Трудная любовь

-Энакин! Наконец-то! Как долго я ждала!-всё ещё не веря в происходящее, Асока сжимала друга в объятиях. Словно во сне ощупывали руками его лицо и плечи. А он, в свою очередь, обхватил её руками так, что она уткнулась в его грудь лицом. От внимания Асоки не укрылся осунувшийся и побледневший вид Скайуокера. И когда они отошли в уединенное место-ту самую беседку, где они часто любили сидеть, первым делом спросила о матери. -Первое, о чем я тогда подумал-сказал Энакин, закончив свой печальный рассказ-это о том, что почему Смерть выбрала именно её? Отчего не других? Ты не поверишь, но если бы в тот момент, мне предложили отдать чью-то жизнь в обмен на её, то я бы не думая согласился. -Как? Любую жизнь? Даже мою?-Асока была искренне поражена услышанным. После этих слов Энакин посмотрел на неё долгим и очень странным взглядом, вмещавшим в себе многие, на первый взгляд, абсолютно несочетаемые эмоции: недоумение, страх, злость и...безграничное тепло. -Не говори больше так, даже в шутку, никогда в жизни, ты меня поняла?-произнёс он наконец, крепко сжав руку Асоки. -Хорошо, я обещаю тебе, что со мной ничего не случится-в этом его взгляде и последовавшем вопросе Тано прочла всё: тревогу, беспокойство, боязнь потерять самое теперь близкое и дорогое существо. -Ты просто не представляешь, что это такое-видеть смерть родного человека- -Только время поможет примириться с болью, только оно- О том, как Энакин расправлялся с убийцами матери, он решил умолчать, не желая травмировать Асоку, чувствительную к его бедам и радостям как к своим собственным. Не нужно ей пока этого знать. Кстати говоря, за последнее время Энакин немного изменился-перестал быть настолько замкнутым как прежде, научился ладить с другими. Так на дальних рубежах у него появились свои приятели, правда, то место, что занимала в его душе Асока, по-прежнему осталось за ней. Ни один из знакомых ему, старых и новых, не сумел настолько глубоко затронуть сердце Скайуокера, как однажды это удалось маленькой тогрутке. А между тем, другие девушки тоже не дремали, заглядываясь порой на него, особенно одна. Несколько дней назад, прогуливаясь в свободное от обучения время, он заметил, как в безлюдном переулке двое хулиганов с недвусмысленной целью, зажали в углу невысокую темноволосую девушку, весьма, кстати, интеллигентного вида. Энакин не смог остаться в стороне при виде такого беспредела и пришёл на помощь. Девушка рассыпалась в благодарностях и попросила проводить её до гостиницы. Дорогой они разговорились. Новая знакомая оказалась сенатором от планеты Набу, прилетевшей сюда с дипломатической миссией. Энакин представился в ответ, на что сенатор ответила странной фразой: да, интересно, с Джедаями у меня ещё ни разу не получалось! Что именно у неё там не получалось, Скайуокер уточнять не стал, так как доведя её до двери высокого здания с колоннами, посчитал знакомство исчерпанным и спокойно пошёл к себе. Но всё на этом не завершилось. На следующий день Энакин снова её увидел и она увязалась с ним. Девушка явно давала понять, что хочет большего, чем просто приятное общение, а не далее как вчера, прощаясь поцеловала его в щеку. И вот парадокс, гуляя с этой особой, Скайуокер не ощущал ничего такого, о чем так взахлёб рассказывали парни-приятели. А те уж горазды хвастаться своим успехом у противоположного пола. Энакина подобные разговоры мало интересовали, опыта он в этом не имел и приобрести не торопился, жизнь Джедая не предполагала любовных приключений. Но эта девица проявляла настойчивость, а единственной реакцией Скайуокера на неё было холодное равнодушие. Зато, когда она его поцеловала последний раз в памяти юноши внезапно всплыл эпизод, который за трагическими событиями недавнего времени оказался почти забыт. Другая планета, другое прощание, другая девушка, другой поцелуй. Случайный, почти незаметный, полудетский, но какую бурю эмоций он разбудил. Весь полет до Татуина Энакин думал только об этом, лишь подлетая сосредоточился на причине визита, потом стало не до того. А теперь опять...Сколько тепла и бесконечной нежности содержалось в том осторожном прикосновении губ, вот уже второй день он думал об этом и часто ловил себя на желании повторить, ловил, но обрывал эти мысли-Так нельзя! Это неправильно! Она твой друг, будущая ученица, а ты такое!-убеждал себя Энакин, но получалось не очень. И вот даже сегодня он заметил, что смотрит на подругу своего детства как-то иначе, но решил ничего не менять, до тех пор, пока не поймёт себя сам. Однако, случилось так, как зачастую чаще всего и бывает-Сила решила за них обоих. *** Следующим утром Асока проснулась довольно поздно, так как почти всю ночь проговорила с Энакином. К счастью, выходной день касался и её, то есть спать можно было сколько угодно и первое, что она увидела, спустившись во двор храма был как раз её друг. Но лучше бы Тано не смотрела на него в это время. Энакин был не один-возле него стояла худенькая девица с каштановыми волосами в синем платье. И хуже всего не это. Она то и дело хватала Энакина за руку и что-то весело ему рассказывала. Тот реагировал на всё это более чем равнодушно, однако, даже сейчас Асока вдруг с небывалой отчётливостью ощутила те самые неприятные чувства, на которые ей не так давно намекала Бэррис. От макушки куда-то к низу стремительно хлынула горячая волна, всё перед глазами застлало красным, а руки непроизвольно сжались в кулаки. -Да как она может? Как смеет?