Доверие

      Камуи не помнил, когда это началось. Но с тех пор, как участились его визиты к сестре, его не покидало ощущение, что за ним наблюдают. И то был не рассеянный взгляд случайного прохожего, не безразличный взгляд скучающего бездельника, даже не любопытствующие взгляды знакомых, нет. Взгляд принадлежал недоброжелателю: Камуи мог сказать это с уверенностью. Он не раз сталкивался с подобным. И не раз ему приходилось вступать в схватку, если глухая затаённая злоба таких соглядатаев прорывалась наружу. Камуи хотелось бы знать, кто затаил на него злобу здесь, на Земле. Способен ли тот тайный наблюдатель на открытый вызов? Может ли он развлечь его? И Камуи совсем не понравилось сделанное им открытие: тем недоброжелателем оказалась простая человеческая девчонка. Она очень часто бывала подле Кагуры, стояла и дожидалась, когда младшая ято перестанет браниться со своим братом. Подобные сцены повторялись с завидным постоянством, пока кто-то из родственников не прекращал их самым решительным образом. Так было и в этот раз. — Даже не мечтай, что я возьму тебя с собой! — отрезала Кагура, считавшая очевидным, что брату совершенно нечего делать на вечере, проводимом главой полиции в честь помолвки Кондо Исао. — У меня хоть приглашение есть! А всяким криминальным элементам там не место. Так что гуляй лесом!       В глазах темноволосой девчонки, задержавшей взгляд на Камуи, мелькнул почти дьявольский огонёк, но она быстро повернулась к подруге и улыбнулась её словам, словно бы одобряя всё сказанное в его адрес. Это раздражало. Не то чтобы Камуи волновали такие невольные зрители, но она же смеётся над ним. Слабая человеческая девчонка смеётся над ним, а сама не посмела бы и слова ему сказать, будь они один на один!       Девушки, считая разговор оконченным, собирались уже уйти, но Камуи любил, чтобы последнее слово оставалось за ним, поэтому преградил им путь. — Подумай ещё разок, — бросил он Кагуре, уже привычно ощетинившейся и вставшей в боевую стойку. — Ты же не хочешь, чтобы твой брат помер тут от скуки?       И пускай вопрос был адресован Кагуре, Камуи впился глазами в её спутницу, выискивая в ней отголоски скрытой враждебности. Возможно, именно из-за столь пристального внимания она ответила ему. — Так может Вам стоит вернуться в космос? — Может быть, — не совсем искренне протянул он.       Девчонка, как видно, не совсем бессловесна. Но её тон, её манера держаться почти неосязаемо действовали пирату на нервы.       Подружка Кагуры, конечно, была с ней не всегда. И тогда Камуи думал, что хоть сегодня она не затаит в уголках губ свою ядовитую усмешку. Злая девчонка.       И всё-таки, когда Камуи представился случай застать её одну, он не стал его упускать. Девушка стояла у витрины большого магазина и пребывала в задумчивости. Камуи не терпелось увидеть, как она поведёт себя с ним без поддержки. Испугается? Или сумеет выстоять? Насколько хватит её выдержки? — О-я, какая встреча, Томо-тян*.       Девчонка, действительно, вздрогнула, обнаружив его подле себя. — Что Вы здесь делаете? — А ты?       Она промолчала, но ответ не потребовался, поскольку он находился прямо напротив Камуи. В витрине, уставленной, в основном, мальчишескими игрушками, полки ломились от разнообразия; здесь было всё — от радиоуправляемых вертолётов до последней модели популярного нынче робота-трансформера. — Никак выбираешь подарок для братика? — полюбопытствовал пират, но последовавшая за тем реакция несколько удивила Камуи: по лицу девушки прошлась тень, а затем она вскинула на него свои ясные глаза и всматривалась долго, будто бы силясь что-то ему сказать. Взгляд был прямым, неотрывным, пронзительным. И Камуи решил, что всё-таки вывел её на чистую воду. Вот сейчас она точно выскажет ему всё, что там у неё накипело. Но вместо этого девушка затерялась в собственных мыслях. Камуи, однако, смекнув, что нащупал тему, выводящую его маленькую недоброжелательницу из равновесия, решил продолжать. — Я угадал? Если так, могу помочь тебе с выбором. — Всё ещё в игрушки играете? — осведомилась девушка, иронично улыбнувшись, на что Камуи только рассмеялся. — Как ни крути, а разница невелика. В детстве мальчишек интересуют игрушечные бластеры и пушки, а с возрастом – настоящие. — Если бы они ещё умели с ними обращаться… — подруга Кагуры смолкла, подавив в груди горестный вздох. — Ну что, идём? — поторопил её Камуи, не давая девушке времени, чтобы вновь уйти в себя. — Помощь мне не нужна! — выпалила она и с решительным видом скрылась в магазине.       