В перевёрнутом сознании

- Господи, не надо было приходить сюда, - вздыхая и топчась возле двери кабинета, Диппер огляделся и вновь подумал о том, что если сейчас сбежит, никто этого не заметит, потому что кроме него в коридоре никого не было. Хотя, чего тут народу топтаться, когда как к психологам по часам записываются. На трёх этажах ниже – да, там принимают врачи, очереди к которым выстраиваются с пяти утра, и люди ругаются между собой, и медсёстры теряют карты пациентов. Так почему Диппер оказался перед кабинетом психолога, человека, который, по мнению отзывов в интернете, является одним из лучших в городе? Родители и сестра решили, что двадцатилетний симпатичный парень слишком неуверен в себе, необщителен и замкнут. Диппер был с ними не согласен, но духу не хватило переспорить, поэтому ему пришлось согласиться. Мэйбл перерыла весь интернет, но нашла и записала на приём. От Диппера требовалось только прийти, что он и сделал, отказавшись от сопровождения. Ну ему не пять лет, в самом деле, да и стыдно как-то. Диппер стоял и вспоминал, как Мэйбл расхваливала доктора: учился заграницей, много практики, довольные клиенты, если нужно, организовывает частные приёмы. После такого резюме Диппер подумал, что они материально не потянуть такого гуру психологии, но всё оказалось проще. Как значилось в информации, доктор Сайфер берёт деньги в зависимости от клиента, его случая и продолжительности терапии. Диппер надеялся, что у него не всё плохо, и что ему не придётся ходить на приёмы всю оставшуюся жизнь. Ужасно не хотелось заходить. Наверное, он действительно не уверен в себе. Нет, нельзя так жить, надо что-то с собой делать. Родители правы… молодой, симпатичный, а с такими успехами ни личной жизни, ни нормального будущего не будет. Диппер занёс руку, чтобы постучаться, но к его искреннему удивлению и испугу, чужая рука появилась сзади, по-хозяйски открыла дверь, давая той распахнуться, а потом также исчезла. Диппер застыл в немом крике, с бешено бьющимся сердцем. Как только инфаркт не схватил. Пришлось немедленно обернуться, но так, чтобы собственные ноги не подвели и не уронили, а то это будет катастрофа. Перед собой Диппер увидел высокого блондина, которому на первый взгляд было где-то около тридцати. По крайне мере, выглядел мужчина хорошо, правда, улыбался, как психиатр душевнобольному, но это впечатлительному Дипперу могло только показаться. - Мне было интересно, как долго Вы простоите перед моим кабинетом. Вы даже не заметили, как я подошёл и сколько стоял сзади, - он поднял руку и сверился с часами, - не всё так плохо, Вы потратили только одиннадцать минут на то, чтобы уговорить себя не сбежать и две минуты, чтобы решиться, а теперь, раз Вы всё ещё здесь, прошу в мой кабинет. - Здрасте… - сдержанно кивнув после всего услышанного и старательно пытаясь не покраснеть от стыда, Диппер понял, что теперь уж точно глупо бежать, поэтому смиренно развернулся и вошёл внутрь. Судя по всему, это и был доктор Сайфер. На кабинет была табличка с полным именем, да и мужчина сам сказал, что кабинет его. Диппер что-то совсем не ожидал, что за ним будут наблюдать, ещё и минуты считать, что долго пытался вспомнить полное имя. Билл. Кажется, Билл, да. - Я не хирург и не проктолог, не стоит так меня смущаться, - краем глаза следя за тем, что клиент встал столбом и вообще через раз дышит, Билл жестом руки предложил сесть напротив врачебного стола, а сам пошёл искать данные, которые медсестра должна была принести ещё утром, - раздеваться не заставляю, в колено-локтевую не поставлю, единственное, что меня интересует, это то, почему нынче милые молодые люди испытывают страх перед дверьми, - и усмехнулся. Диппер вот-вот готов был со стыда сгореть. Больше всего он боялся, что этот доктор окажется таким же любителем пошутить, как и его бывший стоматолог. Диппер всё детство боялся этого мужика с клещами, даже заикался какое-то время. Вот откуда эта неуверенность – из детства. Испорченная детская психика. Причина ясна, можно идти домой, но Диппер всё же сел на предложенное место. В этом кабинете действительно не было чего-то такого, один взгляд на который заставлял нервничать. Только рабочий стол, стеллажи с какими-то книжками, ещё небольшая полка с успокоительными, цветы на подоконнике, да и всё. Диппер перестал изучать аскетичный интерьер, прижав рюкзак к груди и теперь разглядывая самого доктора, который сидел на своём месте, листая тоненькую папку. Наконец, Сайфер закрыл её и отложил, подняв взгляд на Диппера. - У детского психолога не наблюдался? Давай так, я не буду вспоминать всё, что написано о тебе в этой папке, а ещё я буду обращаться к тебе на «ты», всё-таки проблемы в голове требуют более располагающего общения. Ты сейчас успокоишься и просто расскажешь мне о себе всё, что посчитаешь нужным. Порой бывает, что людям на самом деле не нужен психолог, но не буду грузить тебя нюансами, поэтому просто внимательно слушаю. Теперь улыбка доктора была более участливой, чем до этого. Диппер не хотел бы что-то рассказывать о себе, тем более незнакомому человеку, но как им всем твердили с самого детства, что доктор – человек бесполый, воспринимайте его просто как доктора. Да и действительно, раздеваться не заставляют, просто о себе рассказать, что