в сердце П.О.Р.О.К.а

      Порой ему казалось, что Санса способна погубить его. Маленькая лгунья с пронзительно синими глазами, она умела смотреть на него так, что у Дженсона напрочь срывало тормоза. Она умела задерживать на нем взгляд, от которого глубоко внутри у него просыпалось желание немедленно вызвать ее в свой кабинет под каким угодно предлогом и оттрахать так, чтобы у нее тряслись ноги, когда она выйдет из него. Осознавая, что окончательно спятил, он не находил ни одной убедительной причины, чтобы сдерживать себя. Когда отобранные после анализов юноши и девушки уходили в отсек лаборатории, отведенный для экспериментов, он назвал ее имя и попросил следовать за собой.       Ему нравилось смотреть, как она кончает. Его хрупкая игрушка, она захлебывалась криком в момент оргазма, когда он продолжал резкими, ритмичными толчками вбиваться в нее. Ее тонкие пальцы до онемения цеплялись за края холодной столешницы, а нижняя пухлая губа была закушена, и в этом было столько страсти, что он не выдерживал, с резким толчком кончая глубоко внутри.       Весь мир был охвачен пожарищем, в нем бушевал отвратительный смертельный вирус, от которого было почти невозможно избавиться, и лишь она одна могла спасти его. Когда она обвивала руками его шею и тянулась к губам, в те редкие минуты, что им выпадали, он ненавидел ее за то, что не мог схватить ее за волосы и отшвырнуть от себя. Вместо этого он жадно отвечал на ее неумелые поцелуи, как никогда остро ощущая биение пульса в висках. На что только ни способны глупцы ради воплощения своих желаний! А Дженсон, все чаще приходил к выводу о том, что стал таковым, задумав свой рискованный план.       Он и не мечтал о том, чтоб познакомиться с такой, как она. Ему вообще не нужны были знакомства подобного рода. Как не нужны были идиотские мечты, предназначенные для наивных детей. Их заменили цели и стремления. Он даже не думал, что ему будет нужна такая, как Санса. Ведь чего хорошего можно ждать от связи с девчонкой? Вчерашняя бегущая, сегодня она была его игрушкой, а кем станет завтра и думать не хотелось. Но она сыграла с Дженсоном злую шутку, заставив его почувствовать любовь. Она проявила бессердечие, позволив ему мечтать о себе и о том дне, когда они оставят за спиной П.О.Р.О.К и присоединятся к людям в убежище. Она поступала нечестно, сказав, что не испытывала ничего подобного ни с кем другим. Оба знали, что других и не было в ее жизни. Она поступила подло, заставив его мечтать о себе, растормошив запертого на самом его дне того, кем он был когда-то давно в прошлом. Или только тень этого кого-то.       Он не хотел влюбляться в нее. Он говорил себе, что девчонка всего лишь его шанс на выживание. Послушная кукла, которую можно вызвать в любой момент, поставить на колени и заставить отсосать. Или разложить на столе и грубо трахнуть. Или вовсе поиметь прямо у стены возле двери. Она не смела ничего возразить, когда он стальной хваткой сжимал ее запястья, не давая уйти, когда он рывком притягивал ее к себе и впивался в губы, не в состоянии утолить своей жажды. Позже он понял, что она и не хотела возражать, испытывая нездоровое, болезненное влечение.       Она давала ему почувствовать себя живым. Возвращала веру в то, что в этом разрушенном мире он сможет остаться в живых. Но при всем этом, он оставался собой. Поэтому, когда молоденькому лаборанту не посчастливилось увидеть их, занимающимися сексом в одном из непросматриваемых камерами уголков базы, Дженсон, не раздумывая, выстрелил ему в голову.