Сквозь стекло Камуи наблюдал, как девчонка разговаривает с продавцом. Но поспешность её отказа не могла поколебать упорства пирата. Заметив, насколько ей некомфортно в его присутствии, он захотел продлить эти мгновения и посмотреть, как она выпутается из этой ситуации. Поэтому Камуи решил её дождаться. — Какой большой пакет, Томо-тян, — притворно воскликнул пират, встречая девушку в дверях. — Не нужна ли тебе помощь?       Предложение было излишним, ведь он наперёд знал, что она откажется. Но маска его благожелательности, возможно, не даст ей избавиться от него так скоро. — Разве что помощь в устранении затора на дороге, — отозвалась девчонка, сверля его взглядом.       Камуи отошёл и пристроился слева от неё. — Так лучше? — спросил он не без доли раздражения. — Намного, — согласилась она. — А теперь… можете идти по своим делам, Камуи-сан. Меня заберут.       И с этими словами строптивица прошла к ожидавшей её машине.       Без сомнения, девчонка раздражала. Но чёрта с два он позволит ей отделаться от него подобным образом при новой встрече.       В другой раз Камуи увидел девушку неторопливо идущей по улице в сторону торговых рядов. Он окликнул её. Не слишком вежливо. И она не обернулась. Более того, даже свернула в соседнюю улочку, хотя Камуи готов был поклясться чем угодно, что нужно ей было совсем не туда. Однако от него пока никому не удавалось сбегать. Камуи поймал её руку, и девчонка, оступившись, чуть не упала. А затем всё-таки припала на одно колено. Кажется, у неё порвался ремешок сандалии.       Камуи держал её руку в неестественном, неудобном для неё положении. Он видел, что ей больно. Видел, как дрогнули её брови, как нахмурился лоб, а губы сжались в тонкую линию. Он вдруг опомнился и отпустил её. — Куда же ты так спешила, Томо-тян?       Теперь, без его поддержки, девушка пошатнулась, а после слегка приподняла правую ногу, не решаясь коснуться ею земли. Легко наклонилась, чтобы подобрать негодную сандалию, и прохромала к стене старой закрытой лавки, где и уселась на крылечко. — Я не подруга Вам, Камуи-сан. Прошу, не называйте меня так. — Что с твоей ногой? Болит? — спросил проследовавший за ней пират. Проигнорировав просьбу девчонки, он потянулся к её щиколотке, но та легко отстранила его руку. — Должно быть, вывих, — ответила она, поморщившись. — Но я справлюсь. Позвоню, попрошу, чтобы меня отсюда забрали. Вы можете идти, Камуи-сан. Ведь у Вас же не было какой-то особой причины, по которой Вы меня остановили?       Это верно. Не было совершенно никакой причины. Но и у этой упрямой девчонки тоже нет серьёзных причин, чтобы отказываться от его помощи, которую (в кои-то веки) он предлагает ей абсолютно без задней мысли. В конце концов, это он виноват в том, что она подвернула ногу. Поэтому Камуи мог бы спокойно отнести её туда, куда ей заблагорассудится. — Разве тебе не нужна помощь? — спросил пират. — Я не хотел, чтобы так вышло.       Девица пристально на него уставилась, сжимая в руках телефон. Она было хотела что-то сказать, но передумала. Опять.       А Камуи стоял напротив, чувствуя себя слишком неуютно. Это совсем не походило на него: так долго церемониться с этой девчонкой. — Пойдём, — подступил к ней Камуи.       