в этом такого, подобное можно рассказать и другу, и учительнице в школе, даже друзья родителей спрашивают, родственники надоевшие. Сделав глубокий вдох и на мгновенье нахмурившись, Диппер сел ровнее, не особо при этом глядя на Сайфера, только на его руки. - У меня есть сестра, мы двойняшки. Мэйбл другая, она очень жизнерадостная и не боится общаться, а мне порой сложно дорогу спросить у прохожего. Не знаю, я даже не могу нормально с кем-то поругаться в интернете, я мнительный и порой впечатлительный, - тяжело вздохнув, Диппер потёр шею, поднимая взгляд на лицо Сайфера, но потом снова опуская, - девушки у меня тоже не было… - как можно тише выдавил из себя Диппер, кусая щёку изнутри, чтобы стыд не выдать. Точно дурак, зачем послушался и пришёл. Тряпка слабонервная потому что. Тем временем Билл внимательно слушал и делал себе пометки, запоминая каждый жест парня, изменение эмоционального фона, как он говорит о разных вещах, каким тоном говорит. Биллу за всю свою практику приходилось видеть множество молодых людей, он даже пару месяцев работал в психиатрической клинике, чтобы потом более точно ощущать разницу между психопатами и нормальными людьми с расстройствами. С Диппером Пайнсом ему было всё более, чем ясно. Конечно, парень уже не ребёнок, но и из пубертатного возраста вышел, ему бы хватило приёмов у обычного психолога, раз уж не справляется собственными силами. Вот именно, что обычный психолог требовался… в своей работе Билл прибегал к методам, использование которых оставалось сугубо между ним и клиентом и уж точно не имело применения у многих других психологов. Слова не всегда имеют воздействие, а вот реальная практика… Поняв, что парень больше ничего не скажет, Билл щёлкнул ручкой, захлопнул блокнот и проницательно посмотрел на Диппера: - Может, ты имеешь сексуальное влечение не к девушкам, а к парням? Знаешь, на почве этого тоже может развиться неуверенность в себе. Хотя Билл сказал это достаточно спокойно, Диппер дёрнулся так, будто его обожгли. Он поднял голову на доктора, глупо моргая и только после минутного замешательства выдавая: - Нет! Кончено, нет! Я даже не думал никогда об этом! Я абсолютно уверен, что я той ориентации! - Я верю-верю, - шире улыбнувшись, Билл кивнул, - только не рефлексируй так, а то твоя реакция скорее говорит об обратном. Диппер шумно выдохнул и смутился, потерев лоб тыльной стороной ладони. Чёрт, он сам не ожидал, что так отреагирует. Теперь в глаза-то ещё раз взглянуть доктору будет стыдно! - Простите, я… это… может, у меня натура такая просто интровертная, может, Вы правы – психолог нужен не всем… Диппер понял, что пытается оправдаться и лепечет чушь, поэтому просто заткнулся, на несколько секунд зажмурив глаза и пригладив волосы. Ну вот, думал он, теперь психолог подумает, что он малолетний придурок какой-нибудь. Не надо было слушать Мэйбл. Не надо было слушать родителей. Он даже решения принять самостоятельно не может. Неужели, другого выхода, кроме как общения с психологом, нет? Диппер что-то совсем задумался. - Здесь я веду приём только для того, чтобы определить нужен ли клиенту другой психолог или же я возьму его себе. Сеансы я веду в частной клинике, либо, в зависимости от обстоятельств, приглашаю к себе домой, - поднимаясь и продолжая непринуждённо улыбаться, собирая при этом вещи и не забывая личное дело Диппера Пайнса, Билл остановился, чтобы поймать озадаченный взгляд парня, - я напишу тебе адрес, где находится моё второе место работы, подъедешь туда через два дня часам к трём. Назовёшь моё имя, тебе назовут кабинет. - То есть… Вы будете меня лечить? – неуверенно поднявшись следом, Диппер, вероятно, думал, что чего-то подобного и в природе не могло бы с ним случиться. Он перестал сжимать рюкзак и надел его на спину. - Лечат психиатры психов, а мы с тобой какое-то время пообщаемся. Конечно, могу тебя и «полечить», - тут Билл снова усмехнулся, приглашая Диппера за собой на выход из кабинета и забирая ключи со стола, - выдам тебе кучу тестов, попрошу порисовать, покажу картинки с кляксами, - Диппер поморщился от перечисленного, послушно покидая кабинет, но не спеша уходить совсем, - я пользуюсь другими, более действенными методами, но чтобы окончательно понять, как поступить с тобой, нам надо пообщаться. Подход к клиентам индивидуальный, тем более… - заперев дверь и крутанув ключи на пальце, Билл положил их в карман халата и повернулся к Дипперу, чуть прищурившись, - к таким молодым и симпатичным. Диппер снова подумал, что доктор над ним издевается. Он никогда ещё столько не смущался за каких-то пятнадцать минут. Сдержанно поблагодарив и попрощавшись, он развернулся и поспешил покинуть больницу. Может, ну всё это? Нет, он не должен снова встречаться с этим психологом! *** В назначенное время Диппер был в назначенном месте. Родители и Мэйбл были рады, что малыш Дип-Дип, наконец, твёрдо взялся за свою проблему и проявил твёрдость характера. Однозначно – прогресс. Дипперу хотелось провалиться сквозь землю. Он и сам слишком устал от неуверенности, но не мог ничего сделать. Он просто тряпка и жалеет себя. Сколько можно? Надо взять себя в руки и покончить с этим. Признаться, что проблема сама не решается, что нужна помощь профессионала. Чёрт бы с этим доктором Сайфером, он