Milfs without control

***

Две недели спустя…              На улице было уже темно, когда Джек услышал, как ключ неспешно поворачивается в замочной скважине. Мальчик тут же побежал к двери:              — Привет, — улыбнулся он заходившей в дом маме.              — Привет, — устало кивнула она в ответ, снимая с плеча сумочку и начиная наклоняться, чтобы расстегнуть туфли.              — Давай я тебе помогу, — тут же предложил Джек, всем своим видом демонстрируя свою готовность помочь и услужить.              Впрочем, по маминому усталому взгляду было видно, что столь неожиданно и резко возросшая «сыновья любовь» ее явно не радует, если не сказать более грубо.              После того самого минета в ванной и последующих за ним спонтанных утренних оральных ласк в ее постели прошло уже две недели. Поначалу Джеку показалось что все наконец-то начало развиваться в правильном направлении. Произошедшее, казалось бы, действительно ускорило развитие их с мамой отношений, однако, к его глубокому разочарованию потом все вновь вернулось почти что на ту самую точку, откуда и началось две недели назад.              В чем была причина? Что ж, пожалуй, можно назвать сразу две. Спустя всего день после тех событий у мамы на работе начался неожиданный аврал — какой-то важный проект, который свалился на ее контору и который они были обязаны закрыть к концу месяца. В общие подробности Джек не вдавался. Однако, судя по всему, именно это скорее всего и повлияло на то, что они вновь начали отдаляться. Это и то, что не имея возможности находиться с мамой рядом почти постоянно Джек начал действовать более резко и настойчиво в те редкие моменты, когда они оставались наедине и видимо из-за этого их еще и так, хрупкая, неуверенная связь и начала давать сбой.              В итоге Джек упустил тот неприятный момент, когда его маму начали раздражать настойчивые приставания ее сына, помноженные на общую усталость от работы. И даже сны о сексе с Джеком, которые так и продолжали ей сниться каждую ночь, не улучшали ситуации, так как в эти две недели она работала даже без выходных, возвращаясь едва ли не за полночь, успевая заняться лишь самыми основными делами перед тем, как упасть на подушку и немного поспать перед следующим рабочим днем.              Но все же его понимания женщин хватило на то, чтобы хоть и с запозданием, но осознать, что именно он делает не так. Да, близость момента, ощущение что еще немного, и он вновь займется сексом с любимой женщиной изрядно одурманило его голову, но все же не отняло полностью способность мыслить здраво. Поначалу он хотел просто воспользоваться кольцом для контроля женщин, чтобы загипнотизировать мамино начальство, но он отдал кольцо лучшему другу Эрику, а тот как назло укатил в Европу, чтобы, как он выразился «вдоволь насладиться лучшими европейскими кисками» и выяснить «насколько горячи тёлочки в Старом Свете», добавив, что всех интересных красоток их городка он уже перетрахал и что «пора уже выходить на новый уровень»… и больше с того разговора Джек Эрика не видел и на звонки этот засранец не отвечал. И в дополнении к этому, как будто специально, все руководители маминого проекта на ее работе были женщинами, так что с уже привычным методом гипноза возникала явная проблема. Можно было конечно попробовать обойтись только кольцом для контроля мужчин, но рисковать Джеку все же не хотелось.              И поэтому недавно он перешел к новой тактике, дав ей кодовое имя «идеальный сын». Впрочем, результата она пока особо не принесла.              — Да, давай я помогу, — повторил он, поспешно наклоняясь и беря в ладони мамину ножку.              — Да не нужно… — пробормотала мама в ответ, но Джек уже стоял на коленях, аккуратно расстегивая металлическую застежку, одновременно кладя пальцы на ее гладкую, столь приятную на ощупь лодыжку.              Но даже такой простой жест вызвал весьма сильную реакцию во всем его теле.              «Господи, как же я ее хочу», — зажмурившись подумал про себя мальчик, пока пальцы одной его руки занимались застежкой, пальцы второй продолжили скользить по маминой лодыжке, нежно поглаживая ее.              