Трудная любовь

При воспоминании об Ордене, Асока заметно напряглась. Она отпрашивалась всего на день, а прошло уже гораздо больше. -А если меня теперь исключат? - подумала девушка, медленно охватываемая волнением - впрочем, учитывая то, что мы с Энакином до отъезда сотворили, я и так подлежу исключению! И задумавшись глубоко, она забывшись сильно дёрнула Энакина за руку, что до сих пор держала. Тот вздрогнул и тут же закашлялся. -Прости - сказала тотчас же Тано, опуская руки на плечи возлюбленного, вынуждая лечь снова. -Что-то случилось? - произнёс он чуть слышно. -Да нет, ничего, всё в порядке, тебе нельзя волноваться, у тебя кровь не останавливается! - Асока ругала себя за несдержанность. Энакин выглядел плохо и чувствовал себя соответственно. Получать настолько серьёзные ранения он не привык. Раньше бывало полегче, ведь световые мечи оставляли только ожоги, которые проходили спустя несколько дней, плюс ещё от них не было крови. Привыкнув к такому положению вещей, Скайуокер успел заметно расслабиться и уже забыл, что бывает иначе. Теперь пришло время вспомнить. Холодный металл легко преодолев сопротивление мышц замер напротив сердца. Холод железа и тепло собственной крови тут же вырвавшейся на поверхность. Он даже, вот ведь позорище, почти впервые за всю жизнь, потерял сознание. Продлилось это, судя по всему, довольно долго. Перед глазами в то время прошли ближайшие события, но виденные под другим углом. Какими же глупыми выглядели теперь его метания! Взял и поддался порыву! Сорвался с места, ничего никому не сказав и натворил делов! Но тут по всему его телу прошла мягкая волна уютной теплоты и глаза его сами собой открылись. От кровавого тумана, закрывшего зрительное поле, практически ничего не было видно и всё-таки Энакин смог рассмотреть склонившихся над ним отца и Асоку. При взгляде на них, Скайуокеру вдруг пришло в голову, что он невольно едва не повторил судьбу своего родителя. В его жизни тоже произошло столкновение с Тьмой, а предшествовало этому чувство любви. Но почему же там, где Соран сказал да, он, Энакин, ответил нет? Если бы мог, Джедай бы нашёл ответ, но долго размышлять он был не в состоянии. Давала знать о себе слабость и потерянная кровь. Только внутренняя связь влюблённых не давала ему отключиться. Асока же теперь и думать забыла про храм, Орден и прочие глупости, будучи поглощённой мыслями о совсем другом. -Пусть только выживет! Пусть поправится, а там разберёмся, что дальше! - размышляла она, когда медицинский корабль пошёл на снижение. -Тебе скоро помогут, всё будет хорошо, правда, верь мне! - убеждала возлюбленного Тано. Энакин в ответ сжал её руку и улыбнулся через силу, пытаясь успокоить. Дальше началось самое невыносимое-ожидание. На подстанции их встретили прямо у корабля и тут же взяли в оборот. Энакина отправили на второй этаж, где располагался операционный блок, а всем остальным велели остаться на первом-в приемном отделении. Встретившего их врача привлёк так же измученный вид Сорана и порез на руке Элис. Эти двое так же явно нуждались в помощи. Однако, те заявили, что подождут, главное сейчас-сын, вот когда увидят, что его жизни ничто не угрожает, тогда и позволят помочь себе. На что медик лишь досадливо покачал головой: с Джедаями всегда непросто, с этой их самоотреченностью похвальной! Сам понимай-товарища спасай! Асока сидела на самой дальней скамейке длинного коридора всеми силами пыталась не потерять связь. Но безуспешно, очевидно, из-за того, что на время операции кристалл с Энакина был снят. Она просто ощущала, возлюбленного в Силе, но большего увидеть не смогла. Только мягкое синее свечение. И тут оно пропало! Совсем! Вместо него появилась чёрная звенящая пустота. Асоку затрясло как в ознобе. Словно температура резко поднялась до сорока. -Что это значит? Почему так? С чего? - вопрошала она неизвестного собеседника. Бессознательно схватившись рукой за синий камень на своей груди, Тано, в отчаянном неверии вновь воззвала к Силе. -Не забирай