же обещал просто разговаривать, он не стоматолог с огромными клещами. Частная клиника, что внешне, что внутренне выглядела солиднее общественной больницы. Только очутившись внутри, Диппер вспомнил о том, что раз доктор взял его к себе на сеансы, надо сегодня спросить про оплату, а то вдруг семья не потянет, зачем это тогда надо. В холле милая девушка встретила Диппера, поулыбалась ему, не так, конечно, как доктор Сайфер, пропустила наверх, сказала номер кабинета и напомнила, что обычно встречи длятся около двух часов. Диппер не помнил, чтобы два дня назад ему говорили об этом, но это было и не важно. Поднявшись по лестнице, Диппер с удовольствием отметил, что тут очень тихо, а обстановка более уютная. Стены не были выкрашены в белый, на них были наклеены обои песочного цвета с завитушками. Ковры на полах, цветы, картины с пейзажами. Даже пахло вкусно. Кабинетов совсем немного, но судя по размерам самого здания, можно было предположить, что те имели больший метраж. В этот раз Диппер тоже не хотел стучаться, но решился быстрее, тем более, его заедала совесть. Он не мог сбежать от человека, после того, как тот согласился сидеть с ним и выслушивать. Чужое время надо ценить. - Ты немного опоздал, - первое, что услышал Диппер, когда постучался и зашёл. Чёрт, он опять опозорился. На сколько минут на этот раз? Внутри было темнее, чем снаружи, но весь эффект заключался в закрытых шторах, имеющих бордовый оттенок. Обои были такими же светлыми, но без завитушек, тяжёлая мебель под цвет штор. Стол под шторы выбирали или наоборот? Что появилось раньше: шторы или стол? У Диппера была страшная каша в голове. Он надеялся, что его глупое выражение лица нельзя разглядеть в такой обстановке. Шкафов явно больше, только в одних книги, в других папки – личные дела. Стол стоял у самого окна, а в середине кабинета два кресла друг напротив друга, между ними низкий стеклянный столик. Круглый. Наверное, думал Диппер, если бы совсем ничего не было между креслами, у человека не было бы никакой защиты перед тем, кто стремится залезть к нему в голову и всё рассмотреть там. Есть стол, но он круглый. Тоже психологический фокус? Типа, будь стол квадратный, об его углы можно было споткнуться, об углы в своих мыслях… если натыкаться на ни откуда взявшиеся углы – это может быть очень больно. Диппер понял, что у него сейчас разболится голова, если он не перестанет анализировать. Он вечно анализирует и спотыкается об углы, которые сам же ставит. - Привычка стоять в дверях тоже о многом говорит, - усмехнувшись, Билл, как и в первый раз, внезапно оказался рядом, что Диппер по своей задумчивости не заметил этого, отчего вздрогнул, чуть не налетел на мужчину, но тот ловко обогнул его, закрыв дверь, - лучше сядь, налить тебе чаю? Знаешь, в Китае придумали самый лучший чай, по опыту точно могу сказать, что к беседе он располагает лучше других. - А, эм… - погладив вспотевшей ладошкой шею, Диппер ещё немного помялся, - Вы были в Китае? – сказал и тут же заткнулся. Надо было согласиться на чай, а не задавать вопросы, тем более те, которые совершенно не касаются самого Диппера. Билл может и не отвечать и будет прав. Диппер всё же сел в кресло, а рюкзак положил рядом с ногами на пол. Впрочем, Билл не стал упрекать своего юного клиента и сворачивать тему, наоборот, ему понравилась инициатива Диппера продолжить беседу и развить её. Пока Билл занимался чаем, он стоял к Дипперу спиной. - Я много где был. В разных странах разный подход к работе с личностью, хотя есть схожие моменты. Чай тоже везде разный, - улыбнувшись и развернувшись, Билл подошёл к низкому стеклянному столику, ставя перед Диппером чашку чая и блюдце с конфетами. Себе наливать чай не стал. Диппер наблюдал за тем, что делает Билл и не отвечал, почему-то при этом всё время глядя на руки доктора. - Это у всех психологов так принято – угощать клиентов чаем? – дождавшись, когда Билл возьмёт блокнот с ручкой и сядет напротив, Диппер вжался в спинку кресла, не решаясь взять чашку, - Вы ничего им туда не подсыпаете? Ну, чтобы расслабить или, может, разрешённые вам законом наркотики, чтобы выведать нужную вам информацию? – Диппер после этой мысли даже как-то скептически посмотрел на чай. Господи, что опять за мысли? Он же видел, как доктор Сайфер делал чай, хоть и стоял спиной, может, ещё и невнимательность вкупе с неуверенностью? Диппер, ты слишком мнительный, научись в кое-то веки доверять людям. Никому нельзя доверять. Даже себе. В ответ на столь удивительное предположение Билл не стал ничего отвечать, а только многозначительно посмотрел на Диппера, изогнув губы в лёгком подобии улыбки, наконец, ловя взгляд растерянного и озадаченного молчанием парня. Диппер слишком уязвимый и открытый, будто оголённый нерв, а такой забавно щекотать, чтобы наслаждаться реакцией. На таких отлично действует приём, когда ты выражаешь какую-то свою мысль так, что человек не понимает, шутишь ты или правду говоришь. Человек становится безобиднее новорождённого котёнка, а значит, не может защищаться. Биллу было интересно, как далеко он сможет зайти, дёргая за самые болезненные ниточки в душе этого парня. - Знаешь, наркотики в чай на первом сеансе, это как секс на первом свидании – не для всех, - наконец, разрушив тишину