Моя любовь - твое проклятье

Молодой человек сидел под дверью и прислушивался к каждому шуму и движению, которое раздавалось за ней. Дейдара уже перестал колотить в нее, и теперь Итачи слышал, как он что-то тихо шепчет. Брюнет прислонился затылком к деревянной поверхности, прикрывая глаза. Ему хотелось открыть эту злополучную дверь, но тогда выйдет, что он не верен своим словам. Учиха медленно стиснул руки в кулаки, при этом судорожно вздыхая. Внутри его трясло, так сильно, что эта дрожь словно пробивалась через каждую клеточку его тела. Окутывала сознание, заставляла биться сердце еще быстрее, губы кривиться в ироничной усмешке, а самого себя чувствовать последним ничтожеством. Реакция Дейдары была настолько шокированной, отчего Итачи даже на минуту засомневался: не сделает ли блондин что-то с собой, пока будет там заперт? Итачи обернулся, снова прислушиваясь к звукам. Тихо. Даже не слышно собственного дыхания. Брюнет поднялся на ноги. За окном начинало светать, даже несмотря на то, что солнце еще не было видно над верхушками деревьев. Темноволосый осторожно отодвинул щеколду, открывая дверь. Отворив ее настежь, он обошел Дейдару, который так и просидел всю ночь на лестнице, и присел напротив юноши. Глаза светловолосого были открыты, застывшие и неподвижные. Они будто потеряли свой первоначальный цвет и теперь были похожими на стеклянные. Итачи коснулся ладонью лица Тсукури, тот остался сидеть неподвижно, лишь мелко и обрывисто дышал. Подняв парня на ноги, Учиха закрыл двери и усадил блондина на стул. Он растерянно смотрел на него, не понимая, что ему сделать. Дейдара словно улетел куда-то далеко, оставив после себя лишь оболочку, свое тело. Учиха склонился к лицу юноши, заглядывая в голубые глаза, которые смотрели на него но, как-то мимо. Как будто Дейдара не видел его перед собой и смотрел сквозь прозрачное стекло.  — Дейдара? — Учиха решил все-таки попытаться позвать парня. Светловолосый в ту же минуту перевел взгляд на Итачи, выжидающе смотря на него. Учиха уперся руками в колени. Ему не нравилось, что блондин так отреагировал. Тсукури продолжал смотреть в лицо черноглазого не отводя глаз. Брюнет выпрямился, немного отошел от юноши:  — Иди в гостиную, — спокойным голосом, без ноток приказа, попросил он. Тсукури поднялся и, не проронив ни единственного звука, вышел из кухни. Учиха проводил парня взглядом. Неужели блондин стал словно марионетка, которая беспрекословно выполняет все твои приказы и просьбы? Учиха последовал за светловолосым. Войдя в гостиную, он застал его стоящим посреди. Дейдара склонил голову немного набок и смотрел снова в пустоту.  — Сядь, — Учиха кивнул головой в строну дивана. Второй опустился на диван. Темноволосый присел на корточки перед лицом Тсукури. — Ты обиделся?  — Нет, — немного хрипло отозвался Дейдара  — Дразнишь меня?  — Нет. Брюнет поднялся на ноги. Выходит, что Дейдара теперь будет как его кукла? Скажешь сидеть — он сядет, скажешь не дышать, он и это перестанет делать? Нет, ему не нужна неживая кукла. Разве он этого добивался? В голове заметались разные мысли, которые склонялись только к одному: как вывести Тсукури из этого ступора.  — Пойдем, — Итачи развернулся в строну лестницы, сразу слыша позади шаги Дейдары. Они поднялись наверх, пересекли коридор и преодолели еще одну лестницу, ведущую на чердак. Оказавшись внутри, Учиха запер двери. Он неспешно прошел до середины помещения и обернулся. Дейдара стоял возле дверей.  — Подойди. Блондин сделал несколько шагов в строну Итачи. Он не успел дойти до молодого человека каких-то полшага, как тот занес руку. Дейдара инстинктивно зажурился, готовясь к удару… *** Наруто мучительно простонал, он снова будто катался на карусели, даже несмотря на то, что лежал на кровати. Ему казалось, что сегодня еще хуже, чем вчера, так как было ощущение, что вчера его ломали, а сегодня сложили и, вдобавок, неправильно. Это было еще хуже, чем вчерашние ощущения. Шевелиться было больно, даже просто легко подвигать телом. Оно словно было свинцовым. Юноша с трудом повернул голову набок, в ней будто что-то треснуло, а мышцы натянуто скрипнули. Блондин медленно повернул голову в другую сторону, пытаясь хоть как-то расшевелить застывшие мышцы. Они поддавались нехотя. Было чувство, что если он сделает одно неправильное или резкое движение, то развалится на части. Наруто стал понемногу шевелить пальцами. С ним явно было что-то не так. Разве когда болеют, то находятся в таком состоянии? Узумаки скосил глаза на Саске. Имеет ли брюнет к этому отношение? Ведь ему стало так плохо после их второго раза. После первого у него болело тело, но не настолько, что будто его разбили и склеили. В этот раз ощущения были нестерпимы. Наруто поежился, стараясь расслабить тело. Может, стоит спросить у Итачи? Он то скажет правду, в отличие от своего брата, который похож на тех людей, которые, улыбаясь тебе в лицо, могут вонзить нож в твое сердце. Наруто сравнивал Учиху именно с таким типажом. Даже несмотря на то, что брюнет старался угодить ему и был добр или хотел таким казаться. Естественно, Узумаки был не таким уж супер-психологом, но некоторые качества в людях замечал. И из поведения Саске тоже кое-что для себя уточнил. То, что брюнет сделает все, хоть будет строить из себя несчастного страдальца, но добьется того, что задумал. Может лапшу на уши такую навешать, а ты будешь слушать с открытым ртом и все это сам себе наматывать. За внешней, казалось бы такой милой и ангельской оболочкой молодого человека, прятался хладнокровный и расчетливый человек, который на все сто процентов знал, чего он хочет и как это заполучить. Именно таким видел его Наруто. И, уже второй день находясь в таком состоянии, он начинал подозревать, что не обошлось тут без Учихи. Узумаки не мог понять, почему Саске так упорно старается удержать его. Он сомневался, что это из-за пылких сердечных чувств, в которых ему признался брюнет. И его частые приставания с намеками на секс тоже не давали покоя. Будто у Саске круглые сутки спермотоксикоз, причем уже второй месяц. Этот парень был одной сплошной загадкой, вокруг которой кружились одни тайны, и не было ни одного ответа. Он запутался и в том, что сам испытывает к Учихе. Была ли это ненависть, которая считалась первоначальным его чувством, или же Саске его сломал, заставив влюбиться в себя? Наруто боялся этого больше всего, он не хотел мучаться и страдать по тому человеку, который притворяется и играет. Его и так каждый раз мучила совесть оттого, что он занимался с ним сексом, причем два раза, и не сопротивлялся при этом. Саске его бесил… тем, что Узумаки не мог определиться в своих чувствах, не мог на сто процентов сказать, почему он так волнуется, когда брюнет рядом и почему это чувство живет вперемешку с ненавистью. Разве можно одновременно любить и презирать? Наруто стало казаться, что его тело теперь превратилось в желе. Руки перестали его слушать, отчего молодой человек ругнулся сквозь зубы. В мыслях все стало обволакиваться туманом, заставляя сознание снова утопать в блуждающей полудреме. Это состояние было сравнимо с тяжелым похмельем. Узумаки слегка мотнул головой, сразу пожалев об этом: в ней снова словно раздался выстрел. Юноша закрыл глаза — сейчас он не мог ничего сделать. *** Учиха обхватил парня за плечи, рывком притягивая к себе и прижимая к груди. Тсукури от неожиданности дернулся, застыв как вкопанный. Дыхание в легких сперло, и стало будто давить изнутри. Глаза Дейдары оставались широко открытыми, взгляд был устремлен в стену. Итачи второй рукой обнял юношу за талию, крепче прижимая к себе. Он чувствовал дрожь в теле голубоглазого, чувствовал, как его сердце словно старается перегнать скорость света, тревожное дыхание, которое стало проталкиваться словно рывками. Дейдара нерешительно поднял руки, которые, застыв по обе стороны от тела брюнета, повисли в воздухе.  — Можно, — Итачи улыбнулся, ощущая, как блондин обвил руки вокруг его тела. — Мне не нужна марионетка. Если ты хочешь, что бы тебя дергали за ниточки, то можешь идти в театр. Мне нужен живой человек. Точнее, живой ты. Думаешь, что я злюсь из-за твоего поведения? Вовсе нет… наоборот, оно мне нравится, ведь ты настоящий и не строишь из себя правильного как многие. Даже как я. Иногда завидую тебе: как ты остался таким, после всего, что с тобой было? Поэтому я напоминал тебе о твоей прошлой жизни, чтобы убрать в тебе уверенность на лучшее. Не знаю, зачем мне это надо, ведь с другой стороны я хочу, чтобы ты забыл о прошлом. Начинаю понимать, что ломаю тебя этим, убивая изнутри. Кажется, я перегнул палку с этим подвалом, не думал, что он так сильно влияет на тебя. И не буду заставлять рассказывать, почему. Ты просто будь собой, потому что я уже скучаю по тебе, даже несмотря на то, что ты в таком состоянии всего каких-то полчаса. Если будешь и дальше так себя вести, я повешусь, — брюнет усмехнулся, немного повернув голову к уху юноши. — Ты меня понял?  — Да, — тихо отозвался Дейдара, закрывая глаза и пряча лицо в плече темноволосого.  — Ты моя умница, — Итачи поцеловал парня в щеку, при этом немного потрепав волосы на макушке. — Спать хочешь? Тсукури пожал плечами, он еще сам не определился.  — Хочешь, — решил за него Учиха. — Ложись тут, а то скоро все проснутся.  — А ты? — вырвалось у блондина. Учиха, не отпуская парня, попятился назад, пока не наткнулся на кровать, и они не упали на нее.  — А я буду следить, что бы тебе не снились кошмары, — приближаясь к губам светловолосого, шепотом произнес брюнет. На лице блондина появилась лучезарная улыбка, и он, слегка отклонив голову набок, обнял брюнета. Итачи недовольно нахмурил брови: ему не удалось поцеловать Тсукури.  — А как же тот парень? — блондин резко приподнялся. Итачи взглянул на него, слегка улыбаясь. Дейдара быстро отходчивый от своих обид и прочего.  — А что с ним? — Учиха убрал челку парня с лица.  — Ну… не убежит?  — Нет. Я об этом позаботился, — губы брюнета растянулись в хитрой улыбке. Что бы он ни говорил, но ему нравилось дразнить Дейдару, наблюдая за его такой детской и открытой ревностью.  — Как же? — блондин сжал губы, слегка опустив уголки вниз.  — Привязал к кровати, — пожал плечами темноволосый. — Он ночью отбивался правда, но я его уломал. Голубоглазый чуть не задохнулся, представляя себе, на что это Итачи уломал того паренька. Брюнет же, улыбаясь, наблюдал за реакцией Дея.  — Ты это специально, — светловолосый толкнул парня в грудь. — Я тебе не нужен… — удрученно закончил он.  — Нужен, — поправил юношу черноглазый. — Даже таким букой. — Итачи… а…  — Ну? — подбодрил светловолосого молодой человек.  — Как… ты… — Тсукури замолчал, затем произнес: — Что ты чувствуешь ко мне? Лицо Учихи стало серьезным, улыбка вмиг покинула его. Он взял ладонь блондина в свою и положил себе на грудь в области сердца:  — Чувствую, что ты здесь, — тихо ответил темноволосый, сильнее прижимая ладонь Дея к груди. *** С наступлением обеда все, кроме Наруто, который просто физически был не в силах подняться с кровати, собрались в гостиной. Времени до полнолуния оставалось не так уж и много, и надо было решить все проблемы, касающиеся ритуала. Парень, играющий не последнюю, а даже самую главную роль в этом, с непонимание озирался на остальных, гадая, зачем его сюда вообще привезли. Как он понял, убивать его не собирались, по крайней мере пока что. Итачи присел рядом с ним, положив руку через плечи молодого человека. Саске тихо хмыкнул, а у Дейдары свело от этого челюсть.  — Итак, — Учиха-старший потряс человека рядом с собой. — Сначала объясним ситуацию. Нам нужен один человек, который должен провести ритуал…  — Вы что, секта? — второй дернулся. — Не перебивай меня, — раздраженно отозвался брюнет. — Тебя не должно это волновать. Все, что требуется от твоей персоны, это отнестись ко всему этому серьезно. Мы не шайка психов, которые от нечего делать по ночам читают заклинания и приносят в жертву дохлых кошек. Причина есть, достаточно серьезная, поэтому провала просто не должно быть. Я дам тебе книгу, ты обязан выучить все то, что я скажу, да так, чтобы от зубов отскакивало. Чтение, с самой книги, не одобряется, так как в процессе тебе придется немного порезать руку, — Итачи вздохнул, заметив, как парень побледнел. — Я сказал: немного. Ладно… каждый из нас будет следить за тем, чтобы ты все учил. Саске, будешь проверять, ты же эту книжечку с фанатизмом читал, и тебя не остановило то, что она на латинском языке, — Итачи красноречиво посмотрел на брата. Тот в ответ быстро кивнул. — Пока это все, — брюнет поднялся с дивана. — Отото, надо поговорить. Братья вышли из гостиной, оставив остальных. Войдя на кухню, Итачи прислонился спиной к стене:  — Что ты творишь?  — В смысле? — младший подошел к окну, бесцельно разглядывая двор.  — С Наруто… он должен быть физически в порядке во время ритуала, иначе просто не выдержит и умрет.  — Он просто заболел. Причем тут я? — брюнет обернулся, недовольно посмотрев на брата.  — Знаю я эту болезнь. Снова с папиными веществами балуешься?  — О чем ты? — Саске приподнял брови.  — Слушай, — темноволосый в плотную подошел к парню. — Засунь свой эгоизм себе в жопу и поставь мальчишку на ноги, так как теперь ему предстоит долгий процесс, так сказать, реабилитации. Если будешь продолжать в том же духе, то сам его и убьешь, он не дотянет до ритуала. Ты хочешь, чтобы он повторил судьбу той девушки? Глаза Саске тут же лихорадочно заблестели:  — Она сама виновата. Нечего было из себя одуванчик строить.  — А Наруто? Саске, не играй с огнем, иначе он тебя погубит. Хватит притворяться, строить из себя белого и пушистого. Твоя игра затянулась. Тебе не кажется, что слишком подло заставлять его спать с тобой именно таким образом? Ты же знаешь, как это вещество реагирует на тело? Если оборотней он делает слабыми, то полуоборотней может убить.  — Я его хотел и я его получил, — Учиха обошел брата. — Я не позволю отнять его у меня. Итачи обернулся:  — Интересно, какие сказки ты ему рассказал? Он тебе доверился, как и та бедная девочка, которая уже второй год кормит червей под деревом в лесу. Хочешь, чтобы Наруто закончил так же?  — То, что я хочу касается только меня, — Саске раздраженно махнул рукой.  — Исправь свои ошибки, — проходя мимо брата, посоветовал Итачи, выходя из кухни. Саске обернулся, провожая того взглядом. Брюнет вернулся в комнату. Забравшись на кровать, он сел, поджав ноги к груди. Опустив голову на колени, парень стал разглядывать блондина. Поддавшись вперед, Учиха склонился к лицу юноши, быстро поцеловав того. Наруто приподнял ресницы, рассеянным взглядом взглянув на Саске — Мы все обсудили по поводу ритуала, — пояснил темноволосый.  — И как? — Узумаки поморщился, стараясь убрать этот туман из своей головы.  — Все в порядке. Так что не переживай, — Саске снова поцеловал парня.  — Черт… мне надоело лежать.  — А куда ты хочешь?  — Хотя бы до туалета, — невесело усмехнулся блондин. Он уперся руками в кровать, приподнимаясь. Темноволосый взял его под локоть, удерживая от падения.  — Подожди, давай помогу, — Саске обхватил Узумаки рукой за талию и перекинул одну руку голубоглазого через свое плечо.  — Коляски инвалидной нет? — скривился блондин.  — Она тебе не нужна, — Учиха довел парня до ванной.  — Я дальше сам, а то даже как-то… — он, не договорив, запер за собой двери. Учиха вернулся на кровать. Слушая, как за дверью льется вода. Что вообще знал его брат? И что знает он сам? Затянутая игра? А он сам не заигрался с Дейдарой? Лепит его как хочет, а еще и говорит, что он неправильно поступает. Может быть, в каких-то своих поступках он и правда переборщил? Ведь если он в кого-то влюбляется, то для того человека это будет просто кармой. В такие моменты Саске был как одержимый фанатик, который пойдет на все, лишь бы удержать его рядом с собой. Если придется, отрубит конечности, чтобы он не мог уйти, будет пичкать разной дрянью, но не отпустит. Не это ли самое ужасное? Сумасшедшая любовь. Брюнет становился таким только тогда, когда осознавал, что его объект обожания хочет от него уйти. Так