Да, что не говори, но похоже он действительно становился одержим этой женщиной. Совсем недавно по щелчку пальцев он мог заполучить любую, абсолютно любую из красоток этого мира… проклятье, почему же из всех них, из абсолютно всех, его так тянет к собственной матери? Насколько было бы проще, если бы на ее месте была другая — любая, кто угодно!              Но об этом даже думать не хочется… ведь все мысли о ней, и только о ней… получается, это и есть любовь?              — Джек, можно немножко побыстрее? — раздался мамин голос сверху, отрывая от кружащихся в голове мыслей. — Время и так уже поздно, а мне нужно хотя бы немного отдохнуть.              Вздохнув про себя, мальчик кивнул и быстрым движением расстегнул застежку, снимая туфельку, напоследок бросив взгляд на идеальный красный педикюр.              «Когда она успела его сделать?» — отстраненно подумал он про себя, провожая взглядом выскользнувшую из его ладони мамину ножку и поднимаясь с колен.              «Какая же это все-таки пытка», — подумал он про себя устало, окинув мамину фигуру взглядом. «Каждый день видеть ее и…», — хотелось разозлиться, но не получилось, так как при взгляде на маму все его мысли сразу вылетели из головы, сменившись поначалу разглядыванием ее длинных, изящных ног, а потом мыслями о том, какого цвета на ней сегодня трусики под юбкой.              — Джек… Джек! — хоть и не сразу, но голос мамы вернул его в реальность.              — А? — вздрогнул мальчик, а затем поспешно постарался придать себе невинный вид, посмотрев ей в глаза.              — Нам нужно поговорить, — тихо сказала она и ее тон ему не понравился.              Очень не понравился.             

***

            — Садись, — сказала мама, показывая ему на место на кровати рядом с собой, когда они прошли в ее спальню.              Мальчик устроился рядом с ней, чувствуя, как сердце начало стучать быстрее. Хоть он и не был до конца уверен, о чем именно пойдет разговор, но все же внутреннее чутье подсказывало, что сейчас она скажет нечто, что ему явно не понравится.              — Джек, — устало начала мама. — Так продолжаться не может.              — Что не может? — моргнув переспросил мальчик, чувствуя, как внутри все похолодело.              — Наши с тобой… отношения, — объяснила мама. Последнее слово она произнесла колеблясь, словно стараясь его избегать, но все же в итоге решила произнести его вслух, признав очевидное.              — Чт… что?              — Ты мой сын, а я твоя мать, — пожала она плечами, отводя взгляд. — У нас ничего не вый… у нас ничего не может выйти.              — Я…              — Дослушай меня, пожалуйста, — быстро покачала она головой, прервав его. — Все зашло слишком далеко. Всего этого изначально не должно было произойти…              — Этого? — словно не понимая, о чем идет речь переспросил Джек.              — Да, всего этого! — на мгновение мама вспыхнула, но потом выдохнув успокоилась, сжав ладонями подол юбки. — Прости. Мне не хочется делать тебе больно, поверь и мне тоже непросто… — снова вздохнула она. — То, что между нами было, все это… надо закончить. Пока я была на работе, я много думала…              «Черт!», — Джек ругнулся про себя, злясь на себя что так долго тянул все время с этой ее дурацкой работой. Надо было разобраться с этим раньше, а лучше сразу, как он только почувствовал, что все идет как-то не так…              — Я много думала… и в итоге решила, что так быть не должно, чтобы ты не говорил, — объяснила она, посмотрев ему в глаза. — Я решила, что так не может больше продолжаться, что… — она на мгновение прервалась, собираясь с мыслями, а потом продолжила: — Думаю ты заметил, что в последнее время я пыталась отстраниться от тебя, старалась…              — Скажи, что я сделал неправильно? — твердо перебил ее Джек. — Я ведь старался, старался показать тебе… — он пытался подобрать нужные слова. Его решимость никуда не исчезла, но правильные слова никак не приходили в голову. — Я ведь старался изо всех сил, помогал как мо…              — И смотрел на меня при этом как кот на банку со сметаной! — вспыхнула мама, вновь перебив его. — Думаешь я не замечала твоих взглядов, твоих прикосновений каждый раз, когда ты предлагал мне помочь? — продолжила она, начиная злиться. — Не видела того, как ты раздеваешь меня глазами каждый раз когда предлагал помыть посуду или помочь с покупками? Я не дура, Джек! Я прекрасно видела, что все что ты делаешь, ты делаешь это только для того, чтобы залезть ко мне в трусы!              