Он сделал ещё одну попытку, желая в этот раз взять её на руки, но девушка отпрянула от него, как от огня, невольно воспользовавшись своей повреждённой ногой, и тут же зашипела от боли. — Ой, принцесса, этот ублюдок доставляет вам неприятности? — прозвучало со стороны, и они оба обернулись на голос. Перед ними стоял капитан первого отряда шинсенгуми, Окита Сого, патрулировавший вверенный ему район. — Окита-сан, — радостно воскликнула девчонка, хлопнув в ладоши. — Как я рада тебя встретить. Кажется, я подвернула ногу, и теперь мне нужно поймать такси, чтобы добраться до дома. — И не надоело вам? — вздохнул русый парень, чуть раздосадованный этим известием. — Ещё и на такси разъезжать не боитесь. Лучше я сам вас отвезу, не то Мацудайра мне голову оторвёт.       Подавая девушке руку, Сого заметил, что одна из её сандалий пришла в негодность. Но его подопечная, кажется, намеревалась прыгать на одной ноге до самой машины, чего допускать было никак нельзя.       Сого устало вздохнул. Он бросил беглый взгляд на Камуи, который присел на ступени и предпринимать ничего, похоже, не собирался, затем – на принцессу. — Прошу простить за грубость, — коротко отрапортовал Окита и без лишних объяснений взял девушку на руки, чтобы быстрее покончить с проблемой. Та лишь удивлённо ойкнула, но противиться не стала. — Я слежу за тобой, — бросил Окита пирату напоследок, отчего тот только шире улыбнулся.       А затем полицейский с девчонкой просто скрылись с глаз.       Испорченная сандалия осталась лежать в пыли. Какая жалость. Не красоваться ей больше на ножке этой злючки. На той самой ножке, что Камуи так нечаянно искалечил. Пират стиснул руками холодный камень ступеньки так сильно, что она начала крошиться. Возможно, её отказы имели смысл. Это же простая человеческая девчонка, а люди такие хрупкие. Камуи забыл, когда в последний раз держал в руках что-то достаточно хрупкое, чтобы бояться это повредить. Схватки с сильными бойцами, спарринги с членами команды, дурашливые драки с Кагурой, и эта девчонка, готовая закричать от любого его прикосновения. И всё же... почему тогда ему так хотелось прижать её к груди? Бессмыслица, да и только.       Камуи не было на Земле достаточно долго. Достаточно для того, чтобы позабыть глупый инцидент возле лавки. И первым его желанием по прибытии была вовсе не стычка с нахальным копом, и даже не визит к сестре. Вот ещё! На примете было кое-что получше. Камуи специально свалил заботы о хозяйственных нуждах на Абуто, чтобы заскочить в одну хорошую, но недорогую кафешку, где готовили отменные чизкейки. Но кто бы мог подумать, что в этой самой кафешке вся Ёродзуя что-то шумно отмечала. В празднование вовлекли массу представителей Кабуки-чо, о которых Камуи кое-что узнал с тех пор, как примирился со своей семьёй. Кстати о семье. Одна особа с такими же пламенно-рыжими волосами, как у Камуи, пыталась сейчас растормошить убитого горем очкарика, упорно ему что-то втолковывая. По другую сторону от страдальца сидел небезызвестный коп и вёл свою пропаганду, сводившую на нет все усилия его оппонентки. Разъярённая этим Кагура вскакивала с места и посылала проклятия в адрес садиста, но и тот, поднявшись следом, не оставался у неё в долгу. Перепалка, происходившая в аккурат над головой несчастного брюнета, длилась недолго. Всё-таки спорщики не могли совсем забыть о нём. Прочие же гуляки почти не уступали описанной ранее троице в создании гвалта. Но среди всей этой суматохи Камуи не мог отыскать злючки. Что ж, оно и к лучшему.       Поскольку празднование было слишком шумным, появление незваного гостя осталось незамеченным. И Камуи раздумывал, стоил ли один, максимум два чизкейка, которые ему едва ли удастся распробовать, прежде чем его отвлекут, — того, чтобы потратить на это весь вечер. Есть он здесь сможет ровно до тех пор, пока кто-то из этой компании не узнает его и не втянет в дурацкий спор. В итоге, желание поужинать в более спокойном месте перевесило отменные чизкейки приглянувшейся кафешки, и Камуи уже хотел удалиться, когда вошедшие за ним посетители помешали ему. И пришлось воспользоваться другой дверью, выведшей его на задворки. Оказавшись на свежем воздухе, Камуи потянулся. Спешить ему было некуда, и он