Недостающий элемент

Звонок застал её врасплох. Было ещё совсем раннее утро. Солнце не успело толком подняться, лениво распевались птицы за окном, но Анис уже не спала. Одетая в домашнее платье, она сидела в кресле и бездумно смотрела на часы. Половина шестого. Шесть. Начало седьмого. Голова была тяжелой, недосып мутил разум, но бессонница была беспощадна. Последние две недели она просыпалась ещё затемно, подолгу маялась, пытаясь заснуть, и в итоге вставала совсем разбитая. Это было недопустимо для человека её должности, но пить снотворное Анис тоже считала недопустимым. Ничего, что могло бы помутить её сознание. Однако если так будет продолжаться, это будет необходимо. Её опыт и острый ум помогали ей справляться со всеми обязанностями; несколько дней назад она так удачно вычислила группу, готовящую нападение на нескольких министров разом. Она умела работать на износ, но рано или поздно бдительность может ей изменить. Анис серьёзно это тревожило. Она попыталась удобнее устроиться в кресле, надеясь, что дремота возьмет вверх, но ничего не помогало. Наконец Анис с раздражением вздохнула и решила заняться чем-нибудь полезным - и в этот момент по дому разнесся звон колокольчика, висевшего у входных дверей. Анис замерла, опираясь на подлокотники кресла. В такую рань она никого не могла ждать. Утомительная сонливость слетела, как не было. Что-то случилось - может быть, что-то с королевой? Она не могла представить, ради чего ещё ее будут тревожить в такую рань. Около дома полно стражи, никто посторонний просто так не пройдет. Или она ошибается? Анис вышла из комнаты и спустилась по лестнице. Звонок не повторялся, но она чувствовала: кто-то есть у дверей, и дар месмера подсказывал ей, что это кто-то знакомый. Посланный вперед мысленный импульс вернулся удивительно знакомой отдачей. Анис замерла около двери, задумавшись. Ей не раз и не два приходилось отступать, скрываясь, и план был отточен до мелочей: создать свою иллюзорную копию, поменяться с ней местами, отправиться к тайному выходу из дома. Но этот гость... Анис на секунду заколебалась, стоит ли ей верить самой себе: быть может, бессонница уже сказалась на её рассудке? Но она быстро отмела эту мысль. Нет. Она слишком опытна, чтобы какие-то две недели так исказили её способности. Она вздохнула, приготовилась на всякий случай отступать, и открыла дверь. Она не ошиблась, но всё равно не смогла сдержать удивления. Кэнах, усмехаясь половиной рта, смотрел на неё. Анис с бешеной скоростью пыталась понять, что ему понадобилось здесь. На миг она предположила, что спустя несколько месяцев после своего освобождения он всё же счел, что служба ей слишком оскорбляла его сущность второрожденного и собрался отомстить; но быстро отмела это. Что ещё? Кэнах открыл рот, чтобы что-то сказать. Анис схватила его за плечо, втянула в дом и захлопнула дверь. Она не понимала, зачем Кэнах пришел, но ей не нужно было, чтобы кто-то их видел. Вне зависимости от его целей, конспирация - прежде всего. Они молча посмотрели друг на друга. Анис с раздражением подумала о том, что выбрать менее подходящий момент он не смог бы. Она не успела привести себя в порядок, и её бессонница наверняка просто кричала о себе. Пожалуй, Кэнах смог застать её врасплох, и это ей не понравилось. - У вас такая бездарная стража, графиня, - сказал наконец Кэнах, - я справлялся лучше. - Объяснись, - оборвала его Анис, - в чем дело? Надеюсь, у тебя есть веский повод, чтобы вламываться ко мне в такое время. Она окинула Кэнаха взглядом и отметила, что в нем ничего не изменилось. Включая кривую усмешку и вечно недовольное выражение лица. - Разумеется. Могу принести вам свои извинения за такой неприлично ранний визит, но мне хотелось быть уверенным, что я встречу здесь только вас. Или я ошибся?.. - Следи за языком, мой дорогой цветок, - посоветовала Анис. Ситуация не прояснялась, и это раздражало. Признаться, она не ожидала, что вообще увидит ещё невыносимого бывшего телохранителя. По её расчетам, он должен был держаться как можно дальше от человеческой столицы - и от неё лично. Хотя она признавалась себе в том, что иногда ей даже не хватало Кэнаха. Несмотря на отвратительный характер, он исправно был её надежным мечом всё это время. И