбрались из города, где аристократа уже ждала машина. Забравшись в неё, он указал что-то шофёру, после чего они поехали вперёд. Достаточно медленно, чтобы я мог поспевать за ними.       Дорога тянулась долго. Это был уже знакомый мне маршрут, по которому сюда приехал танк. Машина, явно докризисная, хорошо ухоженная, легко глотала километр за километром, не чихая и не ломаясь, как грузовики караванщиков. Для меня подобная роскошь была недоступна. Впрочем, я не особо-то и волновался по этому поводу. «Гектор» был удобным и довольно эффективным средством передвижения, а его невообразимая прочность была объектом моей гордости и уверенности в себе. С некоторым сожалением я всё чаще замечал, что от прежней осторожности почти ничего не осталось. В то же время, я не мог упрекнуть себя за это, ведь в моём текущем положении от излишней пугливости могли быть проблемы. Я стал слишком сильным, чтобы сохранять такой уровень осторожности.       Прошло около двух часов, прежде чем мы прибыли к перекрёстку, на котором я впервые столкнулся с танком. Проход, из которого он выехал, всё ещё был украшен царапинами на полу и потолке, возникшими в результате проезда здесь танка, который едва помещался по габаритам в узкий тоннель. Вокруг него было несколько палаток, среди которых бродило около двух десятков ополченцев.       — Это прямой путь к лагерю рейдеров, — указал рукой Карл. — Мы с шофёром и девочкой останемся здесь, с остальными, и будем ждать твоего возвращения. В случае, если ты не вернёшься через четыре часа, мы отправимся следом и нападём самостоятельно, — сказал он, снимая пиджак, под которым оказался бронежилет, и забирая с пассажирского сидения чехол с винтовкой.       Я всё больше проникался уважением к этому человеку. Оказалось, он не боялся замарать руки и не прятался за спинами подчинённых.       — Понятно. Я пошёл.       Дождавшись, когда Линди спустится вниз, я попрощался с ней, махнул рукой смотревшим на меня ополченцам и пошёл вперёд.

***

      Луч прожектора освещал тоннель, который уже час тянулся вперёд. Я бы давно потерялся, не будь у меня такого заметного ориентира, как царапины, которые выглядели словно дорожная разметка из комиксов.       Вскоре я заметил впереди огни. Стены тоннеля разошлись в разные стороны, открыв передо мной широкое пространство пещеры. В центре, как я и представлял, находилась большая, наспех сооружённая баррикада, разделявшая помещение примерно напополам. Перед ней виднелись следы боя. Видимо, предыдущие визиты ополченцев действительно не увенчались успехом, хотя меня и смутило то, что они расположили лагерь так далеко от базы рейдеров. Однако я вспомнил, что эта часть Подземки была неизученной и тупиковой. Тот коридор был единственным выходом из неё. Вдобавок, он же был ближайшей к их логову изученной территорией, где нападавшие могли чувствовать себя уверенно. Необычно, но логично.       Подойдя поближе, я заметил в стенах отверстия для стрельбы, из которых торчали стволы винтовок и пулемётов. Всё верно, как и ожидалось, без боя рейдеры не сдадутся.       Несколько помедлив, я всё же выполнил комбинацию движений, необходимую для развёртки плазмотрона. Повреждённая рука плохо слушалась, да и мне самому было немного страшно. До сих пор были свежи воспоминания о боли, которую мне пришлось испытать при первом использовании этого оружия.       Ещё раз убедившись, что кулер установлен правильно, а с иконки плазмотрона пропал восклицательный знак, я сжал кулак. Внутри механического продолжения руки «Гектора» что-то быстро завертелось. Я услышал, как отверстия на его спине начали быстро и мощно всасывать воздух. Боевое отделение устройства начало светиться, от него пошёл белый дымок.       Наведя руку на баррикаду, я повернул кулак вертикально, запустив оружие.       Сияющий поток плазмы рванулся из неё, врезавшись в стену, которая в считанные мгновения покраснела и начала плавиться. Нарастающее давление разбрасывало во все стороны пыль и камешки, вкупе с брызгами жидкого металла.       