и участливо кивнув, Билл насмешливо дёрнул бровью и тут же перевёл взгляд в свой блокнот, щёлкая ручкой. Диппер чуть не уронил челюсть, вылупившись на доктора во все глаза, на несколько мгновений забыв, как дышать. Нет, этот психолог точно издевается. Даже если у них не принято подсыпать что-то в чай, то выставлять клиента полным идиотом – это точно! Тем не менее, провокация Билла была всего лишь способом заставить Диппера выйти из зоны комфорта, почувствовать негодование, злость и наклониться-таки за чашкой. Это действительно сработало. Через полминуты Диппер уже сидел с проклятой чашкой в руках, напряжённо делая глоток и сухо кивая: - Вкусный чай, спасибо. - Пожалуйста, я знал, что тебе понравится, - широко улыбнувшись и только теперь поднимая голову, Билл совершенно не скрывал своего удовольствия от произошедшей ситуации. Дипперу не нравится попадать в неловкие для него ситуации – это хорошо. Для Билла. Чем больше известных фактов о болезни, тем больше шансов выбрать правильное решение. Моральное состояние Диппера скажется на его физическом, что значительно повысит чувствительность. Билл склонялся к мысли, что этому парню для удачного исхода необходимо испытать сильный стресс, вызванный ситуацией, в которой он никогда ещё не бывал. Научить его жить со своими страхами, окунуться в них с головой и прочувствовать каждой клеточкой тела, слиться и просто расслабиться, принять, как данность и понять, что ты сильнее их. Научить Диппера доверять и при этом быть осторожным, когда важен каждый вдох, каждое движение. Когда ты зажат в тиски, когда от тебя ничего не зависит. Если Билл заставит Диппера расслабиться, довериться ему… … а он заставит. Для таких случаев есть один прекрасный способ. - Диппер, скажи мне, ты умеешь расслабляться? Вообще, что в твоём понятии «расслабиться»? – поскольку они и так здорово затянули, Билл решил начать наступление, но больше не провоцировал парня ни многозначительной улыбкой, ни взглядом. - Ну, мне хорошо дома с видеоиграми… - Диппер в привычном жесте потёр шею, неторопливо отпивая остывающий чай, - иногда Мэйбл зовёт потусить со своими подружками, но после одной ночёвки с ними, я больше ни ногой в их компанию… слишком раздражающие и шумные… - Алкоголь, наркотики, сигареты? - Эм… сигареты пробовал, не понимаю, как от этого можно получать удовольствие. На паре студенческих вечеринок, откуда я сбегал быстрее всех, пробовал коктейли, но только голова от них болела. - Порно? Эротические журналы? - Что?! Нет! – Диппер поперхнулся чаем, поспешив отставить чашку на стол. - Точнее, ну… было дело… чёрт, Вы специально меня об этом спрашиваете?! – смущение перестало помещаться на лице Диппера, также, как и сам парень не знал, куда себя деть, вытирая губы тыльной стороной ладони, глядя при этом на Билла. - Вполне стандартные вопросы, реагируй спокойнее, - мило улыбнувшись, Билл черкнул в блокноте, - рисование, музыка, спорт? - Я был не самый талантливый ребёнок, - вздохнув, Диппер поёрзал на месте, приподнявшись, затащив на кресло ногу и сев на неё. - Считаешь ли ты, что родители больше любят твою сестру, чем тебя? - Да нет, вряд ли… нам всегда уделяли одинаково внимания, в детстве мы много времени проводили вместе, потом старшая школа, университет, вроде как взрослая жизнь… и тут я понял, что не готов общаться со сверстниками на их уровне, стрёмно и не особо интересно. Диппер думал о том, что уже и не помнит, когда действительно последний раз расслаблялся, он всегда слишком напряжён, слишком анализирует. Голова порой страшно пухнет от этого. Наверное, он привык накручивать себя, отовсюду видит проблемы, поэтому замыкается в себе. Тяжёло так жить, тем более, когда всем вокруг ты кажешься странным и глупым. Диппер честно устал от себя, от того, что не может принять правильного решения. Сомнения убивают его. Билл думал о том, что Диппером легко манипулировать. Диппер ещё ребёнок в душе, он боится мира вокруг себя. Ему легче, если кто-то направляет и говорит, как правильно, как нужно. Тип взаимоотношений – ведомый и ведущий. С другой стороны, Диппер трогательно инфантилен, ему проще продолжать сбегать от проблемы. Ему нужна чья-то забота. В мире огромное множество практик, в большей степени психологи советуют сближения с семьёй, с теми, кто дорог. Билл ориентировался на отдельную личность, на её утверждение. Если нет гармонии с собой, человек потеряется, а взаимоотношения с близкими могут начать сильно тяготить. Человек будет всё больше убеждать себя, вместо того, чтобы точно быть уверенным в том, что делает. - Ты ведь подписывал у секретаря внизу бумаги о том, что согласен с прохождением моих сеансов? – Билл щёлкнул ручкой и закрыл блокнот, краем глаза взглянул на часы. Диппер успел пригреться и даже перестал ощущать себя неуютно. Атмосфера в кабинете не давила, наверное, так и должно быть, а… поведение психолога… наверное, у них методы такие у всех, или просто этот конкретный отличился… лучший из лучших, вроде как. - Да, только я не понял, сколько раз нам придётся с Вами встречаться и сколько я Вам должен... - Не переживай, бедных студентов до нитки не обдираю, - рассмеявшись и поднявшись, Билл отошёл к столу, чтобы там найти свой ежедневник, раскрыть его и просмотреть расписание, - сколько точно мы