с ним было... занимательно. Никто из людей и близко не стоял. Кэнах и в самом деле заткнулся, и Анис почувствовала себя увереннее. Удивительно: она уже не была его хозяйкой, но он по-прежнему её слушался. Это развлекало. - Итак, - сказала она, - я слушаю. Он молчал. Анис успела оббежать взглядом каждую деталь его тяжелой брони, но сильвари не говорил ни слова, просто смотрел на неё в ответ. Она снова почувствовала прилив раздражения. - В чем дело, Кэнах? Ещё немного, и я решу, что ты пришел, потому что скучал по мне. Кэнах ухмыльнулся шире, и собирался, наверное, сказать что-то ехидное - но не произнес и слова, молча глядя на Анис. Его усмешка слегка угасла, и стала как будто растерянной, и Анис отчетливо различила неуверенность, подрагивающую в его синевато-серых глазах. - О, - сказала Анис, не сдерживая удивления. Что ж, это в самом деле было неожиданно. Она редко ошибалась в людях, и не сомневалась, что Кэнах получал определенное удовольствие от того, что было между ними, но это было одной из составляющих его службы. Сейчас он был свободен - и стоял перед ней. Анис улыбнулась краем рта. - Кажется, тебе не хватает твердой руки, драгоценный воин? - Увы, вы, как всегда, видите меня насквозь. Анис почудилось в его голосе облегчение. Тихо хмыкнув, она позволила себе ещё несколько секунд рассматривать Кэнаха, и наконец небрежно взмахнула рукой. - Проходи. Посмотрим, что я могу с этим сделать. Ты помнишь правила? - Разумеется. Как я мог забыть. - Прекрасно. Части крепкого, усеянного шипами доспеха одна за другой ложились на пол гостиной. Без него Кэнах не был таким уж здоровяком, но в нем все равно была видна сила, позволяющая ему с такой легкостью орудовать мечом и тяжелым щитом. Его оружие лежало рядом. Анис могла бы заставить Кэнаха унести его отсюда, но не стала. Частью своего острого разума она была настороже, и допускала, что всё это может быть частью какой-то масштабной схемы, хотя от Кэнаха и не исходило опасности. Сильвари, должно быть, заметил её задумчивый взгляд. - Я могу убрать оружие, графиня. Если вы боитесь. Анис не пропустила тонкую ноту насмешки в его голосе. - Ты удивительно разговорчив. Раз так, расскажи мне поподробнее, что привело тебя ко мне. Кэнах стоял посреди комнаты в одной естественной листве. - Мне казалось, вы поняли это. - Неважно, что тебе казалось, Кэнах. Я хочу услышать, что скажешь мне ты. Он не отвел взгляда, но промолчал. Анис скрестила руки на груди. - Ты же знаешь, я не терплю пустой траты времени. Может быть, тебе стоит уйти? - Я... Анис наблюдала за ним с неподдельным интересом. Он беспрекословно разделся, повинуясь её приказу, так же, как делал это раньше, и теперь должен был ответить на простой в общем-то вопрос. Может быть, ей стоит проявить немного снисхождения. - Ну же, - подбодрила она, - насколько я помню, мой любезный цветок, несколько месяцев назад наш контракт истек, и ты освободился от необходимости нести мне клятву верности. По правде говоря, я не ожидала, что увижу тебя в ближайшие несколько лет. И вот ты приходишь в такой неурочный час, стоишь здесь без своей восхитительной брони, и ради чего этого всё? Только потому, что ты соскучился по перепалкам? Мне кажется, дорогой, только ради этого необязательно было возвращаться в Дивинити Рич. Кэнах едва слышно хмыкнул. В гостиной всё ещё было довольно темно, и на его коре едва заметно мерцали оранжевые линии. - Мне не хватало вас, графиня. - Чего же? Мне казалось, служба очень тяготила тебя. Сколько мне пришлось выслушать от тебя, Кэнах! Непозволительно много для телохранителя, пусть даже очень хорошего. Чего же тебе не хватало, драгоценный второрожденный? Ругани со мной? Приказов? Обязанностей? - Нет, - негромко ответил Кэнах, - я сказал. Мне не хватало вас. Он не ухмылялся. Не усмехался. Даже вечное недовольство миром стекло куда-то, и на мгновение Анис почувствовала себя обескураженной - и сразу взяла себя в руки. - Как любезно с твоей стороны, - сказала она, - что же, я не могу не ценить честность. Сядь. Она уловила начало знакомого движения, он готов был опуститься на пол, и уточнила: - Нет-нет, позади тебя есть стул. Сядь. Он послушался. Анис сняла с платья пояс и подошла к Кэнаху. Стоя перед ним, она завела его руки за