В воздухе повисла пауза — неловкая и продолжительная. Мамина вспышка гнева закончилась также быстро, как и началась, она опустила взгляд и отвела его в сторону, а Джеку… а Джеку не было что ей сказать.              Ведь все это правда. Неполная, но все же.              И…              — Ты так сильно хочешь заняться со мной сексом? — неожиданно тихо прервала тишину мама.              Джек промолчал, понимая, что на этот вопрос нет ответа, который ее устроит.              — У тебя ведь были до меня женщины? — задала мама еще один вопрос, пристально посмотрев на него. — Можешь тоже не отвечать, — спустя секунду добавила она. — Я знаю, что были. То, что мы с тобой… кхм… то, чем мы занимались… у тебя явно есть кое-какой опыт, — на всякий случай она все же побуравила Джека взглядом еще немного и получив его продолжительное молчание в качестве подтверждения снова кивнула. — Да, были, — Джек продолжил молчать, понимая, что если будет отрицать, то ему явно не поверят.              Также как и в то, что если он вдруг начнет рассказывать про то как он перетрахал не менее сотни красоток их города с помощью силы кольца… а если и поверят, то от этого ситуация явно лучше не станет.              — Джек… — вновь вздохнула мама. — Твои чувства… твои попытки меня соблазнить… — она снова замолчала, подбирая слова, а затем продолжила, посмотрев ему в глаза: — Мы поступим так, — в ее до этого печальном голосе неожиданно зазвучала уверенность, словно она собралась сказать то, что давно: — У нас будет секс.              Этих слов Джек точно не ожидал услышать. Он… он точно не ослышался?              — Можешь не переспрашивать, — немного подождав, пока округлившиеся до размеров блюдец ошарашенные глаза Джека вернутся в пределы нормы, после короткой паузы произнесла она. — Мы с тобой — я и ты, займемся сексом, — и прежде, чем Джек успел как-нибудь среагировать, она подняла в воздух указательный палец: — Один раз. Одна ночь. Ты сделаешь со мной то, что так давно хотел, — добавила мама. — Но! Но — это будет всего один раз. Мы с тобой сходим на свидание — на обычное, нормальное свидание, а потом поедем в отель и там займемся этим.              Джек нервно сглотнул.              — Ты явно не девственник, — вздохнула она. — И с этой твоей одержимостью мною нужно что-то делать. Я долго думала, как поступить… правда очень долго, — покачала она головой. — И пришла к выводу, что это единственный возможный вариант. Вариант показать тебе, что я обычная женщина и что в постели я ничем не отличаюсь от любой другой и что во мне нет ничего особенного. И раз уж словами это тебе никак не объяснить… то тогда остается лишь только позволить тебе самому в этом убедиться.              — Маам… — тихо прошептал Джек.              — Я понимаю, что запретный плод сладок и в том, что ты так на меня смотришь есть и моя доля вины. В том, что я сама тебе позволила… сама разрешила… — ее голос задрожал и Джек почувствовал сильный укол вины, понимая, насколько непросто ей признавать такое. И особенно за то, что в действительности никакой ее вины в этом не было.              — Мам, не… — начал было он.              — Нет, — прервала его мама, положив палец ему на губы. — У нас есть проблема и с ней нужно разобраться. Я все решила, не нужно меня переубеждать. В субботу у нас будет свидание — я забронирую столик в ресторане и уйду с работы не так поздно, как обычно, а на воскресенье возьму выходной, ясно?        — Хорошо, — помедлив, кивнул Джек. — Единственное — как я и сказала, это произойдет в отеле. Не хочу, чтобы это… это случилось в нашем доме, — отведя взгляд добавила она. — И… и пообещай мне, если ничего не получится, если ничего не изменится в лучшую сторону… обещай, что ты пойдешь к психотерапевту, чтобы он помог тебе решить эту проблему. — Обещаю, — тяжело вздохнул Джек, принимая ее условие.                   