-подумала она грозно и не думая более ни о чем, направилась к этим двоим. В это время девица ненадолго отошла, встретив знакомого, а Энакин лишний раз удивился настырности сенаторши, которая даже прилетев на Корусант сумела его найти. И тут подошла Асока. -Так-произнесла она холодно, чтобы скрыть охватившие её новые чувства-и что это за лохудра возле тебя ошивается? Она встала напротив него, уперев руки в бока, почти как тогда, при первой их встрече. Но больше всего Энакина удивило её поведение и несвойственная прежде манера разговора. К слову сказать, учитывая своё рабское прошлое, Скайуокер и сам был отнюдь не златоустом, чья речь могла бы служить для других примером, но выражения, подобные тем, что сейчас выдавала Асока, да ещё и в присутствии старших, он никогда себе не позволял. И где она только набралась такого? -Слушай, выражайся, пожалуйста, более тактично-поднял в нем голову этот самый старший-во-первых, не лохудра, а сенатор Амидала, во-вторых, не ошивается, а благодарит за помощь, я спас её от хулиганов несколько дней назад и теперь она хочет мне отплатить. -Ты в этом уверен? Ну в том, что только отплатить? Да и вообще, не слишком ли затянулась её благодарность?-скептично произнесла Асока. И тут пришла виновница перепалки и не просто пришла, а ещё и совершенно собственническим жестом положила свою руку на локоть Скайуокера. Это стало последней каплей. Если до того момента Асока ещё худо бедно держалась в узде, то теперь ей просто сорвало башню. Злость и отчаянное нежелание видеть и осознавать происходящее, ненависть, вгрызавшаяся голодным зверем в сознание Тано, всё это сплелось в единый комок, толкавший на резкие действия. И через секунду, не думая о последствиях, Асока с диким криком: А ну быстро от него отошла! Бросилась на соперницу, да, наверное, так и есть, нет смысла больше себя обманывать. Тано усиленно занималась на тренировках и потому была довольно хорошо физически подготовленной, чего не скажешь о сенаторе. Асока крепко схватила ту, даже не за руку, а за рукав её шикарного и явно недешевого платья и со всей силы дернула за него, оттаскивая ту в сторону. Не ожидавшая нападения, а потому не оказывавшая сопротивления, Амидала тут же отлетела в сторону, и не удержавшись на ногах, осела на траву. Ткань рукава треснула и сползла вниз, обнажая тонкую белую руку. Соперница сидела на земле и испуганно таращилась по сторонам, ища защиты. Но этого обезумевшей от ревности Асоке оказалось мало и сев на неё сверху, Тано принялась методично наносить ей короткие, но весьма болезненные удары правой рукой, а левой держала за волосы, не обращая внимание на призывы Энакина немедленно прекратить. Тот не ограничился словами, а, поняв, что устные внушения действия не возымеют, принялся активно оттаскивать разъярённую тогруту от визжавшей на одной ноте сенаторши. Это было не так-то просто, злость утроила Силы и так далеко не слабой девушки. В конце-концов, Скайуокер сумел завернуть ей руки назад и обхватив в кольцо оторвать подругу от жертвы. Тано не думала сдаваться, она активно пиналась, кусалась и не оставляла попыток вырваться. -Пусти меня! Живо! Я так эту тварь отделаю, мама родная не узнает! Будет знать как хватать чужое. Но силы были неравные и постепенно Асока вымоталась, впадая в состояние безразличной апатии. Он быстро отнёс её в комнату и приказав сидеть там вернулся во двор. Амидала уже поднялась, кое-как пригладила прическу и теперь безуспешно пыталась поправить разодранный рукав испорченного платья. -Прости, я не думал, что она так отреагирует!-Энакин успел рассказать ей об Асоке-но приходить сюда тебе не следовало. -А я и не приду больше! Ещё чего не хватало, чтоб эта сумасшедшая мне весь гардероб испортила!- -Я правда не знал, что так будет, прости её- -Кто? Я должна простить её? Ты ничего не путаешь? Короче, так-выбирай: или ты остаёшься со мной, а с ней прекращаешь всяческое общение или про меня ты больше не услышишь-сказала сенатор котегорично. -Как ты можешь так говорить? Тебя я знаю всего неделю, а с Асокой мы с самого детства неразлучны, перестать с ней общаться-это для меня как руку себе отрубить!- -Короче-не пошла на уступки Амидала-решай прямо сейчас-я или она! Энакин ответил легко и без колебаний-она! -Что?-опешила сенатор, поднимая тонкие брови, она явно привыкла к другим ответам. -Она-покорно повторил Скайуокер-она, О.Н.А! -Да и пожалуйста! Нужен ты мне больно, Избранный! С вами, Джедаями свяжешься-только проблем наживешь! Впрочем, судьбу свою ты уже нашёл, а может она тебя! И произнеся сию загадочную фразу, девушка круто развернулась и пошла прочь от храма с намерением впредь стороной обходить это место. А Энакин поднялся на жилой этаж, имея цель серьезно поговорить с Асокой, но открыв дверь, обнаружил помещение пустым.