Вторая жизнь.

Магазин оказался… пыльным. Обшарпанное помещение, в котором, казалось, не убирались если не годами, то веками точно. Проторчать там пришлось почти час, нужна палочка все не хотела находиться, Олливандер, продавец и владелец магазина, только прыгал от распирающей радости и подбирал все новую и новую палочку. В конце концов, Гарри стал обладателем палочки из вишни и пера феникса двенадцати дюймов. Отдать за нее пришлось семь галлеонов и он не поскупился на набор за уходом для палочки, а также чехла для нее. Палочка была светлой и гладкой, безо всяких шероховатостей, у рукояти был вырезан причудливый узор, который делал ее несколько женственной по мнению Хагрида, но его мнение Гарри волновало меньше всего. Главное, что она удобно ложилась в ладонь и приятно грела, вызывая на лице улыбку. Потом они прошлись по еще парочке магазинов, купив удобный чемодан сделанный под винтаж, имевший множество отсеков и был с чарами расширения. Туда мальчик с удовольствием уложил все покупки и покатил его на колесиках дальше. Сова прилежно ухала рядом, а у Гарри каждый раз дергался левый глаз на это. Была уже вторая половина дня, и солнце опускалось все ниже, когда они с Хагридом прошли обратно сквозь Косой переулок, потом сквозь стену и вошли в «Дырявый котел», в котором уже не было ни единого посетителя. Выйдя оттуда, они оказались в другом мире, но Гарри шел молча, понимая, что устал за сегодняшний день. Сова наконец заснула, в метро на них почти не косились, фриков в Лондоне всегда хватало. Когда подошел поезд, на котором Гарри должен был возвращаться к Дурслям, Хагрид втащил в купе его чемодан и клетку, на прощанье протянув конверт.  — Это твой билет на поезд до Хогвартса, — пояснил он. — Первое сентября, вокзал «Кингс Кросс» там все написано, в билете этом. Если с Дурслями… э-э… какие проблемы, ты мне… ну… письмо пошли с совой, она знает, где меня найти… Ну, скоро свидимся, Гарри. Мальчик вежливо попрощался с великаном и устало покосился на спящую сову. Ну и денек.

