Босиком по облакам

Всё было нормально. До того, как я подлетела к острову, а дальше начался бардак. Я не сразу смогла приземлиться — поднялся жуткий ветер, пришлось пережидать какое-то время, а мне нужно было зарегистрироваться. Неважно, как откуда и зачем ты сюда пришел/приплыл/прилетел, но ты обязан сказать свое имя (или прозвище) в определенных пунктах. Пункты эти работают с пяти утра и до десяти вечера, уже было около восьми, а я всё ещё парила в паре километров над островом, но снизиться не могла. Как это вообще работает, а? Часам к десяти мое терпение, уже изрядно истончившееся, исчезло почти с концами. Я была злая и замерзшая, остров был зимним, но там горели огни и шел из труб дым, так что где-то было тепло. И меня в этом где-то не было. Вторая проблема началась после того, как я спустилась и зарегистрировалась под прозвищем «Чародейка». Марко рядом не было. И этого было достаточно, чтобы неприятные личности начали ко мне приставать. Это были не только грабители и возможные насильники, но и просто торговцы всякой дрянью и дурью, а район я выбрала неудачный. Крайне, как оказалось. Таким личностям хватало ненавязчивого пинка в печень, чтобы о то меня отстали, а ещё я была крайне раздраженной. У меня были координаты места, где можно переночевать, но туда надо было ещё и попасть. Даже в теплой куртке было холодно. Это была третья проблема. Я зашла в таверну, замерзшая и раздраженная, злая как Морской Дьявол. Отряхнув снег с плеч, я подошла к хозяину таверны. — Где тут Лесная улица? Он недовольно посверкал золотистыми глазами, но объяснил, и я тут же свалила, чтобы избежать дальнейших вопросов. Плевать было на все эти недовольные взгляды и намеки, если честно. Город внезапно опустел. Это комендантский час? Марко про него ничего не говорил, в записях этого тоже нет. Звонить брату буду в крайнем случае, а сейчас лучше поторопиться. На одном из домов наконец-то показалась табличка «Улица Лесная, 32», я свернула. Где-то здесь должен быть магазинчик для навигаторов, а напротив небольшой бар, где можно будет снять номер. Хотелось спать, я периодически зевала. — Эй, красотка, сегодня так холодно! Хочешь, я тебя согрею? — донесся чей-то полупьяный голос. Расшатанным и без того нервам этого оказалось достаточно, чтобы мне сорваться. Наверное, в моем взгляде было что-то такое, от чего мужик струхнул и свалил куда подальше. Раздражение грело не хуже печки, но огонь гнева пришлось притушить — чтобы себя изнутри не разрушать. Апатично я открывала дверь нужного бара, апатично интересовалась насчет номеров. Очнулась я только в ванной за закрытыми дверьми, отмокая в теплой воде. Надеюсь, это потому, что первый блин немного комом, потом лучше станет, верно? Оказалось, нет. Утро началось вполне бодро, где-то до выхода на улицу. Именно тогда я столкнулась с какой-то странной вещью, и пришлось возвращаться обратно. — Что это за голубой туман на улице? — А? Ты же не местная, — задумчиво протянул хозяин, — С утра и вечером в десять и одиннадцать он появляется на час. В это время на улицу лучше не выходить. — Это местный феномен? — Дьявол его знает, — буркнул хозяин, — Лет пять назад появляться начал. — А под покровительством Шанкса он сколько лет? — Семь. Его моя компания уже начала раздражать, да и у меня есть дела, так что надо… Марко надо звонить, вот что! Улитку я достала из-за пазухи только в комнате, сняла трубку, набрала. Гудков нет. Значит, связи тоже. Буду ждать и бдеть, пока этот таинственный туман не уляжется. В аниме Шанкс был кем-то вроде доброго наставника, но сейчас я в этом уже не уверена. Канон каноном, но слишком этот туман меня напрягает и ставит доброту и личность Шанкса под большо-о-ое такое сомнение. Ему-то, конечно, всё равно на мое отношение, но мне его мнение вообще не важно. Пока выходить нельзя, нашла себе другое занятие — писала в блокноте заметки по поводу предыдущих островов, потом туман рассеялся, появились люди, и я отправилась договариваться. Первым был местный чиновник. Вежливость — наше всё. Не прокатило. Я действительно была убийственно-вежливой, но слушать меня не хотели ни капли. Что ж, силу люди всегда лучше понимали. Зато получилось всё хорошо и быстро. Ещё трое по такому же принципу за день. Вечер я хотела провести в компании хороших книг, так что засела в городском архиве. Библиотека, конечно, подошла бы больше, но скоро должен был начаться тот самый туман, так что лучше уж это. Охрана недоумевала, сопротивлялась, но пустила меня читать записи. Я схватилась за голову: — Черт! Я забыла позвонить командиру! Это была ошибка. Туман пропал, я отправилась в гостиницу и уже там достала Муши. Марко ответил почти сразу, улитка перекнула, я моргнула: — Марко, у меня тут какой-то странный туман. — Какой туман? Мы были там не так давно. — Непонятный голубой туман с металлическим отблеском, людей в это время на улицах нет. Вчера я немного надышалась этой гадости, но пока ничего страшного. — Как только почувствуешь какое-то недомогание — звони мне, будем решать, йой. В архиве уже была? — Да, но пока ничего не нашла на эту тему. Вряд ли такая информация будет храниться в архиве. Ещё во время тумана не работают Муши, так что я не могла дозвониться вечером. — Это хреново. В городе есть лаборатория, йой. Там может быть что-то на эту тему, его могли изучать. — Объяснишь, как добраться? Лаборатория оказалась серо-зеленым зданием с небольшими окнами и множеством вытяжек на крыше с какими-то голубоватыми пятнами по краям. Эта дрянь оттуда идет? Внутри было светло и довольно чисто. Двери — о, какое счастье — в большинстве своем подписаны, хотя эти надписи мало что мне говорили. Шанкс, человек, к которому у меня ни счетов, ни претензий, был для меня всё ещё персонажем мира Ван Пис, и сомневаться повода в себе не давал. То