Водя рукой из стороны в сторону, я спокойно и методично превращал укрепления рейдеров в оплавленную кучу хлама. Показатель работоспособности кулера уменьшался на глазах. От первоначальных десяти секунд осталось всего три.       Вернув кулак в горизонтальное положение, я с удовлетворением обнаружил, что температура внутри оставалось выносимой, не превышая сорока градусов.       В меня начали стрелять откуда-то сбоку. Пули забарабанили по броне, словно горох, лишь забавляя меня. Фигурки стрелявших перемещались ближе к стене, избегая оплавленных участков, где температура воздуха превышала несколько сотен градусов. В пещере бушевал настоящий огненный шторм. Горело всё, что могло гореть.       Наведя руку на бежавших, я ощутил, как моё лицо искривилось в садистской ухмылке. Кулак сам развернулся в вертикальное положение.       Одним аккуратным движением я полоснул по ним последним потоком плазмы, от которого их тела словно испарились. Плазмотрон выключился, кулер с шипением отстрелился, упав на землю. В этот же момент из пылающего кострища вышел человек в экзоскелете. Рейдер. Это была уже не самодельная жестянка, нет. Это был, пусть и разукрашенный, но всё же до боли знакомый скафандр. ARX-2. Грапплер. Как я и думал, мой был не единственным.       В руках у противника была зажата большая стальная балка, которую он использовал в качестве оружия. Я лишь усмехнулся.       Словно самого себя убиваю. Забавное чувство. Дежа вю, если не ошибаюсь. Вот только в прошлый раз это я выходил из огня в Грапплере, а теперь всё наоборот. Вплоть до того, кто победит. Наивный дурак. Сиди он тихо, я бы ушёл, не заметив его, а теперь он умрёт.       Из левой руки выскочило лезвие резака. Теперь — в сопровождении снопа искр. Действительно, механик сделал так, чтобы оно затачивалось при каждом обнажении.       Нападавший побежал на меня, замахнувшись своей балкой. Одним мгновенным движением я разрезал его оружие. Оплавленная часть отлетела, словно игрушечная, к стене.       Обрезанная почти до упора, балка стала бесполезной, и мой противник ударил меня кулаком, который с грохотом сплющило от столкновения со сверкающей бронёй «Гектора».       Схватив его за руку, я сжал её так, что она затрещала по швам и погнулась. Из трещин потекла кровь. Человек в экзоскелете судорожно задёргался, пытаясь освободиться. Он бил меня второй рукой, но Грапплеру не хватало мощности, чтобы противостоять Гектору.       С лёгкостью подняв его в воздух, я одним движением разрезал его пополам примерно на уровне талии. Ноги безвольно упали вниз. Верхняя часть несколько мгновений билась в агонии, после чего затихла, повиснув у меня в руке, словно кукла.       Отбросив от себя труп, я развернулся и пошёл назад. Больше здесь делать было нечего.       В голове всё ходило ходуном. Я не понимал мотивов своих действий. Меня пугала моя жестокость и бесчеловечность. Я словно бы окончательно превратился в чудовище, лишь по ошибке сохраняя совершенно неуместный для такого, как я, рассудок.       Поглощённый подобными размышлениями, я и не заметил, как был на месте.       В лагерь я вернулся несколько удручённым. Мне нужна была Линди. Только с ней я мог быть спокоен. Только с ней мои мысли ничего не тревожило.       Карл встретил меня взмахом руки:       — Как всё прошло?       — Я убил их всех, — подавленно ответил я.       — Ладно… — немного опешив, сказал Штайгер. — Всё в порядке?       — Да. Где девочка, которая была со мной?       — Я отвёл её в палатку повара. Он приглядывает за ней, и она никому не мешает. Вон та палатка, — он указал на дальний тент, из которого шёл едва заметный дымок готовившейся еды.       Выбравшись из Гектора, я пошёл в указанную сторону и вошёл в тент.       Мои глаза округлились от увиденного. У полевой кухни никого не было. В кастрюлях виднелась сгоревшая еда. На мешках, сваленных в углу, лежал человек. По-видимому, повар. У него на руке виднелся хорошо знакомый мне чёрный след от попадания оглушающей пули. Его широко раскрытые глаза слезились и были направлены на меня. Стенка палатки, противоположная от лагеря, была разрезана. Сквозь неё виднелась темнота тоннелей Подземки.       Определённо, это дело рук охотников. И что самое страшное…       Линди не было.