Его маленькая слабость

Больше всего Драко хотелось сейчас оказаться в Дурмстранге. Там было бы гораздо спокойнее, он бы не отвлекался, держа свои мысли в порядке, а тело в холодном безразличии. Чувствуя себя полным идиотом, он уж около 10 минут любовался, как играют в отблесках факелов волосы Лили. Словно огненные нити… Завтрак уже давно остыл. «Черт тебя возьми, Роуз, ты становишься Уизли! Стоп, ну хватит, аристократ, какое тебе может быть до нее дело? Она предательница чистой крови!... Может пригласить её на Святочный бал?». Первым уроком было зельеварение, которое обещало очередную пытку для Драко. Лили, совершенно не стесняясь Снейпа, о чём-то шепталась с Грейнджер, а он снова не мог оторвать от неё взгляда. «Будь на её месте Поттер… Да что там Поттер, любой из Гриффиндора, не избежать скандала и потери баллов. Почему он делает вид, что так и должно быть? А, все-таки, она ваша любимая ученица, сэр, раз вы прощаете ей подобное поведение на своих уроках…» - Мисс Роуз, будьте добры пересесть к мистеру Малфою, вы мне мешаете. А что касается нашей мисс-я-знаю-все, если я еще раз услышу, как вы разговариваете на темы, не относящиеся к лекции, мы будем практиковать на вас яды и противоядия! – недобро сверкнув глазами, сквозь зубы проговорил Снейп. Драко мысленно зааплодировал. «Браво, сэр, браво!». Лили с несчастным видом собрала свои вещи и… Сердце застучало быстрее, чем обычно. Словно в полусне, он смотрел, как она пересекает класс и садится рядом с ним, делая вид, что его не существует… Он пустое место, никто и ничто, дыра в пространстве. «Как же ты меня бесишь, Роуз! Ты и твоя глупая гриффиндорская гордость! Интересно, насколько тебя хватит? Боже, как здорово ты пахнешь…». Драко повел носом, и в животе защекотало, словно он слишком высоко взмыл в воздух на своей метле. - Привет, Роуз, - не выдержав, пробормотал он. Лили испуганно вскинула брови, словно он только что признался ей в любви. - Что тебе нужно? - спросила она, загородившись учебником. - Хочу пригласить тебя на бал… - Меня? Невыносимую Уизли-гриффиндорку? «Она владеет легиллеменцией?». - Нет, просто девушку, которая мне не безразлична. «Ну, давай же, я опять веду себя как твой верный песик, осталось только радостно залаять и броситься перед тобой на колени, сжалься!». - Я подумаю, хотя это вряд ли что изменит, поэтому отвечу сразу: нет. Подавив желание схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть, Драко отвернулся и мысленно поблагодарил Лили за её упрямую непокорность. Страшно было даже представить, если бы она вдруг согласилась? «Главное, не смотреть на неё дольше минуты. Ничего такого, рыжие волосы, глупый вид, лев на мантии. Черт, ну почему лев, а не змея?». Стало немного легче. Снейп был прав. Выкинуть из головы, сделать разум чистым и невозмутимым. О, Мерлин! Лили уронила перо на пол, и они оба потянулись за ним, едва не стукнувшись лбами. Драко сам не заметил, как слегка коснулся её руки. В груди словно взорвался небольшой фейерверк. «Спокойно, аристократ, ты справишься с этим… Спокойно! Что бы сказал отец? Ха, держу пари, похлопал бы по плечу и отправился к её семье, обсуждать помолвку. Неудачный пример». Драко обернулся и посмотрел на Пэнси. Она сидела за соседним столом и сверлила Лили ненавидящим взглядом. Стараясь не рассмеяться, он уткнулся в книгу. «Глупое создание. И, похоже, мое единственное спасение от самого себя!». В этот же день после ужина, он, как обычно без стука, вошел в её комнату. Небрежным жестом показал ее соседкам, чтобы они вышли и остался с ней один на один. Как же ему не хотелось разговаривать с ней сейчас, а уж тем более появляться в обществе. Можно было, конечно, поехать домой. Родители, как обычно, устроили бы свой рождественский прием для избранных, собрав все самые чистокровные сливки волшебного мира. А самое главное – любая девушка почла бы за счастье быть рядом с ним, жадно ловя каждое слово, соперничая за право танцевать с ним, а после – уйти с ним в спальню. Подобные девушки были частыми гостьями в их особняке, Драко даже подозревал, что отец платит им за это неплохие деньги, иначе ни одна из них вряд ли легла в кровать к тринадцатилетнему