Дело об ЭКО или суррогатах

А кто сказал, что Ханна отказала бы Буту, если бы Эмили Дешанель не была беременна? Между помолвкой и свадьбой может пройти немало времени. Я тоже хочу, чтобы Бреннан/Бут были вместе, но, предположим, они шли к этому через помолвку Бут/Ханна, а уверения Бута, что «Кости в прошлом» не так уж достоверны… Дело о суррогатном материнстве - Привет, Свитс! Ты как? – Бут остановился в дверях кабинета психолога, охватывая взглядом разложенные по полу и столам стопки бумаг с флешками на каждой из них. – Смотрю, работа тебя засосала. Свитс устало поднял голову и взъерошил волосы: - 11 допросов за вчера и сегодня. Такое чувство, что сегодняшний день длится уже часов 30, - он шумно вздохнул. - Идем, пора в Джефферсон, завтра продолжишь. И по дороге быстро перекусим, даже твоему могучему мозгу нужен отдых, - Бут махнул рукой, приглашая друга поспешить. Послушно поднявшись, Ланс собрал несколько флешек и сунул в карман. - Они тебе зачем? Надо выспаться, иначе завтра ты будешь бесполезен, - Бут подтолкнул натягивавшего пиджак Свитса к выходу. - Надо послушать их еще раз сегодня, там есть упоминания об одной пациентке, может, соберу ее портрет. Нам бы пригодился хоть один стоящий свидетель. - Да уж. Это дело обещает стать долгим, - в столь поздний час в пустых коридорах здания Гувера их шаги отдавались гулким эхом. - За первые дни мы узнали на удивление мало. - Ты думаешь, убийца все тщательно продумал, или ему повезло? - Думаю, мы еще не поняли, что произошло на самом деле. **** - Кэм, ты уверена? - Ох, Энджела, в этом деле я пока ни в чем не уверена до конца. Но я никак не могу этого объяснить. Давай подождем результатов ДНК-теста, - Кэм автоматически указала на экран монитора, - хотя нам, похоже, не с чем будет их сравнить. - Доктор Сэроян, я закончил исследования, результаты однозначны, но пока не укладываются в общую версию, - Джек невразумительно пожал плечами и, заняв один из стульев, приготовленных для рабочей группы, уже подался вперед, намереваясь озвучить итоги своей работы. - Подождите пару минут, доктор Ходженс, - Кэм остановила его своим фирменным взглядом. - Бут и Свитс уже идут с парковки, будет целесообразнее, когда мы все доложим о своих результатах группе. Кивнув начальнице, Джек передвинул свой стул поближе к Энджеле, с беспокойством вглядываясь в ее лицо. Пелена слез на ее глазах грозила перерасти в поток, и он поспешил протянуть ей платок, обнимая за плечи: - Все будет в порядке, милая, мы всегда ловим плохих парней. Просто ты скоро будешь мамой, и любые детские страдания ты чувствуешь острее в сотни раз, - он убрал прядь волос ей за ухо. – За это я тебя и люблю. Энджела успела лишь слабо улыбнуться в ответ, когда в кабинет вторглись громкие шаги двух мужчин. - Всем привет, вижу все на местах, - взгляд Бута на секунду задержался на пустом кресле Бреннан. – Давайте к делу. Кэм? - Мы пока в работе, но первые заключения такие. Возраст обоих младенцев 5 и 7 недель, соответственно. У мальчика явно выраженная пиелоэктазия левой почки, у девочки есть следы длительного использования мочевого катеттера. То есть, оба ребенка имеют врожденные патологии мочевыделительной системы. Есть следы нехватки кислорода, но однозначно считать это причиной смерти нет оснований. Ходженс исследует материалы на медикаменты. - Что по заморозке? - Оба тела были заморожены при температуре не выше минус 24 градусов, то есть это может быть и специальное оборудование, и высококачественный бытовой морозильник. По степени потери влаги пока не удалось точно определить время смерти. Бут перевел вопросительный взгляд на биохимика, явно жаждущего поделиться своими открытиями. - Увлажняющее молочко и шампунь на коже у них одной марки, выкладки тут, - Ходженс приподнял картонную папку, которую принес с собой. - Не просто одной марки, а из одной партии: все составляющие средств по уходу полностью идентичны. И еще. На коже есть следы пудры от смотровых перчаток. Детей либо обрабатывали в медицинском учреждении, либо родители помешаны на стерильности. - Ясно. А что с пеленками? - Из одноразовых впитывающих пеленок, в которые были завернуты