проведём времени, я скажу тебе после следующей нашей встречи. Я говорил уже, что если того требуют обстоятельства, я приглашаю клиентов к себе домой. Ты – одно из тех обстоятельств. Подобравшись в кресле, Диппер притянул к себе на колени с пола рюкзак, сжал его и нахмурился, смерив мужчину взглядом: - Зачем это мне ехать к Вам домой?.. - Затем, что для решения твоей проблемы, нужен особый подход. Не волнуйся, опыты я на тебе ставить не буду, этот метод уже очень давно и эффективно практикуется среди японцев. - Я слышал, что все японцы извращенцы… Билл подавил смешок, развернулся и окинул Диппера с ног до головы игривым взглядом: - Эх, молодая кровь, все мысли в одну сторону. Диппер снова вспыхнул и подорвался с места, с недовольством закатывая глаза. - До свидания, доктор! - Я буду ждать тебя послезавтра здесь у ворот. Заберу на машине. Предупреди родителей, что задержишься. Моя терапия не терпит спешки. Жду ровно в пять вечера, с собой прихвати воду, лёгкий привычный перекус, хлопковые шорты и футболку, до этого не есть ничего тяжелее овощного салата и принять душ, а ещё выспаться. Для работы мне не нужно дохленькое тельце, которое взвоет через пять минут. - Что Вы собрались делать? – Диппер останавливается у двери, прижимает рюкзак к себе, не удосужившись надеть его на спину. Ему кажется всё слишком странным, да и непонятно, с чего вдруг он – обстоятельство, он же просто неуверен в себе… и что ещё за японские методы… А Билл и не собирается продолжать, только машет на прощанье рукой: - Увидимся, золотце. Ты же не сбежишь от меня, м? Поджав симпатичный хвостик… Диппер с силой захлопывает дверь с другой стороны и бежит вперёд по коридору до самой лестницы. Этот проклятый психолог вывел его из себя! У него, что, со всеми клиентами строится такое общение?! Золотце, хвостик! Диппер не трус, чтобы сбегать, он не позволит Биллу смеяться над ним, будь там хоть японские, хоть какие методы! А провокация снова удалась. *** Диппер чувствовал, что в его жизни происходит что-то не то, когда он чуть не проговорился, что у доктора Сайфера ничего такая машина, особенно внутри. Комфортная. Наверное, психологи много зарабатывают, или только этот со своими методами. Интересно, много клиентов впадало в недоумение, когда Билл заставлял их носить с собой шорты с футболкой. Хлопковые. Почему хлопковые? Они будут практиковать зарядку от неуверенности? Зарядка для хвоста, Господи. Как тот мультик. Диппер чувствовал себя глупо, прижимая к себе рюкзак, не решившись его забросить на заднее сиденье. Билл был сегодня какой-то чересчур довольный. Он всегда довольный. Улыбается. Улыбается так, будто бы собирается оставить тебя в ванне со льдом без почки. Дипперу надо бы усмирить воображение. Хотя, вдруг клиенты Билла пропадают после того, как приезжают к нему на сеансы домой. Причём тут тогда хлопковые шорты? Чушь какая-то. - Вы живёте в загородном доме? – Диппер смотрит в окно и понимает, что мегаполис остался позади. - Да, самый удачный выбор для тех, кто работает с проблемами людей. К тому же, для моих методов нужно много свободного места. - Вы заставите меня физически напрягаться? – Диппер скашивает взгляд на мужчину. - Напрягаться физически буду я, а ты будешь напрягаться морально, - он произнёс это почти нараспев. Дипперу совершенно перестаёт нравится происходящее, и он долго и мучительно сверлит Билла взглядом, а тому всё равно. Он загадочно улыбается. Напрягаться физически. Диппер опускает взгляд на руки Билла, они уверенно держат руль. Его руки выглядят крепкими, хотя пальцы достаточно длинные и немного изящные. Холёные пальцы. Но по Биллу не скажешь, что он слабак, он выглядит сильным. Диппер вот слабак. Тот, кто вечно спотыкался на уроках физкультуры – именно он. А ещё ему говорили, что он чихает как котёнок. Ну, это вообще ни в какие ворота. Диппер слишком остро реагирует на критику. Мэйбл вот как-то раз дала в глаз тому, кто назвал её дурой. Диппер считал себя более дипломатичным, лучше бы не был таким проблемным и умел бы давать в глаз – жить стало бы проще. - Если мы будем действовать по Вашей японской методике, мне следует называть Вас Сенсей? Или как там? Семпай. - Не стоит, у нас не детская игра. Что бы ты себе не выдумывал, относись серьёзно к тому, что будет происходить, потому что я буду серьёзен. Сегодня я буду твоим риггером, а ты – моей моделью, но если захочешь обратиться, то зови меня Мастером. Путём великого искусства я помогу тебе перебороть свою неуверенность. - Мне всё меньше нравится то, что вы говорите, - Диппер сам не поверил в то, что сказал это вслух, но обратного пути не было. - Вот поэтому сегодня тебе придётся научиться доверять, золотце. Доверять мне. *** Дом у Билла действительно был большой. Два этажа. Диппер не думал, что в его случае прилично напрашиваться на экскурсию, поэтому просто проследовал за Биллом на второй этаж. Комната, куда Билл привёл парня, была абсолютно пустая. Вряд ли это могло насторожить, учитывая, что Диппер ожидал увидеть пыточную. У него богатая фантазия. Здесь был простой деревянный пол, стены, выкрашенные в цвет слоновой кости, из большого окна лился солнечный свет. - Располагайся и переодевайся, - Билл сказал это и вышел. Диппер сбросил рюкзак с плеча и вдруг заметил на полу