есть, конечно, в первых эпизодах было сказано о том, что они пираты и доказано убийством человека, но кого это волнует, право слово! И не показался он мне человеком, который может такое на острове допустить. То есть, либо я не права, либо Шанкс об этом не знает и это может быть компроматом. Потом скажу Марко об этих своих соображениях, а пока посмотрим кабинет некого ученого «Т. И. Тана» в конце коридора, к которому я подошла. Заперто. Но, в прочем, ожидаемо. Замки вскрывать я не умела, но у меня была та, кто могла это сделать проще и без последствий. Вода из воздуха послушно юркнула прозрачной змейкой в замок и вскоре раздался щелчок. Змейку я погладила и отпустила, потом прошла и прикрыла дверь. На столе несколько Муши ближнего действия, все с очками-половинками, как у профессора Дамблдора в известной школе, все спящие. Видео Ден-Ден Муши было всего три, все в начале коридора, всех я приманила листом салата и держала в мешке. В столе были какие-то отчеты, дела и — как раз то, что мне нужно! — исследования минерала азула* или Сердца Океана. «Минерал в твердой форме имеет насыщенный синий цвет, за что его назвали Сердцем Океана. В малых дозах и при смешивании с другими веществами может стать лекарством, в чистом виде — крайне ядовит и опасен. При контакте с кайросеки взрывается». Дальше шли таблицы совместимости с другими металлами, результаты экспериментов, графики, ещё что-то… «Эксперимент по влиянию на людей». Такого было название одной из папок. На всем острове, что ли? «Дата начала 11.07.16 г. н. э. В воздух в 10:00 было выпущено тысяча литров раствора пятипроцентного азула. Голубовато-синий туман. Погибло: 5 человек. Получили серьезные травмы: 20 человек. Выздоровело: 27 человек». Офигеть… Пять человек погибло, двадцать пострадало и примерно столько же в сумме вылечилось. От чего? Как это работает? Или ученые тоже не поняли и… и экспериментируют до сих пор? Ужас. Дальше всё сводилось к тому, что погибших и поправившихся пытались рассортировать, запускали подобные эксперименты сначала каждый месяц, потом каждую неделю, потом каждый день. Жители что-то просекли, в это время на улицу не выходили, но всё равно кто-то постоянно умирал. Это были разные люди по полу, возрасту и роду деятельности, но умирали-выздоравливали почему-то фифти-фифти. Иногда это цифра немного сдвигалась, но незначительно и временно. Они пять лет этим людей травят. Пять лет. Как Шанкс про это не узнал? Или узнал? От каких болезней лечились люди? В следующей папке нашелся ответ на последний вопрос. Была бы доктором — что-нибудь и разобрала бы, да только чего нет — того нет. Хотя… Интересно, Марко знает на этом острове какого-нибудь доктора, который не очень преданно докладывает Шанксу и хорошо разбирается в медицине? Надо будет узнать, но чуть позже, пока посмотрим, что тут есть ещё. В общем, особенно интересного я тут больше не нашла. Какие-то таблетки от простуды, ещё что-то по мелочи. Несколько списков, старые напоминалки — связаться с тем-то, уточнить то-то. Несколько книг на столе, все — по медицине, кроме одной старой почти-брошюрки. В таких, вроде, сказки печатают? Да, точно, несколько сказок. Пролистала, положила на место. Воля засекла кого-то. В голову сразу рухнула информация — статист, раздражен, высокий, направляется сюда. Больше пока я определить не могла, но это было и не нужно. Схватив пару папок, посмотрела в окно — второй этаж, карниз широкий. Окно поддалось со второй попытки, я выскользнула, пребольно ударившись о раму. Потирая ушибленные ребра, прислушивалась к тому, что происходило в комнате. Передо мной удачно росло ветвистое дерево, которой лезло в лицо ветками и скрывало меня от людей со двора. Пару секунд ничего не происходило, человек сел за стол, встал, прошелся до окна, потом собрался меня достать. Пару секунд я сопротивлялась, но ветки крайне мешали, рука была чересчур напористой, и мою легкую тушку втащили обратно в кабинет. — Воровка, верни, что украла! — крикнул он мне — высокий мужчина в халате с темными волосами — и потряс тушку. — Я ничего не крала, — слишком очевидно солгала я, — И вообще мимо проходила. — Две папки со стола пропали, возвращай! — разозлился мужчина и снова меня потряс. Мне такое обращение надоело, и я аккуратно — чтобы сильно не повредить хрупкого ученого — пнула его в живот. Ниже ноги не доставали. Пол оказался неожиданно близко, я отскочила. Через несколько минут, когда мы достигли хрупкого мира и взаимопонимания, высинилось, что глава лаборатории — некто Редок — хочет убить Шанкса с помощью азула. Офигеть. И что мне с этим делать? — Ты и Редок как-то связаны с Шанксом? Мужчина кивнул. Наверное, это Тан и кабинет его. — Да, меня он спас и помог, а Редок… Ну, ему Шанкс немного насолил, запретив создавать бактериологическое оружие. Не знаю, что между ними происходит, но Редок — редкостный лицемер, хоть и хороший фармацевтик, и Шанкса терпеть не может. — Ты хочешь Шанкса спасти? — Да. Я ему жизнью обязан. А теперь хоть назовись! — Чародейка, — на автомате ответила я, размышляя о том, как же поступить. Надо звонить Марко. Точно, — В общем, сейчас я завершу кое-какие дела, вернусь и буду с планом наготове. Хорошо? — А-ага, — неуверенно согласился Тан, — Эй, стоять! Папки! — Верну позже! — хмыкнула я и свалила через окно. В первом же безлюдном переулке и засела. Ночь, никого нет, фонарь через раз мигает, Воля работает. Пересказ занял не больше десяти минут. — Шанкс нужен нам живым, йой. Так что готовящуюся диверсию надо остановить. Тут могут быть люди Рыжего, так что осторожно, смотри, чтобы тебя саму за врага не приняли. Азул по возможности уничтожить. Если Тан не врет про то, что его Рыжий спас, то он тебе поможет. Редока возьмешь живым и допросишь по поводу плана покушения. Он может знать что-то интересное, или