тела, ничего интересного выудить не удалось. Единственный момент: они из одной партии, дата выпуска – 04 июля, всего два месяца назад. Объем впитывания каждой из пеленок не превышает 300 мл, остальная жидкость, вытекавшая при таянии тел, ушла в грунт. Эта часть исследований еще в работе. - Еще хоть что-то удалось найти? – Бут с надеждой обвел взглядом круг коллег, опять задержавшись на долю секунды на пустующем кресле напарницы. – Свитс? Бут вопросительно посмотрел на подавшего вперед психолога. Тот кивнул, принимая вопрос: - Я посмотрел фото, как именно были завернуты тела: это было сделано с теплотой и аккуратностью, явно женщиной. То, что использовалась не детская простыня, а безликий медицинский расходный материал говорит скорее о том, что это сделано сиделкой, медсестрой, но не скорбящей матерью. Сделав пару пометок в блокноте, Бут перевел взгляд на Кэм, выведшую на экран ряд фото в подтверждение своих слов: - На локтевом сгибе и на кистях у обоих младенцев следы внутривенных катетеров: дети либо систематически получали какие-то препараты, но следов лекарственных веществ, типичных для их типа заболеваний, не обнаружено, либо кровь регулярно брали на исследования, тогда можем говорить о постоянном медицинском контроле, в учреждении или в домашних условиях. - Лекарственные препараты могла принимать мать, для передачи ребенку через грудное молоко, - Энджела автоматически погладила свой круглый животик, - может проверить состав грудного молока в их желудках… - Содержимое желудков не грудное молоко, а молочная смесь. Поэтому узнать что-то дополнительное о матери таким образом не получится. Я еще работаю над жидкостью из пеленок и почвы, очень надеюсь найти что-то стоящее, - Джек замолчал и, нахмурившись, покачал головой. -Но? - Кэм выдержала паузу,- Вы хотели сказать «но», доктор Ходженс? - Но я начал искать следы препаратов для эвтаназии человека или животных. Ведь других повреждений тел, кроме следов венозных катетеров нет, значит можно предположить медикаментозное прекращение жизнедеятельности, - Джек перевел взгляд на дверь. – Привет, Эрасту, - с радостью кивнув другу, биолог подвинул один из стульев в его сторону. Кэм подождала, когда интерн сядет на предложенное место: - Доктор Вазири? Едва услышав вопрос начальницы, Эрасту вновь вскочил и, с почтением склонив голову, отвечал стоя, как послушный ученик: - Я закончил, - лицо антрополога не выражало ни малейшей радости от сделанной работы. - И? - Как и предположила доктор Бреннан, мальчик рожден при естественных родах: на костях имеются следы сдавливаний, характерных для прохождения по родовым путям. Второй младенец, девочка, рождена при кесаревом сечении. - Вы обсуждали дело с Бреннан? – Бут оглядел коллег, - она же читает курс в Бостоне, и здесь нет костей. Думал ей не до того. - Она очень переживает за работу и дорогих ей… мммм… коллег, - вставил свое слово Свитс. Бут кинул на него «затыкающий» взгляд. Но кроме кивка и утверждающего взгляда «ты знаешь, о чем я» Свитс ничем не успел ответить: сигнал на мониторе доктора Сэроянв заставил всех обратиться в слух: - Итак, результаты тестов готовы, давайте посмотрим, - Кэм и Ходженс переглянулись у монитора. - Ну что там? Не молчите уже! Кэм? – Бут нетерпеливо тронул патанатома за плечо. – Еще что-то странное? Кэм, ошеломленно приоткрыв рот, подалась к экрану и, не веря своим глазам, просмотрела результаты в очередной раз: - Они родные брат и сестра… Родные, - она опять в недоумении покачала головой. - То есть, мы расследуем смерть близнецов? – вопрос Бута повис в тишине. Он быстро переводил взгляд с Кэм на Ходжинса, и с Энджелы на Свитса: - Я что-то не понял? Близнецы? Кэм? - Нет, - Энджела ответила за начальницу. - У них разница в возрасте от одной до двух недель и разный способ родов, они не могли родиться от одной беременности, это невозможно. - Значит, кто-то заморозил одного младенца, скажем, год назад, а второго сейчас? - Нет, у них идентичный уход за кожей и детская смесь в желудках. Они жили и умерли в одной среде, не более двух месяцев назад. - Как это возможно? Ответом ему были недоуменные кивки голов, пожатия плечами и озабоченные выражения лиц. Обсудить эту странность не хватило времени: - Бут, да, слушаю. Где? Скиньте координаты. Мы выезжаем, - Бут ответил на звонок и, повесив трубку, кивнул Кэм и Ходжинсу.