что-то вроде японского татами. Да, он читал в интернете кое-что ради интереса, вот и вспомнил. Татами было светло-серого цвета, поэтому его не было сначала видно. Диппер подумал, что ничего страшного не случится, а переодеться лучше до того, как Билл вернётся. Оставив рюкзак возле окна, Диппер стал торопливо расстёгивать толстовку и стягивать джинсы. Билл вернулся тогда, когда Диппер уже с минуту как неловко топтался, чувствуя себя крайне глупо в футболке шортами. Диппер даже не мог бы ответить, что из увиденного поразило его больше: две непонятные железные палки, которые нёс Билл так легко, будто они ничего не весили, верёвка приличного метража или внешний вид. Билл был в других чёрных джинсах, в белой рубашке с аккуратно закатанными рукавами до локтя и в грубых чёрных перчатках. - Э… - Ванная слева по коридору, вымой руки и освежи немного лицо, ты напуган, будто кролик перед удавом, - Билл усмехнулся, сбросил верёвку рядом с татами, а сам стал вкручивать по одной палки в пазы в стенах, после соединяя их в одну перекладину. После этого Билл вышел ещё зачем-то, но Диппер к тому времени уже доплёл до ванной, где долго не решался включить воду. Он всё меньше понимал происходящее, отчего у него тряслись руки, и сосало под ложечкой. Когда Диппер вернулся, в комнате появилось ещё кое-что: рядом с татами лежала аптечка, ножницы, одеяло и стояла бутылка воды. Створка окна была приоткрыта, поэтому помещение проветривалось. Ещё Диппер увидел совсем маленький деревянный столик, на котором в японском стиле стоял дымящийся чайничек и одна чашка без ручки. Диппер подумал, что как-то всё слишком атмосферно. Билл подтащил второе татами, положил напротив другого и сел на него в позе «лотоса» спиной к Дипперу. - Закрой дверь и садись напротив меня. Диппер помялся и послушался. Он подошёл неуверенно ближе, обошёл Билла, скосил взгляд на верёвку и сел напротив в ту же позу, чувствуя себя совсем неуютно. Диппер ощущал себя совсем по-дурацки, по крайне мере, до тех пор, пока Билл не сменил серьёзное выражение лица на более привычное – снисходительно-улыбчивое. Диппер передёрнул плечами, ёжась, хотя холодно ему не было. - Я не уверен… - Неуверенности нет места в этой комнате, - Билл проговорил это почти ласково, наклоняясь ближе к Дипперу, протягивая руку и зарываясь пальцами в его мягкие слегка кудрявые волосы, - оставь все страхи за дверью. Здесь есть только я. Забудь о том, что находится там, снаружи, расслабься и прими то, что сейчас от тебя ничего не зависит. Позволь нести себя по течению. Сегодня твоим течением буду я. Сегодня ты не будешь бояться… не будешь бояться ощущений и эмоций. Говори мне обо всём, что чувствуешь, даже если это стыд, возбуждение, растерянность, боль. Я должен знать всё. Я хочу, чтобы ты достиг слияния со мной. Модель должна подчиняться Мастеру, а Мастер – слушать свою модель. Воспринимай это как исключительную красоту и искусство. Поверь в себя, представь себя моей Музой. Я буду скульптором, творящим прекрасное. Знаешь, есть знаменитая фраза: «Свобода – это рабство». Сейчас ты свободен в своих взглядах, действиях и мыслях, поэтому ты запутался. Я направлю тебя. Доверься мне и почувствуй. Пальцы Билла гладили голову Диппера, скользнули ниже, коснулись щеки. В этих движениях не было ничего пошлого, только целомудрие. Диппер почти задыхался, пытаясь собрать мысли в кучу. Ничего не помогало. Страх перед неизвестным. - У меня не получится… - голос охрип. - Тшш, - палец в грубой коже коснулся обветренных искусанных губ, - запомни только то, что требуется: глубоко дышать, не дёргаться и говорить мне обо всём, что чувствуешь. Я знаю, что делаю. Доверяй моим рукам. После этих слов Билл поднялся и зашёл за спину Диппера, опустился на колени сзади, но не позволил парню обернуться, придержав его плечи мягко, но уверенно. Диппер понял, зачем перчатки – чтобы не стирать ладони о верёвку. - Встань на колени и загни руки назад. Я буду говорить тебе всё, что делаю. Для первого раза ощущения будут непривычными. Диппер сглотнул, но выполнил, стараясь дышать ровно, хотя сердце буквально разбивалось о грудную клетку. Он закрыл глаза, вдохнул-выдохнул. Не увидел, как Билл берёт верёвку, как через мгновенье та ложится на запястья. - Джутовая верёвка – классика в связывании. Достаточно мягкая, чтобы не нанести травм и довольно грубая, чтобы чувствовалась фиксация. Сейчас я затяну твои ладони. Расслабься. Узел сложен так, что самостоятельно не затянется. Билл ловко перекидывал концы верёвки, просунул обе руки Диппера, затянул узел, отрегулировал натяжение, проверил, чтобы верёвка и запястья оказались плотно прижаты. Руки Диппера плотно прижались к спине. Парень прикусил губу и плотно сжал челюсти, уговаривая себя не нервничать. Узел был закреплён несколькими простыми узлами без перехлёстов. Билл не солгал, он сообщал обо всём, что делает. Дипперу пришлось сесть. Билл попросил его максимально согнуть правую ногу в колене, а сам потом ещё лёгким усилием сдвинул её на пару сантиметров, обернул верёвку по внешней стороне бедра, затем по внутренней, обратно к лодыжке. Пропустил верёвку под уже лежащий виток под узлами. Ещё один виток вокруг ноги, но в обратном направлении. Он аккуратно расположился поверх первого витка с тем же