быть чьей-то пешкой. Шанкс для Большой Мамочки и Царя зверей — та ещё заноза в заднице. Его точный план, если уничтожишь минерал, можешь не узнавать. Всё, мне пора, йой. Ну, план есть, главное, чтобы не провалился. Как же. Куда же я без неприятностей. Сначала всё было неплохо. С взаимной антипатией с Таном мы разобрались, он рассказал, как охраняется азул. Несколько дверей, все с охраной, у каждой надо показывать пропуск. Уборщики даже то, что в их ящиках показывают. Если произойдет нападение — запустится газ по команде любого охранника, усыпит всех в радиусе нескольких коридоров. Там много Ден-Ден Муши. — Представишь меня как студента-медика из какого-нибудь места. — На этом островов только одно место, где могут быть студенты-медики — эта лабораториия, и все они имеют пропуска. — Скажешь, что я с другого острова, пропуск сделать не успели, да и не нужно, потому что я ненадолго. Там есть ещё что-то кроме азула, но рядом? — Да, несколько других минералов и экспериментальная установка. — Тогда можно сослаться на передачу опыта или ещё что-то… Ты же гений, неужели не сообразишь? — Хорошо, Чародейка. Ты будешь откликаться на Сидри-куна. Одежду надо достать в химчистке. А ещё делать всё это днем. — Зачем? — Потому что если ты прибыла совсем ненадолго, то не раньше пяти утра, плюс время добраться от порта сюда и зарегистрироваться. Так что сейчас надо найти тебе одежду и поспать. В общем, диверсию мы отложили до половины шестого утра. Я, переодетая, прошла пару кварталов до лаборатории, прошла до ворот, крикнула, что я к ученому Т. И. Тану. Он ко мне вышел через десять минут, прошли до гардероба. Перед спуском в подвал Тан сказал: — Редок сейчас, скорее всего, страдает в баре от похмелья, вчера был у кого-то день рождения. — Так вот почему меня никто не встретил. А ты? — А я не люблю толпу. Здоровенные сильные мужики из охраны на отсутствие пропуска неодобрительно смотрели, но видя разрешение Редока (когда только успел?) и присутствующего при мне Тана, закрывали на это глаза. Мне удалось забрать контейнер с чистым азулом, зарисовать — для правдоподобности — какие-то машины, взять несколько контейнеров, насыпать в один немного порошка тирума (полезный зеленый минерал, похожий на малахит), и поставить сверху контейнер с азулом, засыпать его так, чтобы было невидно и спуститься в шахты. Там ещё не было рабочих, и, договорившись с землей (стихия, которая давалась мне хуже всего), удалось убрать этот минерал вглубь земли и дальше к океану, а на его место поставить все тот же безобидный и полезный тирум. Остальной азул надо будет уничтожить. Выйти нам дали только через одни двери. Примчался Редок — тоже высокий, с розовыми волосами угловатым лицом и очень злым взглядом и велел охране нас схватить. Я успела только пробежать до другой двери найти небольшую потайную нишу и поставить контейнер туда, дать отпор одному охраннику и сдаться под напором ещё троих. Да уж, тут никакая Воля не спасает. От газа — тем более, хоть я и пыталась не дышать. … Очнулась внезапно для себя в небольшой серой комнате, одна. Привычных катан рядом не ощущалось, я заозиралась. Воля ощущала рядом нескольких… охранников, да? В общем, помня опыт в W-3, я осталась лежать. Халат сняли, усатые черепа на обеих руках были видны, так что принадлежность к команде легко определили. В прошлый раз я сбежала, подумав о том, что дозорные меня поймают и замучают, не желая находиться в клетке, но они хотели просто поговорить, не причиняя мне вреда. Это важно. При желании, я могу отсюда вырваться — с боем, сложностями и прочим, но вот нужно ли мне это? Я устала, голодна, немного травмирована и хочу спать. Значит, нужно отвечать более-менее честно, чтобы не запутаться, дать понять, что я не враг и как-то отсюда выбраться. В комнату заглянул один из охранников, вышел, ничего не сказав. Сейчас пойдет докладывать. Как объяснить мое местонахождение здесь и что говорил по этому поводу Тан? Наши показания будут отличаться и тогда станет ясно — кто-то из нас лжет. Почему бы не солгать о том, что я лгала Тану? Была у меня какая-то цель, ради которой надо было проникнуть в лабораторию и хранилище, но… Так, ладно. Пропажу азула наверняка заметили и с меня за неё спросят — что вполне логично. Можно свалить это на людей Большой Мамочки или Кайдо, которых я якобы видела. Допустим, у этого некто есть фрукт хамелеона, и он смог пробраться следом за нами не замеченным и забрать азул, воспользовавшись суматохой. Останется потом только забрать азул и свалить. Я — человек Белоуса и пришла сюда за… Фиг знает чем, мне просто сказали, как это выглядит и что это нужно достать. Скажем, информатор, который сказал, что тут есть классный фрукт — логия молнии, например, никто не знает про то, что Энель на Скайпии ещё живой и здоровый — а я, дурасамавиноватая, повелась. Вот, чудно. Дьявольский фрукт. Общеизвестный факт — многие пираты готовы кучу всего отдать за то, чтобы этот фрукт найти. Несмотря на то, что линию поведения и легенду я продумала, идти на допрос все равно было не комфортно настолько, что заболела голова. Врать я не умела. Я видела пару сериалов про полицию, знаю, как можно давить на людей. Я справлюсь. Главное, чтобы они не начали действовать радикально — пыток холодной водой и так далее я не выдержу. Я слабая. Я не справлюсь. Хотя, если договориться с водой. Будет сложно, но попробовать можно. Лишь бы до этого не дошло. — Итак, — начал Редок, сидящий напротив, — Ты из команды Белоуса. Что ему тут нужно? — Я здесь не по делам Семьи, — пожала плечами я, стараясь себя не выдать — смотреть между его глаз, и взгляд от выбранной точки над носом не отводить, — Мне сообщили, что здесь есть фрукт, который я хочу получить. — Кто тебе это сказал? — Информатор, конечно. Я отдала за это немаленькую