- Вы со мной. Еще два тела, младенцы, возраст около месяца. **** Аккуратно ступая по пожухлой траве при скудном утреннем свете, Бут следовал за своим подчиненным, докладывавшим обстановку: - Это непопулярная тропа, здесь мало кто ходит. Тела обнаружила пожилая женщина из соседней деревушки. Она часто гуляет тут со своей соседкой, и им понравился красивый цветущий куст. Ни она, ни подруга раньше таких не видели и решили пересадить его на газон между своими домами. Соответственно, окопав растение, они приподняли его и обнаружили большой сверток. Сюда, сэр, - агент указал на огороженную лентой территорию. По привычке Бут приостановился, пропуская вперед Кости. Он даже успел обернуться и протянуть ей руку… а вспомнил об ее отъезде, только не обнаружив ее рядом. Глупо. Быстро склонив голову, он украдкой пробежал взглядом по коллегам: отлично, никто не обратил внимания на его бессмысленный жест и разочарование в глазах. Распрямив спину, он шагнул к яме. - О! Какой интересный экземпляр, - Ходженс удивленно обошел невысокий куст с бордовыми кувшинкоподобными цветками. - Это каликант, декоративное растение, обычно встречающееся в северных штатах. Не удивительно, что они решили посадить его себе, очень красивый экземпляр. Здесь в диком виде он не растет. Надо забрать его в лабораторию. По исследованию древовидных частей растения, можно попробовать установить период избыточного питания: они редко цветут осенью. - Ходженс, по человечески? – Бут привычно остановил биолога жестом. - У этого растения есть период покоя и активного роста, сейчас этот процесс явно искусственно сдвинут, за счет большого количества питательных веществ от разлагающихся тел. Можно попробовать рассчитать время, когда здесь поместили тела. - Ясно. Что у тебя, Кэм? Лишь повернув голову и не поднявшись с колен, доктор Сэроян осматривала тела: - Младенцы, оба мальчики, возраст около месяца. Внешних повреждений нет. Тоже пеленки: похоже на наш случай. В лаборатории все посмотрим. Сейчас по времени смерти я ничего не скажу, - Кэм привычно пыталась вернуть маску непроницаемого профессионала, но благодарно кивнула Сили в ответ на его сочувствующий взгляд. - Нам всем непросто, Кэм, не страшно, если кто-то об этом узнает, - добавил он тихонько. И тут же отвернувшись, громко скомандовал группе: - Забираем все в институт, строго по протоколу. Агент Джейсон, данные по принадлежности этих территорий мне, начинаем опрос жителей соседней деревни, и проверьте данные о пропавших младенцах, - он тронул коллегу за плечо. - Кэм, дай мне знать по результатам, я к Вам подъеду. И поспите по дороге: сегодняшний день тоже будет долгим. **** Привычно шагая по коридору института к табличке «Аутопсия. Руководитель судебной лаборатории доктор К. Сэроян», Бут мечтал, чтобы этого дела не было. Еще один день бесконечных вопросов, сверок, уточнений и предположений, и почти никаких результатов. Его шаги отдавались эхом в пустом зале: ночью в субботу здесь были только его люди. Его люди! Он улыбнулся. В последнее время он редко заходил сюда лично, пытаясь все решать по скайпу или электронке. Раньше он обожал забрести сюда к Кости, посидеть в ее кабинете на диванчике, покачаться на ее стуле и просто посмотреть, как она вскидывает подбородок, допечатывая последние строчки отчетов. Раньше… Они ведь остались напарниками, ведь это главное, чего сейчас хотел каждый из них. Он точно хотел этого: только напарники. Пока… Черт! Пока она не провела руками по его бедрам, отмывая от глины под ливнем на кукурузном поле; пока не увидел ее детского восторга от стены надвигающегося дождя; пока не застал ее в мокром скособоченном белье с полными ужаса глазами в заполненной свечами гостиной; пока не танцевал с ней в полумраке кабинета, вдыхая ее запах и зарываясь носом в волосы. Чего он теперь хотел?... Это важно? А чего хотела Кости, теперь уже не узнать: его помолвка с Ханной запечатала все ее чувства. - Бут? – Кэм выглянула