Служебный роман

      Неприятный осадок от вчерашнего разговора с Джувией остался до самого утра. Грей отчаянно не хотел пересекаться с ней, а потому нехотя плёлся на работу. Да, он считал, что правильно поступил, но от этого не легче. Всё-таки не каждый день обижаешь едва знакомых людей своим равнодушием.       Пятиминутное опоздание бухгалтера никто не заметил, так как все толпились на первом этаже и некоторые тоже ещё подтягивались. Панические настроения усиливались, потому что никто не знал, по какому поводу их здесь собрали. Грей невольно отыскал взглядом Джувию. Собственно, сложно было её не заметить: её синие волосы, голубая блузка и небесно-голубой шейный платок выделялись на фоне остальных. Девушка, судя по всему, тоже старалась не пересекаться с Греем. С нелогичным уколом совести Фуллбастер отметил, что глаза у неё красные. Не иначе, как плакала ночью. Грей поджал губы и отвёл взгляд, пока она не заметила, что он смотрит. Мысленно он стукнул себя по голове: он должен быть рассудительным и последовательным, а в том, что он вчера сказал, никакой его вины нет и влюбчивость Локсар – это только её проблемы.       Наконец гул голосов вокруг прекратился. Грею было почти не видно, что происходит впереди, в стороне центральной лестницы, зато отлично слышно. Командный голос заместителя гендира было прекрасно слышно даже без помощи какой бы то ни было техники. Мисс Скарлетт после приветствия и банального: «Вы все наверняка гадаете, зачем мы вас тут собрали…» громко объявила:       - Я знаю о слухах, блуждающих в коллективе. Спешу вас успокоить: фирма по-прежнему процветает, вам ничего не грозит, никто не попадёт ни под какое сокращение. Уйдут только те, кто уже успел подать заявления по собственному желанию. Нам не нужны в команде крысы, бегущие с корабля при первой же мелкой пробоине. – Среди присутствующих раздался негодующий ропот, но возмущались исключительно те, кого мисс Скарлетт только что упомянула. Но женщина не обратила на это внимания и продолжала, - все, кого это касается, можете проследовать на свои рабочие места. Ваши заявления уже подписаны, однако помните, что вы обязаны отработать ещё две недели. – Гул после этих слов усилился, уволенные угрюмо побрели прочь в сторону лифтов и лестниц. – А теперь, собственно, перейду к тому, ради чего мы все здесь собрались. Вчера на совещании акционеров была утверждена новая кандидатура на должность генерального директора. Прошу любить и жаловать – мисс Люси Хартфилия!       Публика затихла окончательно, шокированная всем услышанным. А тем временем из первого ряда выделилась блондинка, сделала пару шагов вверх по ступенькам и встала лицом к собравшимся. Так её было видно абсолютно всем, да и ей тоже было видно всех. Раздались первые неуверенные хлопки в ладоши, потом их постепенно подхватили все присутствующие, приветствуя таким образом нового директора. Девушка, до того выглядевшая скованной и напряжённой, заметно расслабилась. Кто-то из технарей подал ей микрофон и её голос зазвучал из колонок, подвешенных под потолком в углах.       - Я благодарю вас за тёплый приём, - новоявленный директор говорила тихо и сдержанно, её лицо было абсолютно безэмоционально, - надеюсь, мы с вами сработаемся.       Дальше она что-то говорила о планах фирмы на ближайшее будущее, которые и так все знали, потому что все были в них задействованы, о том, что глобальных кадровых перестановок не предвидится, что придётся усиленно поработать, чтобы наверстать упущенное, а также, что самые лучшие работники по итогам текущего месяца будут приглашены на корпоративную вечеринку в честь назначения нового директора. Это заявление вызвало больше оваций, чем само назначение, но блондинку это, похоже, ничуть не смутило.       Грей же всё это время стоял в толпе и думал. Думал о том, куда же всё-таки делся мистер Хартфилия, если его должность теперь занимает эта девушка? Вот теперь ему действительно стало это интересно. Хотя бы просто потому, что ни мисс Хартфилия, ни мисс Скарлетт и словом не обмолвились о нём и его исчезновении.       Ещё ему стало интересно, сколько этой девушке лет. С его места сложно было её нормально разглядеть, но было точно видно, что она совсем ещё молода, скорее всего ровесница самого Грея, а то и ещё моложе.       - А кем же она приходится мистеру Хартфилию? – раздался шёпот где-то сбоку. Грей обернулся на голос и увидел группку уборщиц. – Хорошенькая такая, наверняка жена. Фуллбастера позабавили такие выводы. Как бы ни был молод и крепок мистер Хартфилия, он не успел бы жениться так быстро и передать свои обязанности, ведь в последний раз он был на работе накануне своего исчезновения и без кольца. А ещё всем известный факт – миллиардер Джудо Хартфилия – вдовец уже много лет и никогда не страдал влюбчивостью или стремлением жениться повторно, несмотря на статус и положение. Так что вывод напрашивался сам собой.       - Это его дочь, - мысли Грея озвучила стоявшая рядом Мираджейн, которая тоже слышала эти пересуды. Хоть Мира и слыла сплетницей и сводницей, но она всегда обладала только проверенной информацией. – И единственная наследница.       - А ты откуда знаешь? – прошипела та самая уборщица, недовольная тем, что не стало повода для сплетен.       Но Мира лишь снисходительно улыбнулась и демонстративно уставилась на новую начальницу. У Грея не доверять Мираджейн причин не было. Да и, в принципе, это было вполне логично: пока настоящий глава отсутствует, не важно, по каким причинам, его обязанности взяла на себя его наследница. Хотя причины резкого исчезновения Хартфилия ещё долго будут поводом для сплетен и пересудов.       Наконец мисс Хартфилия объявила, что все свободны и могут разойтись по своим местам. Помещение тут же заполнил гул голосов, будто все только и ждали времени, когда можно будет наконец говорить вслух. Грей направился в сторону лифта, но был перехвачен за руку.       - Привет, - он ожидал кого угодно, даже Джувию, но это оказалась всё та же Мира. В голову Фуллбастера закралась мысль, что она не просто так стояла рядом во время собрания.       - Ага, - брякнул Грей, - и тебе привет.       - Слушай, - вкрадчиво начала блондинка, - почему ты так быстро отверг Джувию? Она ведь хорошая и симпатичная девушка, вам стоило бы познакомиться поближе.       Фуллбастера прямо передёрнуло. И без того отвратительное настроение скатилось под плинтус. Эта взбалмошная дура уже успела не только нафантазировать себе что-то, но и разболтать о своих фантазиях всему офису? Парень был готов зарычать от злости и сильно сжал кулаки. Очевидно его эмоции отобразились на его лице, потому что Мира тут же затараторила:       - Ты не подумай, Джувия тут не при чём, она даже не догадывается об этом разговоре.       На этих словах Грей попытался выразить мимикой весь свой скепсис по этому поводу, но Мира не обратила внимания на это.       - Просто у неё же на лице всё написано, - продолжала девушка. – А когда я утром спросила, как дела, так чуть не расплакалась бедненькая.       - Послушай, не лезь не в своё дело, - грубо оборвал её Фуллбастер. Не хватало ещё, чтобы все, кому не лень, лезли в его личную жизнь. Вообще ситуация была крайне неприятной. Ничего даже не случилось – Джувия попробовала за ним ухаживать, он с ней вежливо объяснился, но не прошло и дня, как эта ситуация уже стала достоянием общественности.       Сейчас Грей был слишком зол и взвинчен, чтобы ждать лифт. Он быстро поднимался по лестнице, когда впереди замаячил синий цвет, от которого уже, если честно, начало подташнивать. Локсар обернулась на звук шагов и замерла. Фуллбастер не стал останавливаться и промчался дальше. У него много работы и ему некогда разговаривать с этой навязчивой дурочкой. Не может держать язык за зубами – ей же хуже. Ещё минут десять назад Грей рассчитывал, что они смогут быть друзьями, но, видимо, нет.       Сплетни-сплетни-сплетни. Пересуды, домыслы, выдумки, которые так любили все вокруг. Грей, как выражались о нём некоторые его друзья, был простым, как пять копеек, и прямым, как палка. В том смысле, что его никогда не занимали сплетни и бессмысленные перемывания костей окружающим, он просто считал это глупым и бессмысленным занятием. И при всей своей молчаливости и некоторой даже флегматичности, Фуллбастер был довольно вспыльчив. Да, он быстро отходил, но всё же…       Вот и сейчас он готов был взорваться, но, стиснув зубы, промчался к своему месту и уселся за работу. Уже на месте он позволил себе отойти от правил дресс-кода и расстегнул рубашку, закатал рукава и скинул туфли – так ему лучше думалось. Откуда вообще взялась эта неприязнь к одежде он уже и не помнил, но наверно это было как-то связано с матерью, которая чересчур усердствовала, приучая своих детей к закаливанию. Не суть важно. Важнее, чтобы никому не пришло в голову заглядывать к нему в бокс, пока он в таком виде. Сейчас есть дела поважнее. Есть работа. А эти глупости и сводничество Миры, с которым давно уже смирился весь коллектив – подождут.