натяжением. Снова изменил направление движения. Следующий виток кладётся по направлению к середине бедра и с несколько меньшим натяжением. Верёвка снова делает оборот, доходит до начала витка, пропускается под него и ведётся в обратную сторону. Новый виток над предыдущим, вплотную к нему и с тем же натяжением. В месте перегиба верёвку под предыдущий виток. Затем закрепление узлом и увод вниз. Подтягивание двух нижних витков верёвки с внутренней стороны бедра, чтобы они плотнее охватывали ногу. Пропуск верёвки между бедром и голенью, обхват ею нижних витков и с небольшим натяжением вывод обратно. Закрепление верёвки узлом. Обвязка готова. Диппер старается дышать. Он бросает взгляды на пол, потолок, стены, но здесь ничего нет, невольно мысли возвращаются к ощущениям в собственном теле. - Если тебе больно, ты должен сказать мне об этом. - Нет, мне… странно… кожу трёт… узлы давят… - Диппер всеми силами пытается сосредоточиться, ловя лицо Билла, которое оказывается слишком близко к его собственному, - я чувствую себя беспомощно… - последние слова он шепчет, плотно сжимая губы и смаргивая. Билл останавливается, пальцами свободной руки зарывается Дипперу в волосы, притягивает его голову к своей груди, прижимает и гладит, успокаивает. - Узлы надавливают на твои биологически активные точки, которые должны вызывать в твоём теле определённого рода ощущения. Не сдерживай себя, чувствуй всё. Дыши полной грудью. Тиски – твоя свобода. Ты волен чувствовать. В данный момент твои чувства и эмоции не зависят от тебя, поэтому не скрывай их, просто прими. Не бойся стыда. - Л-ладно, я попробую… Обвязка остальных частей тела требует большей осторожности: лучевой нерв на внешней стороне руки между трицепсом и дельтовидной мышцей – верёвку необходимо класть ниже; плечевое сплетение в подмышечной впадине - эту область лучше вообще не трогать; шея – чтобы не спровоцировать удушье; запястья Билл обвязывал аккуратно, дабы не передавить нервы; бедренная артерия примерно на десять сантиметров ниже паховой области – нельзя слишком сильно пережимать узлами. В области груди, пресса и спины узлов было больше. Диппер сбился со счёта. Одежда на нём приносила хоть какое-то облегчение. Диппер всё чаще забывался, но Билл окликал его, заставляя говорить. Коммуникация крайне важна во время обвязывания. У Билла было достаточно опыта и практики, но каждой модели нужно уделять внимание, следить за её моральным и физическим состоянием. Диппер был послушен и податлив, как Билл и рассчитывал. Идеальный ведомый. Его кожа нежная, его эмоции прекрасны. Невинность, открытость, искреннее доверие и голый страх. Восхитительно. Истинное эстетическое удовлетворение. Когда Билл закончил с обвязыванием, он поднялся, встал позади Диппера, перекинул верёвку через перекладину, натянул и поднял тело парня на двадцать сантиметров вверх. Диппер до того издавал короткие болезненные стоны, но в этот раз он застонал громче, сжал зубы, промычал, поморщился. Его лицо покрылось красными пятнами, дыхание участилось. Узлы впились в кожу с большей силой, верёвка натянулась и натирала. - Может, ах… хватит… - Я знаю, ты можешь выдержать больше. Билл закрепил верёвки и оставил Диппера висеть. Когда Билл отошёл, Диппер остался совсем без поддержки - один на один со своими страхами, которые в этот раз были более, чем материальны - жадно и остро впивались в плоть. Диппера чуть не накрыла истерика, когда он пытался хоть как-то пошевелиться, найти взглядом Билла, найти точку опоры, но в состоянии скованном и подвешенном, это было крайне трудно сделать. Диппер заскулил, выдыхая глубоко через рот. Все наставления Билла вылетели из головы, а самое ужасное было то, что сам психолог обошёл его и сел на своё место, сложил ноги, положил перед собой часы и коротко оглядел Диппера. Пока бедный парень забывал дышать или делал это через раз, Билл, как ни в чём ни бывало налил себе чаю из керамического чайника, который мог надолго сохранить тепло, принял более расслабленный вид и с улыбкой полного наслаждения принялся наблюдать за объектом собственного творения, безмятежно отпивая из чашки. - Вы что, с ума сошли?! Сколько я буду так висеть?! – Диппер сделал попытку дёрнуться вновь, но верёвки впились сильнее, принося коже ужасный дискомфорт, который порождал панику. В уголках глаз появились слёзы. - Тише, - Билл сделал глоток и строго посмотрел на Диппера, - успокойся, я просил доверять мне и следить за дыханием, а ты только вредишь себе. Если перестанешь дёргаться – верёвки не будут так натирать, если восстановишь дыхание – перестанешь вовсе чувствовать оковы. Ты сам придумываешь себе проблемы, приспособься к обстоятельствам. Просто прими то, что сейчас от тебя ничего не зависит, ты бессилен что-либо сделать с этим, но можешь это принять. Диппер с ужасом осознал, что отвязывать его не собираются, а ведь у него уже стали неметь руки и лодыжки. Как тут можно было успокоиться?! Неужели чёртов психолог не отпустит его, пока не увидит желаемого результата? Да проще умереть от разрыва сердца, чем принять тот факт, что ты висишь, связанный по рукам и ногам! Каким бы сумасшедшим поступком это не было, но Диппер понял, что иного выхода просто нет, и надо попытаться пересилить себя, а потом он убьёт этого проклятого