и получилось с его первой девушкой но, там он действительно перестарался и убил ее, хотя сам склонял это все к несчастному случаю. После этого, старший брат от него отвернулся, считая позором семьи, который не может справиться со своими возможностями, а родители перестали обращать на парня внимание, ведь убивать себе подобных для них было сравнимо с предательством широкого масштаба. Итачи говорил, что у него присутствует раздвоение личности, которое проявляется в стрессовых ситуациях, для брюнета. Справиться с этим было сложно, так как Учиха сам не осознавал, какая его сторона в данный момент доминирует, а какая спит. Но он мог с уверенностью сказать, что обе эти стороны схожи в одной цели, имя которой — Наруто. *** Что может быть ужаснее, чем наблюдать, как человек, который тебе небезразличен, проявляет излишнее внимание к другому человеку? Дейдара был готов запустить в Итачи, как впрочем и во второго объекта, все, что видел перед собой: стол, стулья, чайник, тарелки, ножи, — все то, что находилось на кухне. Как же его раздражало то, что Учиха кидает на того парня какие-то красноречиво-двусмысленные взгляды, при этом облизывая губы и слащаво лыбясь. Нет, не улыбаясь, а именно лыбясь! Он это делал на зло? Если так, то у него просто талантище! Лицо Тсукури, казалось, вот-вот позеленеет от гнева, который очень явственно выражался, и юноша никак не мог удержать его в себе. К чему брюнет его позвал на кухню, если в данный момент неотрывно наблюдает за тем, другим? Блондину было совершенно параллелен новый житель в доме, как и то, что он весь сжимался и дергался от одного только движения руки темноволосого или громкого, как бы обреченного, вздоха. Чем его так Итачи напугал? Тоже в лес на мостик признаний свозил?.. Дейдара слегка хмыкнул, вспомнив, что моста-то уже нет. Брюнет в очередной раз провел языком по верхней губе и, подложив кулак себе под подбородок, оперся локтем о стол. Тсукури снова раздраженно хмыкнул, скрестив руки на груди, сполз немного со стула. Получилось, что он как будто лежит на нем, упираясь ногами в пол.  — Сядь ровно, — не оборачиваясь, произнес Итачи. Дейдара закинул ногу на ногу, приподнимая одну бровь. Учиха вспомнил, что он тоже тут?  — Дей, я к тебе обращаюсь, — черноглазый обернулся, строго взглянув на блондина. Юноша состроил недовольное лицо, закатив глаза к потолку, но все же сел как подобается. Брюнет вновь перевел взгляд на парня, который учил текст из книжки, которую ему дал Учиха-старший. По тому, как он хмурил брови, он явно был не из легких. Блондин стал краем глаза наблюдать за студентом. Он умный. Это было видно невооруженным глазом. Наверное, им с Итачи есть о чем поговорить, не то что с ним. Дейдара украдкой глянул на Учиху, затем снова на того парня. Куда ему до него? «Конечно, у меня ведь вообще образования нет», — мысленно вздохнул юноша, с тоской следя за тем, как губы сероволосого шевелятся, запоминая каждое слово. Вообще, с какой радости он на это согласился? Хотя, если вспомнить отменное умение Итачи хорошо убеждать, то этот вопрос сразу отпадает. Тсукури со скучающим видом перевел взгляд на настенные часы. Без двадцати пяти минут пять вечера. Они тут уже полтора часа сидят, а этот обнаглевший Итачи еще и уходить не разрешил. Зачем ему тут сидеть? Он их что, охраняет? Или наоборот, типа надзирателя, смотрит за тем, чтобы Учиха не накинулся на того парня? «Блять, что он постоянно сам себя лижет?! — мысли светловолосого просто взорвались, — а этот как назло еще шею разминает. О да, блин! Это же так сказочно сексуально, что у тебя, дорогой мой Итачи, скоро слюна потечет и глаза из орбит повыскакивают. Они у тебя итак уже красные как вареные раки. Небось устал сидеть? Задница не болит? Сколько уже можно? Так и хочется вцепиться в глотку этому мистеру „сижу, читаю, ничего не замечаю, но нагло соблазняю“! Что он все время на его губы смотрит? Нравятся? Или уже… убью, если это правда. Честное слово, голыми руками придушу и его, и того студентишку. Очки в