***

Оставшийся август пролетел незаметно. Гарри штудировал книгу за книгой, впитывая новую информацию, с радостью тренировался в отработке простейших заклинаний, периодически придаваясь ностальгии о прошлой жизни. И начал медленно заниматься окклюменцией. Начинал с малого, а то есть с попыток медитировать, чтобы обрести ясность ума. Трудности были, ему никто не мешал и не дергал, но настоящий Гарри был в силу своего возраста очень любопытным и неусидчивым ребенком. И новому Гарри, который Лэнс, это сильно мешало. Да, он мыслил как взрослый парень, но привычки маленького ребенка все равно остались от прошлого хозяина этого тела. Поэтому, по большей части, Гарри пытался найти внутренний баланс — получалось это не быстро. Отношения с Дурслями медленно налаживались до нейтрально-вежливых. Он старался лишний раз не попадаться на глаза Вернону, который честно пытался не перекрещиваться от одного появления племянника и почти не кричал и не плевался от упоминания «магии». С Петунией все складывалось лучше. Они общались на нейтральные темы, ища подход, а иногда женщину пробивало на рассказ о своей сестре, которую все равно любила не смотря ни на что. И ей хватало сил рассказывать о магии все, что слышала от Лили. Она даже купила ему новую одежду, недорогую, но приличную, что очень радовало Гарри. С Дадли приходилось вести себя осторожнее, но тот, на удивление, тоже старался смотря на своих родителей. Было трудно назвать такие отношения приятельскими, но дружки Дадли его больше не доставали. Так мальчик и провел остаток лета, общаясь с родственниками и совой, которую назвал Уга. Птица часто отправлялась охотиться, а Гарри приходилось следить за чистотой клетки особенно тщательно, потому что тете не нравилась птица в доме. Перед отъездом он вновь выпустил ее, на этот раз, чтобы она сама долетела до Хогвартса. Встретятся они только там. Первого сентября Вернон отвез племянника на вокзал, пробормотав что-то на прощание и уехал по своим делам. Гарри сделал вдох-выдох, подхватил чемодан и пошел навстречу новому этапу в своей жизни. По указателям он дошел до платформ девять и десять, хмуро оглядывая спешащих людей. Простояв минут десять у колонны, мальчик зацепился взглядом за девочку, катящую огромную тележку с чемоданом, еще больше чем у него. Проследив, как она прощается с родителями, разгоняется и исчезает в стене между платформами, а находящиеся рядом люди не обратили на это никакого внимания, Гарри мысленно застонал с трудом удержавшись, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Старая традиция, логично, да.  — Просто невероятно… — он покатил чемодан в толпу и разогнавшись, побежал прямиком в стену, крепко закрывая глаза. Открыв глаза, мальчик понял, что стоит на платформе, куда медленно стягивались маги с детьми. То тут, то там, раздавались хорошо знакомые хлопки аппарации. Полюбовавшись паровозом алого цвета, мальчик пошел дальше по платформе, выбирая себе вагон. Гарри устроился в одном из купе в хвосте вагона. Устроившись поудобнее, он достал из чемодана книгу про магические отвары и зелья, чтобы скоротать время. Приехал-то он рано, но ехать… Впрочем, книга не сильно его интересовала, прочитал он ее еще неделю назад, а вот предстоящее распределение волновало. Из книг было понятно, что распределение по факультетам было лишь для того, чтобы распределить детей по общежитиям. Ведь каждый факультет обычно отличался изучаемыми предметами, на которые делался упор, а не личными качествами. Эт вводило в недоумение. Вот например, в прошлой жизни, в Ильверморни он учился на Рогатом Змее, факультете так называемых умников, а там делался упор на нумерологию и трансфигурацию. А здесь что? На Равенкло ценились такие качества как острый ум и индивидуальность. Хаффлпафф — трудолюбие и упорство, Гриффиндор — храбрость и благородство, Слизерин — амбициозность и хитрость. «Такими темпами я никуда не попаду. Хаффлплафф? Как вариант можно. Личные качества… ребенок может быть и умным, но ленивым или храбрым, но при этом хитрым» — размышления по поводу факультетов прервал вежливый стук в дверь вагона. Гарри бросил взгляд на окно: платформа уже успела наполниться малолетними магами и их родителями. Светские разговоры, встреча друзей, не видевшихся все лето. — Привет, у тебя не занято? — на пороге стояли две миленькие девочки. Гарри вежливо улыбнулся и пригласил их внутрь, помогая убрать чемоданы наверх. Рассевшись, дети начали знакомиться, — Я Лаванда, а это Ханна, — начала говорить первая блондинка представляя себя и свою подругу. Девочка с косичками кивнула. — Гарри, приятно познакомиться, — он вновь улыбнулся, радуясь тому, что можно не представляться полностью. Мальчик не знал, с чего можно начать разговор, но к счастью, ни Лаванда, ни Ханна не были стеснительными и быстро нашли темы для разговора, втянув Гарри в обсуждение. В основном, это касалось учебы и магического мира, потому что мальчик вскользь упомянул, что полукровка, но воспитывался в не-магическом мире, почти не имея представлении о магии. Девочки радостно просветили о главном, тактично не задавая вопросов про семью Гарри. Так они и проболтали почти всю дорогу, пока ехали. к обеду в купе постучалась милая женщина, предлагая купить чего-нибудь сладкого. Гарри купил тыквенное печенье, а девочки по несколько лакричных палочек после чего они все вместе вытащили свою еду, у Гарри было несколько контейнеров с сэндвичами и куском пирога с малиной от тети и термос с чаем. Во время перекуса в купе стояла тишина, никто не собирался разговаривать с набитым ртом, а угостив соседок чаем, Ханна показала им мастер-класс, трансфигурировав носовые платки в небольшие и несколько кривые стаканчики, — Долго не продержится, максимум пол часа, — она смущенно улыбнулась, когда Лаванда с Гарри похвалили ее. За чаем шел разговор ни о чем, девочки разговаривали больше между собой, вспоминая свежие сплетни об общих знакомых и сетовали на то, как хочется купить те новые заколки из магазинчика рядом с мантиями мадам Маклин. Гарри слушал их вполуха, рассматривая пейзаж за окном, который медленно менялся с больших зеленых полей на леса, реки и зеленые холмы. Кто-то постучал в дверь купе. На пороге появился круглолицый мальчик. Выглядел он так, словно собирался вот-вот расплакаться. — Извините, — сказал мальчик — Вы тут не видели жабу? Ребята переглянулись и покачали головами, а мальчик расстроился еще сильнее, опуская плечи вниз. — Она точно где-то в поезде, а значит, когда мы приедем в школу, то эльфы просто заберут твою жабу вместе со всеми животными, не волнуйся. Пройдешь распределение и она будет ждать тебя в комнате. — спокойно проговорила Ханна, усаживая мальчика рядом с собой. Тот заметно воодушевился услышанным и благодарно улыбнулся, — Это было бы замечательно, спасибо. Я Невилл, кстати говоря, — и знакомство пошло по новому кругу. А время неуловимо летело, картинка за окном снова менялась, поезд почти прибыл в Хогсмид.