психолога, как только тот развяжет его. Точно развяжет. Не может не развязать. Он поэтому так смотрит на часы. Надо просто перевести дыхание, закрыть глаза и мысленно перенести себя в другое место, говорят, что это помогает освободиться от суеты. Диппер так и сделал. Ему не хотелось представлять свой дом или даже собственную комнату, ему хотелось в какое-то другое место, где нет людей, которое далеко отсюда, где дует ветер – ласково треплет волосы, как этот ветер, что дует из окна; как ярко светит солнце, как лучи, что пробиваются в окно, Если подумать о том, что ты находишься где-то очень высоко в горах, даже больше – паришь, как птица, то дышать становится заметно легче. Расслабиться и выдохнуть, закрыть глаза. Поначалу сложно, но затем чувствуешь, как неприятные ощущения начинают отпускать. Узлы уже не натирают, даже проклятый психолог бесит меньше. Что это вообще за методы такие? Доктор Сайфер проводит такое с каждым своим клиентом? Диппер подумал об этом и смутился, потряс головой. А если он их не только связывает?.. - Достаточно, - Билл поднялся и надел часы обратно на руку. Диппер дёрнулся от неожиданности, часто заморгал и заозирался в поисках Билла, который уже оказался сзади. Он отвязал верёвку и опустил Диппера вниз, после чего присел и в более неторопливом темпе стал развязывать его. - Молодец, ты неплохо продержался пять минут, - в голосе чувствовалась усмешка, но Диппер уже не так остро реагировал. Он вообще витал где-то в облаках. Видимо, он действительно смог настолько уйти в себя, что положение скованного его перестало волновать. Вскоре Диппер снова смог вдохнуть полной грудью и рассмотреть свои особо натёртые места. Кое-где кожа сильно покраснела, но не всё было так печально. Диппер понимал, что больше сам виноват – много дёргался. Билл же выполнил свою работу хорошо. Сейчас психолог сложил и отложил верёвку, вытащил из аптечки мазь, вложил её в руки «пострадавшему», а после накрыл его заботливо одеялом. - Теперь отдыхай. Сначала смажь кожу, а затем поешь и выпей воды. Я не зря предупреждал тебя принести с собой перекус. Чувствуешь голод? Только никуда не торопись, я буду рядом. Часто после первых сеансов у новичков психологическая реакция не заставляет себя ждать. Мастер должен находится со своей моделью до самого конца, - Билл довольно заулыбался, оглядывая парня с головы до ног и присаживаясь уже на тахту, на которой сидел Диппер. Диппер всё это время предпочитал пока просто молчать, пытаясь осмыслить всё, что произошло с ним. Да, это действительно было очень странно, немного пугающе, но на самом деле оказалось не так ужасно. Вероятно, к этому надо морально прийти… Диппер потянулся за рюкзаком, вытаскивая бутерброды и воду. Родителям и сестре об этом точно не стоит рассказывать. Так они и сидели вдвоём: Диппер старательно жевал, делая маленькие глотки, а Билл то и дело выхватывал то одну его руку, то другую, то спускал одеяло, задирая футболку, залезая под его воротник. Невзначай пальцами он проводил по коже, чувствовал дрожь, напряжение в некоторых мышцах. Ещё пара сеансов, и он заставит это тело чувствовать возбуждение от связывания. Всё хорошо, Диппер отлично справился. *** После того, как Диппер сходил умылся и переоделся, Билл ждал его внизу. Диппер спустился по лестнице и остановился рядом с Биллом, переставая прижимать рюкзак к груди, отправляя его на спину. Надо было что-то сказать прежде, чем уйти. - Мм, доктор… - Ещё раз придёшь и можешь звать просто Билл. Диппер вспыхнул, но взгляда отводить не стал. Нахмурил брови, поджал губы, наблюдая за тем, как Билл снисходительно улыбается ему. Невозможный человек. - А если не приду? Билл сделал вид, что задумался. - Но ты ведь хочешь, чтобы я помог тебе… - он прошептал, медленно склонившись к парню и вглядевшись в глаза, в зрачках которых мерцало уходящее солнце, - знаешь, золотце, я чертовски люблю созерцать прекрасное, а ты прекрасен, как никто другой… Диппер быстро вдохнул и хотел отстраниться, но не смог сделать и шага. Его действительно терзали смешанные чувства. Страшно, интересно, захватывающе и слишком опасно. Как воспринимать шутки доктора? Он просто шутит или заигрывает? Со всеми молодыми клиентами он так? - Я уверен, Вы говорите это всем. - Неправда, я не со всеми использую связывание, и не всем потом говорю, что они похожи на красивую бабочку в коконе. Ты похож. Диппер всё-таки отвёл взгляд, неловко погладил шею и прикусил щёку изнутри. Ну вот что ты будешь делать. Пора ехать домой. Билл подумал об этом немного раньше и приоткрыл дверь. - Идём, я тебя подвезу. Диппер вышел на улицу, подождал, пока Билл закроет дверь, после чего они пошли к машине. Отсюда открывался неплохой вид на уходящее солнце. Всё небо окрасилось в розовато-лиловый, прямо как цвет следов от верёвок. Улыбнувшись, Диппер согнал смущение с щёк и нагнал Билла, остановившись рядом с ним. - Доктор Сайфер, а Вы будете меня только связывать? Билл насмешливо выгнул бровь, несколько секунд просто смотрел на парня, а затем открыл перед ним дверь, приглашая: - На случай излишней упрямости, недоверчивости и невозможности расслабиться, да получить удовольствие, японцы придумали много интересного дополнения. - Раскалённый воск, например? - Для начала я тебя просто отшлёпаю.