глаза вобью, что бы не повадно было! Он меня раздражает, весь такой прям правильный… аж тошно, честное слово. Кто так одевается? Пижон какой-то. Ладно уж рубашка, но оранжевого цвета! Блять… я, наверное, отстал от моды, точнее Саске отстал. Мы же носим его одежду. А ему на это пофиг, он вообще в одном и том же постояно, как елочка. Столько шмоток, кошмар, прямо типичная девица. Ладно там Саске, у Итачи кроме трех пар джинсов, пяти футболок, двух теплых кофт и всякого там белья ничего больше нет! Даже не знаю, что и думать… Хм… младший не метросексуал часом? Нет, не похож… наверное, просто любит хлам разный собирать. Эй… не трогай его!» — Дейдара злостно сверкнул глазами. Он так сильно задумался, что не заметил, как Учиха поднялся и уже стоял за спиной молодого человека, что-то ему объясняя. Причем тихо: на ухо! «Дайте мне топор… блин, ну почему я ничего сделать не могу?! Хотя могу но, зачем мне это? Устраивать скандалы и перепалки. Итачи только рассердится, а я себя полным дураком покажу. Он меня, наверное, итак таким считает. Кстати, где там моя книга, которую этот кот мне подарил? Надо бы забрать из комнаты, пока я там не ночую, и перенести на чердак. Да, думаю, пока обоснуюсь там, а то в гостиной как-то… Что-о-о?! — голубые глаза расширились, увидев, как Учиха перед тем, как вернуться на свое место, потрепал сероволосого по волосам. — Итачи! Даже не смей потом ко мне этой рукой прикасаться, пока не простерилизируешь ее! Да-да! Именно! А этот гад что, улыбается? Гадина такая, змея подколодная! Гадюка!» Тсукури сжал ладони в кулаки до такой степени, что ногти впились в кожу. Зубы тихо скрипнули друг о дружку, губы сжались в тонкую линию. Со стороны можно было подумать, что он сидит на взрывчатке, которая вот-вот взлетит на воздух. В принципе, в переносном смысле так и было. Ему не хватало совсем чуть-чуть, чтобы дойти до пика. Кровь бурлила, словно лава в кратере, а в голове возникли мысли мрачного и садистского содержания, как он будет убивать Итачи на пару со студентом. В сознании юноши стали всплывать все тем моменты, которые он переживал, еще находясь в том борделе. Почему они внезапно повылазили из своих углов? Им там не сидится? Дейдара замотал слегка головой, отгоняя эти ненужные воспоминания своей жизни. Только они, словно клещи, вцепились в мозг и не хотели отпускать. Садизм. Издевательства. Унижения. Принуждение. Эти четыре слова, которые полностью охарактеризовали его пребывание в том месте. Делать все, что прикажут, а если будешь перечить то, тебя ждет наказание. Насилие. Они начинали убивать тебя по частям, по маленькому кусочку, втаптывая в твою же кровь. Заставляя глотать ее, захлебываясь и не позволяя выплюнуть обратно. Измывались. Изверги. Жестокие и беспощадные. Дейдара снова мотнул головой. «Прочь, убирайтесь прочь из моей головы! Я не хочу вспоминать об этом! Оставьте меня в покое… я исправился, я больше не такой! У меня другая жизнь и… я…теперь другой. Совсем другой. Уйдите… из моей головы! Убирайтесь!» — юноша обхватил голову руками, склоняясь телом вперед. Перед закрытыми глазами вновь и вновь всплывали картины: скальпель медленно разрезающий кожу, так ровно, что теперь даже рубцов не видно, но они были везде. Этот трескающийся звук и крик, который заставляет тебя самого оглохнуть, твой крик от осознания того, что треск исходит от твоих костей, которые решили просто так… для забавы… сломать и посмотреть, как громко ты умеешь кричать. Тихие насмешливые голоса у самого уха с похотливенькими намеками, которые твердят, что ты должен продолжать работать, даже несмотря на то, что у тебя сломаны конечности. Кровь. Похоть. Слезы… Все перемешано, в глазах только одно застывшее выражение безразличия к самому себе и ко всему, что творится вокруг тебя. Тело уже не принадлежит тебе, оно их… и они могут делать с ним все, что захотят. А точнее, насколько разыграется их мерзкая фантазия. Был ли этому предел? Отдых? Перерыв? Разве что только тогда, когда, не выдерживая, отключаешься но, даже