***

       Наступила суббота.              Весь день, также как и все дни после разговора, Джек чувствовал себя очень неуютно. Впервые за все время с тех пор, как он принялся воплощать в жизнь свой план по соблазнению мамы это показалось ему действительно неправильным. Все те слова, все то, что, она сказала той ночью звучало действительно искренне.              И это не могло не заставить Джека задуматься.              Все-таки несмотря на все его желания, все его чувства к маме, тот факт что она смогла пересилить себя и поставить то, что она считает правильным выше своих собственных сексуальных желаний, которые, как был уверен Джек едва не сводили ее с ума (еженочные эротические сны, в которых Джек трахает ее во всех позах, заставляя испытывать невероятное удовольствие и которые он заставил ее видеть с помощью кольца никуда не делись)… вынуждали его действительно пересмотреть все то, что он делал до этого.              И он все больше склонялся к тому, что знает, как поступить. Видимо, пришло время повзрослеть.              И как бы он этого не хотел, как бы не сладка и маняща была мысль хотя бы еще раз, напоследок, заняться с мамой сексом, тем более без силы кольца… одновременно эта самая мысль вызывала намного большее отвращение, чем он мог подумать совсем недавно.              То, что ему предлагалось сделать, то, что к чему его подталкивало собственное тело, собственные чувства, было намного хуже, чем тот дурацкий обман, на который он шел до этого.              Это было самое настоящее предательство.              Поэтому, когда он выходил из дома он уже понимал, что никакого секса сегодня у них не будет. Он сам ей об этом скажет. Вопрос только в том, что будет потом…              «Может действительно пойти к психотерапевту?», — подумал про себя Джек, пока шел от остановки к месту встречи. Мама недавно позвонила и скинула ему на телефон адрес, где она припарковала машину.              На улице было уже темно, почти полночь.              «Но я ведь не смогу ее забыть…» — с тоской подумал про себя мальчик. «Я действительно люблю ее», — в сердце неприятно кольнуло. Сможет ли он забыть, пересилить себя, как сделала мама?              Может быть, если ее не будет рядом, может быть, если он уедет куда-нибудь далеко, очень далеко…              Такими непростые продолжали одолевать его, когда он зашел в переулок, в котором он должен был встретиться с мамой.              И вдруг услышал голоса.              — Не трогайте меня, сволочи! — раздался яростный мамин голос.              — Да ладно, че ты, не ломайся, — послышался хриплый смешок в ответ. — Все будет в лучшем виде, хе-хе…              Возле мамы в темном переулке стояли два бугая — один из них сжимал ее за запястье, а второй нагло ухмылялся, всем своим видом показывая, что ничего хорошего ее здесь не ожидает.       — Вырядилась тут как элитная шлюха, расхаживаешь по нашему району с почти голой жопой, м?              Хоть момент был и явно не подходящий, но Джек все же не мог не признать, что хоть и небольшая, но все же доля правды в словах незнакомца была. На маме было сногшибательно короткое черное вечернее платье — намного, намного выше ее коленок, открывающее великолепный вид на ее стройные ножки от острых каблучков почти до самых ее бедер, едва прикрытых тонкой тканью. А стоило поднять взгляд выше (хоть это было и непросто) и он сразу же останавливался на глубоком, V-образном вырезе ее платья, начинавшегося чуть ниже впадинки ее пупка, обнажая его и поднимающегося намного выше, демонстрируя ее плоский животик и даже частично молочно-белые полушария ее роскошной груди, выглядывающей из выреза платья, декольте которого не расходилось только за счет металлической застежки удерживающей вместе половинки платья между объемных округлостей.              За те несколько секунд, пока Джек осознавал, что именно происходит перед его глазами, ситуация начала стремительно развиваться — незнакомец схватил маму за вторую руку и рывком прижал к ее стоявшей рядом машине, одновременно раздвигая ладонью ей ноги и заставляя ее прогнуться.              — Отпусти! — испуганно прокричала мама, но насильник и не думал останавливаться — вместо этого он задрал вверх подол ее платья, открывая своему взору обзор на ее шикарную попку в черных, кружевных трусиках.              — Ух ты, какая кошечка… — пробормотал лысый незнакомец, стоявший спиной к Джеку. — Наверняка трахаешься с каким-нибудь нудным, старым жирдяем, — продолжил он, проводя ладонью по маминой попке и начиная ее довольно поглаживать. — Ничего. Сейчас я напомню тебе, какого это — быть с настоящим мужчиной, — хмыкнул он и второй рукой потянулся к ширинке на своих джинсах.              В этот момент Джек понял, что нужно что-то делать. И делать быстро.              — Эй, ублюдок! — прокричал он, одновременно хватая с земли весьма удачно подвернувшийся кусок кирпича.              — Э? — улыбаясь повернулся лысый незнакомец, но прежде, чем он успел осознать, что происходит, квадратный кусок камня встретился с его челюстью.              — АААА! — заорал от боли незнакомец, падая на землю, одновременно роняя изо рта выбитые зубы.              Его темнокожий товарищ неловко попятился назад.              — Э, пацан, ты че творишь! — спешно забормотал он.              — Убери от нее свои руки! — заорал Джек, едва соображая от ярости.              — Эй-эй! Эт че, твоя тёлка? — поспешил уточнить второй насильник. — Извини, чел, мы ж не знали! — извиняющим тоном затараторил он. — Мы…              Краем глаза, вставший в боевую стойку Джек заметил, как незнакомец потянулся за пазуху, за которой виднелась рукоятка ножа — он просто заговаривал зубы мальчику, явно собираясь отвлечь его, чтобы успеть нанести удар.              «Вот и все…» — успела мелькнуть в голове парня мысль — он не был идиотом и прекрасно понимал, что против ножа с голыми руками у него шансов нет.              Однако, отступать было поздно — в глазах незнакомца уже мелькнул опасный блеск, когда он нащупал рукоять, но Джек все же успел наклониться и, подхватив выпавший из ладони кирпич, метнул его со всей силы.              — Блядь! — раздался яростный вскрик.              Противник на секунду потерял равновесие, но не собирался падать как первый, ему явно требовалось не более пары секунд, чтобы прийти в себя, не смотря на прилетевший в плечо кирпич.              Джек рванул вперед, с яростным криком:              — Замри! — прокричал он, выставляя вперед костяшку кулака, на указательный палец которой у него было надето кольцо для контроля мужчин.              Его противник обескураженно замер.              А в следующий момент рухнул от прилетевшего удара в челюсть.              — Ааа… — застенал он, пытаясь подняться, но с первой попытки это ему не удалось.              Джек остановился, тяжело дыша — кулак сильно болел после удара, и он непроизвольно бросил взгляд на руку, а потом ошарашенно замер.              Кольца… кольца не было!              Мальчик изумленно закрутил головой по сторонам разглядывая землю — здесь нет, здесь тоже…              Сквозь удары сердца он услышал, как снова застонал первый насильник.              — Ааа… — Джек непроизвольно посмотрел в его сторону и заметил неожиданный, знакомый блеск рядом с ногой незнакомца.              Кольцо!              Он было сделал поспешный шаг в его сторону, но первый побитый насильник в этот момент дернул той самой ногой и кольцо с легким звоном покатилось по асфальту… пока не скрылось в отверстиях канализационной решетки.              — Черт… — тихо прошептал Джек, но не успел сделать даже шага, так как почувствовал, как его резко схватили за руку.              Он хотел было отмахнуться и даже мысленно подготовился ударить, но в следующую секунду увидел испуганные мамины глаза.              — Быстрее! — крикнула она, тяня его за собой. — В машину!              Следуя ее указанию, Джек быстро оббежал их авто и запрыгнул на пассажирское сиденье, а в следующую секунду мама сильно хлопнула соседней дверью и резко завела мотор.              — Гондон! Сукааа! Я тебя найду! Найду и урою! — раздались крики позади, но было уже поздно, машина уже тронулась с места, оставляя за собой хорошенько избитых неудавшихся насильников.              

