coca-IN-e

coca-IN-e Когда они собрали домашнюю вечеринку, Чимин не знал, что будет кокс. Он никогда раньше не видел никаких наркотиков, а тут вот сразу это. Чимин отказывается, неверяще наблюдая за тем, как Юнги, свернув купюру в трубочку, снюхивает дорожку. Это пиздец как криминально, отторгающе и вообще. Но Юнги весь такой, хотя Пак не думал, что настолько. От наркоты Шугу, кажется, разносит в хлам. Люди вокруг этого не замечают, они и сами фифти/фифти такие же. Юнги вообще перестаёт быть таким, каким Чимин привык его знать. А ещё смотрит в упор, а он, вообще-то, в принципе на Чимина не смотрит. Вообще. Так что, когда Юнги плывет тараном в его сторону, он уже не знает, чего ждать, и обеспокоенно ловит в свои руки. Шуга же, кажется, вовсе не падает. Он хватает младшего за запястье стальными тисками и тащит за собой в ванную. - Хён, тебе плохо? - Что, блин, сейчас в голове Юнги? Фейерверки или говорящие пони? Шуга на это изгибает бровь и защелкивает за Чимином замок. - Мне ОЧЕНЬ плохо, поэтому ты мне сейчас сделаешь хорошо. Он разворачивается лицом к стене и рукой валит младшего на себя, тут же отставляя зад и потираясь ягодицами о пах Чимина. - Давай же, Чиминни. Сделай хёну хорошо. Чимин теряется. Какого хрена? Он никогда не видел, чтобы старший вёл себя как портовая блядь, чтобы вообще хоть как-то намекал на то, что ему нравятся мальчики, не говоря уж о том, что он любит быть снизу. Что ещё хуже, это не вызывает желания сбежать, и Чимин упускает тот момент, когда Юнги пропихивает его ладонь к себе в штаны, заставляя взять в руку свой влажный стояк. - Чувствуешь? Я уже весь теку... Потрогай меня, - и стонет громко, скрипуче и высоко, когда Чимин подчиняется. - Хён, тише, здесь же люди! - Спохватывается Пак, зажимая рукой непослушный рот, но его пальцы тут же вбирают внутрь и сосут. Младший от неожиданности сжимает чужой член и, наваливаясь сверху, стонет прямо в ухо. - Нравится? Внезапно Шуга как-то по-кошачьи изворачивается и падает на колени перед Чимином, крепко ухватываясь за бёдра. Потирается лицом о пах, смотрит снизу вверх широко распахнутыми темными глазами, и это, блядь, слишком. А потом ещё более слишком: он не отводит взгляд, так же держит бедра и зубами расстёгивает ширинку. Тянет язычок металлической собачки вниз. А потом спускает ртом трусы до колен. Очень старательно. Чимин смотрит сверху вниз на то, как старший втягивает его мягкий член в рот, и наркотик словно передается ему со слюной. Он берет старшего за смольные волосы и медленно трахает в рот. Тот так же смотрит послушным мальчиком, и Чимин не в силах отвести взгляд. Когда член твердеет полностью, Юнги выпускает его, но не отстраняется далеко, улыбаясь. Толстая ниточка слюны провисает, обрывается и падает ему на подбородок. Юнги встаёт и все так же тащит за собой Чимина, словно тот без контроля и указки и вздоха не сделает. А Пак так охуевает с того самого момента, как появился кокаин, что да - не сделает. Шуга спешно приспускает штаны и отставляет зад, опираясь на стиральную машину. Чимина же кладёт на себя, отчего его влажный член удобно ложится между бледных ягодиц. - Чиминни, что я ещё должен сделать, чтобы ты меня трахнул прямо тут? Хён сделает, ты только скажи, - Шуга теснится назад, ближе к чужому телу и путается в руки младшего, укладывая их у себя на животе. И Чимин больше не может тупить. Он вставляет старшему до тех пор, пока яйца не касаются ягодиц, и Юнги всё это время терпит только ещё сильнее наклоняясь вперёд, а бёдра двигая назад. Он щипает себя за сосок и переводит пьяный взгляд на Пака. - Это должен делать ты. И младший послушно подныривает ладонью под руку, зажимая пальцы на твердой красной бусине и потихоньку раскачиваясь бедрами. Вынимает совсем немного, но Юнги уносит и с этого. Он стонет громко и скрипит своим прокуренным голосом, чем ещё больше напоминает шлюху. Шуга сам начинает задавать быстрый темп, надрачивая собственный член, а Чимин подстраивается, вливается в игру и уже сам жмётся, стонет на ухо и ласкает руками, на скорости трахая Юнги до влажных шлепков о задницу. Он почему-то чувствует себя совращенным школьником, которого за хорошие оценки учительница английского языка заставляет её ебать в туалете. И Чимина эта мысль странно заводит. Он хватает Шугу за бедро, раскрывая для себя сильнее, приподнимая и заставляя полностью опереться торсом о машинку, хватает за волосы и жёстко трахает. Касаться себя он Юнги больше не даёт, как, впрочем, и не затыкает. Тот кричит в кафель, оставляя на нём испарину, хватается за кружевную клеёнку руками и смахивает шампуни и чёрт его знает что на пол. Кончает бурно и слишком скоро, сжимает пульсирующую разъебаную Чимином дырку, и Пак быстро дотрахиват его, спуская внутрь. Он лежит сверху с минуту, чувствуя как по члену вяло стекает собственная сперма. Вынимает его и оседает на пол прямо перед ещё не сомкнувшимся анусом дрожащего Юнги. Чимин отстраненно раздвигает руками половинки и лижет дырочку, думая о том, что лучше - если Юнги забудет эту ночь или же, если запомнит?