из двери своего кабинета и помахала рукой. – Доктор Бреннан по скайпу, иди скорей, у нее мало времени. Войдя в кабинет, он услышал обрывок разговора Энджелы с подругой: - … и Вы едете в оперу, а потом на ночную прогулку вдвоем? О, Брен, мне нужны романтические подробности, ты же знаешь! Он хорош собой, спортивный и подтянутый? - Энджела, я же читаю курс офицерам, тут почти все спортивные и подтянутые. Ты можешь спросить Бута, Марк - его знакомый. - Но хоть что-то скажи! - Рост 184 сантиметра, брюнет, карие глаза, хорошо развитая мускулатура, правильное соотношение ширины плеч и таза… - Почти как Бут, - Эндж, не удержавшись, перебила подругу и хитро ей подмигнула. А та, улыбнувшись, продолжила: - … и он цитирует Шекспира. - Оу, дорогая, это так мило, - она соединила ладони на груди и томно вздохнула. - Девочки, вы закончили, - Бут резче, чем надо прервал разговор женщин. – Привет, Кости. Смотрю у тебя там все отлично: и любимые лекции, и новые парни. Рад за тебя. - Привет, Бут! – она улыбнулась ему знакомой искренней улыбкой, от которой стало стыдно за свой грубоватый выпад. – И я рада тебя видеть. – Увидев темные круги под глазами и набухшие морщины, она безошибочно угадала его терзания из-за этого «детского» дела. – Мы справимся, ты же знаешь, мы найдем, кто виновен в их смерти. - Спасибо, Кости, - его глаза тепло улыбнулись ей, помимо его воли. - Мы с Кэм говорили о деле, - напарница легко переключилась на работу. - Не все данные еще получены, но есть много общих моментов: каждая пара младенцев – кровные родственники, имеют возраст с разницей 1-2 недели, ослабленные и с патологиями, умерли в возрасте около месяца от рождения. - Есть еще момент, - все перевели взгляд на Ходженса. – Все захоронения сделаны в июле: я нашел куколки нимфалиды, эта стадия развития чешуйчатокрылых характерна для июля. - То есть, если предположить, что есть еще такие детские смерти, то в другие месяцы от тел избавлялись по-другому, - медленно проговорил Бут, отказываясь думать о возможном серийном деле. - Вероятно, - Бреннан утвердительно кивнула, и напарнику сразу стало легче, будто кто-то сказал, что разгадка точно найдется. - У некоторых индейских племен, в Спарте, или, например, в теории Евгеники существовала практика отбора сильных особей и уничтожения слабых. Могу предположить, что найденные младенцы – это брак: особи, имеющие врожденные аномалии развития, препятствующие эффективной жизни в нашем обществе. - Обычно, основные нарушения внутриутробного развития проявляются в течение первого месяца жизни ребенка, - Кэм согласно кивнула. – Если и проводить отбраковку на ранних сроках, то, как раз, в месячном возрасте. - Постой, Кости. Ты хочешь сказать, кто-то выращивает… детей? Она пожала плечами, сопроводив жест участливым взглядом, адресованным только напарнику: - Получается так. И, - Бреннан помолчала, додумывая мысль, - получается, что в каждой паре младенцев, вероятно, был третий, кто выдержал отбор. По трое детей от одних родителей: кто-то провел оплодотворение и наблюдал беременности. Надо искать специалиста по репродукции или… суррогатному материнству, и грамотного педиатра, я полагаю.. - Что? - Ты так считаешь? - изумленные вопросы коллег прозвучали одновременно. На экране позади Кости замаячил мужской силуэт, явно ожидающий завершения разговора. Бут уже собирался затянуть дискуссию, но Энджела ловко распрощалась с Кости, а Кэм договорилась о звонке в любое время, после получения новых данных. Соединение завершилось. Обессиленно опустившись на стул, Бут подпер голову руками: - Давайте пройдемся еще раз по уликам. Что по второму эпизоду? - Я предлагаю перенести все на завтрашнее утро. Сейчас уже почти 2 ночи. Нам всем надо отдохнуть, - Кэм закрыла папку с бумагами и уложила ее к другим, на край стола. Бут обвел всех взглядом: Энджела жалась к мужу, а Ходженс поглаживал ее животик, Свитс задумчиво качался на стуле, устремив взгляд в стену, Эрасту внимательно смотрел на Кэм, готовый поддержать любое ее решение. Его люди! Бут перевел взгляд на пустой экран и улыбнулся своим мыслям, на душе слегка отлегло. Он потер руки: - Я почитаю папки