сумму, но, как оказалась, зря. Крыса сухопутная, чтобы ей в гальюне утопиться! — припомнила я подходящее ругательство, — Сказала, тут будет логия молнии. Я девушка слабая, лишний козырь никогда не повредит. Эта мразь мне соврала! — А доктор Тан нам совершенно другое рассказал. Вот оно, то на чем можно проколоться. Так, безразличное выражение лица, взгляда не отводить. Глаза так и хочется хотя бы закрыть. Я медленно моргнула, вновь возвращаясь к точке между холодными бордовыми глазами: — Чтобы он там не говорил и какие домыслы не строил — я ему наврала. Свою ложь я крайне быстро забываю. — Как ты относишься к Шанксу? — Мы целовались, — честно призналась я, видя его шок, — Правда, до постели не дошло. Не великое упущение. — Ты его любишь? Я помедлила, прикрыла глаза: — Вроде нет. А это что-то должно значить? — Понимаешь, — лукаво улыбнулся он, сверкая глазами, — Он подложил мне очень большую свинью. Настолько большую, что я хочу его убить, — взгляд его расфокусировался и сделался печальным, — Он убил мою семью: жену и двух прелестных дочек, старшую забрал на корабль, к вечеру её нашли мертвой у подножия прибрежных скал. Пустили по кругу. По его щеке скатилась одинокая слезинка, я шмыгнула носом: — Как же так! — попыталась удивленно воскликнуть, — Он не показался мне таким… таким уродом! Это правда? — До последнего слова! — Ужас! — выдохнула я. — Ты поможешь мне? — Что нужно делать? — ответила я вопросом на вопрос, внутренне содрогаясь — как хорошо, что Тан меня предупредил! — Верни мне азул. — Кого? — недоуменно приподняла бровь я. Ещё пару минут поиграв в знаешь-не-знаю, я подкинула идею о том, что был один из людей Кайдо с крайне неприятным фруктом, и о том, что, кажется, там кто-то кроме меня, Тана и охранников был. Редок выругался и свалил на пару минут, наверное, отдал приказ. — Просто не мешай мне. И своей Семье скажи, чтобы не мешали. — Попробую, но ничего не обещаю. — Ладно. Мне нужен этот человек Кайдо, его можешь убить, но, самое главное — верни азул. И ещё — никому о том, что ты тут видела или узнала, понятно? — Разумеется. Кстати, мне вернут мое оружие? Вместе с Редоком мы вышли, куда-то пошли, мне вернули катаны и несколько ножей и почти выпнули с территории лаборатории. Так что полезу я обратно за азулом, но не сейчас я хочу есть! Плотно позавтракав в небольшой забегаловке, я посмотрела на часы — половина десятого, и пошла обратно в лабораторию. — Я к Редоку! — крикнула я на КПП. Меня узнали, дали Муши, ведь Редок был человек занятой, и вообще не собирался ко мне выходить. Больно мне это надо! — Ты нашла человека Кайдо? — Да, он всё ещё в лаборатории. Я нашла следы, которые ведут сюда, а отсюда — нет. — И ты думаешь, что сможешь его найти, а мои парни этого не смогут? — Твои парни могут упустить пару деталей. Если хочешь, один из них может меня сопровождать. — Клифред, ты слышал? С девчонки глаз не спускать! Чародейка, лучше тебе побыстрее его найти и убраться отсюда. — Да-да, поняла, — улыбнулась я. Охранник с вопросами не лез, но бдительно следил за мной. Около упомянутого коридора, где я спрятала контейнер с азулом, было тихо и пустынно, даже Муши не было (их я выпустила в одном из домов ещё ночью). Для порядка присмотревшись к стене, позвала Клиферда. — Смотри, что ты видишь? — Ничего. — Здесь есть следы, присмотрись. Клиферд очень удачно наклонился и получил удар в голову достаточной силы, чтобы вырубиться. Дав ему ещё доху порошка на всякий случай, я достала контейнер и сунула в рюкзак, передвинула охранника к стеночке и пошла к кабинету Тана, Волей Наблюдения избегая столкновений с людьми. В этот раз их было больше. У Тана (злого на меня за то, что я так попалась, и ему пришлось давить на жалость) я уточнила, был ли это весь азул или где-то есть ещё и, попрощавшись, свалила через окно, искать кабинет Редока. Вряд ли его кабинет в центре здания, моей Воли должно хватить, чтобы его найти. И действительно, он нашелся в одном из окон, я засела на одном из деревьев, дождалась, пока он выйдет, осторожно зашла в кабинет снаружи, закрыла дверь на щеколду и проверила корреспонденцию. Помните, кто в каноне проводил исследования на людях? Большая Мамочка! В общем, Редок был её человеком. Она давила на него, потому что ученый уже запарывал все сроки, а яд Большой мамочке нужен был весьма скоро. Возможно, на сходке Йонко она и собиралась травануть Шанкса, а заодно и Отца. Вот же… Но пока это ни чем недоказанное покушение, так что пора сваливать. У меня были ещё дела. Азул я уничтожила на необитаемом островке перед следующим, который показался мне вполне милым и симпатичным. После холодного зимнего острова с ужасными целями, теплый летний остров с приятным климатом и названием, отдающим чем-то французским, был раем. Рийванс был небольшим торговым городком, где не было бы ничего интересного, если бы это не был Гранд Лайн. Это был единственный остров, на котором были ракуши. Единственный остров на Синем море, где были ракуши! Хотя, обычно они не живут внизу, им нужна высота и небесные острова. Здесь Гранд Лайн дал маху. Конечно, жители острова это тщательно скрывали, но их всё равно раньше имели все кому не лень — и Йонко, и Дозор, и пираты, которые имели наглость и удачу туда добраться. Ветер в радиусе-поясе от двух и до километра был очень сильным, дул к острову, при этом море было крайне не спокойное — постоянный шторм со снегом и градинами размером с небольшую каравеллу, множество мелей и кос, что в разы усложняло задачу. Правда, островитяне нашли выход. Договорившись с Белоусом за определенный процент прибыли получили защиту. Сложность попадания сюда делала остров недоступным большинству кораблей и команд. Просто так сюда не плыли. Либо за ракушами (очень дорогими), либо за ювелирами, либо за определенными лекарствами — росло тут несколько видов растений, которые можно было использовать в фармацевтике. Медицина тут шагнула вперед. Городок и деревня располагались по разные стороны — возле двух галечных пляжей. Были и песчаные, они были между ними. В середине острова были холмы и лиственный — кажется, березовый — лес. Моей задачей было приструнить всех любителей халявы и показать местным, что Отец бдит и готов за своих рога пообломать и моргалы выколоть. Так что шла я по улицам радостная в легком топе, открывающим оба знака Отца, которые я не любила (терпеть не могла!) скрывать. В мэрии был обеденный перерыв, так что я тоже пошла перекусить, заодно узнав пару сплетен. В целом, выходило, что на острове всё хорошо. Это было похоже на дар моря! То, что можно немного передохнуть после зимнего острова Данджер и пробыть здесь положенные три дня. Узнала о паре команд приборзевших пиратов, о агентах СР-5 и людях Большой мамочки, которые тут рыщут. И о конфетном Генерале Катакури, который тоже где-то на острове, пугает местных, но активных действий (кроме очень страшных взглядов и всплесков Королевской Воли) не проявляет. С пиратскими командами и агентами я точно разберусь, но с таким динозавром как Катакури — точно нет. Прибьет и не почешется. А договариваться с ним придется. В прекрасном настроении я пошла в мэрию снова, меня проводили к кабинету мэра и милая секретарша, вручив чашку кофе, попросила подождать — мэр договаривается с каким-то купцом об импорте и экспорте продуктов. Это, конечно, интересно послушать, но не думаю, что в этом будет какая-либо польза. В экономике я разбираюсь постольку-поскольку и пользы принесу меньше, чем вреда. У меня задача ясная и другая — несогласных с режимом позатыкать, вот и пусть каждый свое дело делает. На синем кресле крайне удобно сиделось, и я, не удержавшись, забралась с ногами, благо, оно было рассчитано на людей явно выше меня. Спустя полторы чашки кофе и полчаса, из кабинета вышло двое — высокий и очень высокий. Один был явно длинноногим, около двух с половиной метров ростом, в шотландском национальном костюме, с лицом хмурым, но казавшимся добрым. Второй, пониже на две головы, с веселым радужным ирокезом, тремя серьгами в ухе. Назвала бы пиратом, если бы не его походка — так ходили только люди в море долго не ходившие. Лицо живое, яркое, доброе. Чем-то он мне напомнил солдата в отставке — уставшего от войны, честного, доброго, любящего людей. Ещё в нем был какой-то неповторимый шарм, который отличает лучших из мужчин. — С вами приятно иметь дело, — улыбнулся длинноногий, — Следующий корабль ожидайте через неделю. — С вами тоже. До встречи. Длинногий ушел, а мы втроем остались. Видимо, этот мужчина и есть мэр. — Итак, прошу в мой кабинет. Чашечку кофе? Чай? Печенье? — Спасибо, не откажусь от кофе. — Мирочка, сделай одолжение, — кивнул он секретарше и пригласил меня в кабинет. Кабинет оказался чистым и неожиданно уютным. На окнах висели шторы нежно-салатового цвета, стояло несколько горшочков с цветами. Между двумя окнами висела карта острова, с разноцветными канцелярскими кнопками в некоторых местах. У одной стены стояли шкафы с книгами, у другой — витрина с ракушами и минералами. Серый стол стоял посреди кабинета, напротив него — пара гостевых кресел и журнальный столик с несколькими брошюрами, куда меня тут же попросили присесть. Пахло деревом, бумагой и чернилами. — Давайте знакомиться, — предложил мэр, сев за стол, — Меня зовут Брикин и я мэр этого славного города. Рад знакомству. — Меня зовут Айс, — представилась я вежливо, — Я из команды Белоуса. Вы, должно быть, знаете, зачем я сюда прибыла? — Догадываюсь, — кивнул мой визави, — В последнее время на острове происходят беспорядки из-за приезжих, и я сообщил об этом Фениксу Марко. Он сказал, что пришлет своего человека, который с этим справится. Я так полагаю, это вы, Айс-сан? — Да, я. Я здесь ненадолго — дня на три-четыре, расскажите мне про тех, кто мешает спокойной жизни города и острова, Брикин-сан. — Окажу вам доступное содействие. В общем, через полчаса наиприятнейшего общения я знала названия команд и нескольких конкретных личностей, которые затеяли бучу. Для начала, я собиралась сообщить их непосредственному начальству о том, что подчиненные себя плохо ведут. Если завтра всё не уляжется, то конфликт будет решен силой. С конфетным генералом было сложнее. Сам он безвылазно сидел на корабле, но его накама не сильно считались с правилами острова. — Я не хочу, чтобы вы вступали с ним в бой, Айс-сан, — твердо сказала Брикин, — Это нанесет ущерб городу, а этого я не хочу. Думаю, он поймет. Надо же, он даже не сомневался, что я смогу победить Катакури. Или знает, что не смогу, поэтому откровенно просит: «Не лезь!» — а я и не против решить всё мирно. Двух капитанов пиратских команд я посетила в ближайший час и очень ласково, поглаживая катаной горло (потому что сначала они пытались угрожать), объяснила, что лучше не связываться и местные правила соблюдать — и всё будет хорошо. Напоследок каждому сказала знаменитую фразу кота Леопольда: «Давайте жить дружно!» — и свалила. Молодой капитанчик дозорных, командующий двумя кораблями, был явно недоволен моим появлением, но пообещал приглядеть за своими хлопцами. Самым жутким для меня был визит к конфетному генералу. Я знала о нем немного, и всё говорило мне о том, что мужик он опасный и расчетливый, но, с другой стороны, явно будет знать о моих будущих словах. Так что когда он будет говорить: «Вангую, ты скажешь то-то», — и ответит на не заданный вопрос, то спрашивать уже не буду. Первый Жнец стоял на главной пристани города, лишь спустив паруса. Флаг вяло трепыхался на слабом ветру, вокруг сновали люди. Как бы помирнее всех вокруг настроить? Я взлетела, приземлилась на палубу и у первого же матроса