спину, и, наклонившись, связала их. Она чувствовала кожей его дыхание. Закончив с руками, она пропустила концы пояса сквозь резную спинку стула и, обхватив Кэнаха руками, привязала. Это были легкие узлы, которые было легко распустить, но смысл был не в том, чтобы привязать его намертво. Закончив с поясом, она подняла голову. Кэнах смотрел на неё в упор, и его лицо было совсем рядом. Анис едва ощутимо поцеловала его в шероховатые губы. - Хорошо. А теперь жди. Ей нужно было привести себя в порядок. Заявляться в такое время без предупреждения - совершенно непростительно. Анис не было не так уж долго. Кэнах рассеянно думал о том, что у Анис не водится личной прислуги - это хорошо. Что в её страже полные остолопы - это плохо, но хорошо для него. Что он сейчас чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последнее время: голый и привязанный к стулу в человеческом особняке. Кто бы ему об этом сказал! Служба у Анис была невыносима. Своенравная графиня, отдававшая ему приказы, раздражала его. По ее воле он ходил по таким местам, что тюрьма в Львиной Арке, из которого она его вытащила, казалась уютным и приятным местом. Она делала с ним всё, что хотела. И оказавшись на свободе, Кэнах вздохнул с облегчением, и этого облегчения хватило на первый месяц. Он не скучал по утомительным заданиям, по несносному характеру графини, по тому, как она постоянно указывала ему на его место, но, проклятье, ему не хватало этой женщины. Когда-то он до белого каления доводил её своей манерой пререкаться и язвить, смутно надеясь на то, что рано или поздно она его просто выгонит, и он станет свободен, но всё пошло иначе: однажды она его просто связала, выпорола и трахнула. То есть чисто технически это было наоборот, но у Кэнаха язык бы не повернулся сказать, что это он её трахает. Воспоминания об этом до сих пор отзывались смутным стыдом, и даже сейчас - накатившим возбуждением. Прекрасно. Её здесь даже не было! Кэнах глубоко вздохнул, надеясь успокоиться. Нельзя сказать, что он не искал кого-нибудь, кто стер бы из его памяти вздорную человеческую женщину, но ему этого так и не удалось. Анис вернулась довольно скоро, одетая в знакомое Кэнаху синее платье с такими же шелковыми перчатками, с собранными в пучок длинными рыжими волосами. Она окинула Кэнаха взглядом и улыбнулась. - У тебя по-прежнему все в порядке с выдержкой, мой дорогой. - Смею надеяться. - Думаю, я смогу в этом убедиться. Знаешь, даже приятно тебя здесь видеть. Тем более, в таком положении. - О, неужели вы тоже скучали, любезная графиня? - насмешливо спросил Кэнах. - Нет, это слишком громкое слово. Но мне определенно тебя недоставало. Удивительно, как легко можно привыкнуть к такому болтливому и капризному существу, как ты. Анис подошла к нему. Крой её платья не скрывал её красивых плеч, ослепительно светлых, без единой веснушки; вырез декольте притягивал взгляд. Кэнах не мог решить, почему вдруг ему показался таким привлекательным человек - его никогда не тянуло к людям. Из-за того, как она на самом деле была хороша - или из-за того, что она с ним делала. Она встала около него и словно задумалась. Потом пробежалась рукой по его голове: она была сплошь утыкана шипами, и она ловко прошлась пальцами между колючек. - Тебе давно пора отрастить листву, мой милый, было бы намного интереснее, - она погладила его щеку, так же усеянную мелкими иголками, - хорошо, что ты не везде такой колючий. - Мне нужно выглядеть устрашающе. И как преступнику, и как телохранителю. Анис негромко рассмеялась. Колючки Кэнаха оставляли мелкие зацепки на тонкой ткани её шелковой перчатки, но она не обращала на это внимания. - Сейчас ты не выглядишь устрашающе. - Это комплимент, моя дорогая графиня? Как же я выгляжу? Она поцеловала его вместо ответа: перестала гладить по голове, наклонилась, положила ладони на его плечи и впилась поцелуем в губы. Обычно она не позволяла себе этого, и сейчас чувствовала удивление Кэнаха, и неуверенное ответное движение губ. Целоваться с сильвари было странновато, совсем не так, как с людьми, она успела уже подзабыть это: немного неровные губы, покрытые тонким узором, вроде как на коре, и непривычный растительный привкус. Она провела ладонью по его плечам и груди, опустила