дома. Завтра созвонимся перед встречей. Постарайтесь отдохнуть. Спокойной ночи желать не буду, чтобы не лицемерить, - он помолчал, исподлобья рассматривая коллег. – Спасибо. Он поднялся и первым вышел за дверь. **** Запарковавшись у дома и увидев свет в своих окнах, Бут вздохнул и, обняв руль, устало уронил голову на сложенные руки. Глаза буквально слипались. Он представил Ханну, задремавшую на краю постели, с рассыпавшимися по подушке солнечными волосами. Его рука ласково ведет по ее плечу к шее, и, почувствовав его прикосновение, она открывает глаза и улыбается, приподнимаясь ему навстречу. Нежность ее взгляда будто перетекает в его сердце, затопляя ликованием и счастьем. Любимая улыбка… за нее не жалко полжизни! Не отрываясь взгляда от ее серых глаз, цвета талого снега, он, с предвкушением большего, тянется к губам с поцелуем. Серых глаз?!... Бут резко дернулся, просыпаясь, и голова сорвалась с руля. Во рту был привкус гнилых яблок, ставший уже знакомым за последнее время. Ежась от ночной прохлады, он быстро закрыл машину, перебежал дорогу, и уже через минуту разувался у себя дома. Ханна и вправду спала на краю кровати, видимо не дождалась его прихода. Он погасил лампу, укрыл ее пледом и отправился спать на диван, надеясь, что снов, где у его невесты губы и глаза Кости, больше не повторится. Утро наступило резко, будто и не было этих часов сна, будто только закрыл глаза, и сразу же неумолимый будильник оборвал забытье. Только 6 утра. Не открывая глаз, Бут уселся на диване, потирая ноющую спину, и стараясь подавить зевки. В мыслях возникла огромная чашка кофе, не меньше литра. И как продолжение виденья послышался звон чашек, и запах кофе заполнил комнату. - Привет, красавчик! Некогда спать, опять пора ловить плохих парней? – Ханна с улыбкой присела рядом, обняв его за плечи и нежно целуя в щеку. - Привет, красавица! – Бут притянул ее к себе, чмокнув в макушку. – А ты что так рано? - Я уезжаю на интервью, забыл, я говорила. Машина уже у дома, я только выпью с тобой кофе. Не хочешь рассказать мне о твоем деле? Бут поджал губы и отрицательно покачал головой. - Ты прекрасно пахнешь, мммм…. Возвращайся скорее, - он ласково провел пальцами сзади по ее шее. - Ты улыбался во сне. Он бросил на нее быстрый внимательный взгляд, но она поправляла клапан на жакете, как ни чем не бывало. - Ничего не помню. Ханна улыбнулась, но какой-то непонятной улыбкой, которую Бут не разгадал. - Мне пора, водитель ждет, - она махнула рукой в сторону окна. – Из твоей пачки выпало фото, я положила его на подоконник. Удачного дня тебе. Не забывай..,- она сделала паузу, ожидая, что он подхватит реплику. - … главное – безопасность! - сказали они вместе и рассмеялись. Бут подошел к окну с чашкой кофе и тостом. Перевернув оставленное Ханной фото, он на минуту замер: Кости, сияя, выступала на пятничном вечере, а он… он пялился на нее, пожирая глазами… «Мммм… Я все делаю правильно. Все правильно!... Черт! Но почему так тошно… я будто одной ногой в аду! С чего Свитс решил, что смешанные чувства - это нормально.» Развернувшись, Сили щелчком пустил фото по столу и с силой потер голову руками. Работа. Работа всегда помогает. **** Изучив все вчерашние протоколы и задав Кэм сотню разных вопросов, он устало побрел в служебную кухню за кофе. Столько данных, и не за что зацепиться! Захватив с собой кружку, он зашагал обратно, додумывая на ходу свои мысли. Раздавшаяся трель телефона вывела его из себя: только что ему казалось, что начала проглядывать какая-то ниточка, но звонок ее оборвал. Он резко гаркнул в трубку, даже не взглянув на номер: - Бут. - Привет, Бут! Почему ты не звонишь мне? – недоумевающий голос напарницы звучал на фоне шума кафе. - Кости! – он увидел отражение своего счастливого лица в стекле кабинетной двери и, пораженно замерев на пару секунд, быстро шагнул внутрь, стирая картинку. – Я думал, ты занята. - У меня сейчас перерыв на ланч. Я тут подумала, если кто-то создал такой бизнес по суррогатному материнству, то женщин должны были содержать в хороших условиях и регулярно обследовать. На подготовку к успешной подсадке эмбрионов нужно 3-4 месяца