мальчишке, перебравшему с шампанским. Так было на прошлое Рождество, и он вряд ли хотел повторения этого снова. - Ты идешь со мной на бал, - едва выдавил он из себя. Получился даже не вопрос, а скорее как собой разумеющийся факт, потому что Драко знал, её не стоит спрашивать, Пэнси готова на все ради него, даже прыгнуть со скалы. Главное, не показывать хотя бы ей своей слабости, не дать ей понять, что она всего лишь запасной вариант. Унизительно. «Пускай почувствует себя принцессой, лишь бы не переборщила с выпивкой». Пэнси уже висела у него на шее: - Я знала, что ты пригласишь меня! – шепнула она ему на ухо, которое тут же обожгло ее дыхание. Мягко отстранив её от себя, чтобы она не смогла рассчитывать на что-то большее, Драко поцеловал ей руку и вышел из комнаты. Любая близость сейчас казалась просто омерзительной. Может, в голове что-то пошло не так. Когда в тот же вечер, переспав с гостьей, имени которой он даже не помнил, он шел мимо отцовского кабинета, дверь в который была слегка приоткрыта, и увидел, как отец развлекается с этой же девицей, которая еще некоторое время назад лежала рядом с ним. Как после этого не пропасть вере во что-то светлое, гораздо большее, чем долг аристократа, особенно, когда тебе так мало лет, и ты еще никогда не влюблялся по-настоящему. Все продается и покупается… Драко верил единственному человеку – Нарциссе, которая беззаветно, почти слепо все эти годы любила Люциуса. Каждый день он мог видеть, как она смотрит на своего мужа, как держит его за руку. Драко знал, что она будет валяться у него в ногах, если он этого потребует. И ему хотелось любви, глядя на мать, но только чтобы она была взаимная, и на неё не действовали законы семьи Малфоев. Засыпая, Драко почти не думал о Лили. Радостно улыбнувшись, он на секунду подумал, что, возможно, ему сегодня удалось перебороть себя, только сердце неприятно ныло, словно напоминая мозгу то, что он так отчаянно пытался забыть.

***

Хогвартс еще никогда не был таким нарядным. Нетающие сосульки свисали с перил мраморной лестницы, традиционные двенадцать ёлок Большого зала увешаны светящимися желудями, живыми ухающими совами из чистого золота и другими волшебными игрушками. Рыцарские доспехи пели рождественские гимны. А Пустой Шлем радостно призывал: «О, чистые души, стекайтесь во храм…». К сожалению, он помнил только половину этого гимна, возвещавшего рождение Господа. Филч изрядно намучался, доставая из доспехов Пивза, который прятался там и распевал во весь голос довольно похабные песни. Естественно, на каникулы им задали целую гору домашних заданий, но они заботили Драко в последнюю очередь. Просидев в своей комнате до последнего, он собрал волю в кулак и, наконец, вышел в гостиную, на ходу застегивая пуговицы своей бархатной парадной мантии. Пэнси уже ждала его. Вздохнув с облегчением, он оглядел её наряд: ничего вызывающего, что могло бы испортить ему настроение. Девушка скорее напоминала торт со взбитыми сливками, благодаря многочисленным рюшам, щедро украшавшим её белое платье. В холле уже гудели ученики, ища своих спутников и спутниц. Пока они, молча держась за руки, поднимались по лестнице, Драко чувствовал, как его спокойствие постепенно улетучивается, сменяясь волнением. Лили он увидел почти сразу. Она стояла вместе Фредом Уизли и выглядела…. Как никогда притягательной. И главное, ей это практически ничего не стоило. Другие девушки щеголяли многочисленными украшениями, хвастались оригинальностью покроя платьев, а она просто стояла, чему-то загадочно улыбаясь. На ней было простое платье оливкового цвета, а в волосах поблескивали небольшие изумруды, очевидно украшавшие шпильки. Лили словно сошла с одной из хогвартсовских картин 19-го века. Пройдя мимо них, Драко хмыкнул, но постарался не задерживать долго взгляда на своей красавице, которая, к сожалению, сейчас держала за руку не его. - А эта Роуз та еще штучка, оказывается! – высокомерно усмехнулась Пэнси, - клялась, что любит одного, а на бал пришла с другим. - В каком смысле? – как можно более спокойно спросил он. Пэнси даже порозовела от удовольствия – сплетни были её стихией, ну и еще бы, наконец-то он ее слушает. - Я слышала, как она говорила