Подарок из прошлого

Ким Чживон обдумывал этот приезд ещё год назад, но как только началась вся заваруха вокруг Сайфер* и новорожденного сына Доминика Торетто*, Ким решил подождать и появиться в лучший для него момент. Чживон — первоклассный гонщик Формулы 1. Ему открылись все двери в этот гоночный мир, от которого он теперь вряд ли откажется после удачного заезда. Первый и единственный гонщик из Кореи покорил лучших спонсоров и сердца многих девиц. Но уже два года с момента своей популярности парень так и не навестил семью Хана*, чтобы выразить свои соболезнования. Хан когда-то жил по соседству с Чживоном в Корее, и так получилось, что именно он научил Кима всему, что тот умеет вытворять как на трассе, так и в уличных гонках. Чтобы хоть как-то сгладить свою вину перед Ханом и его семьёй, он выяснил местоположение Доминика и приехал к нему. Чживон появляется на шикарном Chevrolet Chevelle SS 65-го года у мастерской Торетто, которая находится вдали от города, рядом с многочисленными гаражами. Здесь Доминик проводил почти всё время с Летти* и своим сыном Брайаном*. Рёв мотора и сама машина привлекли внимание Доминика. Мужчина оценил авто, криво улыбаясь, но улыбка тут же сползла, как только он увидел за ней длинный фургон. Чживон, переглядываясь с Чжунэ — единственным, кто не побоялся встречи с Домиником, да и вообще этим парнем, который ничего и никого не боится, — они одновременно вышли из машины. Фургон, который медленно ехал, развернулся и ожидал приказа Кима открыть задние двери. В воздухе витало напряжение. Серьёзный и суровый взгляд Доминика был направлен на Кима, который всем своим видом — элегантным коричневым длинным пальто — показывал, что разговор будет серьёзным. Чжунэ тоже смотрел на Торетто не шуточно, а затем — на Романа*, который, как всегда, приезжал вовремя. Доминик кинул полотенце, которое сжимал во время всей этой сценки, и сделал пару шагов навстречу парням. Роман поплёлся за ним, оглядывая с ног до головы одетых, как с иголочки, гостей. Минута молчания. А то и две, и три. Чживон знал, что Доминик понятия не имеет, кто он и чем занимается, но почему-то ждал, пока мужчина сам начнёт разговор. — Нужна помощь? — басовый голос Доминика. — Погодите-ка, — вдруг перебил Роман и встал возле Доминика. — Я тебя знаю, — он указывал пальцем на блондина. — Ты ведь гонщик Формулы 1. Этот... как тебя там? Из Кореи? — Блондин невольно улыбнулся, ожидая, когда тот сам скажет его имя. — Ким Чживон. Точно! Это же ты! Единственный представитель Кореи, который победил! — Роман был так счастлив, что угадал, ей-Богу, как ребёнок. Доминик, посмотрев краем глаза на Романа, который веселился своей маленькой победой, тот сразу же замолчал. — Думал, уличных гонщиков Формула 1 не интересует, — заговорил Чживон и улыбнулся Роману. — Нет, ну ты молодец! — Роман улыбчиво скрестил руки. — Гонщик Формулы, говоришь? — спросил Доминик. — Чем помочь могу? — У меня подарок, — пауза. — От Хана для Доминика Торетто. — Эти слова прозвучали как эхо для Доминика. Чживон стал серьёзнее некуда, зная, что эта тема для мужчины — больное место. Чжунэ поднял указательный палец, и тут же открылись двери фургона. Выехал Dodge Charger 70-го года, за рулём которого была Дженни Ким. Девушка нажала на газ и резко затормозила почти у ног Доминика и Романа. — Оу-оу, малышка, — Роман отскочил назад. Девушка вышла из авто и взмахнула волосами. — Азиатки такие стервы, но чертовски горячие, — он чмокнул губами, смотря пристально в глаза Дженни. — Это и есть подарок? — он продолжал улыбаться и красоваться перед брюнеткой. — Коня своего придержи, — хриплый и не менее суровый голос Чживона остановил возбужденного Романа. — Аааа, — но улыбка Романа так и не сходила с его лица. Понимая, кому приходится Дженни Чживону, Роман продолжал указывать пальцем то на него, то на неё. — А теперь, когда ты всё понял, Роман, дай мальцу объясниться, зачем он здесь, — обратился сначала он к своему другу, а затем, смотря на Чживона и Чжунэ, кивнул в сторону машины, что только выехала из фургона. — Хан был нашей семьёй. — Когда-то и моей тоже, — Чживон сунул руки в карманы пальто. — Не знаю, в курсе ли вы все, с кем работал Хан, но как только он умер, Такаши* забрал самое дорогое, что было у Хана. Эта машина. По словам ребят, что работали с Ханом, он собрал её для тебя, Доминик. — К ребятам подошла Летти, держа на руках сына. Дженни моментально улыбнулась, не переставая глазеть на малыша. — Так получилось, что я узнал об этом и решил вернуть её хозяину, чтобы хоть как-то сгладить свою вину за отсутствие на похоронах. — Жизнь в большом мире вроде Формулы 1 вскружила тебе голову? Если бы ты считал себя семьёй Хана, думаю, бился бы за его честь, — сказала Летти и чмокнула ручку малыша Брайана. — Мне тоже через многое пришлось пройти, — Дженни моментально схватила руку Кима и сжала, чтобы вся боль передалась и ей. Так Чживон осознаёт, что он не один. — И у меня