её на полунапряженный член и сжала его затянутой в шелк ладонью. Кэнах едва заметно вздохнул, и Анис усмехнулась, оторвавшись от него. - Ты выглядишь так, Кэнах, будто последние полгода только и мечтал о том, чтобы какая-нибудь графиня привязала тебя к стулу. Признайся, что ты видел в этих ваших Снах? Она ласкала его рукой, даже сквозь перчатку чувствуя, насколько нежна эта часть его тела, похожая на ощупь на упругий стебель растения. Она видела, как дышит Кэнах - вдох через нос, длинный выдох через рот, все что угодно, лишь бы сохранить спокойствие. Его никогда не хватало надолго. - Если я расскажу вам, графиня, - сказал Кэнах, и его голос дрогнул, когда она мягко провела большим пальцем по головке его члена, - боюсь, вы захотите это повторить. - Надеешься, ты хотел сказать? - Возможно. Анис снова поцеловала его, и в этот раз Кэнах ответил увереннее. Свобода определенно испортила его. И он определенно не врал, когда говорил, что ему не хватало её - он, даже привязанный, провожал каждое её прикосновение, и судя по пульсации под её пальцами, веселье грозило скоро закончиться. Этого Анис допустить не могла. Она убрала руку, не пропустив короткий вздох Кэнаха, укусила его за нижнюю губу и отстранилась. - Закрой глаза, мой дорогой. Разумеется, он повиновался. Анис несколько секунд полюбовалась тем, как вспыхивают и гаснут его линии свечения, росчерками покрывающее все его тело, и принялась за свою одежду. Снимать платье не было необходимости, достаточно было избавиться от тонких облегающих штанов, которые она носила под ним. Она, не торопясь, аккуратно сложила их и отложила в сторону, так же аккуратно сложила и отложила нижнее белье. Потом она подошла к Кэнаху, нежно поцеловала его в колючую щеку - глаза его были закрыты - и аккуратно, легко села верхом на его колени. Он шумно выдохнул и ещё сильнее зажмурился. Его покорность возбуждала. Анис вновь опустила ладонь на его орган, провела по нему пальцами. - Можешь открыть. Его дыхание сбилось: она знала, что виной тому была её близость, и это развлекало Анис. Она слегка потерлась об него, взяла второй ладонью под затылок и притянула к себе, и Кэнах впился губами в ее шею, в открытое плечо; мелкие шипы на его лице слегка царапались, но Анис это даже нравилось. - Чего же ты хочешь, мой драгоценный цветок? - сказала она ему на ухо. Кэнах слегка подался вперед, прижался к ней, едва слышно застонал. Обычно он не издавал звуков. Чаще всего это было ему запрещено, а в остальное время он пытался сохранить достоинство. - Хочешь снова быть моим? - подсказала она. Возбуждение разгоралось в ней, но она с интересом ждала ответа на откровенно провокационный вопрос. Кэнах поднял лицо от её плеча и глубоко вздохнул. - Может быть, на время, любезная графиня, - он смог сказать это, почти не запинаясь, и это заслуживало поощрения. Анис усмехнулась, приподнялась, и медленно опустилась на его член, придерживая его рукой. Он уже был очень твердым, похожим на плотную лозу, и ей потребовалось все самообладание: вдох на два счета, выдох на три. Обхватив Кэнаха за плечи, она двигалась в такт коротких движений его бедер, и, не отрываясь, смотрела в его глаза. Он часто дышал, и, кажется, до последнего пытался владеть собой, но в конце-концов с прерывистым стоном уткнулся лицом в её плечо; его тело было хорошо ей знакомо, и Анис чувствовала, что он вот-вот кончит - и за несколько секунд до этого вдруг уперлась в его плечи и встала. В этот раз Кэнах не сдержал шумного разочарованного вздоха. Он часто дышал, наклонившись вперед, и наконец хрипло произнес: - Вы всё так же не отказываете себе в жестокости. - Как я могу, - усмехнулась она. Тогда, раньше, она иногда так и не позволяла ему кончить, чем на несколько дней ухудшала его и без того вечно паршивое настроение; но сегодня она была настроена вполне милосердно. Засмеявшись, она вновь села ему на колени, потянулась вперед - и, обхватив руками, нашарила пальцами завязанные ей узлы. Прежде чем Кэнах успел что-то сказать, она приказала: - Не шевелись. Он замер. Она чувствовала, как бешено колотится его сердце, и неторопливо растянула ловко затянутый пояс. Кэнах слегка повел плечами, опасаясь двинуться больше. - Ты же теперь свободный сильвари, Кэнах, - улыбнулась