Frustration

Из глубоких недр мир-системного анализа и географического моделирования Алека вырывает телефонный звонок. Мелодия имперского марша (ха-ха, Саймон) наполняет тишину комнаты, до этого прерываемую только скрипом ручки и редкими тяжёлым вздохами, и он принимается отыскивать телефон среди прочего хлама комнаты. Тот находится прямиком под учебником картографии. На экране высвечивается лицо Изабель, и Лайтвуд глубоко вздыхает, нажимая на зелёную кнопку. – Братец! Как подготовка к экзаменам? – Всё отлично. Я же просил не звонить в эти пару дней… – Да-да, конечно, тебе нужно полное погружение в учёбу и всё такое. Я помню. – Изабель фыркает и бормочет неразборчиво что-то в сторону. В ответ на её слова где-то вдалеке раздаётся волна смеха, и Алек прикрывает глаза, сжимая переносицу кончиками пальцев. – Ты сегодня ел? – Да. – Врёшь. Тон Иззи становится чуть лукавым, и Алек мысленно чертыхается на проницательность сестры. И на её синдром чрезмерной опеки. – Я не голоден. – Алек. Просто закажи себе еды, и я сразу отстану. Или могу прийти и приготовить что-нибудь. Домашняя еда полезнее, и я сегодня свободна. Лайтвуд сейчас не видит её лица, но точно знает, что Иззи ухмыляется. Понимает же, насколько чудовищно готовит, и каждый раз использует это в качестве своего оружия. Его сестра – воплощение хитрости в обтягивающих лосинах. – Закажу пиццу. Довольна? – Прямо сейчас. – Да. – Я жду фото. Серьёзно. – Иззи. Люблю тебя. На языке Алека это означает «я хочу закончить разговор, но не хочу грубить». Иззи вздыхает, щебечет пожелания работоспособности и Лайтвуд с облегчением завершает звонок. Чешет щёку, раздумывая, куда Джейс мог закинуть буклет с меню из местной пиццерии, и бредёт на кухню. На микроволновке куча макулатуры, и Алек вытаскивает на пробу первую попавшуюся карточку. На картоне нарисован весёлый помидор верхом на огурце, и Лайтвуд смотрит на эту странную иллюстрацию несколько секунд, подвисая. Встряхивает головой, прогоняя из мыслей ассоциации, и звонит по указанному номеру, едва взглянув на меню. Голова гудит, переваривая запиханную в неё информацию. Хочется спать и совсем немного – повеситься. Зажав телефон между плечом и ухом, Алек ставит чайник на плиту. Расставляет по местам вымытые тарелки и ложки, протирает стол и складывает остальные буклеты ровной стопочкой, слушая незатейливую мелодию в динамиках. – Пиццерия «Джой», здравствуйте. От неожиданной концовки приятной композиции, под которую так легко заснуть, Алек едва не ставит скользкую от воды кружку мимо полки. Иззи всегда говорит, что во время сессии Лайтвуд выходит в астрал, отключаясь от внешнего мира. Недалеко от правды. – О, эм, здравствуйте. Я хотел заказать пиццу. – Отлично. Какую Вы бы хотели? У оператора приятный голос с чуть скучающими интонациями. Алек его понимает – наверняка мало удовольствия днями сидеть на месте, отвечая на звонки. Лайтвуд косится на лежащий у края стола буклет. – Хит продаж. – Значит, «сырная». На данный номер уже зарегистрирован адрес. Он всё ещё верен? – Да, всё верно. – Оплата наличными? Алек утвердительно мычит, засматриваясь на блики солнца, скачущие по зелёным чуть выцветшим обоям кухни. Думает о том, что надо бы заварить кофе. Большую кружку кофе. – В течении часа к Вам подъедет курьер. – Отлично. Люблю тебя. В ответ раздаётся оглушительная тишина, и через секунду до Лайтвуда доходит. Он уже собирается извиниться и бросить трубку, но тут заметно оживившийся и повеселевший голос оператора отвечает: – Люблю тебя тоже. Последовавшая пауза ощущается многочисленно ожидающей, и Алек ощущает, как жар расползается по шее к лицу. – Хм, я просто…Простите, я…Чёрт. В ответ в динамике слышится смешок, настолько безобидный и лёгкий, что Лайтвуд немного расслабляется. – Надеюсь, ты не ждешь от меня скидки. Я человек традиций – скидки только после третьего свидания. – Нет, я… Что-то неожиданно шуршит в динамике, и Алек замолкает, прислушиваясь. Раздаётся приглушённый разговор, после чего оператор с приятным голосом снова сообщает о приезде курьера и, пожелав приятного аппетита, кладёт трубку. Стыд и смущение увеличивают его желание повеситься в разы. С приездом курьера Лайтвуд ожидает ухмылки или многозначительных взглядов, но парень просто отдаёт ему аппетитно пахнущую коробку и забирает деньги, желая приятного дня напоследок. Живот урчит, и Алек осознаёт, что всё же проголодался. Наливает кофе и садится за стол, открывая коробку. Чуть сбоку от тёплой пиццы лежит стопка салфеток. Лайтвуд тянется к ним, чтобы переложить на стол и замечает, что на верхней что-то написано мелким аккуратным почерком.

Эта пицца вкусная, но я уверен, что ты ещё вкусней. От парня, которому ты признался в любви (Магнус) p.s. у тебя очень милый голос, когда ты нервничаешь

Аккуратно расправляя салфетку в руках, Алек ощущает, как губы против воли растягиваются в улыбке. Он просматривает всё вдоль и поперёк, даже перебирает другие салфетки, но номер телефона так и не находит. Вздохнув, Лайтвуд берёт первый кусок аппетитной пиццы и откусывает. Жмурится от удовольствия и предвкушения. В ближайшее время он намерен перепробовать все виды пицц одного конкретного заведения.