своей грязнокровой подружке, что одному из близнецов Дамблдор стер воспоминания об их отношениях, потому что ей из-за этого грозила какая-то опасность. Она еще жутко плакала, - Пэнси хихикнула, - говорила, что любит только его и сделает все, чтобы вернуть, а теперь утешается в компании его брата. Стиснув её локоть, Драко скривил губы, чтобы не улыбнуться. - А они не говорили, что за опасность? - Нет, но, надеюсь, это что-то серьезное, - довольно ответила Пэнси. Он обернулся. Лили и Фред не казались парой, хотя он обнимал её за талию, а она стояла, положив ему голову на плечо. На губах улыбка, а взгляд всё равно потухший. Неожиданно, ему стало её жаль. Драко бы даже согласился быть на месте Джорджа, лишь бы всё стало по-прежнему, и он больше не терял голову при виде Лили. Бал открывали чемпионы Турнира Трех Волшебников. Настроения танцевать не было абсолютно и, радуясь тому, что у Пэнси легкий характер, и она спокойно ушла танцевать с Блейзом, Драко выбрал самый дальний столик и, усевшись за него, погрузился в свои мысли. Неожиданно, мимо него, о чём-то споря, прошел Джордж Уизли со своей новой подружкой. Захотелось наслать им вслед Заклятие Подножки, уж очень они оказались рядом не вовремя. «Стоп, они ссорятся? Да какое мне дело….». Лили танцевала со Снейпом, а несколько парочек в изумлении глазели на них и шептались. Отвернувшись, Драко залпом осушил бокал с шампанским. Даже вид Поттера, растерянно сидевшего по правую руку Дамблдора не мог сейчас поднять ему настроение, оставалось только смириться с тем, что он сегодня вряд ли получит то, что желает больше всего на свете и останется довольствоваться поцелуями с Пэнси. Песни играли одна за другой, сливаясь в сплошную какофонию звуков, что невозможно было даже отличить быструю мелодию от медленной. Чувствуя, что уже больше нет сил упиваться жалостью к себе, Драко поднялся с места, надеясь, что Лили не забыла уроки вежливости и не откажет ему в танце. Он даже будет молчать, лишь бы только она побыла рядом хотя бы пару минут. Оглядев зал, в поисках неё, Драко нахмурился. Лили уже приглашала Джорджа на танец, лукаво ему улыбаясь. И вот они берутся за руки, идут в центр зала… Усмехнувшись своей неожиданной смелости, Драко направился к выходу. Дверь во двор была открыта, и холл был наполнен приятной прохладой. Часть газона перед замком превратилась в просторный грот, увешанный китайскими фонариками - тысячи настоящих живых фей сидели в наколдованных розовых кустах, а также висели, трепеща крылышками, у статуй Санта Клауса и его оленей. - Мистер Малфой, уж не надумали ли вы сбежать? – деловито осведомился Снейп, как всегда возникая, словно из-под земли. - Нет, сэр, я даже не успел подумать об этом. - Я могу вам помочь? - Вряд ли вы можете повернуть время вспять, - усмехнулся Драко, ежась от неожиданного порыва ветра, - знаете, я думаю, что вы были правы. Лучше выбросить её из головы. Ту девушку. Я хочу спокойствия. - Рад за вас, Драко, это решение дорогого стоит. И долго вы намерены притворяться, что ничего не чувствуете? - Насколько хватит сил. - Тогда, может быть, вам это должно помочь, - Снейп коснулся своего виска волшебной палочкой и вытянул длинную серебристую нить, - дайте вашу руку. Драко молча протянул ему ладонь. Снейп осторожно сбросил воспоминания, которые тут же впитались в кожу. Ощущения были таким, будто по всему телу прошел небольшой электрический разряд, затем… все стало меняться. В памяти начали всплывать картинки незнакомого ему события, или… Лили словно только что была в его объятьях, и они танцевали. Казалось, даже в воздухе витает аромат её духов. - Спасибо, профессор, - пробормотал он. Неожиданный подарок, и он никогда не ускользнет от него, навсегда оставшись в памяти, помогая жить дальше. - Терпения вам, Драко, ваши желания еще могут сбыться, - сухо сказал Снейп и вышел во двор, практически моментально скрывшись в темноте. Чувствуя, что сегодня ему точно ничего не помешает уснуть, Драко направился в свою комнату. Удивительно, но всё было так, как прежде, еще до его поездки во Францию, разве что теперь у него была тайна, его маленькое оружие, призрачная мечта, которая сделала его чуточку лучше.