ему Анис, - мне интересно, что ты хочешь сделать сам. В его глазах читалось недоумение. - Я не... - О, не стесняйся. Она взяла его за руки, которые он продолжал держать за спиной, и положила его ладони на свою скрытую тканью грудь. Кэнах выглядел совершенно растерянным. - Вы позволяете мне это, моя любезная графиня? - И даже некоторую свободу действий, мой драгоценный воин. Мне всё ещё интересно, что тебе снилось в эти месяцы. Вместо ответа он снова приник в поцелуе к её шее. Коротко сжал её грудь, провел руками по талии - о, Анис чувствовала, сколько зацепок он оставил на её любимом платье, в прошлый раз хватило одного наказания, чтобы приучить его к аккуратности. Его ладони остановились на её бедрах, а потом одна скользнула вниз, между её разведенных ног, и его шероховатые пальцы мягко раздвинули горячие нежные складки. Резко вздохнув, Анис обняла руками его плечи, царапаясь об колючки. Как редко она позволяла ему делать что-то с ней, и сейчас ощущения оказались неожиданно сильными. Кэнах всегда был недовольным всем подряд грубияном; он сражался, не жалея сил, бил тяжелым щитом, размашисто рубил мечом, и во всей его нервной, мрачной натуре невозможно было заподозрить даже каплю осторожности, с которыми он сейчас ласкал её своими грубыми пальцами. Анис чувствовала, что ей становится жарко, что дыхание начинает сбиваться, что Кэнах оставил уже три засоса на её нежном плече, а она все ещё ничего с этим не сделала. Анис подалась вперед и укусила его в шею. - Приемлемо, моя графиня? - она почему-то ждала услышать в его голосе насмешку, но был только сбивающийся шепот. - Весьма, мой воин. Может быть, я позволю сделать тебе что-то ещё. Движение его пальцев прекратилось, и Анис неожиданно ощутила разочарование. - Мне считать это руководством к действию? - Считай. Он вдруг поднялся. Кэнах был высок для сильвари, но не слишком - для человека, и они были примерно одного роста; но в нем была сила множества битв, честных и нечестных, и Анис с удивлением отметила, как легко он поднял её на руки - сила, всегда сдерживаемая только её приказами. Он прижал её спиной к стене, вернее, к висевшему на ней гобелену, и поцеловал, и она ответила, чувствуя, как снова впиваются в её руки шипы на его плечах. Она обнимала его ногами, её потряхивало от возбуждения, и она не могла с этим ничего поделать: спасало только то, что Кэнах вряд ли мог обратить на это внимания. Он отстранился. Его кора сияла, не переставая. Анис с трудом перевела дух. - Вы позволяете мне, графиня?.. - Я приказываю тебе, Кэнах. Он проник в неё, и она обхватила его ногами, что было сил, прижалась к нему руками и телом, не обращая внимание на потрескивание ткани, с яростью поцеловала. В противовес своему угрюмому характеру, трахался он всегда с необыкновенным пылом, и она знала, что если она ему прикажет - он остановится, остановится даже сейчас, но она не собиралась ему приказывать. Он резко замер, вжимая её в гобелен, и Анис вскрикнула и запрокинула голову - прежде чем Кэнах, обмякнув, уткнулся лицом в её шею. Прошло несколько секунд, прежде чем Кэнах, протяжно выдохнув, осторожно отпустил Анис. Она встала, автоматически одернула задравшуюся юбку, и позволила себе ещё несколько секунд потерянности, прежде чем собраться с мыслями. - О, ну что ты сделал с моим платьем, - сказала она, рассматривая совершенно ужасно выглядящую ткань. Её голос всё ещё подрагивал, но она быстро приходила в себя. - Как я мог, моя любезная графиня, - сказал Кэнах с неуловимой иронией, - должен ли я возместить ущерб? - Мне стоит поразмыслить об этом, - хмыкнула Анис. Она вдруг отметила, что на неё накатила приятная сонливость - та, которую она так безуспешно искала последнее время. - Я могла бы назначить тебе аудиенцию несколько позднее на этот счет. - Аудиенция? Прекрасное слово. Я даже могу решать, приходить или нет. В этом достоинство свободы. - Безусловно, мой дорогой, - рассеянно сказал графиня. Усмехаясь, Кэнах поднимал с пола свой доспех. Анис задумчиво рассматривала его спину. - Кэнах? - Слушаю вас, графиня. - Пожалуй, мне немного тебе не хватало. Знаешь, в жизни должен быть кто-то невыносимый, чтобы держать тебя в тонусе. - О да, моя любезная графиня, - Кэнах вдруг засмеялся, - я знаю.