терапии, беременность 9 месяцев и минимум 1 месяц созревания ребенка, получается, что, если у нас две партии по трое детей от одних родителей, то 6 женщин должны были жить в одном месте около 14 месяцев. Думаю, кто-то должен был это заметить. Надо опросить персонал в репродуктивных центрах, может, кто работал на стороне. - Нам никто не даст на это ордер, надо что-то конкретное. Ходжинс нашел один женский волос на мальчике из второй могилы, жду результата, может определим личность. - Отлично, я свяжусь с Кэм попозже, узнаю результаты. Как там Эндж? – на секунду звук изменился, и Бреннан поблагодарила какого-то Марка за принесенный ланч. Бут невольно дернулся, но Кости уже вернулась в разговор. - Она говорит, что в порядке, но это невозможно. Наверняка, она рыдает в подушку и ест тонны мороженого. Все это вредно для ребенка. Бут невольно усмехнулся: Кости незаметно беспокоилась о близких за их спиной: - С ней Ходжинс, он ее опекает. Попозже я лично передам от тебя привет. Закончив разговор, он еще раз улыбнулся выключенному телефону и, собрав бумаги, пошел к машине. **** Смартфон пискнул, и на его экране Бут прочел: «Запрашиваемые Вами данные с камер виодеонаблюдения в заданном квадрате за период с 15.06 по 31.07 отправлены мс. Монтенегро»: - Отлично! - Разговариваешь сам с собой? - Свитс? Что ты делаешь в институте? Мы же договорились созвониться. - Я обработал вчерашние допросы и решил обсудить все лично. Я знаю, что тебя гнетет это дело. - Но как ты узнал, что я здесь? Сопроводив свой кивок легкой улыбкой, Ланс вошел в кабинет Кости, где Бут расположился на диванчике. Кругом были разложены документы, а на низком столике рядом с ноутом дымился в чашке кофе. Психолог подвинул соседнее кресло и ответил на вопрос, только усевшись и поймав взгляд Бута: - Это психология места. Тебе нужно унять смятение и снизить тревожность. Нужен близкий человек, кто разделит с тобой эту печаль. Вероятно слова, сказанные Ханной в данной ситуации, не принесли тебе нужного облегчения, или…, - Свитс пристально посмотрел на друга и, утвердительно кивнув, продолжил, - ты не смог заставить себя поговорить с ней об этом. И ты направился сюда, пытаясь заменить личную поддержку доктора Бреннан стенами ее кабинета и кушеткой. Здесь твоя зона доверия и внутреннего баланса. Ты был бы рад проговорить с доктором Би все своих печали, но, во-первых она в Бостоне, а во-вторых ты не сказал ей о предложении Ханне и ее согласии, и тебе стыдно. Ты считаешь, что ты ее подвел. Бут смотрел на психолога исподлобья, не мигая, тяжелым уставшим взглядом, полным неуверенности и недовольства. И даже свое привычное «не твое дело, Свитс», он выдал не сразу, а лишь после минутного молчания, и тоном больше похожим на «мне не нравится слышать то, что ты говоришь, но, наверно, спасибо». - И на твоем месте, - продолжал Свитс спокойно, не сводя глаз с друга, осмысливая его реакцию на свои слова и меняя в соответствие с этим направление беседы, - я бы спросил себя, почему я не смог поговорить со своей невестой о моей боли из-за этих погибших младенцев, о том, что меня терзает и выворачивает душу. Может потому, что для меня ребенок – это высшее счастье, это обязательное связующее звено семьи, а я не знаю, что она думает об этом, я не спросил ее о ее желаниях и мечтах, о том, какой она видит нашу семью, скажем, через 5 лет. - Хэх! – Бут хмыкнул, качнув головой, и молча внимательно вгляделся в Свитса, спрятав свои мысли за непроницаемым видом. - Я уже понял: это не мое дело, - Свитс с легкой улыбкой кивнул партнеру, - но есть и мое, вот, - выудив из кармана несколько флешек, он приторможенно поразглядывал их с минуту, и, выбрав одну, протянул ее Буту. – Можем послушать вместе? Это запись беседы с мисс Куинси, - он заглянул в карманный блокнот, - 6 минут 24 секунды от начала беседы, она говорит о некой пациентке, пребывающей с ней одновременно в клинике. Говорит с почтением, так говорят о человеке более образованном и сведущем, более опытном в какой-то важной теме. Есть детали описания внешности. Думаю, нам надо поискать эту незнакомку. - То есть ты пришел сюда по нашему делу, в воскресенье, потому