Моя любовь - твое проклятье

В уши парня стал проникать легкий ветерок, отчего он машинально закрыл их руками. «Наглый ветер» убрал его ладони, продолжая легко дуть уже на кожу. Тсукури недовольно поморщился, не глядя стал отпихивать от себя тот субъект, который создавал этот неприятный холод. Руки юноши оказались пойманными и прижатыми к его груди, а легкий ветерок все продолжал гулять по его телу. Парень дернулся всем телом, передернул плечами, недовольно буркнув:  — Ветер дует.  — А ты форточкой прикрой, — раздался у самого уха голос брюнета, и он снова подул на юношу. Дейдара немного приоткрыл глаза, обернулся лицом к темноволосому сразу накрывая его губы своими. Учиха издал слабый стон, вмиг обхватил блондина за талию, сильнее прижимая к себе. Язык скользнул в приоткрытый рот голубоглазого, играючи прошелся по зубам и стал постепенно проникать глубже, касаясь языка второго, втягивая его в поцелуй. По телу Тсукури пробежала дрожь, руки обвились вокруг шеи Учихи. Он отклонил голову вбок, тем самым разрывая поцелуй, Итачи обернулся в строну юноши, стараясь поцеловать Дейдару. Тот разрешил лишь коснуться своих губ, как тут же перевернул лицо на другую строну, немного откидывая голову назад. Брюнет припал губами к коже на шее, проделывая дорожку из мелких обрывистых поцелуев до лица Дея.  — Мы сейчас встанем, пойдем умоемся, потом завтракать, — покусывая юношу за ухо, тихо произнес брюнет; ладони неспешно поднимались выше, касаясь пальцами кожи.  — А потом? — Дейдара немного обернулся, взглянув на молодого человека.  — Можно на улицу пойти, — предложил Учиха. Голубоглазый тут же оживился, быстро перевернулся набок, отчего Итачи впечатался лицом в подушку. Тсукури, не обратив на это никакого внимания, стал трясти брюнета за плечи:  — Итачи, а снеговика слепим? Там же снега столько… — юноша замолк, убирая руки от парня. Порыв эмоций сыграл быстрее, чем здравый смысл, но тут же пропустил на свое место втрое. Тсукури сел на кровать с серьезным видом произнес:  — Можно. Учиха приподнял лицо от подушки, обернувшись в строну блондина издал тихий смешок.  — Если снег будет нормальный, то слепим, — кивнул он, одной рукой обнимая Дейдара.  — Почему ты так изменился? — светловолосый украдкой взглянул на парня, откидываясь назад и падая спиной на грудь Итачи. — Я же тебя ударил, прежде чем убежал. Ты так орал еще, что придушишь меня, — юноша немного скривил губы и округлил глаза.  — Ну, поначалу хотел придушить, — Итачи потряс юношу, затем крепче прижал к себе. — Потом как-то утихло.  — Спасибо, что вернул меня, — шепотом произнес блондин, водя пальцами по руке Учихи.  — Куда я без тебя? — Итачи уткнулся носом в шею юноши, быстро поцеловал и вздохнул. Эти непонятные символы, они так и не зажили. Верна ли его догадка, что их наносили чем-то сделанным из серебра? Итачи, будучи сам оборотнем знал, что для них вредно, а что приносит пользу. Чувствительность их тел была не такой, как у обычного человека, они ощущали все по-другому. Те вещи, которые для людей были безвредными, для них — смерть.  — Я кушать хочу, — жалобно простонал светловолосый, желудок которого уже давал о себе знать. Итачи разнял руки, позволяя блондину подняться с кровати. Тсукури соскочил с нее, глаза брюнета тут же скользнули по обнаженной спине. Что это за знаки на нем? Учиха поднялся с кровати, следуя за светловолосым в ванную комнату. Войдя вовнутрь, он заметил, что парень уже наносит зубную пасту на щетку. Брюнет взял в руки свою, принялся проделывать ту же манипуляцию. Его глаза то и дело скользили по руке и спине юноши, которые были исписаны знаками. Последний взгляд не проскользнул мимо Тсукури, юноша быстро посмотрел на себя в зеркало, он же себя не видел несколько дней. Голубые глаза расширились, внимательно изучая человека в отражении. Взгляд скользнул по бледному лицу, уже почти незаметным синякам под глазами, через кожу еле виднелась тонкая сеть сосудов. Его волосы были небрежно и коротко обстрижены. Дейдара знал, что ему прическу поменяли, но можно было бы и как-то поаккуратней это сделать. Пряди торчали неровно, в разные стороны, челка была почти нетронутой, но тоже обрезана, при чем так же неровно. Губы почти сливались с лицом, их бледность просто поражала. Тсукури машинально открыл рот и высунув язык, оглядел себя снова, сжал зубы. Хоть они на месте. Это радовало.  — Я похож на общипанного воробья, — поставил сам себе диагноз светловолосый и в каком-то трансе пихнул щетку в рот.  — Не похож, — отозвался Итачи.  — А фто этфо тофда? — Дейдара продолжая чистить зубы, угрюмо ткнул пальцем в зеркало.  — Это… где? — Учиха стал оглядывать зеркало, нарочно не смотря на отражение голубоглазого. Блондин насупился и, склонившись над раковиной, принялся полоскать горло и умываться. Итачи начал процесс гигиены зубов, снова изучая глазами спину юноши. Он слегка прищурил глаза, стараясь вспомнить, видел ли где-то нечто подобное. Как только Тсукури поднял лицо от раковины, Учиха быстро отвернулся, изучая стены. Юноша скользнул по Итачи взглядом и вышел из ванной комнаты. Парни спустились вниз, тут же направились в строну кухни, где обнаружили Саске и Наруто. Те сидели за столом, мирно поедая завтрак. Узумаки, как только увидел Тсукури, отодвинул от себя тарелку:  — Дей, как самочувствие?  — В норме, спасибо, — юноша улыбнулся, усаживаясь на свое привычное место.  — Ничего не болит? — поинтересовался Саске, поднимаясь из-за стола и собирая грязную посуду.  — Не очень, — Дейдара перевел взгляд на младшего. — Я в порядке, правда. — Мы рады этому, — высказал Саске вслух свои мысли, считая, что Наруто будет с ним согласен. Узумаки в ответ кивнул. Молодые люди покинули кухню, оставив остальных наедине. Брюнет изъял из холодильника необходимые продукты, решив на завтрак приготовить блины. Странно было, конечно, но, несмотря ни на что, он умел готовить. Научился еще с детства, так как родители часто оставляли их с братом одних, а кушать что-то надо было.  — Иди сюда, — подозвал он светловолосого, который сразу поднялся со стула и подошел к брюнету. — Блины любишь?  — Да, — неуверенно отозвался Дей, оглядывая продукты.  — Такое ощущение, что после твоего ответа надо задать вопрос: а что это? — слегка усмехнулся темноволосый.  — Я знаю, что это, — обиженно пробубнил голубоглазый.  — Уже хорошо, — Итачи взял парня за руку и, притянув к себе, встал за его спиной. — Смотри и запоминай. Дейдара улыбнулся, быстро кивнув. Итачи взял руки юноши за запястья и стал руководить ими, готовя тесто для блинов. Блондин внимательно следил за всем, что они делали. Яйца, которые разбили в миску, мука, молоко, сахар и соль по вкусу. У каждого был свой рецепт в приготовлении этого блюда, Итачи обычно делал так. Руки двигались быстро, взбивая содержимое, превращая все в однородную массу. Когда жидкое тесто было готово, Учиха отпустил руки голубоглазого, поставил сковороду на плиту, включил её.  — Теперь жарь, — улыбнулся он, вмиг замечая на лице Дея растерянность. — У тебя получится. Не попробуешь, не узнаешь. Он снова встал за спину светловолосого, взял его руки в свои. Тсукури глубоко вздохнул, затем выдохнул. Готовить с Итачи было одно удовольствие. Он мог бы вот так целыми днями с ним на кухне торчать, не покидая ее. Учиха незаметно улыбался за спиной блондина. Он хотел стереть из памяти парня все, что с ним было, по крайней мере, заглушить ту боль и муки, которые он испытал. Маленькими шагами, раз за разом залечивая раны на его сердце и душе. Заменяя их чем-то другим, чтобы они зарубцевались, а потом уже исчезли навсегда. Дейдара засмеялся, наблюдая за тем, как на тарелку лег первый в его жизни приготовленный блин. Итачи обнял юношу, пряча лицо на его шее. Тсукури уже сам пытался пожарить блины, порой выдавая тихие смешки оттого, что некоторые сбивались, превращаясь в нечто непонятное. Его это не злило, наоборот, забавляло; и вообще, он же только учится. А большинство получились очень даже приличного вида. Закончив с приготовлением, блондин развернулся спиной к столешнице и, вытянув обе руки, положил их на плечи брюнета, сцепляя пальцы в замок. Приподнявшись немного на носочки, дотянулся до губ брюнета, быстро поцеловав его.  — Теперь попробуем, что ты нажарил, — расплылся в улыбке Итачи. После завтрака, который был съеден в один присест, парни оделись и вышли на улицу. Солнце слабыми лучами достигало земли, снег лежал кое-где ровным слоем, где-то на нем виднелись отпечатки шин от машины. Его было много повсюду. Дейдара, выйдя из дома, вздохнул полной грудью; Итачи стоял рядом, засунув руки в карманы. Юноша присел на корточки и, собрав руками, которые были одеты в перчатки, немного снега, принялся лепить небольшой комочек.  — Лепится? — посмотрев на Дея, поинтересовался Учиха.  — Ага, — блондин кинул слепленный снежный комочек на снег и толкнул его рукой вперед; к нему сразу охотно прилило еще немого снега.  — Ладно, — брюнет потер руки. — Я делаю низ. Он наклонился, так же как и Дейдара сделал небольшой снежный ком и положил у своих ног. Светловолосый широко улыбнулся, продолжая катать свой, уже постепенно увеличивающейся снежный ком. Итачи выглядел смешно. Взрослый парень, который при первой встрече кажется таким серьезным и невозмутимым, теперь ползает на карачках, чтобы слепить с ним снеговика. Как в жизни все необычно. И странно. Оказывается, люди не совсем такие, какими их видят в первый раз. Все носят маски и, кажется, снимают их только перед теми, кому доверяют? Или перед теми, кто доверился им. Ведь если тебе уже что-то известно о человеке, то можно и свою сущность показать… потом, в случае чего, будет, куда ударить. Разумеется, только в том случае, если тот, другой, ударит первым. Или все куда проще: люди находят тех, с кем им действительно хорошо. Тсукури уже сделал достаточно большой ком, чтобы можно было использовать его. Итачи закончил со своим и подкатил его к Дейдара.  — Ну, теперь надо их друг на друга поставить, — брюнет слегка размял пальцы.  — Надо, — Тсукури обошел свой ком, встав с другой стороны. Через пару минут, он гордо стоял поверх большого.  — Да мы… — Итачи отошел от полу сделанного снеговика на несколько шагов назад, прищурив один глаз, — скульпторы. Блондин хихикнул, уже лепя третий ком, который в будущем должен был стать головой.  — О-о-о, я нос принесу, — Учиха уже вошел в раж и убежал в дом. Дейдара продолжал катать ком по снегу, его взгляд был устремлен вниз. Глаза уперлись в пару темных ботинок. Юноша остановился, медленно поднял голову наверх. Перед ним стоял мужчина, на губах которого играла ироничная улыбка:  — Очень даже забавно. Помочь? — голос человека прозвучал спокойно, но это все равно настораживало. Из дома вышел Итачи. Заметив рядом с блондином незнакомого человека, он отбросил морковь в строну и быстро подошел к ним. Мужчина колким взглядом пробежал по брюнету:  — Так ты у них тут типа главного? — уточнил он.  — У нас тут нет главных, — безразлично пожал плечами Итачи. — А вы кто будете? — он рукой отодвинул за свою спину светловолосого, который стоял замерев на месте.  — Я все понимаю. Вы себя защищаете, мы — себя. Только как-то слишком много трупов стало, причем, с нашей стороны, а все следы ведут сюда, — мужчина огляделся, задумчиво поджав губы и приподняв брови. — Надо что-то с этим делать, — взгляд снова устремился на Итачи.  — Есть предложения? — брюнет незаметно подтолкнул голубоглазого, чтобы тот шел в дом, но Дейдара только вцепился руками в куртку парня, крепко сжимая её.  — Думал, вместе решим. Я не люблю зря проливать кровь. Между нами, естественно, разница существенная; ты понимаешь, о чем я? — Понимаю, — Учиха слегка дернул телом, снова намекая Тсукури, чтобы тот шел в дом.  — Так вот, я могу предложить только одно. Сейчас мы вас не тронем, — услышав «мы», Итачи рефлекторно огляделся, что не скрылось от глаз мужчины. — Я тут один. Не ищи никого.  — Не побоялся? — брюнет усмехнулся.  — Считаю, что если к нам с миром, то ответим тем же.  — Верно, — Итачи немного сузил глаза. — Так какое предложение?  — Мы вас сейчас не тронем, но если на мои глаза попадется еще хоть один труп моих людей… первое, что я сделаю, — уничтожу всех… кто в этом доме. До единого. Сожгу вас и глазом не моргнув.  — А если ошибешься?  — В крайнем случае, — усмехнулся мужчина, протягивая руку. — По рукам?  — По рукам, — Итачи сжал ладонь мужчины и перед тем, как ее отпустить, поинтересовался, — какие гарантии, что твои люди не будут нас вынуждать?  — Мое слово — ваша гарантия. Брюнет отпустил руку человека. Немного склонив голову набок, оглядел его:  — Не думал, что наша встреча так быстро произойдет, но я, кажется, догадался, кто ты. Охотник в ответ развел руками и, помахав парням, двинулся вперед по тропинке, удаляясь от дома.  — Как ты нас нашел? — в след мужчине спросил Учиха.  — У меня свои способы, — отозвался второй, не оглядываясь и продолжая свой путь.  — Истинный предводитель, — Учиха задумчиво проводил мужчину взглядом, прежде чем повернуться к Тсукури. — Что ты там трясешься? Долепим снеговика? Блондин кивнул и, бросив взгляд в ту сторону, куда ушел мужчина, снова вернулся к своему занятию. В голове копошилась сотня разных мыслей. Одна из которых: почему их не оставят в покое? Лезут и лезут. Как пчелы на мед. Блондин слегка нахмурился. Он впервые в жизни видел главаря охотников, и он оказался куда умнее и спокойней всех тех остальных, которых он знал. Те бы уже не задумываясь прострелили Итачи, да и ему голову, не дав сказать ни слова. Блондин задумчиво катал ком по снегу, уже не обращая на него внимания. Почувствовав, как брюнет остановил его, юноша выплыл из своих мыслей.  — Не переживай, думаю, он сдержит свое слово. Светловолосый медленно и немного неуверенно кивнул. Итачи уже поместил последний ком, сделав снеговику голову. Вернувшись к дому, он отыскал морковь и, подойдя к снеговику, ткнул ее посередине. Дейдара оглядывал их шедевр, старался успокоиться, но получалось плохо. Было тревожно, это чувство теперь всегда ходило рядом с ним, не желая покидать. Присутствие Итачи успокаивало, на душе становилось более-менее спокойно. Юноше передавалась уверенность парня. Учиха вздохнул, проделал пальцами две дырочки возле моркови:  — Глаза тоже нужны, — пояснил он, оборачиваясь к голубоглазому. — Эй, что скис? — быстро слепив снежок, Учиха запустил его в Дея, угодив тому в грудь. Тсукури встрепенулся, переводя на Итачи глаза, который держал в руке уже следующий снежный комок:  — Спорим, ты в меня не попадешь?  — Мы это еще проверим, — фыркнул Дейдара, собирая руками снег. *** Наруто отошел от окна, усмехаясь сам себе. Саске был прав, Итачи быстро поставил Тсукури на ноги. Не известно, какие раны сидят внутри, но внешне они не проявляются. Блондин забрался на кровать. Мешать Итачи и Дейдаре не хотелось, пусть эти двое побудут вместе. Это их еще больше сблизит. Юноша перегнулся через Учиху, который смотрел какой-то фильм:  — И в чем суть? — Поинтересовался он. Брюнет, не отрывая взгляда от экрана ноутбука, объяснил:  — Мужик попал в полный пиздец.  — Ого, и что там?  — Я же говорил, смотрим вместе. А тебе то в туалет, то поесть, то в окно посмотреть, то еще что-то. Вот и сиди теперь с середины смотри, — нагло отозвался Учиха. — Давай уже, — черные глаза загорелись. Наруто посмотрел на экран; там какой-то актер обходил капканы. — Давай, наступи! Ну! — темноволосого аж затрясло всего, словно в припадке.  — Тебя цепляют такие вещи? — юноша перевел взгляд на Учиху.  — Только кровь, только хардкор, — автоматом отозвался Саске, складывая из пальцев «козла». — Боже мой, — Наруто, упав головой на подушку, тихо усмехнулся. Брюнет продолжал пялиться в экран, иногда что-то возмущенно выкрикивая или радуясь, когда кого-то из актеров размазывало в полное мясо. Наруто еле сдерживался чтобы в голос не засмеяться, так как со стороны это выглядело глупо и смешно. По крайней мере, для него. Сам блондин обычно смотрел фильмы спокойно, а тут и смотреть не надо было, Учиха был похлеще любого фильма.  — Саске, а он долго еще идти будет? — невзначай поинтересовался светловолосый. Брюнет навел мышку на экран:  — Меньше часа.  — А меньше часа — это сколько? — не унимался светловолосый парень.  — Наруто, ты что-то хотел или тебя просто прикалывает меня отвлекать? — Саске отлепил взгляд от ноутбука, оборачиваясь к Узумаки.  — Да нет, ты смотри, смотри, — махнул рукой второй. Учиха не оборачиваясь опустил крышку ноутбука, отставил предмет на пол.  — Передумал? — брови блондина приподнялись.  — Я решил, что займусь кое-чем поинтересней, — брюнет стал медленно подползать к парню, который даже не шелохнулся.  — Например, до меня домогаться? — Наруто поймал брюнета за руки, когда они уже поползли вверх по его бедрам.  — Ты же так упорно меня отвлекал, не поэтому ли? Ревнуешь меня к этой технике? — Саске приподнялся к лицу блондина.  — Ахах, не мечтай, — Узумаки быстро оглядел лицо брюнета. — Это же не живое.  — Но там пропало много народу, — с умным видом изрек темноволосый. — Когда мы последний раз сексом занимались? — Парень склонился к губам голубоглазого, немного прикусив верхнюю зубами.  — Это было давно и неправда, — Узумаки почувствовал, как его лицо вмиг запылало.  — То что давно, это правда, все остальное неправда, — быстро выпалил брюнет, проникая языком в рот второго, пока он не успел закрыть его. Узумаки издал тихий стон сквозь поцелуй, ощущая как Саске игриво водит своим языком по кончику его языка. Тело, поддаваясь рукам брюнета, немного выгнулось навстречу, требуя больше прикосновений. По коже пробежали мурашки, превращаясь в легкую дрожь, которая окутала все тело. Учиха медленно отстранился от губ светловолосого, второй глубоко выдохнул, закрывая глаза. Мысли переплетались в одно целое, по всему организму стало распространяться тепло, окутывающее сознание и унося его куда-то вдаль. Саске неспешно целовал шею, спускаясь все ниже, его руки слегка то сжимали, то поглаживали бедра юноши. Наруто часто задышал через приоткрытые губы, положив обе ладони на плечи темноволосого, который постепенно спускался все ниже. Блондин повернул голову немного в бок, приоткрывая глаза и снова закрывая их. Сердце бешено колотило в груди, с удвоенной скоростью гоняя кровь по всему организму, оно словно рвалось наружу, ему не хватало места, было слишком тесно внутри. Учиха приподнял футболку юноши выше, обнажая его тело, чтобы почувствовать его тепло, прикоснуться губами, будто пробуя на вкус. Он склонился над Наруто, проводя языком вокруг соска, легко покусывая его зубами, перемещаясь от одного к другому. Узумаки не выдержав застонал, выгибаясь и немного дергая телом. Брюнет пальцами подцепил резинку спортивных штанов, медленно стал стягивать их с бедер светловолосого. Узумаки резко привстал, ловя Учиху за руки:  — Даже не думай об этом, — немного хрипло ухмыльнулся он, хотя тело уже было готово и он это чувствовал.  — Я не думаю, я делаю, — черноглазый снова припал губами к шее, нежно покусывая кожу, поднимаясь выше пока не достиг мочки уха, которая тут же оказалась в плену его губ. Саске обхватил одну ногу парня под колено, закинул себе на спину, ладонь легла на пах, осторожно поглаживая его. Из губ Узумаки снова вырвался стон. Руки машинально потянулись вниз, стараясь поймать и остановить руку брюнета.  — С-саске… хватит, — выдохнул светловолосый, цепляясь пальцами за запястье брюнета.  — Нет, не хватит, — Учиха приподнялся быстрым движением стягивая нижнюю одежду вместе с бельем с юноши.  — Черт… — Наруто прикрыл глаза рукой, он не мог сопротивляться этому человеку, хотел его так же, как, наверняка он хочет его. Брюнет устроился между ног парня, провел языком вокруг головки члена, стал водить по нему языком, вылизывая по всей длине, иногда брать в рот, плотно обхватывая губами, двигая головой вверх-вниз. Волна наслаждения понемногу окутывала блондина, пальцы вцепились в темные волосы, ноги рефлекторно раздвинулись шире. Грудь поднималась и опускалась, быстро, с тяжелыми выдохами высвобождая воздух. Тихие стоны порой слетали с губ. Наруто слега покусывал губы, мычал, коротко и быстро выдыхал, снова стараясь поймать ртом воздух. Губы и язык брюнета ловко двигались по всей длине члена, доводя Уузмаки до исступления. Саске быстро приподнялся, облизав пальцы одной руки, снова склонился вниз, обхватывая головку губами. Одна рука оказалась под блондином, пальцы коснулись ануса и темноволосый стал понемногу проникать ими в юношу. Когда три пальца оказались внутри, Учиха стал неспешно двигать ими, меняя угол направления, чтобы найти правильный.Коснувшись простаты, темноволосый услышал стон наслаждения, тело сразу поддалось навстречу. Саске начал двигать рукой в нужном направлении, высвобождая из своего партнера уже более громкие стоны. Простынь оказалась сжатой в руках, тело юноши напряглось, ощущая, что волна блаженства вот-вот накроет его полностью. Мышцы тела напряглись, до самых кончиков пальцев, словно пробежал слабый разряд тока. Саске облизал головку, слизывая с нее остатки спермы, осторожно убрал руку из-под юноши. Приподнявшись провел языком по губам. Наруто блаженно выдохнул, чувствуя расслабленность по всему телу.  — Только не говори, что тебе это не понравилось, — прошептал Учиха на раскрасневшееся ухо блондина.  — Заткнись, — тяжело отозвался второй, еще отходя от того, что только что было. Брюнет усмехнулся, стягивая с себя одежду; Наруто затуманенным взглядом наблюдал за его действиями. Он уже не думал сопротивляться, ожидая, когда же Учиха наконец снимет с себя все это барахло. Саске, словно издеваясь, стягивал одежду медленно, плавно двигая телом то влево, то вправо, извиваясь будто змея. Терпение уже достигло своего пика, Наруто резко поднялся, чувствуя как кровь бурлит внутри, схватил одной рукой Учиху за шею, приближая к своему лицу:  — Может хватит выпендриваться? — в голубых глазах промелькнули красные искорки, губы немного дрогнули, образуя оскал. Его пальцы сильнее сжали светлую кожу. Саске в ответ растеряно улыбнулся, потянулся вперед, впиваясь губами в губы партнера и толкая того на кровать. Блондин слегка царапал ногтями кожу парня, прижимая того к себе ногами, которые сам закинул на спину второго. Учиха приподнялся, обхватил рукой свой член и, приставив его ко входу, одним движением вошел полностью. Узумаки тихо ахнул, глубже впиваясь ногтями в тело партнера. Тела двигались в такт, постепенно ускоряя темп, Саске буквально вколачивался в блондина, кусая его за шею. Движения становились все быстрее, температура вокруг накалялась, отчего по коже обоих парней не спеша стекали прозрачные капельки пота. Из груди рвались стоны, порой вскрики от накатывающей волны приближающегося оргазма. Узумаки вцепился в брюнета, его тело выгнулось вперед, пальцы словно свело, он негромко вскрикнул, медленно разжимая пальцы и опуская руки на кровать. Брюнет сделал еще пару движений и рухнул сверху на юношу.  — У меня ноги онемели, — тяжело дыша пожаловался Учиха, приподнимаясь, чтобы выйти из светловолосого. Узумаки несколько раз глубоко вздохнул, выравнивая дыхание, пролепетал:  — Тебя это сейчас беспокоит? Саске помотал головой, откидываясь спиной на кровать:  — Я люблю тебя, — тихо произнес он. Наруто приоткрыл рот, губы зашевелились в немом звучании, но вновь замкнулись, и он только тихо усмехнулся.