спросила: — Где я могу найти Шарлотту Катакури? Мне нужно с ним поговорить. — Ты кто вообще такая? — последовал логичный вопрос. — Да, так, мелочь из команды Белоуса. При упоминании Отца пират поежился, но пошел куда-то в трюм и потянул меня за собой. — Командир! — позвал он и постучался, — К вам тут мелочь из команды самого Белоуса! — Входите, — донеслось из-за двери. Я была… в предвкушении? Волнении? Опасении? Шарлотта Катакури… внушал. Метров пять ростом (это раза три больше моего), он был выше, даже сидя. Мебель в каюте была ему под стать и вполне вписывалась в странности как и его семейства, так и пиратов. Самая обычная капитанская каюта, с заваленным картами столом и большими окнами, в темных цветах (много черного). Взгляд у Катакури был цепкий, внимательный, доводящий до паранойи, колючий. Единственное, что выбивалось из образа байкера, были розовые волосы-колючки, которые мне безосновательно захотелось потрогать — правда ли они такие жесткие? — «Я пришла, чтобы попросить вас о помощи», — не так ли? Смотря, о чем ты хочешь попросить, мелочь. Это было… напряженно, хоть я и выбрала линию поведения. — Всего лишь хочешь, чтобы я контролировал своих подчинённых и не нарушал правила острова. Ну, не знаю, зачем мне это. И что мне теперь делать? Это напоминает цирк! — Нормально говорить могу, но не вижу смысла, — снова предвидев будущее, сказал он. Меня это начинало выбешивать, — Почему я должен соблюдать эти правила и заставлять своих людей это делать. Потому что это не твоя территория, гений. — А в чем-то ты права. И всё же? — Вот когда отвоюешь у Белоуса этот остров — тогда хоть нарушай эти правила, хоть новые придумывай, а пока ты гость на территориях Отца — веди себя прилично, — на автомате выдала я, совершенно не думая. Это, наверное, и стало причиной ухмылки Катакури. — Что, правда не впечатлил? — хмыкнул он, когда я собиралась добавить, что этот на этот цирк мне всё равно, — Ну и к Дьяволу его. Есть резон в твоих словах, мелочь. Мои подчиненные больше не доставят проблем. — Чудно, — нахмурилась, судорожно перебирая в голове варианты — Тогда ты знаешь, Катакури-сан, я пошла. Дверь самой открыть не получилось — она была метров шесть высотой, удобной для Катакури, но для меня оказалась неподъемной. — Я ведь знал, что так будет, — ответил Катакури на незаданный вопрос, — Дукли! Снаружи раздались торопливые шаги, дверь открылась. Перед выходом оглянулась: — Всё равно я впечатлена, Катакури-сан, — и покинула корабль. С палубы сорвалась в небо, оттуда уже направилась к зданию мэрии. Бриклин был доволен, предложил мне пожить в его доме, пока я на острове. Кто-то собирался отказываться? Не я! У этого человека было, что терять. Милый двухэтажный домик в хорошем районе на окраине. В городе мало кто живет, как пояснил мне Бриклин. Он добирался на работу на велосипеде, катил его рядом и рассказывал о городе всё то время, пока мы шли до его дома. Навстречу ему выбежали два ребенка около десяти, вышла женщина лет тридцати с ласковой улыбкой и шикарными волосами, тоже улыбаясь, выглянул парень лет пятнадцати-семнадцати, очень похожий на отца. Бриклин, который до этого выглядел довольным, теперь расцвел — чмокнул в щеку жену, растрепал волосы старшему, поднял на руки младших девочек, и попросил меня проходить и чувствовать себя как дома. Это было умилительно. После ужина я собиралась прогуляться до ближайшего леса или кладбища. В лес меня попросили не ходить, но получив сопротивление, всё же указали направление. Про этот лес я услышала много чего интересного. Небольшая полоска у входа в него крайне хороша — березы, светлый лес, мелкие звери, много грибов и ягод в сезон, растут какие-то полезные травы, а потом начинается какой-то хаос и туда лучше не ходить. Могла ли я устоять? Ночной лес привлекал меня обманчивой тишиной, звездным небом над головой и обостряющимся слухом. Волю я собиралась прокачивать именно так, а чтобы усложнить себе задачу — завязала глаза. Глюки, думаю, мне обеспечены. Ночью. В опасном лесу. С завязанными глазами. Думаю, Воля Наблюдения отлично будет работать. Обманчивая тишина. Где-то кто-то скребся, хрустела под моими ногами трава. Думаю, я заблужусь. И можно будет посмотреть на характер этого леса — погонит ли в чащу или выведет? Что-то покажет? Ярого энтузиазма хватило минуты на три, потом я шла чисто на упрямстве, решила, что «надо», значит «надо» — и без лишних вопросов! Темнота перед глазами пугала, руки так и чесались снять повязку. Это мешало контролировать пространство вокруг, и сознание само подкидывало мне страхов, несмотря на то, что Воля отлично показывала мелких животных подо, надо и рядом со мной. Загадочная штука человеческий разум — страхи сам себе выдумает, лишь бы бояться. Надеюсь, не придется на собственной шкуре испытывать эффект Плацебо. Шла я довольно медленно, ибо Воля показывала живых существ и их намерения, либо серьезные опасности для здоровья (пули, топоры, мечи и т. д.), но разбитый нос из-за кочки — нет. А в лесу очень много кочек, травы и деревьев. Пока что мне относительно везло, точнее, работала моя связь с планетой — ветки соскальзывали, не причиняя вреда, трава не цеплялась, вот только постоянное ощущение прикосновений, мягко говоря, нервировало. Я не представляю, сколько прошло времени. Ощущалось то как пара минут, то как несколько часов — при том менялось это ощущение постоянно. Воля показала крупного зверя (то ли лису, то ли волка, то ли рысь), который затаился в паре десятков метров от меня. Я знала, что он не нападает, только вышел поздороваться, главное, не спугнуть. Я остановилась, вытянула вперед ладонью вверх руку и замерла, слушая тихий шепот леса вокруг. Шагов я не услышала, в ладонь ткнулся холодный нос, потом резко возмутилась Воля, и меня повалили на землю. Я лежала, подавляя