***

      Десять минут спустя…              Машина остановилась.              — Уф… Не… неужто получилось… — с трудом выдохнул Джек. Он все еще не верил, что им и правда это удалось.              Но это действительно было так!              Им действительно удалось сбежать от этих двух уродов, и они действительно спаслись!              Конечно, очень жалко кольцо, но…              Но они живы!              В этот момент неожиданная, странная мысль пришла в голову.              «Блин, а ведь выходит, что я смог надрать им задницу даже без кольца!» — сообразил про себя Джек. Действительно, ведь получается, что кольцо слетело с его пальца в самом начале драки, раз оно было так далеко… похоже он потерял его в тот самый момент, когда зарядил первому уроду кирпичом… а значит он пёр на второго с ножом вообще без него и своим криком «Замри!» Джек просто отвлёк его, а не загипнотизировал!              С губ сорвался легкий, нервный смешок.              — Мам, — улыбнулся он, поворачивая голову.              И замер.              Она смотрела на него, а в ее глазах стояли слезы.              Одного взгляда Джеку хватило чтобы понять, что она находится на грани, еще немного и у нее начнется истерика (что, конечно, неудивительно) и она сейчас…              — К черту… к черту все… — неожиданно прошептала мама и в ту же секунду ее губы накрыли его.              Этого Джек никак не ожидал.              — К черту… к черту… — мамины губы, сладкие и одновременно слегка увлажненные слезами быстро отстранились от его, и она начала покрывать его лицо поцелуями.              — К черту… к черту… — продолжала шептать она, оставляя на нем поцелуй за поцелуем — на губах, на подбородке, на шее…              — Мам… — оторопело попытался остановить ее Джек, до конца непонимающий что с ней происходит и что взбредет ей в голову в следующий момент.              — Не говори ничего… — прошептала она тихо, выскальзывая с водительского сидения и тут же запрыгивая на Джека, при этом изящно перекинув ножку и оседлав его бедра, сразу же прижавшись к нему всем телом.              А в следующее мгновение ее язык проскользнул к нему в рот.              — Мммм… — растаял Джек от столь напористых ласк.              — Или говори… — прошептала мама через полминуты, разорвав поцелуй. — Делай что хочешь… делай со мной что хочешь, — продолжила мурлыкать мама между поцелуями. — Ты мой мужчина, мой… — облизав по контору его губы язычком повторила она. — Я признаю это. Я хочу этого. И мне плевать, плевать что подумают другие… я устала убегать, устала прятаться… устала обманывать саму себя, — улыбнулась она и сглотнув, добавила: — Сегодня ночью у нас будет секс. И он будет у нас завтра и послезавтра… если ты, конечно, этого захочешь, — уточнила она, внимательно посмотрев ему в глаза.              — Захочу, — также тихо ответил Джек, не отводя взгляда.              Мама победно улыбнулась.              — Я сделаю все, чтобы эта ночь тебе запомнилась, — в ее глазах плясали дьявольские, веселые огоньки. — Я сделаю все, чтобы стать для тебя особенной… той самой, о которой ты так мечтал, — она слегка наклонилась и, прикусив мочку его уха, жадно и влажно прошептала: — Твоей идеальной женщиной…             

***

      Через двадцать минут они шли в сторону ресторана.              Когда они оказались возле двери, мама взяла ладонь Джека и положила ее себе на бедра.              — Не стесняйся, милый, — подмигнула она и вошла внутрь, цокая по паркету высокими каблуками, пока ее сын приобнимал ее за талию, направляясь вместе с ней к ресепшену.              — Здравствуйте, — улыбнулась девушка у стойки. — У вас забронировано? — поинтересовалась она.              — Да, — кивнула мама. — Я забронировала у вас столик для себя и своего парня.              — На чье имя… — начала уточнять девушка, но Джек едва ее слушал.              «Парня? Для себя и своего парня? Мама так сказала?» — переспросил он у себя, чувствуя, как его сердце начало биться чаще. Девушка у стойки тоже без сомнения услышала эти мамины слова — в ее глазах читалось явное любопытство. Не каждый день увидишь столь сногсшибательную красотку в весьма откровенном и открытом вечернем платье в сопровождении мальчика/подростка, который ей явно в сыновья годится.              Интересно, насколько бы округлились ее глаза, если бы она узнала, что они действительно мать и сын?              Но все-таки из-за столь пикантного интереса Джек чувствовал себя несколько неловко.              — Привыкай, — шепнула ему с улыбкой на ухо мама. — Я ведь теперь твоя девушка, — с хитрыми искорками в глазах добавила она. — И да, кое-кому наши отношения могут показаться несколько… необычными, — хмыкнула она. — Не обращай на это внимания, плевать на них, — ее рука вновь коснулась его ладони и слегка подвинула ее ниже, опуская с талии на ее попу, когда они направились вслед за официанткой к их столику. — Знаешь, — заговорщически шепнула она. — Это даже немного возбуждает, — подмигнула мама.              