его, прошу! Он всё, что у меня было и есть ценного в этой жизни! Пожалуйста! А я обещаю исправиться! Клянусь, никогда больше не ослушаюсь старших и в бар тот не пойду! Даже не понюхаю алкоголь! И рисковать собой тоже не стану! Чтоб мне умереть сейчас же, если я совру! Неизвестно сколько времени длилось это исступление. В себя девушка пришла от того, что кто-то упорно тряс её за плечи. Открыв глаза, Асока увидела Элис. -Не изводи себя, всё обойдётся, я чувствую! Он не ушёл, когда была опасность, ты не отпустила, а сейчас и вовсе бояться нечего - мягко произнесла женщина, обнимая возлюбленную сына и садясь с ней рядом. -Элис, я не смогу без него!- -Скажи, а в Ордене уже знают про ваши чувства?- -Нет, мы не успели сказать, началась вся эта история и вот... - Тано готова была опять впасть в истерику. Элис взяла её за руку и постаралась отвлечь, не показывая собственного беспокойства. -Теперь всё будет в порядке, баланс Силы восстановлен. Он выполнил своё пророчество Избранного.- -А что это значит, Избранный? Я спрашивала Энакина, ещё в детстве, но он не сказал - поинтересовалась Асока. -Это значит, что в одном чувствительном к Силе сочетаются две стороны, две истины, два начала. Свет и Тьма. Только ему подвластно победить абсолютное Зло, но при этом он должен победить самого себя. Решить какая из сторон по-настоящему его. -начала объяснение Небесная. -У него был нелегкий выбор, учитывая, что он родился от служивших противоположным истинам - сказала Асока. -Потому он и смог победить Ситха, что чувствуя Тьму, догадывался, какие шаги предпримет враг- -Скажите, а вы с Сораном тоже знакомы с детства?- -Да, я как услышала твою историю, то сразу обратила внимание, что вы повторяете нашу судьбу. Но вам не грозят наши беды. Соран ошибся, связавшись с Тьмой, а одумавшись не смог уже вернуться по своей воле, а я виновата в том, что отказалась от ребёнка и он рос, не зная родной семьи.- -Вот потому вы и сказали, что наша любовь будет трудной- -Но у вас ещё есть возможность избежать ошибки, не предать свою любовь в угоду чему и кому-либо. Не отказывайтесь от неё, даже если весь мир будет против, только тогда сохраните свою душу неизменной! - заключила Элис. Тут Асока почувствовала, что пустоты более нет, она снова сменилась прозрачной синевой. От самосозерцания отвлёк шум приближающихся шагов. Девушка развернулась и увидела высокую фигуру в белом халате, направлявшуюся прямо к ним. Асока бросилась навстречу едва не врезавшись в шедшего навстречу врача, выпалила прямо ему в лицо: С ним всё хорошо? Он будет жить? -Так, давай по порядку - осадил её медик - скажу следующее-успели вовремя, ещё бы полчаса и спасение жизни стало бы затруднительным, но сейчас всё в относительном порядке. Вот только одно-в самой середине операции у него резко остановилось сердце, никто не знал почему. Я уже потерял всякую надежду, но вдруг всё наладилось, так же внезапно, как и дало сбой. И ещё-он потерял примерно треть от объёма крови. Если немедленно не восполнить эту потерю, выздоровление затянется. После чего назвал группу крови Энакина. Услышав последнюю фразу, Элис заметно встревожилась. -Такая группа у его отца, но ему самому нужна серьезная помощь, а я не подхожу, дочь тоже, как быть?- -На нашей подстанции сейчас нет такой крови, а счёт идёт на часы!- -Можете взять мою! У нас одна группа! - вызвалась вдруг Асока, вспомнив их детскую шутку на тему, мы с тобой одной крови. -Тебе 18-то есть, героиня? - невесело усмехнулся врач. -Ну нет ещё и что с того? Вам что важнее-жизнь спасти или правила соблюсти? Вот, почему-то чтоб преступление совершить ничего не нужно, а чтоб жизнь сохранить-куча условностей! Да если он умрет, я такое устрою, надолго запомните! - распалялась Тано. Пару минут медик простоял молча, словно на что-то решаясь, затем, очевидно приняв сторону сердца, а не разума, кивнул Асоке: Пойдем на верх, Нужно проверить на совместимость. Боясь, что в любой момент он передумает, Тано решительно отправилась вслед за медиком.