тогда, когда вновь сознание возвращается к тебе, то обнаруживаешь на своем теле новые раны, которые говорят о том, что они не прекратили свои пагубные делишки и от этого становится еще хуже, еще омерзительней и противней. Насколько надо быть сильным, чтобы пережить это, преодолеть себя, заставить жить дальше и… влюбиться? После того, как все твои мечты беспощадно разрушают на протяжении долгого времени, изо дня в день. Топчут и смеются над ними. Когда жизнь представляют тебе только в кровавых красках? В одном лишь бессмысленном существовании и пародию на жизнь… Дейдара дернулся и приподнял лицо, тут же видя перед собой Итачи. Глаза брюнета с испугом смотрели на юношу. Блондин коснулся своей щеки. Она пылала. Учиха его ударил? Почему? Блондин перевел взгляд на то место, где должен был сидеть сероволосый. Его нет. Уже ушел? Глаза снова устремились на темноволосого. Что вообще произошло?  — Ты кричал, — заметив замешательство парня, пояснил черноглазый, опускаясь на колени перед Тсукури. — Так заорал, что я испугался и, прости, ударил тебя, чтобы успокоить. Так как меня ты явно не слышал. Дейдара передернул плечами, опуская голову вниз. Он кричал? Даже не заметил этого. Как такое может быть? Выходит, что эти вопли были вслух? Не в его голове? И тогда блондин неуверенно приподнял ресницы, посмотрев на Учиху, Итачи все слышал? Что же он произнес вслух? Дейдара понадеялся, что ничего лишнего.  — Я что-то говорил? — осторожно поинтересовался он.  — Нет, просто кричал, — Учиха коснулся тыльной стороной ладони пострадавшей щеки. — Что случилось?  — Ничего. Я не помню.  — Хорошо, — брюнет поднялся на ноги, понимая, что Дейдара не особо хочет обсуждать данную тему. — Пойдем прогуляемся.  — Куда? — Тсукури следом за темноволосым вышел из кухни.  — Так, пройдемся… мозги проветрим. Светловолосый быстро кивнул и принялся обуваться. Через пару минут они покинули стены дома. Как только молодые люди оказались на улице, их встретил порыв ветра, который охотно прошелся по всему телу. Брюнет спустился с крыльца, второй последовал за ним. Итачи видел то, что Дейдара выглядит подавленным. О чем он думает?  — Смотри, — темноволосый кивком головы указал на одно дерево. Блондин посмотрел в указанную строну, не понимая, что там такого. Дерево, как дерево. Черноглазый подошел к нему, указывая рукой точное направление:  — Внимательно смотри, — немного приподнимая уголки губ, произнес он. Дейдара последовал просьбе Учихи.  — Куда? — Тсукури удивленно посмотрел на брюнета. Блондин снова перевел взгляд на ствол дерева. Грубая и неровная кора на нем была содрана, оголяя гладкий слой, на которой ножом был вырезан его портрет. Наруто ощутил легкое прикосновение пальцев к своим губам. Брюнет осторожно провел по ним, затем поцеловал. Узумаки приподнял голову, отстраняясь от брюнета. В голове до сих пор все было как-то нечетко и расплывчиво. Мышцы тела болели, но он чувствовал, что они, по крайней мере, сильнее, чем были в прошлые дни. Блондин приоткрыл глаза, сталкиваясь с лицом темноволосого:  — Саске, ты везде, — удрученно констатировал факт голубоглазый.  — Как это? — Учиха удивленно приподнял брови.  — И тут и там, — светловолосый махнул головой.  — Я тебе снился? — улыбнулся второй.  — В кошмаре, — решил обломать надежды брюнета Узумаки.  — Но все же снился, — нагловато произнес Саске.  — Не лезь в мои сны, — Наруто сердито посмотрел на парня. — Мне тебя и тут хватает, причем по горло, а ты еще и туда влез. Учиха победоносно улыбнулся. Снова склонился к лицу блондина:  — Потому что ты думаешь обо мне, — слегка прикусывая нижнюю губу юноши, нечетко выговорил брюнет.  — Как же, — не размыкая зубов, процедил голубоглазый. Брюнет понемногу покусывал парня за губу, иногда проводя по их контуру языком. Узумаки прикрыл глаза. Пусть он делает все, что хочет, не съест же он его. Учиха стал постепенно перемещаться на шею, целуя кожу на ней миллиметр за миллиметром. Он сидел верхом на голубоглазом, положив руки по обе стороны от лица Узумаки. Размеренное дыхание темноволосого слегка касалось кожи юноши, когда он отстранялся от того места, которое только что поцеловал. Саске приподнялся, снова достигая губ голубоглазого:  — Наруто, — в губы юноше, улыбаясь, проговорил Учиха.  — М? Саске накрыл губы парня своими, отчего блондин тут же приоткрыл рот. Язык темноволосого проник вовнутрь, завлекая блондина в поцелуй. Второй, положив руки на грудь брюнета, отстранил от себя, разрывая поцелуй.  — Не надо пользоваться моим состоянием, — усмехнулся голубоглазый.   — Я разве пользуюсь? — Саске, как невинное дитя, взглянул на Узумаки.  — Вот шакал, — хмыкнул Наруто.  — Но ты же меня любишь? — Учиха лег поверх юноши, обнимая его за талию.  — Нет, я тебя не люблю, ты меня бесишь, — поправил парня светловолосый.  — Ладно, тогда почему ты занимался со мной сексом? Узумаки поймал пробку. При чем такую, которая могла заткнуть все дырки! Учиха приподнялся, выжидающе смотря на юношу, который стал, наверное в первые в жизни, так активно шевелить мозгами.  — Ну… это… какая тебе разница?! — раздраженно закончил Узумаки. — Не приставай ко мне с глупыми вопросами.  — Так просто, без причины? Может тогда каждый день будем этим заниматься? — Саске задумчиво покусал нижнюю губу. — Глядишь, и причина появится.  — Ага, мечтай, — усмехнулся светловолосый. — Я лучше жабу поцелую, чем с тобой с…  — Ты уже это сделал, — перебил голубоглазого Учиха.  — Что сделал?  — Спал со мной. Так что с жабой не прокатит,  — со знанием дела пояснил темноволосый.  — Все-то ты знаешь, — вздохнул Узумаки, мысленно придушив брюнета. Темноволосый поднялся с парня с видом полной победы. Он решил, что придумает другой способ, лишь бы этот ритуал провалился. А сейчас у него еще было время, так как потом Наруто все равно придется остаться. Он не умел любить наполовину. Всегда отдавал все сполна, а они не принимают этого. Вечно им всего мало или что-то не так. Что же им тогда надо? Или он не слишком умело проявляет эту любовь? Действия… поступки. Слова, что любишь. Всего этого не достаточно, чтобы доказать ее. Всегда чего-то не хватает. Вроде бы какой-то мелочи, которую никак не можешь уловить, и она, как вода, ускользает из твоей ладони. Зачем говорить, что любовь можно доказать в поступках, а словами нет? Саске был полностью другого мнения. Он был уверен, что слова значат больше, нежели действия. А еще большее значение он предавал словам и действиям. Ведь действия без слов — ничто, как, впрочем, и слова без действий. Есть ли разница в том, что, когда ты просто прикасаешься к любимому человеку, между тем, как, одновременно с этим, произносишь ему что-то ласковое и приятное, тихо… чтобы дрожь пробегала по телу от одного твоего дыхания. Разница между просто словами на расстоянии и тем, когда ты их произносишь, чередуя с поцелуями и прикосновениями. Это две разные вещи, и пусть все говорят что хотят, но… любовь это не математическая задачка, где приведены примеры, а тебе просто надо найти решение. Для нее нет доказательств и нет содержания. Ее можно просто проявить, показать… и тогда тот человек ответит тебе взаимностью. Само собой, это бывает не всегда. Но попытаться ведь всегда стоит? Саске задумчиво уставился в окно. Брат был прав, он может убить блондина, если будет продолжать пичкать его этим наркотиком, который произвел на свет их отец. Зачем Фугаку это понадобилось, темноволосый не знал, но побочные его действия были на лицо. Он просто постепенно разрушал организм изнутри, и человеку казалось, что он теряет чувство реальности. Поначалу, мучают сильные боли, жжение внутри, усталость, бессилие, дезориентация, ощущение тяжести и ломкости во всем теле, затем присоединяется безразличие к еде, и человеку хочется только одного — спать. Все эти побочные действия показывались в первые дни, и если продолжать принимать данное вещество, то объект за месяц мог просто сгнить заживо и умереть. Но даже при том, что курс остановлен, препарат еще долгое время находился в крови, отравляя организм изнутри.