что был уверен, что я буду здесь, в кабинете Кости? Я еще никого не видел с утра, и никто не мог сказать тебе, где меня искать, - выражение лица Сили вполне можно было назвать удивленным, а доля недовольства относилась к упавшему самоконтролю: что-то слишком много нашему психологу стало известно обо мне. Свитс согласно кивнул, с выражением довольства на лице: - Психология места, я же говорил. Прогнозируя твое эмоциональное состояние, я предположил, что ты будешь здесь. Ну, так послушаем? -Да, дай мне минут 20, я дочитываю отчеты моих агентов. Можешь пока попить кофе наверху. - Не волнуйся, я найду, чем себя занять. Мне нужно переговорить с Энджелой. - С чего ты взял, что она здесь? Сегодня же выходной, – Бут с интересом уставился на Свитса, будто ждал ответа на загаданный ребус. - Я знаю, что ты не сомневаешься в моей компетенции, даже когда нарочно проявляешь своей скептицизм, - он хотел добавить, что это смахивает на «подколки старшего брата», но решил промолчать: Бут и так знал это за собой, а сейчас не стоило нагружать его еще одной темой. Те вопросы про Ханну, что он уже озвучил, как-бы между прочим, будут еще долго томить его друга. Лучше вернуться к работе, это самое правильное сейчас. - Конечно, Энджела здесь, это же дети. Она не смогла бы найти себе места дома: чем дольше она бродила бы по детской, тем грустнее ей было бы оттого, что этих детей уже никто не прижмет к груди. Думаю, она здесь, как и Ходженс. - Хы-хы.. ты не говоришь «знаю», а говоришь «думаю», но при этом не ошибаешься. Интересно, - Бут кивнул с благодарностью. - Так я буду у нее, если освободишься раньше, набери, я подойду, - доктор дружески улыбнулся и, помедлив секунду, вышел в фойе. **** - Энджела, добрый день! – войдя в кабинет художницы, Ланс помахал ей рукой. - Оу, Свитс, привет! – она выдавила скудную улыбку, и, наклонив голову, покрепче сцепила руки на груди. - Я смотрю, ты тоже подавлен. У нас всех из-за этого дела сердце не месте. Я не смогла остаться дома: плакала в нашей будущей детской, пока Ходжинс не вытащил меня. - Ну.. в общем, да, но сейчас я пришел к тебе как к эксперту… - Эксперту нужен эксперт? – Эндж невесело рассмеялась.- Нам всем не помешала бы сейчас терапия. - Мне нужна твоя помощь как эксперта… по доктору Бреннан. Удивление Энджелы было во всей фигуре, не только в лице, и психолог сопроводил свое пояснение решительным кивком: - Она была у меня на днях (ссылка на Историю с рогипнолом). Сказала, ты не смогла ей помочь? Хм.. Не думаю, что это так. Ты не могла не помочь: у тебя талант находить нужные слова, и ты точно знаешь, что она чувствует, ты сталкивалась с этим не раз. Могу предположить, что почему-то ты не захотела этого сделать. Энджела отложила в сторону пульт, задумавшись, довериться ли Лансу, и, поразмыслив, кивнула: - Я бы хотела ей помочь, очень. Но я не смогла заставить себя, – помедлив, она будто решилась на что-то. Подойдя к дальнему шкафу, Эндж уверенно наклонилась к нижней полке, заполненной ее работами, и из-под кипы эскизов бережно выудила 2 листа, уложенных в тонкую папку. В прекрасно выполненных карандашных набросках было много знакомых черт. Две детских мордашки: серьезный мальчик с внимательным вопрошающим взглядом и еле уловимой улыбкой, и крупный план сияющего личика девочки, с восторженным блеском лукавых глаз. Ланс не верил своим глазам: - Когда ты их нарисовала? - он пальцами проводил по линиям рисунков, будто не доверял своему зрению. - Это еще с тех времен, когда Брен просила его быть донором спермы, – она утвердительно кивнула на вопрошающий взгляд Ланса. - Тогда я нарисовала их будущих детей, какими они могли бы быть. Они были бы счастливы, - девушка с нежностью взглянула на портреты, и на ее глазах блеснула влага. – И я думала, что Бут сможет заставить ее передумать, открыть свое сердце, - она вздохнула, хлюпнув носом. – И он смог. Но уже поздно. Теперь у него другая, а моя лучшая подруга теряет разум и не находит себе места, - она устало присела в кресло. - Мы должны переживать это в юности, первая любовь и первый отказ. Мне жаль, что доктор Би, столкнулась впервые с этим только сейчас, и это