панику и страх на прохладной траве и листьях, в лопатку очень неудобно уткнулся какой-то особенно острый сук, и всё отошло на задний план, когда по-кошачьи шершавый язык лизнул кожу. Пока меня слюнявили, я терпеливо лежала. В живот снова уткнулась морда, в поисках чего-нибудь вкусного, разочарованно мрякнула, залезла под руку, прося ласки. Я провела рукой по морде, нащупала ухо с острой кисточкой (наверное, это все-таки рысь) и принялась чесать. Справа донеслось тракторное мурчание. Кошки — звери крайне самостоятельные, так что я не стала навязываться, встала и пошла дальше. Рысь то отбегала, исчезая из радиуса Воли, то прибегала обратно, шла рядом и снова пропадала. Едва запахло сосной, закричала какая-то ночная птица, заволновалась рысь, потом пропала из моего радиуса Воли, зато подошли мелкие зверьки, которые держались на расстоянии, но всё равно оставались рядом. — Фью-фью, — пела птица. — У-у-у, — вторил ветер в деревьях. Трава внезапно стала на порядок ниже — если до этого она была на уровне лица и выше, то теперь доставала только до локтей. Повязку снять хотелось все больше. Глаза я в любом случае держала открытыми, хоть тьма и не давала ничего понять. Интересно, как выглядит лес вокруг? В другом мире я не особенно любила леса и природу в целом, но в этом хождение по лесам (с огромной кучей минусов) всё же доставляет какое-никакое удовольствие. Привыкла за полгода к лесу рядом? Может быть. Оглушительная тишина, которой быть не может, леденящее дыхание у ключицы, перемещающиеся к затылку. Невозможно. Контрастно и слишком непонятно, чтобы держать дальше, рука потянулась к повязке, останавливаясь лишь на ткани. Пальцами чувствуя шероховатость ткани, я застыла, не решаясь перешагнуть через собственные границы. Мне надо оставаться с этой повязкой. Надо. Я сказала. Опустила руку, снова чувствуя травы. — Кто ты? Ответ пришел, но время, которое до него прошло, показалось мне бесконечностью в этой оглушительной тишине. — Всего лишь мертвый. Полное отсутствие звуков угнетало, настолько, что, казалось, меня преследовало эхо его слов. — Кем ты был, пока оставался живым? Ледяное дыхание возле моего лица. Настолько близко, что казалось, руку вытяни — дотронуться можно. Не надо. Нельзя. — Я был пиратом. — Что ты сделал и как погиб? — Я принес ракуши на этот остров. Я погиб, защищая своих накама в славном бою. Я то сжимала, то разжимала кулаки, нервничая. Щекотало лопатки. — Ты приведешь меня сюда, если я вернусь завтра? — Да. — Покажешь это место? — Если ответишь на мой вопрос. Кто ты? Мой ответ нерешительный слишком, чтобы быть правдой и оставаться ложью. — Обычный человек. Молчание ответом мне было, так что я попыталась исправиться. Слишком мало людей в этом мире, которые могут говорить с мертвыми, чтобы бояться утечки информации: — Пиратка, которая нашла семью в своей команде. Снова молчание. Настолько мало информации, что он посчитал это ложью? — Со странными способностями, из другого мира. — Ты ведь не знаешь всей правды, довольствуясь лишь малыми её частыми, будто зайдя в библиотеку и ища только сказки, упуская из виду все остальные книги? — Что? Внезапно меня оглушили звуки. Запели сверчки, где-то завыл волк, зашуршали под деревом мыши, закачались травы вокруг, щекоча руки-ноги. Я взлетела, не выдержав, ориентируясь только на чутье, не решаясь снимать повязку. Когда я услышала совсем рядом шум моря, сдернула повязку и облегченно вздохнула — подо мной была песчаная полоска пляжа. Песок показался неожиданно удобным, я пролежала ещё около часа, любуясь ночным небом и наслаждаясь отходящим теплом. Спать хотелось, но я понимала, что не усну в ближайшие минуты, так что отправилась на пристань — проверить преступный мир. Вернее, его отсутствие. Город спал. Даже пираты на кораблях не пили-кутили, а дрыхли в самых живописных позах. Воля, расширившаяся ещё метров на десять (ожидаемо и удивительно, больше трех я не ожидала), отлично помогала. Именно поэтому, почуяв какого-то высокого статиста, я удивилась. За ним можно проследить, чтобы не попадаться. Вдруг чего интересно узнаю? В общем, зря я это затеяла — лучше бы мимо прошла. Потому что уже через минуту слежки я болталась на уровне второго этажа и лица конфетного генерала Большой Мамочки. Уже можно паниковать? — Не спится, мелочь из команды Белоуса? — спросил Катакури? — Сам знаешь, что я отвечу, чего тогда спрашиваешь? Я существо миролюбивое и безобидное. — Ты — пират с наградой в тридцать лямов. Ты можешь быть опасна по определению. Фига се, я думала, это у меня паранойя. — Говорит мне офицер Йонко с наградой больше миллиарда. Давай договоримся по-хорошему? — Давай, — кивнул Катакури, — Ты сваливаешь и не следишь за мной. Нарваться хотелось, но… Лучше я промолчу и кивну. Рука на затылке разжалась, я выпустила крылья, почувствовала не Волей, а буквально пятой точкой, что за мной прыгнули, и взлетела, делая самую экстремальную вещь на свете, которую в другой ситуации никогда бы не сделала. Я открыла вторую пару крыльев, слишком резко переходя на сверхзвук и скрываясь в небе. Я так могу?! Серьезно?! Почему я не умерла?! Спустилась я уже спокойно, всё ещё раздумывая о случившемся. Следующий день начался крайне весело. Для всех, кроме меня. Старший сын мэра по имени Линк разбудил меня, позвав завтракать и спросив, всё ли со мной хорошо, потому что выгляжу я… так себе. Ответив, что со мной всё прекрасно и к завтраку я спущусь, я направилась в ванную. Ну… Синяки не больше обычного, да и голова болит почти незаметно — привыкну, не первый же раз. Во время завтрака я договорилась с мэром, что сначала он проведет мне экскурсию по городу (потому что скрывать ему нечего), а потом даст мне сопровождающего, и я пойду в деревню, если мне это интересно. Марко сказал «надо», я ответила «есть». С