есть семья, — парень взглянул на Чжунэ, затем на Дженни. — Я всё сделаю ради них. Я чувствую вину перед Ханом. Сейчас это единственное, что могу для него сделать, и поблагодарить вас. — И ты думаешь, мы так быстро тебя простим? Эх, молодняк, хотите, чтобы вам всегда всё сходило с рук… — начал Роман свой доклад, как увидел протянутую руку Доминика к Чживону. — Ты серьёзно? — Чживон пожал руку, и Доминик, кивнув в сторону гаража, пригласил ребят посидеть и всё обсудить. — Ты спроси о деньгах! Когда были похороны, мы все скинулись… — Роман говорил вслед уходящей спине Доминика. — Роман! Ты угомонишься? На! Посиди чуток с Брайаном, — Летти отдала ему в руки малыша и ушла к остальным. — Ты чего? Эй! — наш паникёр Роман смотрел на ребёнка. — А что, если ты обкакаешься? Смотри мне, сиди спокойно! Доминик хотел выслушать всю историю насчёт Такаши и его банды, которые решили забрать машину. И почему Шон*, который сейчас в Токио, не предупредил его об этом. — Это произошло после твоего визита в Токио. Шон пытался с ними договориться, но у него нет той власти в Японии, чтобы пойти и просто взять тачку, — ребята сели за столик, и пока Чживон говорил, Доминик протянул Чжунэ и Дженни по бутылке пива «Корона». Такова традиция. — Ты просто взял её? Они хоть в курсе, что тачки этой у них больше нет? — Роман всё-таки присоединился к ним, но ребёнка не упускал из виду. — Я не просто забрал её, я выиграл. Такаши слаб, как бы его там ни боготворили. Япония — мой второй дом, и люди там знают меня и на что я способен. Мы могли и не проводить эти гонки, но Такаши нужно всегда всё доказывать. — Проблем у нас не будет из-за неё? — спросил Доминик насчёт машины. — Нет. В Америку никто не сунется, тем более если знают, что тачка у вас, — Чживон отобрал бутылку у Дженни и поставил на стол. Острый взгляд, который кинула брюнетка, слегка накалил обстановку. Она демонстративно встала и подошла к Роману. — Можно подержать? — протягивая ручки к малышу. — А ты мыла руки? Ты хоть знаешь, что я не игрушку держу? — он снова возмущался, но в конце концов отдал малыша. Дженни села рядом с Летти. Вернувшись к разговору, Ким продолжал смотреть в сторону Дженни и то, как она нянчится с ребёнком. — Чживон, не мне судить о твоих грехах или том, что ты чувствуешь себя виноватым передо мной или Ханом. Раз ты посчитал нужным отдать мне эту тачку, я её приму, тем более такие красотки в моём вкусе, — Доминик широко улыбнулся. Летти пригласила ребят на ужин, но Чжунэ напомнил, что у них в Нью-Йорке есть ещё кое-какие дела. Главная задача, которая планировалась год, была успешно выполнена. Чживон не думал, что Торетто окажется таким открытым и, более того, честным. Конечно, подпускать близко к его семье он не станет, но Ким обещал, что если нужна будет помощь, он точно не соскочит. — Думаю, молодые и амбициозные ребята нужны команде, — сказал Чжунэ. — Ого, так ты умеешь разговаривать? — Роман был ошарашен, хоть Чжунэ и поддерживал, лишь слушая разговор Доминика и Чживона, но особо не говорил. — Брось, я тоже таким был среди чужих, это пройдёт! — он похлопал его по плечу. — А может, ты не знаешь английский? Твой дружок Чживон не научил тебя? — теперь Роман обнимал за плечо Чжунэ. Парень кривился и хмурился, так как не любил скиншип*. — Не все такие, как ты! — остро отреагировал Чжунэ и отпихнул Романа. Пока эти двое пытались наладить контакт, Доминик подходил вместе с Чживоном к его машине. — Хороший выбор у гонщика Формулы, — оценил Торетто тачку Кима. — Неплохо за ней ухаживаешь. — Да, есть такое. Всякий раз беру с собой, когда лечу в США. На ней спокойнее всего, — он облокотился о капот, ожидая, пока Роман отстанет от Чжунэ и наблюдал за Дженни. Она нянчилась и помогала Летти с бутылочкой молочка. Делая вид, что слушает Доминика, позже парень осознал, что больше никто не говорит. Оба уставились на девушек. — Брайан — самое прекрасное, что произошло в моей жизни, — говорит Доминик. — Если бы не все те обстоятельства из прошлого, я бы непременно осчастливил Летти. Я вижу, как она хочет своего ребёнка. Но и Брайана любит не меньше. — Я думал, Доминик Торетто — суровый и плохой парень. А на деле обычный человек, который желает счастья своей семье, — Чживон скрестил руки, поддерживая слова мужчины тёплой улыбкой. — Если ты видишь себя в будущем с одной единственной женщиной, которую любишь больше, чем тачки и скорость, непременно женись на ней, — Доминик легонько ударил парня в плечо и выпрямился. К машине наконец подошёл измученный Чжунэ. А Дженни, попрощавшись с малышом и Летти, тут же села в машину. Ким пожал руку Торетто, обмениваясь взглядами. Теперь парень чувствует себя намного лучше. Всё прошло не зря, и этот разговор с Домиником был не пустым звуком. Семья всегда на первом месте, тачки и скорость — это лишь то, что позволяет ему скрыться от проблем. Теперь-то Чживон уверен, что по приезду домой устроит самый грандиозный ужин в кругу семьи.