большая проблема. Энджела посмотрела на Свитса с укором, и он поднял ладони: «молчу, обещаю, без научной ерунды». - Я решила, что лучшая помощь - не помогать. Я не хочу помочь ей просто забыть, я хочу, чтобы она приняла всю печаль и пережила это, чтобы не копила в себе горечь, как бы все не сложилось. - Ты еще надеешься на волшебство, что все повернется вспять, как в сказке, и в жизни Бута не будет Ханны, - Свитс усмехнулся. - Я не столь наивна, как ты думаешь Свитс. Но я видела это, - Энджела подошла к экрану и провела пальцами по тачпаду пульта, на экране крупным планом загрузилось фото. Она указала пальцем на изображение. Один из снимков с вручения гранта для Хансвилля, где Бреннан говорила что-то в микрофон на сцене. Крупный план начинался с ее кулачка, так крепко обхватившего палец напарника, что проступали все сухожилия, и была видна белизна сжатых костяшек. Его вторая рука шла ей за спину защитным полукругом, как бы ограждая от возможных нападок. Бреннан была прекрасна в своей увлеченности, вдохновенно обращаясь к залу, и буквально сияя от восторга. Но цепляла за душу не эта картинка, а мужское лицо рядом: спутник был полностью поглощен ею, будто вокруг не было сотни зрителей. Тянулся к ней так, словно не мог справиться с притяжением, впитывая ее облик и вбирая энергию ее страстного порыва. Его глаза лучились обожанием, восхищением, теплотой и безграничной нежностью. И все это вместе совершенно точно делало его счастливым, как если бы он держал плакат с таким признанием над головой. - Оу. Интересно. – Ланс нахмурился и после минутной паузы с сожалением покачал головой. - И ты хочешь сказать, что это не любовь? – Энджела с победной улыбкой взглянула на друга. - Не важно, что хочу сказать я, - Ланс с сомнением и грустью покачал головой. - Этому снимку сколько? 2 недели? Четыре дня назад Бут сделал предложение Ханне, и она согласилась. - Аааа, - у Энджелы будто кончился воздух, и она замерла в болезненном испуге, приложив руку к шее, - предложение? - Я не должен был говорить, но не думаю, что это долго может быть секретом. - Она знает, - сдавленно прошептала девушка, не отнимая руку от шеи. - Бренн знает… Вот почему она так разбита, она потеряла надежду, она знает… Ооо.. - Нет, доктор Бреннан не в курсе в смысле полученной информации. Но, учитывая, что она чувствует Бута, она знает о его решении на ментальном уровне. И, полагаю, она справится с этим, но по своему, в ущерб своей личной жизни. Думаю, она постарается отключить эмоции и выстроит картинку внешнего благополучия, чтобы Бут не волновался о ней. Зная ее способность к планированию, думаю, план уже составлен или почти готов, и она его непременно исполнит. Из глаз Энджелы медленно заскользили слезинки. Она не вытирала их и вообще не двигалась с места, лишь сгорбившись и с отчаянием обхватив себя руками. Ланс шагнул ближе и приобнял ее, по-дружески утешая и подбадривая. - Оу, что за объятья, Ланс, она замужняя женщина, - Бут со смехом показался в дверях, - Привет, Энджела, доброго воскресного дня. Пришел украсть у тебя Свитса, его ждет работа. - Сили подошел к ним, мельком взглянув на детские портреты, оставленные на столе, и быстро переключил внимание на заплаканные глаза художницы. – Нам всем нелегко, Эндж, - он сочувственно кивнул ей, списав слезы на специфику дела, и добавил тихо и сурово, - мы разберемся, обещаю тебе. Энджела тихо отвернулась, не в силах встречаться с ним взглядом. - Есть новости? – Бут развернулся к экрану и замер, наткнувшись взглядом на столь откровенное фото их вечера с Кости, именно то фото, что Ханна утром оставила ему на подоконнике. По лицу пробежала болезненная судорога, но спустя всего лишь пару секунд, как ни в чем не бывало, он шутливо продолжил. – Я что-то не видел такого фото в своей пачке. И нечего тратить времени на личные дела. Идем, Свитс, нам есть, чем заняться. Ланс, тронув на прощание Энджелу по плечу и получив в ответ растерянный кивок, вышел в холл. Поторопившись следом, Бут бросил взгляд на стол, где лежали карандашные наброски смутно знакомых детских лиц, но портретов уже не было, хозяйка кабинета успела прикрыть их папкой.