командиром я, кстати, тоже созвонилась. Он был чем-то занят, так что разговор вышел сумбурный, хотя и остался мною доволен. Бриклин сильно отличался от мэра на Данджере и, должно быть, очень много времени уделял городу. Мы прошлись по большинству районов — и бедных, и богатых, и рынок тоже не упустили. Везде было чисто и, что самое приятное, стояли незаметные люди в фиолетовых шапках. Оказалось, это что-то вроде полицейских по одному на два-три небольших квартала и, если плотность выше — то по одному на квартал. Этого хватало, чтобы пресекать беспорядки и ловить тех, кто не очень хотел быть послушным. Белоуса тут уважали и любили, он был спасителем и защитником, так что и мне перепала часть любви к Отцу. Самое странное, что было на этом острове — полное отсутствие преступного мира. Во-первых, потому что остров крышевался сильным и опасным Белоусом. Во-вторых, чтобы сюда попасть — нужно было очень постараться и не сдохнуть в процессе, так что на остров плыли с конкретными целями. В-третьих, как в лучшей образованной демократии, люди просто знали о том, к чему приведут восстания и беспорядки. Они не хотели терять хороший уровень жизни, потому что шанс остаться в выигрыше крайне мал. Где-то через час после полудня я собралась отправиться в деревню, а перед этим пройтись самой. Мэр Бриклин согласился, сказав, что проводник будет ждать меня в мэрии через час. На том и договорились. Мы посетили пару местных больниц и библиотеку, доки и ещё много чего, но в этих местах не было школы, в которую я и отправилась. Город был достаточно большой для Нового Мира (около ста тысяч человек), так что школ было несколько. Я выбрала две — в бедном районе и богатом. Надо сказать, что в обеих школах было одинаково чисто, просто отличалось качество учебников и оборудования. Скорее всего, родители, которые могли себе позволить новый комплект учебников, потом отдавали его менее обеспеченным. Отличалось и обстановка в общем. Думаю, богатые родители не хотели, чтобы их драгоценные чада росли и учились в плохой обстановке, так что спонсировали школу очень щедро. Так что всё хорошо и правильно. В деревне была ферма по разведению ракуш. Берег с востока омываем не морем, а чем-то средним между облаком и водой, похожим на очень плотный жидкий туман. В самой деревне жили рыбаки, кузнецы, «ракушечники» и их семьи. Пара сотен человек, не больше. Вглубь острова уходили поля. Несколько случайных семей я расспросила, в основном, про странности прибрежных вод. Оказалось, было не спокойно — Морские Короли в последнее время заплывали очень часто, возможно, хотят сделать гнездовье. Это могло стать проблемой, так что я полетела разбираться. С этими тварями я разбираться не любила и не очень хотела, но помните волшебное слово? Вот именно, надо! Так что даже удивительно, что всё решилось мирно. Проблема была решена, можно было возвращаться. Вечер я решила посвятить странному лесу, потому что неизвестный пират мог много чего интересного рассказать и пролить немного света на историю этого острова. Лес был всё тем же, разве что теперь я отлично увидела разницу — пролесок был прекрасным: белые березы, зеленые листочки, ласковый теплый ветер, трава, которая так и норовит пощекотать и забиться в рот, нос и другие не предназначанные для этого отверстия. Стоило мне пересечь ручей, вода в котором казалась нефтью — настолько темной она была, в не было отражения неба, ветвей плакучих ив, грустно свесивших ветви к ручью, и меня. Переходить я его не рискнула, да и не нужно это было, я пролетела пару метров, потом меня повело в сторону и я поддалась. Призрак пирата обещал меня проводить, а свалить всегда успеется. Метром ниже — и я задевала бы макушки деревьев. Снизу мелькали только ведк, изредка виделись перелески и полянки. Меня мягко потянуло вниз и вправо, там я увидела поляну. Снизилась за полтора круга, пахло так же, как и вчера. — День добрый, леди, — представился стройный молодой человек, напонивший мне внешне Тони Старка, он поднял шляпу одной рукой, — Роберт Старк-старшй. А как ваше имя? — Айс. Если вы про полное имя — я его не знаю. Призрык хмыкнул, напялил шляпу обратно. Я заметила запекшуюся в уголках губ кровь и несколько дыр в груди. — Значит, — хмыкнул призрак, — Не мне его тебе сообщать. Делай что должно… —...и будь, что будет, - закончила я любимую поговорку Ягануи, - Расскажите мне о вашей жизни? Пират кивнул и пустился в долгий рассказ. Роберт Старк-старший оказался пиратом в самом романтическом его проявлении (если верить его словам) джентльменом, авантюристом, романтиков и просто душкой. У него даже была награда и прозвище "Железный человек", потому что у него был фрукт железа. Ещё он отличился тем, что очень иронично, посетил все небесные Острова, вывел примерную форму того, как появляются ракуши и смог перенести это на остров Рийванс. Жизнь у него была насыщенная, я записывала и задавала вопросы, а потом он неожиданно попросил меня сделать ему на могиле крест. Холмика с давних пор даже не было, я нашла небольшое дерево, обтянутая Волей катана легко его срубила, и, поскольку гвоздей у меня не было, я слетала за ними, вернулась. Теперь в указанном месте был крест. Весь следующий день я провела за работой в кабинете мэра, сидя в уголке с чашкой кофе, тарелкой с бутербродами и тарталетками, читая документацию. После того, как часы на башенке пробили семь, с бумажной работой было покончено, да и, в целом, можно было лететь на следующий остров. Тепло расставшись с мэром, забрала вещи и просидела ещё немного на одной из высоких городских крыш. Хороший остров, хороший город. Теплый, добрый. Впереди ещё шесть островов, но две пятых пути уже пройдено. Уже больше десяти дней прошли, надо же. Итак куда показывает новый Энтренал Пос? Отлично вперед на остров Граинт Рокк*!