И да, Джек не мог не признать, что в ее словах есть доля правды, но все же его сердцебиение слегка ускорило ритм, когда он поймал несколько заинтересованных взглядов, пока они шли по залу ресторану, а его ладонь лежала на маминой столь мягкой и приятной пятой точке, слегка подпрыгивая в такт движениям ее округлых бедер.              Через полчаса они принялись за ужин.              — Мм… вкусно! — улыбнулась мама, пробуя стоявший перед ней салатик.              — Нравится? — хмыкнул Джек, принимаясь за свое блюдо.              «Не пялиться, не пялиться…» — повторял он про себя, стараясь чтобы хотя бы половину времени его взгляд не буравил выглядывающую из столь откровенного платья мамину грудь, прикрытую им лишь наполовину. Хоть и стоявшее перед Джеком блюдо было весьма неплохим, но мама в черном обтягивающем платье с огромным V-образным вырезом выглядела намного… аппетитнее.              — Нравится мое платье? — невинным тоном поинтересовалась мама. Поймав ее взгляд все, еще неуверенно чувствующий себя Джек невольно облизнулся.              — Ты выглядишь просто великолепно, -честно признался Джек.              — Как кот на банку сметаны, — хихикнула мама, запуская в рот оливку. — Можешь смотреть столько, сколько захочешь, — подмигнула она. — Не стесняйся — для женщины нет ничего приятнее, чем видеть, как ее мужчина смотрит на нее таким взглядом, — уточнила она. — Хотя, нет… есть конечно еще кое-что, — заговорщическим тоном добавила она. — Кое-что еще намного приятнее, — и снова подмигнула в конце фразы.              Джек почувствовал, как в штанах стало тесно.              — Хе-хе, кажется, кое у кого эрекция, — посмотрев на него, ухмыльнулась мама.              — Ма… Как… как ты? — изумился Джек.              — Пф… это явно не загадка века. Для женщины не стоит труда понять, когда ее мужчина просто хочет ее, а когда хочет трахнуть прямо здесь и сейчас… — кокетливо улыбнулась она, поправляя прядку волос.              — Я… — Джек сглотнул, не зная, что ответить.              — Не переживай, милый, все прекрасно, — ответила мама, пригубляя вино из бокала. — Доедай свое блюдо, а потом мы пойдем и немного потанцуем, — добавила она. — Я уточнила у музыкантов, когда выходила в дамскую комнату — через одну песню будет медленный танец…              Вскоре зазвучала неспешная музыка и они прошли на танцпол на котором уже было несколько пар.              Мама сразу же прижалась к Джеку всем телом, положив голову ему на плечо.              — Тебе действительно нравится мое платье? — поинтересовалась она.              — Безумно, — прошептал Джек. — Ты выглядишь в нем просто потрясающе.              — Спасибо. Думаю, оно подчеркивает лучшие мои… аспекты, — ухмыльнулась в ответ мама. И немного помедлив, добавила: — Руки на попу, помнишь?              — Ой да, извини, — Джек поспешно выполнил ее указание, немного сжав ее ягодицы.              — Ничего, ты привыкнешь, — Джек не видел маминого лица, но почувствовал, как она улыбается. — Ты быстро учишься.              — Стараюсь, — хмыкнул Джек.              Пока они говорили, небольшая группа музыкантов на сцене продолжила играть медленную, неспешную мелодию и они двигались, постепенно растворяясь в ее обволакивающем ритме, подчиняясь магии танца и наслаждаясь теплом друг друга.              — Знаешь, то, что случилось сегодня… — прервала тишину мама, положив голову на плечо Джека. — Я рада что это случилось. Не нападению, конечно, это было ужасно, но… я рада что, наконец, поняла, что чувствую. Поняла, что ты чувствуешь ко мне, — добавила она. — Я увидела это в твоих глазах, когда ты бросился на этих ублюдков, Джек. Я долго пыталась убедить себя, что это все подростковые гормоны, глупость… меня пугало то, что будут о нас говорить, шептаться за спиной… — она немного заколебалась перед тем, как сказать следующую фразу: — И то, что стоит тебе стать немного постарше и ты найдешь себе другую — моложе, красивее чем я и…              — Мам, я… — Джек заговорил, спеша успокоить ее.              — Я знаю сынок, я знаю, — оборвала она его. — Теперь я знаю. И я тоже люблю тебя, Джек. Не как сына, а как мужчину, своего мужчину. Просто до этой ночи я не была уверена в том, что из этого что-то получится. Но теперь… теперь я в этом не сомневаюсь.              Музыка замолчала и парочки начали неспешно расходиться, отстраняясь друг от друга. Мама тоже сделала небольшой шажок назад, позволив Джеку напоследок насладиться ароматом ее духов, а затем, улыбаясь сказала:              — Пошли, милый. Ужин закончен, — и посмотрев ему прямо в глаза, добавила: — Давай, наконец-то, займемся любовью.