los(v)er

Быть неудачником не сложно, просто иногда слишком паршиво. И будь он даже в сто, в тысячу раз умнее, красивее и талантливее Иджона, ему бы все равно духу не хватило вести себя так. Например, сказать, что Иджон страшный. Разумеется, Джехо говорил уже это много раз, но ни разу ему не удалось сказать так, чтобы кто-то воспринял всерьез и обратил внимание. Отсмеиваются. Отшучиваются. Иджон лезет Кенилю под руку, тычется в подмышку, норовит клюнуть своим лягушачьим ртом в щеку, и его глаза выкатываются еще больше, словно говоря: а смотри, как я могу, а ты не можешь, ага, а хочешь, а слабак, да... Просто неудачник. Джехо душит отчаяние. Это понимание не приходи вдруг, не разрывается в голове вспышкой отчаяния, не зияет красными жуками-буквами по бегущей строке. Оно просто и ненавязчиво дваит на плечи, на легкие, заставляет сгибать позвоночник и дышать тяжело, покорно опуская вниз голову. Джехо задыхается. Отчаяние, зависть, и, возможно, щепотка ненависти — если не убеждать себя, что Иджон жалкий настолько, что выводить планку негатива к нему выше раздражения просто смешно. А ревности — ни капельки. Смешно ревновать то, что тебе не принадлежит и вряд ли когда-то будет. Джехо подгибает под себя колени, откидываясь на спинку дивана, и лениво пролистывает на планшете посты на тамблере. Напротив него в другом конце комнаты Кениль копается в телефоне; Иджон маячит позади серой тенью. Если бы Джехо мог тоже так мило хлопать глазками, когда наворотил кучу неприятностей, и выпрашивать себе прощение жалобными взглядами и откровенным трусливым подхалимством; если бы мог так откровенно подлизываться к Кенилю, отрывая, словно жадная голодная собачка, свой щедрый кусок — может быть, он сидел бы тут сейчас один, втихую жалея себя. Плохой Джехо. Фу. Иджон обходит диван почти на цыпочках и сгорбившись подходит к Кенилю. Не нужно хорошо видеть его лицо, и так ясно, что там смесь туповатого восхищения и желания урвать кусок чужого личного пространства. Кениль нехотя отрывается от смартфона. Иджон что-то тихо но быстро тараторит. кениль слушает сначала в полуха, а потом внимательней и в итоге качает головой. Иджон тараторит активнее. Кениль говорит "нет". Иджон пихает его под коленкой и тут же притворно сгибается от несильного удара под дых. Кениль треплет его по волосам и утаскивает на диван. Джехо пролистывает фотографии одну за другой не глядя. — Смотришь? — Докюн появляется из темноты коридора, прохладный после улицы; от него чуть пахнет алкоголем, и это значит, что скорее всего он снова будет спать с Джехо, потому что Шихен поменяться никогда не откажется. Джехо кивает. — Смотрю, — и приподнимает планшет. Хотя Докюн имел в виду явно не фотографии с фансайна. Докюн падает рядом; ладони у него очень холодные и Джехо дергается, когда Докюн задевает его голые коленки. — И как, — Докюн не повышает голоса, — интересно? Джехо смотрит на диван, где уютно устроилась парочка. Иджон валяется на груди Кениля, мешая ему пролистывать ленту, и иногда тычет пальцами в экран. Кениль щелкает его по носу. Иджон хнычет и пытается брыкаться. Кениль захватывает его руки ладонью и бросает что-то вроде "тихо" или "лежи". Джехо отворачивается и касается виском плеча Докюна. От того пахнет свежестью и спиртом совсем немножко — Докюн никогда не напивается. А выпивает чаще, чем остальные знают и думают. Джехо до сих пор не понимает, с чего ему доставлена такая роскошь — знать немного больше, чем остальные. Чем лидер и даже чем Шихен, который Докюну вроде как друг и приближенное лицо. Докюн лениво поглаживает голую коленку Джехо холодными пальцами, и младшего наполняет медленное вязкое умиротворение. — Ненавижу, — тихо выдыхает Джехо, улыбаясь; он чувствует, как Докюн поворачивается в его сторону, но головы не поднимает. — Лидерская собачонка, достал, надоел, не могу, ненавижу... — слова текут медленным ленивым потоком, словно Джехо рассказывает летнюю сказку, а не ломается на кусочки. Докюн молчит. Джехо выгибается, пытаясь заглянуть ему в глаза, и просит: — Поспи сегодня со мной? Если Докюн ему откажет, Джехо переживет. Быть неудачником не смертельно и не опасно, просто неприятно иногда. Но Докюн на секунду царапает короткими ногтями лодыжку Джехо и кивает, без слов соглашаясь.