лениво перебирал в уме другие удачные забегаловки, куда бы можно было отправиться. Наконец, что-то для себя решив, он повернул направо и только теперь заметил в трёх шагах от выхода маленькую фигуру девушки с тёмными, как смоль волосами. Она сидела на корточках, упёршись спиной в стену и спрятав лицо в коленях. Кажется, ей было плохо. По странному ощущению, поселившемуся у него где-то внутри, Камуи уже догадывался, кем является эта особа, хотя и не видел её лица. Он подошёл к ней и присел напротив. Услышав приближавшиеся к ней шаги, девушка встрепенулась и подняла голову. — Что это? Дурной сон? — пробормотала она, вглядываясь в примелькавшиеся уже черты пирата. — Смотрю, алкоголь развязал тебе язык, Томо-тян, и ты больше не скрываешь свою неприязнь.       Но девчонка отреагировала лишь на первую фразу. — Я не пила! Почти…       Камуи не стал с ней спорить. Более того, он уже угадывал её следующий шаг. — Мне нужно вернуться к друзьям…       Пират находился достаточно близко, чтобы заметить, что лицо девушки было белее снега, но она всё равно желала вернуться в духоту помещения, лишь бы подальше от него. — О, твоя неприязнь настолько велика, что ты не можешь продержаться со мной дольше двух минут? — спросил он.       Тут, наконец, девчонка удостоила его вниманием, не сумев подавить в себе короткую вспышку возмущения. — Не пристало говорить это тому, кто прячет под маской дружелюбия оскал гиены. — А ты её, выходит, отринула? Ничего, так мне даже больше нравится. — Что ты несёшь? При чём здесь я?       Разговор выходил всё более странным. Девушка набрала в грудь побольше воздуха и шумно выдохнула. — Но ты затаила на меня злобу, — упорствовал Камуи. — Да это ты кружил вокруг меня, как коршун, чтобы побольнее клюнуть. Зачем ты говорил о брате?       Аналогии девчонки уже в печёнках у него сидели, но слова о брате заставили Камуи вспомнить её поведение в тот день у магазина. Он всё ещё не до конца понимал, что за этим кроется, поэтому спросил прямо: — О чём ты? — Ты, правда, не понимаешь? — засомневалась девушка. И Камуи отрицательно покачал головой. — Как странно, об этом сообщалось повсеместно... А наёмники, принимавшие участие в погоне, не дают себе труда запомнить, увенчалась ли она успехом…       В голове у Камуи всё перепуталось. О какой погоне она говорит? Кто эта девчонка? И кто, чёрт возьми, её брат?       Словно бы отвечая на невысказанный вопрос, она тихо произнесла: — Моего брата, Токугавы ШигеШиге, больше нет с нами...       Внезапное воспоминание вспышкой пронеслось в сознании пирата.       Токугава? Сёгун Токугава ШигеШиге? Выходит, эта девчонка — его сестра... Она — та самая малявка, которую он видел на корабле и даже пустил в неё пулю... Это, конечно, многое объясняло. Её неприязнь, нервозность, стремление сбежать от него подальше. А он, как дурак, продолжал докучать ей. Проклятье! Камуи давно должен был отстать от неё, идти дальше, думать о более важных вещах. И пират пообещал себе, что впредь всё так и будет, а пока… Вместо того, чтобы оставить, наконец, девчонку в покое, он взял её за руку. — Мне пора. Но сперва, полагаю, я должен отвести тебя к друзьям.       Соё не двигалась. — Или каждый жест моей доброй воли ты теперь будешь рассматривать как угрозу? — Нет, — выдохнула девушка, но с места не поднялась. — Знаешь, по правде, меня всё ещё мутит, — призналась она, испытывая неловкость. — Позвать сюда кого-нибудь? — предложил Камуи, сам поразившись своей услужливости. Девушка отрицательно помотала головой. — Нет, но если тебе не трудно…       Камуи не был уверен, правильно ли понял её жест, но сел рядом. Возможно, девушка хоть чуточку ему поверила, коль скоро её поразило искреннее удивление юноши и смутило собственное заблуждение. Как бы там ни было, она больше не гнала его, и теперь они сидели совсем рядом, отделяемые друг от друга сущими сантиметрами. И Камуи больше не хотелось никуда уходить.       Чизкейки сегодня подождут.       Но что-то гораздо более важное останется.