9:30

Ты говоришь. Много, быстро, практически без остановки. Наматываешь круги по комнате, размахиваешь руками, цепляешь стены плечом. Ругаешься. Мысли путаются, слова теряются, ты запинаешься, исправляешь себя, забываешь, что хотелось сказать. Злость так и хлещет из твоего рта, вылетает острыми гранями ядовитых слов. В этом вся ты: ударить по больнее, найти слабое место, задеть за живое. Не получается- ты бесишься, и пытаешься снова и снова вскрыть равнодушие, поддеть, всковырнуть. Самый твой жуткий страх. Никак. Обиженно смолкаешь, потерявшись в аргументах. Давай признаемся, эти эмоции просто мешают тебе мыслить, мешают собрать факты воедино и преподнести их, как законченную, упорядоченную речь. Обвинитель из тебя бы не вышел, да и адвокат так себе. Я прикрываю глаза, фокусируясь на резных стрелках вечно стоящих часов за твоей головой. Два бронзовых пятнышка в моих глазах. Римские цифры расплываются по черному полю. В тысячный раз. Светло ореховый корпус, посеревший от пыли. Так и хочется взять тряпку и стереть это все. Прибрать твой вечный бардак: исписанные листы, разбросанные тетради, ручки, конфетные фантики, — кругом и повсюду. Оправдываешься Эйнштейном, собирая вещи в охапку, врешь про недостаток времени, лихорадочно стирая пыль со стола влажной салфеткой, которую забываешь выкинуть. Скрючиваешься на стуле, бросая украдкой свои приевшиеся взгляды побитой собаки. На самом деле- думаешь, почему не можешь выгнать. Так же, как я- почему не могу уйти. Тишина не кажется липкой. И страшной не кажется. Я смотрю сквозь мутное окно (Господи, неужели так трудно помыть) на густеющие сумерки. Серо — синее небо впитывает окружающие цвета. Как корова языком — исчезает зелёный и жёлтый с деревьев, пропадает бежевый цвет с домов. Твои волосы кажутся блеклыми, и в углубившихся тенях глаза теряют свое выражение. Просто две тускло блестящие точки, словно пластик. Интересно, почему же все так? Стоит не видеть тебя, и ты врываешься в мысли. Назойливо и бесцеремонно. Раз за разом пролезаешь в стройный поток моих мысле-образов. Заставляешь ждать очередного «этого дня», в который ничего не изменится. В который ты будешь плеваться ядом, пытаясь вынуть из меня чувства, а я прятаться в броню, не желая отдавать тебе ни капли себя. День, в который мне нечего сказать тебе, глядя прямо в лицо. Думала ли ты? Так хочется спросить, но губы слиплись, и я лишь смотрю, как ты смотришь в пол, про себя отсчитывая время, которое убила на эту очередную и бессмысленную вещь — меня. Наверное, я могла бы все это исправить. Просто встать и обнять тебя или встать и уйти. Как, в прочем, и ты. В соседнем доме загораются окна квартир, где обитают нормальные люди. Нормально любящие, нормально ненавидящие. А не вот это вот все, когда неизвестно, что хуже — с тобой или без. Любуюсь твоим нетерпением-кажется, что ещё одна пылинка на мониторе твоего компа, и ты решишься. И пути назад не будет. Я встаю. — мне пора, — и даже сквозь тьму видно, как теряешься. Целиком вся. Становишься маленькой и жалкой, словно обманутый ребёнок. Так смешно. Не смело киваешь, боясь возразить. А стоило бы. Дверь за спиной закрывается одновременно с лишним ударом сердца. Ненужный спазм. Убогая тоска. Уходя прочь из твоего дома (неизменно навсегда), я смотрю на часы. Там опять 9:30.